Глава 28
От озвученной Кирой перспективы у Стеши едва не остановилось сердце — на что её обрекает Луна? Целую неделю без оборота?! Допустим, он у неё пока не очень-то получается, но если прекратить попытки, то временная проблема станет постоянной. Каждый день на счету, а если альфа задержится не на одну неделю, а дольше?!
Ей нельзя долго находиться в волчьей шкуре!
Или Кира решила навсегда запереть невестку в зверином теле и таким образом, надёжно обезопасить своё положение в клане?!
Мысли метались вспуганными воробьями.
Борис ясно дал сестре понять, что дорожит Стефанией, потом, на ней его брачная метка, но это почему-то волчицу не останавливает. Интересно, на что она надеется?! Альфа вернётся, увидит, что случилось и тогда ей сильно не поздоровится.
Наверное.
Не поздоровится, если она, Стеша, расскажет волку, как с ней обращалась его сестрица. Про запрет на оборот, про пустую миску с водой, унижения… Но если замысел Киры сработает, она, Стефания, даже пожаловаться Борису не сможет! Потому что волк не говорит человеческим голосом, а мыслеречь заблокировалась вместе с возможностью нормально перекидываться.
Кажется, на этот раз ей не выкрутиться. Разве что Ардарский вернётся до того момента, как запрет на оборот станет необратим…
И здесь уже нужно думать не о судьбе Киры, а переживать, что ожидает её саму! Поможет ли ей Ардарский вернуть способность оборачиваться или решит оставить, как есть?
Дея горестно вздохнула.
Иногда, за особенно серьёзное преступление, двуипостасных наказывали принудительным оборотом. Чаще всего оставляли в человеческой ипостаси, и это было серьёзным наказанием! Лишившись связи со зверем, оборотень разом терял не только мыслеречь, но и слух, чутьё, скорость реакции. Вернее, не совсем терял, а превращался в обычного человека, и среди сородичей чувствовал себя неполноценным, почти инвалидом.
Намного реже в виде наказания оборотня запирали в зверином облике, и это считалось самым суровым наказанием.
Всегда оставался риск, что зверь возьмёт верх и задвинет человеческую сущность так глубоко, что ей уже не выбраться. Поэтому перевёртыши старались разумно делить время между обеими ипостасями, не отдавая предпочтения какой-то одной.
Изначально и волк, и человек находятся в равновесии, они равноценны и равнозначны. Но если какая-то из половин вдруг станет более значимой, могут произойти необратимые последствия. Вплоть до потери оборотнем способности менять ипостась.
Особенно опасно долго находиться в волчьей шкуре тем перевёртышам, у кого случались трудности с оборотом. Правда, сильный альфа почти всегда способен вернуть вторую ипостась потерявшему её сородичу. А не справится вожак клана, можно обратиться к Верховному, у него осечек не бывает. Но это если лишенец не несёт заслуженное наказание или если он получил прощение, и ему подарили шанс на новую жизнь…
Но захочет ли спасать её Ардарский?!
Приедет, обнаружит вместо Стефании пушистую волчицу, и решит, что такая пара ему не нужна.
Она слишком долго игнорировала волка, слишком непримиримо вела себя, отрицала их парность и не принимала Бориса ни как своего альфу, ни как будущего мужа. Да что там, она собиралась сбежать с собственной свадьбы!!! И не поставила ему ответную метку…
Такое простить, может быть, и можно, но забыть точно не получится. Альфа не привык к отказам и, как все вожаки, не терпит непослушания и пренебрежения.
И от этих мыслей ей стало по-настоящему страшно.
— Испугалась? — довольным голосом произнесла Кира, внимательно наблюдая за подопечной. — Правильно, бойся меня!
— Р-р-р! — к сожалению, Стеша могла только рычать.
Дея чувствовала себя неуверенно, но отступать не собиралась.
— Надеешься, когда Боря вернётся, он на меня рассердится и всё исправит? Кто бы ему ещё предоставил такую возможность, — оскалилась в улыбке Луна. — Сейчас его голова занята чужими проблемами, плюс Викуся не даст расслабиться и вспомнить о тебе. А когда брат вернётся — здесь его будет ждать Ксюша. А она не чета тебе, замухрышке! Тоже дочь альфы, только родом не из такого захудалого клана, как у твоего папаши! И Ксения знает, как угодить самцу, умеет доставить удовольствие… Да Боря о тебе и думать забудет, как только услышит, что его недопара окончательно сломалась. Как думаешь, что он выберет — спокойную жизнь с роскошной любовницей, к тому же его потенциальной? Или вечные страдания рядом с самкой, которая никогда не станет полноценной? Не подарит ему щенков…
Кира осеклась и замерла, рассматривая взъерошенную Дею.
