ГЛАВА 9

Ниналия беспокойно ходила по кухне, чувствуя себя неуютно, не зная как быть. Все тело находилось в напряжении, как натянутая стрела. Женщина с нетерпением ждала мужа, чтобы узнать, кого Хотар принес в мерт.

Еще вечером ей стало неспокойно, и она металась в разные стороны по кровати, не понимая своей агрессии и желания куда-то бежать, что-то делать.

Драконица посчитала, что возможно это беспокойство за сына, ведь Хотар постоянно совершает свои ночные пробежки ночью и всякое может случиться. Когда молодой мутари прошел мимо их дома с раненной девушкой, она тут же сорвалась к нему, но Жатар не позволил. Орд приказал оставаться дома, пока он все не узнает. Муж до сих пор не возвращался.

Почувствовав приятный, мускусный запах мужа, женщина поспешила открыть дверь и бросилась на улицу. Жатар ласково прижал любимую к себе и прохрипел в волосы:

— Ниналия, ну что ты выбежала в такой тонкой тряпке? Простудишься.

— Жатар, кого принес Хотар? — взволнованно спросила Ниналия.

— Девушку — драконицу, — произнес он, видя, как ее глаза округляются в надежде на встречу с дочерью.

— Она без сознания. Девушку выкинуло в овраг темной магией, и она сильно поранилась.

Молча, не говоря ни слова, драконица попыталась освободиться, но мужчина задержал крепким захватом рук тонкую талию:

— Эгия попросила не беспокоить. Она сейчас работает с ее раной и…

— Пусти, — уверенно произнесла Ниналия, с лихорадочным блеском в глазах посмотрев на любимого мужа.

— Родная, я не почувствовал твоего запаха… Может…

— Жатар, умоляю, отпусти. Я помогу Эгии. Пусть раненая девушка не моя дочь, но я хочу видеть драконицу и помочь, чем смогу.

— Ты тешишь себя надеждой, — буркнул орд.

— Пусть так. Мне нужно увидеть ее.

Мужчина промолчал, а потом, посмотрев на дом, где в своей комнате спала их маленькая десятилетняя дочь.

— А если Линара проснется?

— Она крепко спит, — с нежностью ответила драконица. — Но ты будь дома, а я пойду.

— Мне не нравится, что ты ночью где-то ходишь одна.

— Жатар. Пожалуйста.

— Хорошо, но возвращайся скорее.

Женщина ласково поцеловала мужа в губы, и тут же быстрым шагом направилась к домику знахарки, где она обычно держит больных. С затаенным дыханием женщина постучала в дверь.

Эгия открыла и молча пропустила, не сказав ни слова. Ниналия мгновенно подошла к тазу с водой и хорошо помыла руки. Когда она оказалась в комнате, замерла, видя бледную девушку, лежащую на кровати. Осторожно направилась к ней и потрогала холодный липкий лоб, а потом провела по щекам, не зная, что сказать.

— Твоя? — сухо поинтересовалась знахарка.

— Не знаю, запаха родной крови нет. Вообще нет. Присутствует тонкий аромат девушки как человека, и чувствуется драконица, связанная меткой с сильным драконом. Но кровной связи нет, — с огорчением прошептала Ниналия, стараясь сдержаться и не показать своего разочарования.

— Тогда помогай. Мне она не нравится, — буркнула Эгия.

Ниналия посмотрела на рану и с ужасом проговорила:

— Тураны, да тут все просто ужасно.

— Да, — с огорчением вздохнула знахарка, переживая, что не справится и, скорее всего, девочка умрет. — Кровотечение остановила, теперь нужно зашить. Но боюсь, она потеряла очень много крови и..

— Ты сможешь что-то сделать? — в ужасе спросила Ниналия, понимая, что от такой раны шансов выжить нет.

— Скажу как есть, уже не верю, что смогу помочь.

— Пожалуйста, Эгия, — с мольбой попросила черная драконица.

— Только корень ядраха сможет ей сейчас помочь, но…

— Он полностью лишает человека памяти, — прохрипела Ниналия, в ужасе от такой перспективы для девочки.

Женщина обреченно вздохнула и пробурчала:

— Да, память почти не возможно вернуть, только если принудительно, но это под силу только сильному магу.

