На бал, как в бой.

Наши личные встречи с шефом сократились до минимума. Все документы и поручения он передавал через секретаря и так же я возвращала. Я лишь слышала его крики за стеной или в приемной, когда он злился. Я безумно скучала по его запаху, мне не хватало омутов его черных глаз, того огня, которым они наполнялись. К концу семестра расчеты и учебные планы были окончательно подготовлены к новым обстоятельствам. Перестроены лаборатории и частично учебные корпусы. Строились отдельные общежития. Оставалось за малым, набрать недостающий персонал. Ну и пережить предстоящую зимнюю сессию и бал зимнего солнца. Это аналог нашего нового года и Рождества. Бал я ждала и предвкушала. А еще, я ужасно скучала без детей. После разговора с Серджем я их не видела. Мое одиночество разбавлял только Гердц. Он приносил книги. Мы занимались, обсуждали прочитанное. Цветы от него теперь украшали не только дом, но и мой кабинет. А еще, он действительно готовит, да еще как!

Сессия. Как у нас говорят: «живут студенты весело от сессии до сессии», мир другой, а принцип тот же. Во время экзаменов звучат взрывы во всех лабораториях. Библиотека становится местом паломничества студентов. В коридорах студенты кучкуются вокруг книг и конспектов. А ректор, особенно зол. Неучи, недомаги звучит от него все чаще, а как же, эти самые неучи рушат его любимую академию. Сам ректор вел лишь один предмет – практическая магия демонов. И этот предмет обычно сдавали раз по пять, а то и больше. Предмет начинался на третьем курсе и итогом был зачет. Потом недельная практика с зачетом. И на четвертом на зимней сессии итогом был экзамен. Но пересдавали бедолаги этот предмет до конца пятого курса. На одной из таких пересдач и погибла Хильда. Студент неудачно зачитал призыв не закрепив руной удержания пентаграмму. И итог взрыв артефакта глушилки. Во взрыве пострадали другие артефакты, впитывавшие заклятия и из них вырвались все проклятия и не только. Шеф призвал весь поток на себя и перенаправил в резервный. Но рядом, как обычно, была Хильда, словно тень, за спиной ректора. Он как обычно привык к ней и забыл, она тут, рядом. Его защита позволила ему не пострадать, отзеркалить, но не ей. Студент был отчислен и еле унес свое смертное тело от ректора.

Я, посвежевшая после салона красоты, выбирала платье к балу. Гардероб я обновила и собиралась избавится от иллюзии начиная с бала.

– Лисс, дочка, не думаю, что ты права. Я повысил ее до своего зама. А она даже ни разу не зашла ко мне! Сидит в своем кабинете. Вот скажи, зачем он ей? Цветочки от эльфа по углам расставлять.

Он то повышал голос, то шипел как змея.

– Папа, они занимаются спортом и только.

– Что-то я результата не вижу, только цветочки одни. – Пробурчал шеф.

– Ты обидел ее и сильно. Я бы вообще от тебя после такого сбежала, совсем.

– Вот и я думаю, что сбежит. Под венец, с этим полу эльфом и его цветочками.

– Папа, ты просто ревнуешь. А сам ни разу не дарил ей цветы.

– А зачем ей цветы?

– Она же женщина, все женщины любят цветы.

– она моя помощница, при чем тут цветы и ревность? Ты просто перечитала романтических историй.

– Сердж, ну хоть ты ему скажи. – Лисс взвыла и тяжело, громко вздохнула.

– Отец. То, что ты постоянно все разговоры сводишь к Хильде, говорит лишь об одном – ты скучаешь. Ты стал еще более не выносимым чем обычно. Если ты не сделаешь шаг к примирению, ты ее потеряешь, совсем.

– Хватит! – Взорвался шеф. – Хватит отчитывать отца. Я не скучаю. Просто эта секретарша – криворукая племянница министра – бездарность. А Хильда, она не женщина, она моя помощница, теперь уже зам, и точка!

Да, шеф… И точка. Знакомая боль разлилась в груди. Я всхлипнула и не заметно для шефа и его детей, ушла. Сидела в кондитерской с огромным пирожным и чашкой чая. Ни пить, ни есть не хотелось. Хотелось реветь и биться в истерике, но слезы не лились, а я словно замерла.

– Привет печальная, но не менее красивая.

– Гердц, привет. – Я даже не повернулась в его сторону, просто улыбнулась уголками губ. Он взял салфетку и начал ловко сгибать уголки.

– Я так понимаю на бал идти не с кем? Об этом и грустим?

– Гердц, я не в том положении, чтобы переживать из-за этого. Приду как обычно, сама.

– Ну уж нет! Такая прекрасная дама, умна, интересна и одна?! Ты идешь со мной. Нет, я буду счастлив, если ты позволишь мне сопровождать тебя. А?

– Ты серьезно?

– Да. Ты замечательная. Мы друзья. Ты единственный мой друг. Из всех знакомых мне дам, ты единственная, с кем я хочу проводить время, тем более на балу.