— Мать-Волчица, как я сразу об этом не подумала!? Ты же можешь быть беременна!!!
«Беременна? — изумилась Стеша. — С чего бы это?»
И мысленно застонала — с того самого! Дея! Неужели волчица могла самовольно решить за них обеих?
И сама себе ответила — могла… Ведь она так рвалась к Соло! Но раньше, чем через три месяца не узнать, носит она щенка или нет.
Что поделаешь — особенность физиологии оборотня, доставшаяся им от второй половины!
Жизнь зверя полна опасностей, но природа мудра и справедлива. Чтобы защитить плод в самое уязвимое для него время, когда он ещё настолько мал, что из-за стресса или травмы волчица может легко потерять потомство, развитие малышей сразу после зачатия замирает. Ставится на паузу на три недели, в течение которых самка ведёт обычный образ жизни, строит логово, охотится, готовясь к периоду, когда она станет неповоротливой и осядет в гнезде. Конечно, у хищников всё проходит быстрее, ведь волчица вынашивает щенков всего девять недель, оборотницы же ходят беременными, как и человеческие самки, девять месяцев. Поэтому и пауза у волчиц три недели, а у оборотниц три месяца.
В общем, понять, беременна она или нет, можно примерно через два с половиной — три месяца после гипотетического дня зачатия. К гинекологу Кира её точно не повезёт, так что…
«Дея, ты не могла сделать такое! Ответь! Да или нет?! Впрочем, ты и сама поймёшь не раньше чем через несколько недель… Луна, как не хватает мыслеречи!!!»
— Р-р-р!!!
— Так, некогда мне с тобой прохлаждаться, — Кира искривила губы в злой усмешке. — Всё равно по-моему будет, рычи — не рычи. Поняла? На место пошла! Ну?
— Р-р-р!!! — волчица наклонила голову и сделала шаг к мучительнице.
— Одни проблемы от тебя! — с досадой воскликнула Кира, отступая к двери. — Прибить бы тебя, да нельзя. Брату надо будет предъявить твой новый, пожизненный образ, иначе он от тебя не отстанет. Что до возможной беременности… Не проблема, есть полезные травки…
Договорить Кира не успела, потому что Дея взревела и, превозмогая боль, взвилась в прыжке…
Женщина ласточкой нырнула в дверной проём и только успела захлопнуть створку, как с другой стороны в неё врезалось тело волчицы.
Слушая, как беснуется подопечная, Кира вытерла враз взмокший лоб и осторожно перевела дух.
Надо же, а у замухрышки, оказывается, есть зубы! И характер…
Плохие новости. Придётся форсировать события и первым делом…
Она повернулась к двери и выпустила силу. До ушей волчицы донёсся короткий взвизг, и удары в дверь прекратились.
— Что, не нравится? — крикнула Кира. — Привыкай, теперь будет только так!
Со стороны жилой комнаты больше не раздавалось ни звука. Видимо, урок оказался слишком болезненным, вот замухрышка и прижала хвост.
Удовлетворённо кивнув своим мыслям, Кира тщательно заперла двери и отправилась назад в посёлок.
Первоначальный план требовал коррекции — похоже, у неё нет времени! Если невестка окажется щенной… Если только Борис заподозрит, что его недопара понесла…
Он землю с небом местами поменяет, притащит Верховного, соберёт консилиум из врачей-оборотней, или она не знает брата! И тогда потеря статуса Луны ей покажется детским лепетом.
Стоит мерзавке раскрыть рот, как за её, Киры, шкуру, ни один старьёвщик не даст и ломаного гроша. А всё из-за кого? Из-за нищебродки, которую братец отчего-то посчитал своей истинной парой!
Нет, беременности быть не должно! Любым способом нужно предотвратить, ликвидировать, устранить малейшую её вероятность.
В посёлке всё шло своим чередом, и напряжение Киру несколько отпустило.
Борис не только не вернулся, но и не звонил, что она сочла хорошим знаком. Значит, Верховный нагрузил его работой. Но вот что до сих пор не позвонила Виктория, немного напрягало.
Хотя…
Может быть, ушлая самка смогла-таки привлечь внимание Бориса, и оба сейчас слишком заняты… друг другом? А то она не знает, какое действие на организм волка оказывает поставленная им брачная метка?!
Это было бы идеально!
