Глава 41
Первые сто километров Теро пробежал на одном дыхании. Мысли в голове путались, сбивались, не позволяли передохнуть и успокоиться.
Как она могла?! Как?!
Нет, он и сам не отказывал себе в удовольствии — со Стешей-то у них было всего раз, а он молодой и здоровый самец, ему нужна регулярная разрядка. И Стефания не была против. Конечно, не была, иначе нашла бы способ для регулярных уединений. А она только просила не ставить метку до первого снега.
Да, он всё это время спал с другими самками, но не заводил с ними щенков, как сделала Стефания!
Впрочем, волк и не мог бы этого сделать — зачатием управляет самка. А Стеша смогла, значит, тот, неизвестный ему пока самец — её избранный?!
Не Борис, а тот… третий! Зачем тогда она поддерживала в нём, в Артёме, уверенность, что согласна стать его парой? Зачем просила поговорить с альфой и познакомить их родителей?!
Такая нежная, такая открытая и честная…
Как оказалось, ему это только казалось. Прожжённая лгунья — вот кто Стефания!
Р-р-р-р!!!
Взгляд выхватил знакомый пейзаж, и Теро затормозил всеми четырьмя лапами.
Мать-Волчица, пока голова была занята «разбором полётов», ноги сами привели его к родному посёлку!
Ведь не собирался заглядывать сюда, не хотел видеть изменницу. Но подсознание и встроенный в организм «автопилот» сыграли с ним злую шутку.
Вот же! И что теперь делать?!
Теро повёл носом.
«Мы тут родились и выросли, каждый камешек знаем, каждую тропинку. Если повернуть влево, то через три километра под забором будет лаз. Помнишь, когда мы его выкопали?»
«Да он давно уже осыпался. Сколько лет прошло, как им пользовались! Или его давно обнаружили и засыпали», — отмахнулся Артём
«Вряд ли нашли. Кому надо лазить по кустам?! Забор цел — это главное. Наш вход просто не найти, только если случайно наткнулись. Помнишь — снаружи его надёжно прикрывают заросли дикой малины, а изнутри периметра, прямо над подкопом, разросся шиповник».
«Даже если так — мне-то какое дело?»
«Там наш дом, наши вещи. Пошли, хоть одним глазком посмотрим, мы же ничего не теряем!»
«Альфа узнает — шкуру снимет, — колебался Артём. — Может, ну его?»
«Одним глазком? И флакончик заберём, нейтрализатор нам не помешает! Серафима, как приедет и обнаружит пустую избу, сразу сообразит, что ты её бросил. Самое позднее завтра утром отправит волков отца в погоню. К тому времени наш след ещё не выветрится, они легко его обнаружат. Он приведёт нижнедольских к посёлку, и дальше было бы замечательно, если бы потом запах исчез. Пусть ищут в посёлке, пусть ругаются с Ардарским. Тем временем мы уйдём так далеко, что не догонят. Сам подумай: Убьём сразу двух зайцев — и погоню собьём со следа, и в последний раз побываем дома, узнаем, как тут идут дела. Убедишься, что волчица довольна жизнью, что она на самом деле всё забыла, поймёшь, что тебя тут больше ничего не держит. И с лёгким сердцем в путь! Ну?»
И он решился.
Действительно, нейтрализатор не помешает. С Серафимы станется догнать и закатить истерику — тем более что его метка, хоть и временная, даёт ей некоторые на него права.
Теро довольно тряхнул головой и повернул влево.
Лаз оказался на месте, и хоть частично осыпался и был весь пронизан корнями, проходимость не потерял. Волк протиснулся за периметр, замер, прислушиваясь и принюхиваясь, а потом отряхнулся и припустил окольным путём к своему дому.
Артём верил, что сородичи не посвящены в сложный треугольник их отношений, поэтому не особенно переживал, что его обнаружит кто-то из соседей. Мало ли — заскочил забрать кое-какие вещи? Как бы Ардарский на него ни злился, а отнимать собственность не стал, следовательно, на короткое время бывший бета мог появиться в посёлке на вполне законных основаниях. Ему повезло — проскользнул незаметно.
В доме всё было так, как он оставил. И тепло. Значит, о жилье заботятся.