— А по-другому? — надеясь на чудо, прошептала черная драконица.

— Другое?! Не знаю. Скорее всего, нет, она умирает. И с ней что-то не так.

— Что? — в ужасе переспросила жена орда.

— Она не дает себе помогать, как будто в ней что-то темное и сильное находится, отталкивая помощь, чтобы не разрушить себя. Я испробовала все — бесполезно. Остается только попытаться корнем, либо она умрет.

Ниналия посмотрела на бледную девушку, ужасаясь словам подруги, и ласково погладила ее по волосам. Но, тем не менее, она даже не раздумывала, а видела только один выход, дарующий жизнь несмотря ни на что. Девушка должна жить! Пусть даже таким способом. Главное жизнь, а память… они что-нибудь придумают.

Драконица уверенно перевела взгляд на драконицу и произнесла:

— Делай все, чтобы она жила.

— Память может не вернуться, — уточнила знахарка, исподлобья смотря на нее.

— Мертвым память не нужна, — прямо отчеканила Ниналия, не желая слышать других вариантов. — Девочка молоденькая, это не проблема.

Эгия задумчиво посмотрела на жену орда, а потом перевела взгляд на раненую драконицу, что-то для себя решив, а потом произнесла:

— Тогда помогай, — пробубнила Эгия, и подошла к полке, взяв пакетик с порошком корня ядраха. Подойдя к девушке, она смешала смесь с неприятно пахнущей густой жидкостью и нанесла толстым слоем на рваную рану, приложив чистой тканью. Девушка затряслась, рыча и скуля от боли, а Ниналия держала ее, прилагая все силы, чтобы сдерживать движения.

Когда все было закончено, Эгия, села на табурет у косяка двери и устало промолвила:

— Ниналия, иди домой. Я останусь и присмотрю…

— Нет, — бескомпромиссно произнесла женщина, искренне возмущаясь таким предложением подруги. — Я никуда не уйду, пока она не проснется, а вот ты иди к мужу.

— Жатар… - пробормотала Эгия, искренне желая пойти домой под бочок к мужу, но недовольство орда пугало ее.

— Он знает, и ничего не скажет, — заверила ее Ниналия. — Иди, и спасибо тебе.

— Нинали, ты странно…

— Эгия, пожалуйста, не нужно. Я никуда не уйду.

— Хорошо, — произнесла знахарка, и скрывая зевок рукой, только кивнула головой, направляясь к выходу. У двери она замерла и, не смотря на драконицу, громко произнесла:

— Теперь ты, возможно, никогда не узнаешь кто она и откуда. А если это твоя дочь?

Ниналия до крови прокусила губу, стискивая ладони ногтями до крови, и посмотрев на подругу, уверенно проговорила:

— Она жива, и это главное.

Знахарка кивнула и молча вышла во двор, а Ниналия повернулась к девушке, ласково гладя ее по волосам, тихо приговаривая:

— Само страшное — это смерть, а остальное мы переживем. Борись девочка моя, и ты увидишь, что жизнь может быть прекрасна, когда этого совсем не ждешь.

Всю ночь женщина просидела у постели раненной, периодически сбивая температуру, поднимающуюся среди ночи, что, несомненно, радовало, ведь это означало, что организм борется.

Когда утром, температура спала, Ниналия на мгновение прикрыла глаза и немного приложила голову у руки девушки, решив немного отдохнуть. Она боялась даже на секунду отойти, считая, что за это краткое время может произойти самое плохое. Глаза слипались, но слабая улыбка блуждала на губах. Корень помог, и жизнь девушки была вне опасности, хотя еще некоторое время рана будет заживать.

* * *

Лузария просыпалась тяжело: тело не слушалось, а голова сильно раскалывалась. Все расплывалось перед глазами. Полежав немного, она попыталась сфокусировать взгляд, что ей и удалось вскоре, не смотря на боль. Она не понимала, где находится, кто она и почему ничего не может вспомнить. Посмотрела по сторонам, отметив скудную обстановку светлой комнаты, и замерла, увидев перед собой взволнованный взгляд приятной на вид женщины. Молодая драконица скованно повела плечами и прохрипела:

— Что случилось? Я… кто я? Почему ничего не помню?