Но лучше не расслабляться и, надеясь на лучшее, готовиться к худшему. Вернее, постараться сделать так, чтобы наихудший вариант не случился.
Сначала насущные дела, от обязанностей Луны клана её никто не освобождал! Потом семья — не дай Мать-Волчица, Влас что-то заподозрит!!!
Кира поёжилась, вспомнив крутой нрав супруга. Нет, руку на жену он не поднимал, но лучше бы ударил, и забыл, чем час за часом, день за днём терпеть его нотации, поучения и выговоры.
Если бы она не была Луной стаи, Влас давно бы ограничил жену в передвижениях и общении. Запер бы дома, и его не волновало, что у жены есть профессия, что она училась, а потом работала провизором. И работу свою ценила, и оставлять не собиралась. А что, муж имеет право! Даже брат не помог бы, ведь семья — это святое! Никто не вмешивается в отношения пары, запрещена только опасная для жизни самки жестокость. Если волк считает, что его волчица не должна работать, ему никто не может запретить превратить её в домохозяйку.
Кира вошла в дом и принюхалась — кажется, повезло, Власа нет! Отлично, можно будет спокойно проинспектировать запасы трав и лекарств!
У Киры дома, как дипломированного провизора и Луны клана, хранились редкие и опасные лекарственные средства. Из тех, что отпускаются не просто по рецепту, а применяются исключительно под наблюдением врача. Клиника в посёлке была, и аптека при ней. Но Кира с самых первых дней, как стала Луной, потребовала устроить в своём доме специальное помещение с прочной дверью и надёжным замком, вход в которое был только у неё.
Как в воду глядела или чувствовала, что рано или поздно что-то из содержимого этой комнаты может ей пригодиться!
Щенки — самое ценное, что есть у оборотней. Каждая беременность драгоценна и желанна, поэтому у волчиц не бывает абортов. Но кое-какие сборы существуют — на случай уже начавшегося выкидыша, когда плод уже не спасти и речь о жизни самки — ускорить начавшийся процесс. И обеспечить полное изгнание несостоявшегося ребёнка.
Ага, вот эти смеси…
Женщина внимательно осмотрела полотняные мешочки, потом перешла к холодильнику, где хранились лекарственные препараты. Взвесила все за и против, после чего решила остановиться на травяном сборе.
Отвар проще добавить в еду или воду, чем таблетки, тем более что запах трав, в отличие от химии, не воспринимается оборотнями чем-то инородным или угрожающим.
День пролетел, как обычно, только Влас разворчался, когда жена собралась вечером в избушку. Пришлось долго возиться на кухне, потом гладить рубашки мужу — её волк терпеть не мог в доме чужих, поэтому Кире, как обычной волчице, приходилось лично готовить, убираться, стирать…
Наконец, супруг уснул, и женщина смогла отправиться к подопечной.
Ничего, что получился большой перерыв, голодать вообще полезно для здоровья. А в случае с недоневесткой — полезно втройне — для золовки! Уж больно эта Стефания оказалась шустра… Надо же — осмелилась напасть на неё, на Луну клана! И ведь сумела обойти силу альфа-самки! Держать её впроголодь, не создавать комфортных условий, чтобы некогда было даже думать о сопротивлении. Но сегодня она, Кира, на ужин принесёт невестке нечто особенное — пряное мясо. Пусть поест вкусно.
Женщина предвкушающе улыбнулась и занялась готовкой.
Выбрала лучшие куски свежайшей вырезки, тщательно обмазала в приправах, от души посолила — и в духовку. Сама бы ела, но невестке нужнее.
Убедившись, что Влас по-прежнему спит, она завернула миску с мясом в платок и выскользнула в холодную темноту.
К избушке волчица подошла во всеоружии и прежде чем открыть дверь, выпустила силу, приказав Дее отойти подальше от входа.
Та глухо зарычала, но противиться и не пыталась. Отошла и замерла, поблёскивая глазами.
Надо же, урок усвоила с первого раза! Не понравилось, как её приложило силой альфа-самки? То-то же!
— Ты плохо себя вела, поэтому обойдёшься без прогулки, — грохнув на пол миску с ароматным мясом, заявила Луна. — Надеюсь, до утра не нагадишь. А на ужин тебе сегодня блюдо со стола моей семьи. Только посмей соврать Борису, что я тебя плохо кормила!
После чего торопливо вышла и бросилась обратно в посёлок.
Даст Мать-Волчица, всё получится, и уже к завтрашнему вечеру от вероятной щенности не останется даже воспоминания!