Судя по запаху — мама…
Артём прошёлся по комнатам, проверил место, где хранил заначку, и с удовлетворением констатировал — деньги целы! Не бог весть какая сумма, но в его положении каждый рубль на счету. Нашёл флакон с нейтрализатором, присоединил его к денежной стопке и бросил задумчивый взгляд в сторону дома родителей… Нет, к ним он точно не пойдёт! Ни к чему бередить раны. Доберётся до места, напишет. А сейчас нужно переодеться и уходить.
Артём собирался часть дороги проделать в волчьем виде, а часть — в человеческой ипостаси. Но проблемой была одежда. При обороте она сохранялась, но только в ограниченном количестве. Например — штаны, бельё и рубашка со свитером. Куртка уже будет лишней. Так сказать, «не поместится».
Но на улице не лето и даже не весна или ранняя осень. На улице стойкий минус и снег. Нет, он и в одном свитере не скоро замёрзнет, но пока найдёт, где купить пальто или куртку, его вид не по погоде привлечёт ненужное внимание прохожих. И такое обязательно дойдёт до сородичей — разгуливающий по городу мужчина в рубашке. А его будут искать, так зачем помогать погоне и оставлять следы?
Причём, искать его будет не Ардарский, нет.
Серафима.
Уж эта волчица сумеет поставить полстраны на уши!
В общем, надо подобрать такой ансамбль, чтобы при обороте он сохранился целиком. И чтобы не вызывал удивления ни у прохожих, ни у продавцов.
Лыжный костюм!
Да, то что надо — и достаточно тепло, и не так много вещей, и — главное — привычный для людей вид.
Артём нашёл старый лыжный костюм и переоделся. Потом рассовал по карманам деньги с документами, обработал себя и дом нейтрализатором и бережно пристроил наполовину опустевший флакончик за пазуху — ещё пригодится!
Подгадав момент, когда на улице никого из волков или щенков не оказалось, перекинулся и выскользнул наружу. Стелясь смазанной тенью, Теро перетекал от одного укрытия к другому, пока две решившие поболтать на улице кумушки не перекрыли ему дорогу.
Вот же… тараторки! Нашли время и место судачить!
Страдальчески прикрыв глаза, Артём приготовился ждать, но уже через пять минут подобрался и навострил уши — волчицы обсуждали Луну.
От новостей закружилась голова — Кира преступила закон, её сослали куда-то на Дальний Восток, а место Луны клана теперь занимает Стеша!?
Мать-Волчица, что такого натворила сестра альфы?!
К сожалению, сплетницы не делились подробностями, так, упомянули вскользь, мимоходом — ясен пень, они-то в курсе. А вот ему теперь мучиться от неизвестности. Хоть выходи из-за угла и расспрашивай!
Тем временем кумушки ахали — какая хозяйственная у альфы пара! Подумать только, Луна сама убирает, сама стирает и готовит мужу, никого из посторонних в дом не пускает. Оно и понятно — не намиловались ещё, зачем молодожёнам посторонние в доме? Хочется самой поухаживать за супругом, чему удивляться, если они истинная пара. Повезло вожаку. И волчице, само собой — такого волка ухватила! Не удивительно, что пылинки друг с друга сдувают!
Наконец тараторки разошлись, и Теро получил возможность продолжить путь.
В голове царил раздрай и кавардак.
Истинная пара? Сама всё делает по дому?!
Но тогда как у Стеши образовалась трёхмесячная беременность?!
Самка понесёт только от избранного ею волка!
Но три месяца назад Стеша встречалась с ним, с Артёмом, а их единственная близость произошла в начале лета. По срокам никак не совпадает!
Ардарский забрал волчицу позже — если Стефания щенная, этот волчонок никак не может быть от альфы…
Вот же… подслушал на свою голову, теперь та трещит, как трансформатор, и ничего так и не прояснилось!
Теро перемахнул через дорогу и скрылся в кустах — ещё метров сто, и лаз. А там лес и здравствуй, вольная, свободная жизнь!
И думы, да…
Зачем только он слушал разговор матери с Серафимой? Не узнал бы о беременности Стеши, не переживал бы, пытаясь понять, с кем она могла встречаться за его спиной.