Ниналия тяжело вздохнула и, взяв в свою ладонь руку милой девушки, честно произнесла:

— Не знаю. Ты попала к нам через портал темной старинной запрещенной магии, и была серьезно ранена. Знахарка применила корень ядраха, и только он смог излечить тебя, забрав твою память.

Лузария удивленно выдохнула и, прочистив сухое горло, хрипло произнесла:

— Но вам что-то известно обо мне? Хоть что-то?

— Не знаю, девочка. Я очень хочу тебе помочь, но к сожалению бессильна. Если бы мы не приняли решение, ты бы умерла.

Измученная драконица пораженно всматривалась в лицо Ниналии и произнесла:

— Странное ощущение, когда ничего не помнишь. Неприятное.

— Понимаю, — произнесла женщина и замерла, почувствовав приближение мужа. — Не пугайся, милая. Я сейчас познакомлю тебя с моим мужем и сыном. Жатар конечно строгий и необщительный, но справедливый орд. Не бойся, мы постараемся тебе помочь. А сын… он нашел тебя в овраге.

Лузария изменилась в лице, смутившись словами женщины, и проговорила:

— Я…

Распахнулась дверь и в помещение вошла темноволосая женщина, а за ней крупный огромный мужчина с темными длинными волнистыми волосами и голым бронзовым торсом, а за ним молодой парень, непрерывно смотрящий на испуганную девушку, с силой сжимающую одеяло, находящееся на ее теле.

Ниналия резко соскочила с табуретки и недовольно произнесла:

— Не пугайте ее!

Мужчины замерли, не ожидавшие такого нагоняя от любимой доброй женщины. Жатар нахмурился и спокойно, прямо произнес:

— Ниналия, я хотел спросить у девушки кто…

— Она ничего не помнит. Мы использовали корень ядраха, чтобы спасти ей жизнь, — ответила драконица, чувствуя страх и волнение раненой девочки.

Орд только кивнул головой и проговорил:

— Хорошо. Родная, я хотел бы с тобой переговорить, если можешь отлучиться от девушки.

Женщина с нежностью посмотрела мужу в глаза и кивнула. Мужчины молча вышли, Хотар до последнего шага до двери надеялся встретиться с взглядом девушки, но она смотрела только на Ниналию, видя в ней защиту и опору. Дверь тихо захлопнулась, и черноволосая женщина вновь присела на табурет к девушке и с добротой произнесла:

— Тебе нечего опасаться. Клянусь Туранами, тебя никто не обидит. Никто. Жатар — орд мерта и мой муж, а Хотар — хороший воин, и мы не дадим тебя в обиду, от кого бы не убегала. Знай, здесь ты в безопасности.

Лузария выдавила улыбку, доверяя словам незнакомой, но такой родной женщины. Она рефлекторно потянула руку по одеялу в сторону драконицы, и Ниналия накрыла ее своей ладонью, немного сжав.

— Я верю, — тихо прошептала девушка.

— Правильно! И не бойся ничего. Ты не против, если я выйду? Эгея как раз хотела посмотреть твою рану, чтобы обработать. Если понадобиться моя помощь, только позови, и я подойду.

Лузария только кивнула головой, в душе не желая отпускать Ниналию, и пока драконица шла к выходу, настороженно наблюдала за ней, в надежде, что она передумает.

Эгия появилась из соседней комнаты, как только хлопнула дверь. В руках она держала прозрачную банку с черной желеобразной смесью, пахнущей неприятно и даже отвратно. Девушка нахмурилась, а Эгия ухмыльнулась и весело произнесла:

— Давай попробуем без помощи жены орда обойтись. Думаю, ты справишься. И не кривись, моя хорошая. Знаю, что мазь неприятно пахнет, но рана быстрее заживет, если добавить в состав смеси раванское масло, в противном случае, можно и месяц проваляться просто так. Поэтому потерпи, а через недельку будешь танцевать. Ты ведь любишь танцевать?

Лузария пожала плечами, совершенно не зная ничего про себя, что ее безумно огорчало. Она как младенец, пришедший в новый мир, только с той разницей, что у нее есть прошлое, и наверняка не очень хорошее.