Дея насторожённо повела носом — запах еды будоражил аппетит и вызывал повышенное слюноотделение.
Она очень проголодалась — то мясо, которое ей перепало раньше, давно переварилось. Да и Кира существенно сэкономила на его количестве — оставленной для Стеши еды было явно недостаточно, чтобы насытить пережившую брачный бег и недооборот волчицу. Сейчас она съела бы что угодно — организм требовал пищи. А это мясо, запечённое в фольге, с ароматными травами, пахло просто умопомрачительно!
Волчица потянула носом и даже прижмурилась от удовольствия.
М-м-м!
Интересно, в честь чего сестрица так расщедрилась? Наверное испугалась, что перегнула, и теперь опасается, что Ардарский по головке её не погладит? Решила невестку задобрить, мол, поест вкусно и забудет про обиды?
Наивная…
Что ж, если еда без подвоха, то отказываться от ужина не стоит. Силы ещё понадобятся, ведь безропотно сносить издевательства сестрицы Бориса она, Стеша, больше не намерена!
Но пусть последнее станет для Киры сюрпризом!
Дея обнюхала свой ужин — ничем, кроме знакомых с детства приправ от него не пахло. Затем лизнула раз, другой, а потом с удовольствием запустила в ближайший кусок зубы.
Мясо просто таяло во рту.
Торопясь и чавкая, волчица расправилась с первой порцией, тут же приступила ко второй и сама не заметила, как проглотила всё до крошки. Восхитительное чувство сытости настроило на благодушный нрав и потянуло в сон.
Пожалуй, так вкусно и так сытно она давно не наедалась! Ещё бы попить — мясо нежное и ароматное, но довольно пряное. От чашки горячего чая… Ладно, миски прохладной воды, она бы сейчас не отказалась!
Но воды вредная сестрица как раз и не оставила…
Дея потыкала носом пустую миску, облизала стекло на окне и, вздохнув, улеглась спать.
К утру в пасти так пекло, что она готова была выть.
А Кира не шла…
Мало того — вечером надзирательница «забыла» вывести её на улицу, и к жажде присоединилось тянущее ощущение переполненного мочевого пузыря.
Тихо поскуливая, Дея нарезала круги по комнате, каждые несколько минут подходя к двери и прислушиваясь к звукам.
Кира не появлялась, а жажда только нарастала.
Стефания уже не раз выговорила волчице — к сожалению, та не могла её услышать — зачем набросилась на еду? Видела же, что мясо жирное и щедро приправлено! Могла догадаться, что после него ей обязательно захочется пить, не надо было съедать всё сразу! Подождала бы, когда сестрица принесёт воды или выведет на улицу — там хоть снега поесть можно…
День перевалил за середину, и скоро в узком — волку не протиснуться — окошке засинели ранние сумерки.
Дея уже не бегала, а просто лежала, без сил положив лобастую голову на передние лапы. Язык зверя распух и наждаком царапал сухие щёки и нёбо, а обычно мокрая мочка носа пошла трещинами.
Никогда раньше Стеше не приходилось испытывать такую жажду!
Наконец стукнула дверь, и обессилевшая волчица с трудом поднялась на дрожащие ноги.
Неужели?!
— Заждалась? Дела были, не могла раньше уйти. Брат запретил кому-то рассказывать о твоём состоянии, приходится шифроваться даже от собственного волка!
Кира выглядела странно напряжённой, но Дее сейчас было не до разгадывания ребусов.
Воды! Скорее воды!!!
— И-и-и! — жалобно простонала волчица, с надеждой заглядывая в лицо женщине.
— Пить хочешь? — довольно оскалилась сестрица. — Принесла, как же! Вижу, мясо съела. Вкусное?
— И-и-и!!!
Женщина подняла с пола миску, извлекла из принесённого с собой узла литровую банку и вылила её содержимое в посудину.
— Да на, на! — пододвинула миску к Дее и отступила на шаг назад. — Пей!
Не веря своим глазам, волчица ползком бросилась к миске и со стоном погрузила морду в прохладную жидкость.
Вода!!!
Хотя… не совсем вода, вернее, не совсем чистая вода… Отдаёт какими-то травами и ещё чем-то…
Плевать, пусть не совсем чистая, пусть даже из лужи и с примесью песка… Скорее промочить горло! Пить! Пить!!!
Волчица шлёпнула языком, едва не застонав от непередаваемого удовольствия, но Стефания насторожилась и усилием воли заставила зверя остановиться. Всё её существо кричало — пей скорее! Но что-то на краю сознания не давало сделать глоток.