Но подслушанный в посёлке разговор опровергал прежнюю информацию. Или мать обманула Серафиму, или Стеша беременна от Бориса, и срок у неё вдвое меньше.
Хотя нет, перетирая кости семье альфы, волчицы непременно упомянули бы, что Луна ждёт щенка. Значит, стая не в курсе?
Невозможно!
Если волчица щенная на сроке больше трёх месяцев, её положение чуют все оборотни. А если срок меньше, то узнать о нём самка могла только после посещения гинеколога. И опять же, в закрытом посёлке такая новость разлетелась бы в мгновение ока. Ещё бы — альфа будет отцом! Такая радость!!!
Но Светлана с Тамарой и краем эту тему не зацепили. Значит…
И Виктор тогда так кстати за калиной ушёл… Ну как — ушёл? Услала. Жена. А сама решила посекретничать с дочерью? И так удачно, что он услышал имя Стефании…
Теро оскалился и тихо зарычал.
Выходит, это был спектакль для него?
Серафима надеялась, что весть о якобы беременности Стеши его от неё отвратит? Верила, что он, Артём, смирится с участью и сделает Серафиму своей парой?
Идиотка.
Две идиотки!
Впрочем, спасибо им, иначе он ещё долго решался бы уйти…
А Стеша… Радует, что она нашла своё счастье, и что не было никакого третьего в их и так непростых отношениях. Значит, не все волчицы лживы и изворотливы, как, например, та же Сима.
Может быть, ему повезёт, и однажды он встретит свою половинку? Как встретились Ардарский и Стеша…
И больше не раздумывая, волк протиснулся сквозь лаз и отправился на запад.
Через три часа пошёл снег, и волку пришлось существенно сбавить ход. Ночевал он в уютной норе под корнями сломанной сосны, а наутро, перекусив удачно попавшимся зайцем, продолжил путь.
На третий день Теро вышел к Никишино. По прикидкам Артёма, до посёлка Новой стаи оставалось рукой подать. Правда являться туда в звериной ипостаси было нельзя, альфа рассказывал, что посёлок активно строится, и там полно рабочих из числа людей.
Удачно, что как раз сегодня в Никишино оказался базарный день!
Артём затесался в толпу и с час побродил между рядов, выбирая и внимательно прислушиваясь. Увы — про Новую стаю он ничего не услышал. Зато приобрёл тёплую куртку и смог вкусно перекусить в местной столовой.
Вот и пригодились деньги!
Заяц был сутки назад, от него в желудке даже воспоминания не осталось, так что борщ и котлеты пошли за ура.
Артём, сыто жмурясь, вышел на крыльцо, и тут его грубо толкнул какой-то мужчина.
Не человек — оборотень.
— Прошу прощения! — буркнул незнакомец, сверля Скульского взглядом. — Мы с вами нигде не…
— Р-р-р! — обозначил себя Скульский, вспомнив, что он под нейтрализатором, и сородич просто понять не может, что с ним не так.
— Тьфу, пропасть! — выругался грубиян. — Наш, что ли? Я чую — не то, но что не то, не разберу. Ты где свой запах посеял, чудик?
— Нейтрализатор, — коротко объяснил Артём и покосился на входивших в столовку людей. — Может, переместимся в сторонку? Мешаем же.
— А давай! — легко согласился волк. — Я — Валерий, стая Мэтью, Матвея Григорьева.
— Новая стая? — обрадовался Скульский. — Как удачно, я как раз иду к вам! Артём Скульский, бывший второй бета Виктора Ардарского, Уральский регион.
— К нам, говоришь? — Валера показательно повёл носом. — В бегах, так понимаю? По какому поводу?
— Длинная история. Никакого криминала, просто… не сошлись характером с любовницей.
— Угум… А любовница у нас кто?
— Дочь Виктора Нижнедольского, клан малахитчиков.
— Не мог кого попроще в любовницы записать? — ухмыльнулся Валерий. — Или свободных самок мало? Так вон, человечек толпа — за всю жизнь не перетрахаешь. Ладно, теперь всё ясно с тобой — отчего нейтрализатор, и почему ты без вещей. Что ж, идём, отвезу. У меня машина там, — махнул рукой, показывая направление. — Только надо кой чего докупить. Поможешь?