Знахарка подсела к ней и, поставив банку на маленький деревянный столик, окунула чистую тряпицу в черную смесь, рассуждая:

— А я вот уверена, что можешь. Чувствую, а я никогда не ошибаюсь. Через неделю у нас будет праздник в мерте, свадьба ткачихи Гульяры и кузнеца Терана, будешь прыгать и кружиться лучше всех. Поэтому постараемся к этому сроку поставить тебя на ноги.

— Спасибо, — с благодарностью произнесла девушка, чувствуя ужасную усталость, отчего закрывались глаза.

Эгия обработала рану, наложив толстый слой геля и обмотав широкими бинтами, изготовленными знахаркой из сетчатого материала. Девушка стойко терпела резкую и раздирающую боль, молчала, зная, что это только для ее блага. Мысль, что длинный страшный след останется на теле застыл в пути, потому что она провалилась в глубокий сон.

Через время Ниналия вошла в избу и увидела спящую девушку. Она залюбовалась, чувствуя, как все тело охватывает тепло.

— Что-то чувствуешь к ней? — между прочим, спросила Эгия, стоящая у стола и толкущая ароматные травы, превращая их в порошок.

Ниналия улыбнулась и пожала плечами.

— Мне кажется, что она моя дочь. Сердцем чувствую, хоть и не чувствую свою кровь. Только запах ее пары и это меня страшно беспокоит.

— Красный кардинал, — заметила знахарка, не поворачиваясь к ней, все также продолжая толочь.

— Да, и притом очень могущественный.

— Это очень плохо, — проворчала женщина, а потом задумалась на секунду, и резко повернувшись к драконице, спросила: — А может, ты этого отчаянно хочешь, поэтому испытываешь такие чувства к девочке? И она… повторила твою судьбу, сильнее сближая вас.

Ниналия закрыла глаза, боясь вслух произнести свои опасения. Она тоже об этом думала. Вся ее сущность чувствует в девочке свое, родное, но это может быть внутренним потаенным желанием. Драконы могут испытывать и к чужим детям привязанность, неосознанно вырабатывая материнский инстинкт. Но сердце не слушало разум, и она так надеялась, что это ее девочка.

— А как же слова ведьмы?

— Эгия, сама не пойму. Не знаю, что и думать, но я сделаю все, чтобы ей было хорошо у нас. Буду ей матерью, если она позволит, — прошептала Ниналия, незаметно вытирая рукой слезы. — Я очень на это надеюсь.

Знахарка отложила свою работу и, подойдя к Ниналии, положила руку ей на плечо, тихо проговорив:

— Тураны не зря привели к тебе эту девочку. Значит, так нужно.

Ниналия не ответила, только с любовью смотрела на раненую драконицу, которой в жизни видно много пришлось пережить. Но ничего, теперь все изменится, и она приложит к этому все силы.

* * *

Поздно вечером, оставшись одна, Лузария смотрела в окно без стекол, выходящее в лес. Вечерний запах травы и листвы распространялись через него в дом, и девушка улыбалась, сама не зная почему. Чувствовала себя лучше, и даже смогла поесть бульон. Ниналия заботливо помогла осуществить ужин, поддерживая ложку и чашку. Завтра к вечеру, девушка будет пробовать садиться. Знахарка, действительно, чудесница, хотя постоянно ворчит, несмотря на то, что очень молода.

Черная драконица, перед тем как уйти, спросила у девушки, не будет ли она против жить в их огромном доме орда, куда они переехали с семьей, когда у них появился сын. В маленькой домике, где Ниналия первоначально жила, не было достаточно места. Лузария была искренне рада такому предложению, чувствуя удовольствие от общения с драконицей.

Послышался шорох, и девушка замерла. Шум усилился, и вдруг в окне показалась черноволосая головка с косичками, широко улыбаясь во весь рот. Девочка лет восьми — десяти, очень красивая и яркая. Огромные карие глаза, нежная белоснежная кожа и курносый носик. Она была очень похожа на Ниналию. Наверняка ее дочь.

— Привет! — радостно воскликнула девочка, повиснув на окне. — Можно к тебе в гости?

Лузария улыбнулась, чувствуя тепло и предвкушение от знакомства с интересной малюткой. Она склонила голову на бок и прошептала:

— Здравствуй, красавица. Конечно можно. Буду рада!