Дея осторожно принюхалась к жидкости, потом поболтала в ней языком.
И Стеша неожиданно поняла, что ей не даёт покоя — запах горечавки! Она его на всю жизнь запомнила! Однажды в детстве они с Симой нарвали разнотравья и притащили охапку домой, но мать отругала дочерей.
— Что мы, коровы или козы? Зачем в волчьем логове сено?! Мало мне от вас мусора. Немедленно унесите. А это, — мать ткнула в жёлтые цветы, — вообще никогда не трогайте. И упаси Луна, в рот не берите!
— Почему? Что это за травка, мама? — спросила Стеша. — Красивые же.
— Горечавка, она убивает в самке мать. Поняли? Чтоб и близко не прикасались, иначе, кому вы будете нужны, если не сможете родить волчат?
Сёстрам тогда было всего по десять, но выговор матери обе усвоили, и цветы домой больше не носили. А запах горечавки запомнился на всю жизнь.
И вот она отчётливо его ощущает…
Ах ты, гадина!!!
Внутри измученной волчицы поднялась волна ярости.
Получается, Кира специально принесла ей такое мясо, специально не дала воды и пришла позже, чем обещала… Надеялась, что от жажды у пленницы голова кругом пойдёт, и она набросится на воду, не разбирая, что в ней… Решила убить племянника? Или племянницу. И не важно, что никакой щенности, скорее всего, и в помине нет. Но если он или она, всё-таки, есть?!
Потом, горечавка в любом случае сделает волчицу бесплодной на полгода, не меньше. Не то, чтобы она собиралась забеременеть в ближайшие шесть месяцев, но сам факт! Сестрица Бориса совершила преступление и должна понести наказание. Не когда вернётся альфа, нет! Она накажет её сама. Прямо сейчас!!!
— Пей, чего ты! — жадно глядя за действиями подопечной, понукнула Кира. — Мне тебя ещё на улицу вести, а я должна скорее вернуться в посёлок!
«Давай, отойди от входа! — мысленно просила Стеша, с трудом удерживая рвущуюся Дею. — Рано! Нельзя сейчас! Она успеет отскочить и захлопнуть дверь! Пусть подойдёт ближе к нам и встанет дальше от выхода!»
Повинуясь приказу Стефании, Дея дёрнула лапой, словно нечаянно наступила на край миски и перевернула её.
Стеша замерла — похоже, ей не померещилось, и контроль над ипостасью всё-таки возвращается!!!
— Ах ты, растяпа! — завопила Луна. — Криворукая! Раз так, больше ни капли не получишь!
Не в силах сдержать разочарование — придётся снова готовить отвар, причём так, чтобы ни муж, ни дочь ничего не заподозрили, и тащить его через лес — сестрица подскочила к волчице и замахнулась на неё цепью.
— Дрянь!!! Вот тебе!
Цепь рассекла воздух, но Дея увернулась и бросилась на потерявшую бдительность женщину.
— Сучка! — взвыла сестрица, — Да я тебя сейчас размажу!!!
Сила альфа-самки накрыла с головой, согнула, заставляя отступить, требуя принять позу подчинения, подставить шею и смириться с наказанием.
Стеша сжала зубы, превозмогая боль.
Только не сейчас, только не этой преступнице! Она сможет обернуться, сможет перехватить инициативу и защитить себя. Себя и, возможно, будущего волчонка!
Дея скулила, но девушка не прекращала сопротивление, не разрешая зверю взять над ней верх. И в какой-то момент это произошло — словно лопнул полог, или путы, которые сдавливали Стешу, не позволяя ей услышать свою волчицу и поменяться с той местами.
Боль схлынула, и Стефания легко перекинулась, вернув первую ипостась.
В голове заметалась заполошная мыслеречь Деи, но девушка приказала ей замолчать.
«Потом поговорим. Не мешай!»
— Как ты смогла? — Кира отступила, на мгновение потеряв концентрацию. — Ты не должна была…
Стеша не стала ждать, когда сестрица опомнится, отбросила давящую силу и ударила в свою очередь. Не руками, нет. Чем-то, что поднялось изнутри и рвалось наружу — наказать самку, посмевшую посягнуть на гипотетическую новую жизнь! Самку, которая мучила её, унижала, приказывала, словно она имеет на это право!
Метка отозвалась жжением, Стеша почувствовала, что поток новой силы стал полноводнее, и обрушила его на бывшую Луну клана Ардарского.
Кира отшатнулась, упала на пол, пытаясь обнять себя в безуспешной попытке избежать боли. И завизжала во весь голос.