— Конечно! — воспрял духом Артём. — Но ты вроде поесть собирался?
— А? Не, — фыркнул волк, — это я тебя пытался раскусить. Ещё когда по рядам ходил, обнаружил мужика, от которого ничем не пахнет — ни человеком, ни оборотнем. Удивился, стал наблюдать. А когда понял, что картинка не складывается, решил спровоцировать.
В посёлке кипела жизнь.
Сновали грузовики, муравьями суетились многочисленные рабочие, рысью пробегали люди и волки — все, как один, в человеческой ипостаси.
— Видишь, флаг, — показал Валерий на въёзде, — его отовсюду видно. Когда он висит, перекидываться нельзя. Понятно?
— Вполне, — кивнул Артём. — Народу-то сколько! Смотрю, людей больше.
— Да, строимся, без людей никак. У них электрики, каменщики, водители, в общем, нам одним не справиться. Зима вот-вот накроет морозами, торопимся. По весне продолжим, а сейчас надо обустроить дома для зимовки. Учти, холостяки у нас пока в общежитиях живут. Я это к тому, если решишь остаться, знай, что с удобствами у нас не очень. И самок почти нет, а кто есть, те в парах. Придётся хозяйство на узел завязать, пока не обзаведёшься семьёй. И работать, не покладая рук. Готов к такому?
— А меня примут? — усомнился Скульский. — Я же ещё с вожаком не говорил.
— Если не преступник — примут. Нам Верховный дал добро — имеем право принимать любых свободных волков и волчиц. Но ты прав, сначала с Матвеем надо поговорить. А вон он, как раз идёт навстречу. Пошли, представлю тебя!
Альфа Новых Артёму понравился — молодой, но видно, что толковый волк.
И вожак хороший, это тоже чувствуется.
Расспросив новичка, Григорьев какое-то время молчал, видно обдумывая услышанное, потом произнёс:
— Если хочешь — оставайся. Примем и от поползновений защитим. Но у меня встречное предложение — не хочешь в Дикую Стаю?
— В Дикую? Хочу!!! — даже задохнулся Артём. — Я сам о ней думал, чтоб подальше от Серафимы, ведь она и здесь найдёт. Рано или поздно. Устроит… балаган.
— Учти, там не сахар, — пытливо глядя на новичка, продолжил Григорьев. — По сравнению с Дикими, у нас тут курорт. А там ничего, кроме железной дисциплины, тренировок, заданий. Можно сказать, в армию попадёшь, причём, в действующую. И сразу на передовую. А задания разные, не все приятные, скорее, наоборот. Но все связаны с риском для жизни.
— То, что нужно! Но кто же меня туда примет? Ещё и добираться на другой континент.
— Давай сделаем так — с недельку поживи у нас, осмотрись. И мы к тебе присмотримся. Заодно наведу справки. Нет, выдавать не собираюсь, — заметив, как дёрнулся Артём, успокоил его Матвей, — но прежде чем давать рекомендацию для Антонио, я должен быть уверен в том, кого рекомендую. И если всё совпадёт — твой рассказ о причине побега и желание попасть к Диким — отправлю тебя в Америку.
— Согласен, — твёрдо ответил Скульский. — Тогда я пойду? Валерий там полную машину пригнал, надо помочь разгрузить.
И потянулись дни. Вернее, полетели.
Матвей не обманул — работы в посёлке на всех хватало. Артём вставал в семь, и весь день, как белка в колесе. Впрочем, в таком ритме здесь жили все.
Неожиданно, но беглецу понравилось — народ дружный и весёлый, а что удобств нет, да вечером еле ноги тащишь, так то даже хорошо — некогда голову забивать ненужными мыслями.
Добрался до кровати — и как в омут. А с рассветом новый день. Простая, понятная жизнь, много физического труда, вкусная еда и никто мозги не выносит.
Единственное, он дёргался каждый раз, как в сторону посёлка сворачивала очередная машина — вдруг в ней сидит Серафима?! И так как машины подъезжали постоянно, Артём постоянно был на взводе.
Умом он понимал, что его никто не может заставить сделать её своей парой, но если самка приедет, прогнать её не получится. Метка же! Хоть и временная, но для всех оборотней Сима — его любовница. А это значит, что пока метка не сойдёт, ему придётся жить с ней вместе. Явись сюда Сима, ему придётся её принять или бежать дальше, то есть уехать из посёлка.