Девочка подтянулась и очень быстро оказалась в комнате. Маленькая драконица была в длинной лиловой ночной рубашке, не скрывающей голые мокрые ноги. Гостья отряхнулась от листьев и довольно пошла к Лузарии, держа в руках тряпочный мешочек. Не теряясь, села на табурет, положила принесенное добро на столик, открыв и достав два приличных куска пирога.

Драконица втянула воздух, чувствуя непередаваемый запах печеного с ароматной ягодой.

— Чувствуешь? Объедение! Мама сготовила, хотела тебя завтра угостить, — довольно заявила девочка, отламывая кусочек, подавая больной пациентке. Увидев, как Лузария положила угощение в рот, продолжила: — А я… решила не ждать. Нетерпеливая немного. Так что угощайся.

Драконица прожевала предложенный кусочек и довольно зажмурилась.

— Очень вкусно! Спасибо!

— Да-а-а, обожаю мамины пироги. Давай жуй, не зря же я со второго этажа прыгала, чтобы тебя порадовать. Кстати, меня Линара зовут. Но все чертенком кличут, правда, я обижаюсь для виду, но что поделать, люблю я что-нибудь эдакое натворить.

Девочка говорила таким заговорщическим, секретным тоном, что Лузария засмеялась, радуясь такому непередаваемому волшебному моменту. А потом стала аккуратно отламывать кусочки от пирога, наслаждаясь изумительному вкусу и необыкновенному лакомству. Линара тоже схватила себе оставшийся кусок, довольно жмурясь, показывая милые ямочки на щеках:

— Так и знала, что проголодаюсь, пока до тебя дойду. Вот и пригодился второй кусок.

Веселая девочка ела пирог и рассказывала смешные истории, отчего Лузарии хотелось смеяться, но она сдерживала себя, так как до боли напрягала живот во время смеха. Маленькая шкодница просидела около ее кровати больше часа, не на секунду не прекращая рассказывать все, что знала, и подслушивала.

Послышались шаги, и в дверь постучали. На пороге оказался Хотар. Лузария замерла, не зная, что сказать, а молодой парень виновато посмотрел на девушек и сказал:

— Я это… ягоды принес.

— Мне? — радостно завизжала Линара.

— Ээ-э-э… тебе тоже, но огромный ковш в твоей комнате, где тебя почему-то нет, — хитро поведал брат.

— А я здесь, — заявила девочка, хищно посматривая на кувшинчик в руках Хотара.

— Пошли домой, пока мама не спохватилась.

— А ягода? — возмутилась девочка, обиженно поглядывая на брата.

— В комнате съешь, я даже помыл ее.

Линара засмеялась и резко соскочила с табурета, наклонилась к Лузарии и быстро поцеловала ее в щеку.

— Все, я пошла домой. Спокойной ночи.

Лузария на секунду обомлела, а потом счастливо проговорила:

— Буду тебя завтра с нетерпением ждать. И спокойной ночи.

— Ага, приду, как проснусь, — проинформировал «чертенок» и бросился к брату, целуя его в щеку, после того, как он специально наклонился. — Пойдем?

— Да, только я ягоду нашей гостье отдам, — заговорщически рассказал парень и тихо направился к кровати, немного с опаской поглядывая на драконицу.

Лузарии было очень необычно и весело. Она думала, какая интересная и веселая семья у Ниналии, даже, несмотря на то, что отец — орд и очень суровый человек на вид. Молодой мутари подошел к ней и, смутившись, поставил кувшин на столик. Только собрался уходить, как вдруг повернулся к драконице и сказал:

— Я просто подумал, что ты в чужом месте и ничего не помнишь. Тяжело. Сладкая ягода может немного поднять тебе настроение.

Лузария кивнула и, прочистив горло, с улыбкой ответила:

— Большое спасибо. Я уже счастлива.

Парень кивнул и пошел на выход, где нетерпеливо дергалась сестренка, подпрыгивая от нетерпения пойти в свою комнату и съесть ягоды.

Как только закрылась дверь, Лузария протянула руку и взяла спелую круглую ягодку синего цвета, положив ее в рот. Волшебный вкус и замечательное настроение. Она довольно помотала головой на подушке и счастливо улыбнулась.