Глава 197
Дети сразу и непринужденно осваиваются со счастьем, ибо они сами по природе своей — радость и счастье.
Через сутки их фамилию знал весь персонал роддома. Все уговаривали Юлю не спешить с выпиской. Но она аж дышать не могла от несправедливости. Разрешались посещения всеми друзьями и родственниками, кроме Сашеньки. Объяснить это ребёнку было не реально. Как так? Бабушки пройдут смотреть на мальчиков, а Саша нет?
— Знаешь, Янкеле, давай так — или все, или никто.
Юля понимала, что систему они не переломят. В бесплатном отделении не могло быть рядом мужа и вообще никаких посещений. Будто за деньги все посетители мгновенно становились стерильными.
Янек попытался дать охране денег, но те плечами пожали, мол, рады бы. Но не дай бог кто узнает. То, что папе разрешено находиться рядом с мамой и детьми, и то казалось ещё многим необыкновенным.
Их выписали на третьи сутки. Врач просто не смог отказать Юле. Её состояние позволяло. И мальчики были в полном порядке. Янек за это время уже несколько раз съездил домой. В последний заход уже привёз вещи.
Три детских кресла смотрелись в его машине интересно. Их тормознули буквально в квартале от роддома. Две люльки и трон Александры в середине. Янек выскочил из машины. Лейтенант из ДПС всё хотел, чтобы он открыл заднюю дверь. Посмотреть, пристегнуты ли дети. Рейд у них.
— Младшим трое суток от роду, лейтенант. Старшей четыре года. Простите. Не открою. Хотите, смотрите отсюда.
— У вас двойняшки? — засиял лейтенант.
— Близнецы. Мальчики. И старшая дочь.
— Поздравляю. Доброй дороги!
— Кажется, машину опять надо менять. Этот танк тебе, Юль, как раз на три кресла. А мне, видимо, уже автобус, — Янек прикидывал, сколько максимум у него теперь пассажиров, учитывая Тима и Яшу.
Эти двое дисциплинированно ждали дома обещанный кулёк. И были весьма удивлены, когда кульков оказалось два. Пришлось ещё и подождать своей очереди, чтобы подойти и познакомится.
— Братики! — подпрыгивала она рядом с двумя люльками. Она уже в машине пыталась в них заглядывать.
— Да, Сашенька, — Янек подхватил её на руки, прижал, чмокнул в румяную щеку.
— Ой, папа, они одинаковые! Димка с Олегом не одинаковые же. И Артур с Тимуром не одинаковые.
— Это называется близнецы. Когда очень-очень похожи.
Сашенька взяла время на раздумье. Стояла и разглядывала братьев, пока Янек их вынимал из люлек. Все бабушки-дедушки и прабабушки-прадедушки пришли знакомиться первыми.
— Вова, куда ты с улицы! Руки! Сергей, Алексей Фёдорович, тоже туда же! — Валия Николаевна отправляла всех дедов-прадедов в ванную.
Володя и Юлин дед Сергей — уже опытные. Шестеро детей у Жанны и Владимира Орловых. Восемь внуков было, считая Сашеньку. Теперь десять!
— Ну вот, Жанусь, почти футбольная команда уже только из внуков. А со всеми вместе уже можем собственный чемпионат замутить, — Володя аккуратно взял сначала Давида, — Смотри, я твой дед.
Алексей Фёдорович волновался. Его Янкель снова стал папой. И с ним, а не с кем-то ещё, делится этим счастьем. Эх, жизнь всё же — прекрасная штука. У него на руках сопел Илья.
— Что, Илюха, дед Лёша вас с братаном научит и ножики, и стрелять. Папка-то ваш умеет. Вот...
Сашенька тихо подошла к Юле. Обняла за талию. Юля прижала к себе малышку.
— Моя любимая девочка!
— Юля, смотри, похоже на сказку. Все, как феи, чему-то научат братиков. Только мы злую тётю к нам больше не пустим. Которая в шубе.
— Конечно, не пустим. Нас смотри, сколько мужчин охраняет.
Юля про себя подумала, что напрасно взрослые думают, что маленькие дети не запоминают ничего. Очень даже запоминают. Даст бог, со временем из Сашиной головы выветрится история с тётей из опеки. И все печальные воспоминания вместе с ней.
Бабушки все вместе и каждая в отдельности глаз оторвать не могли от мальчишек.
— Юлечка, надо же как-то придумать, как их отличать, — бабушка Маня озадаченно смотрела на внуков.
— Они по характеру разные. Тот, который серьёзный — это Давид, а тот, который весёлый — Илья.
Мария Давидовна глянула ещё раз. Мирно спящие мальчишки были как две капли воды.
Бабушка Рая расспрашивала про молоко. И уже где-то добыла специальные рецепты, поддерживающие лактацию.
Тиму дали обнюхать новых членов семьи. Яша прыгнул ближе к колыбелькам сам.
— М-да... Дети, значит. Если за хвост дёргать не будут и в рот пальцы не станут засовывать, с остальным разберёмся потихоньку.
Тиму осталось только с ним согласиться.