Возвращаться на Урал он, Артём, категорически не желает, а без него Серафима посёлок не оставит. Значит, Матвей будет вынужден выделить им угол или комнатку в одном из достраиваемых домов. И плевать, что Артёму волчица и с доплатой не нужна, что он не собирается обновлять метку и спать с ней — правила есть правила. Отметил? Пользуйся…
Для избалованной папиной дочки местные условия хуже каторги. Она вынесет ему весь мозг!!
Нет, лучше не рисковать, и как бы ни нравились новые знакомые, альфа Григорьев и простой, почти природный образ жизни, придётся уехать. Как минимум, чтобы защитить посёлок от явления Серафимы.
Ну и свои нервы спасти.
Поэтому, когда Матвей вызвал Артёма и объявил, что Антонио согласен его принять, Скульский не раздумывал ни мгновения.
— Спасибо, альфа! Да, я еду!
— Хорошо. Тогда завтра не работу не выходи, я скажу, чтобы с утра натопили баню. Помойся и соберись — во второй половине дня прилетит Верховный. С ним в Москву отправишься.
— Я… С Верховным? — растерялся Артём.
— Да. Ещё не в курсе — у Андрея Антоновича здесь пара? Он каждые два-три дня её навещает, первый раз на неделю перерыв сделал. Скоро, надеюсь, уговорит Татьяну переехать к нему, а то одного керосина цистернами сжигает на перелётах. Плюс время. Да и комфортнее ей с детьми будет в посёлке Верховного, чем здесь. С ним полетишь.
Ну и чудеса!
Он — с Верховным?!
Оказалось, это ещё не все чудеса.
При близком знакомстве выяснилось, что Андрей Волков не только приятный попутчик и собеседник, но и сын того самого Антонио, альфы Диких.
Артём только успевал переваривать одну новую информацию, как следом получал новую.
Нет, Верховный запанибратски себя не держал, но и не морозился. Пришлось в подробностях рассказать всю историю, включая подслушанный разговор матери с дочерью.
— Сучки, — коротко констатировал Волков. — Хорошо, что мозг у тебя всё-таки заработал, сам разобрался, что это выдумка. И так же правильно сделал, что ушёл. Вот за метку пожурю — это было излишнее.
— Приказ альфы…
— С Ардарским я ещё побеседую. Он волк правильный, но тут инстинкты все пробки сорвали. Хорошо, что всё устаканилось, иначе наворотил бы он дел. Да и ты тоже. Ведь не твоя самка, ты это давно понял, зачем упорствовал? Зачем провоцировал Бориса, зачем закрутил голову волчице?
— Бес попутал, как говорят люди. Стеша нравилась мне. Не так, чтоб совсем крышу срывало, но достаточно сильно, чтобы я не хотел ею делиться. Мы были бы хорошей парой.
— Не были бы хорошей, — нахмурился Верховный, — только сносной. Встретишь истинную — поймешь разницу. И куда спешил, зачем?! Ладно, это к делу не относится. Послезавтра самолёт в Певек, там тебя волки Решетникова встретят. Немного потерпеть придётся, дальше дорога не столь комфортная, но легально тебе в Америку не попасть. Полетишь «посылкой». Не волнуйся, маршрут отработан, много лет пользуемся, ни одной осечки не было. Я с тобой передам отцу бандерольку. Возьмёшь?
— Конечно!
Через десять дней после этого разговора беглый бывший бета Ардарского встречал рассвет на пробежке вместе с отрядом Диких. А ещё через два месяца принял участие в своём первом задании.
Его судьба в очередной раз сделала кульбит, но на этот раз Артём не покачнулся, не споткнулся, а твёрдо встал на ноги.
Кажется, он нашёл своё место в жизни!
А семья…
Что ж, ему всего-то сорок, столько лет впереди — успеется. И если Мать-Волчица простит ему временную метку Серафимы, то рано или поздно он встретит ту самую. Ради улыбки которой готов будет небо с землёй местами поменять, совершить тысячи безумств, защитить от всего света и жизнь положить, чтобы его единственная была счастлива.