Он улыбался. Он улыбнулся. Отодвинул пирожное грозя пальцем. А потом взял мою руку, поцеловал и вложил в ладошку цветок из салфетки.

– Я зайду за тобой, за пол часа до бала.

И он убежал. Оставил после себя тепло на душе и ушел.

– Хильда! – Я глупо улыбалась после ухода Гердца, когда на меня с объятьями налетело стихийное бедствие в лице близнецов.

– Мы соскучились.

– Очень.

– Все. – Добавил Сердж подойдя с отцом и Лис. Дети тепло улыбались. Обняли крепко при встречи.

– Ты добилась больших успехов.

– Да Лис, спасибо. Но это еще не предел.

– Зачем? – грубо прервал шеф.

– Что, простите «зачем»?

– Зачем это? Сначала не пойми, что в волосах. Потом все эти корсеты и платья. Потом все это… зачем? Вы стали как, как …

– Как женщина?

– Нет! – Отрезал шеф.

– Ну знаете… Да пошли вы, шеф, лесом!

Я ушла. Все настроение опять сошло к нулю. Ну вот, что за леший. Почему так срываюсь на этого, чужого мне мужчину?!

– Хильда! – Меня нагнала Лис. – Ты очаровательна. И тебе очень идут красные локоны и корсеты и косметика. А папа, он просто мужчина не понимает. Пойдем выбирать платье на бал. С ним я все равно ничего не подберу. Я привыкла, что мы это делаем с тобой. Давай в этом году выберем и тебе? Только не отказывайся.

– Не буду.

Лис завизжала от счастья. Выбирали мы долго. Ей выбрали светло-зеленое, скромное, но с длинным боковым разрезом. А мне темно-голубое с зеленым переливом, словно море. Пришлось избавиться от красных локонов в волосах. А еще хотели купить гарнитур под платье. Я за эти месяцы не стала худышкой, скорее дамой с аппетитными объемами. Платье струилось и было свободным от груди, но при движении эффектно облегало округлости бедер. У меня появилась талия. А еще на платье была открытая спина, почти до бедер, слегка открывая впадинку внизу спины. Учитывая весьма пуританские взгляды на моду этого мира, я была искренне удивлена и обрадована таким бальным платьем и их популярностью. Гарнитур я так и не подобрала. Взяла только серьги с голубыми бриллиантами. Семья у меня теперешней богатая, могу себе позволить, тем более я хочу себе это позволить. Лис была в восторге. Пока я выбирала себе серьги, она перемерила все во что смогла тыкнуть пальчиком.

Бал. Черные лодочки на невысоком каблучке. Роскошное платье. Вечерний макияж. Новые серьги. Волосы я подняла с одного бока собрав и закрутив волной распустила с другой. Почему-то не хотелось делать мудреные прически. К условленному времени пришел Гердц. Он застрял на пороге с приоткрытым ртом.

– Что-то не так? Совсем плохо?

Я вдруг почувствовала себя не уютно и даже мерзко.

– Ты издеваешься? Да я сражен. Хильда. Я шел сюда с намерением предложить дружбу. Ты знаешь в моей семье я единственный полукровка. Но традиции семьи я обязан блюсти полностью. Каждый в семье эльфов при рождении получает набор артефактов. Среди них эльфийский клинок, но пользоваться им ты сможешь лишь став воином, часто клинки переходят от родителя к ребенку. Кольцо или браслет избранницы, или избранника. Перстень для кровного друга и кулон для подруги. Еще много чего, но эти три вещи святыни. Мне 200 лет и именно в тебе я увидел настоящего друга. Я принес тебе кулон. Но сейчас думаю, может, пока не поздно, сбегать за кольцом.

Мы засмеялись. Я понимала, что он шутит. Между нами нет любви. Но его слова разлились теплом и уверенностью внутри. Он словно стержень стал моей опорой, моей частью самой себя. Подойдя ко мне со спины он замкнул цепочку из белого золота с кулоном в виде цветка похожего на ромашку с россыпью мелких драгоценных камней. На лепестках были голубые камни, в сердцевине желтые, а на листике, который обвивал цепочку – зеленые.

– Ты мой друг, настоящий друг.

– спасибо Гердц. Я ценю это и обещаю отбивать из цепких загребущих рук падких на смазливых блондинок женщин.

Мы шли шутя и смеясь. Я предвкушала бал и боялась. Обычно бал открывали танцем ректора и Хильды. И я ждала этого танца. От жилого городка мы не заметили, как дошли до главного здания академии где и был бальный зал. Само здание словно старинный замок, огромный, серый и с химерами под крышей. В бальном зале вдоль одной из стен были диванчики, напротив входа были музыканты. А у окон ютились столики с закусками и легким алкоголем, соками и водой. Играла легкая музыка и никто особо не обращал внимания кто входит, и кто выходит. Мы с Гердцем прогуливались от компании к компании. Я ловила на себе взгляды, завистливые, восхищенные, теплые словно ласкающие и ненавидящие. А потом музыка стихла и в зал вошел он, хозяин бала и ректор академии. Под руку с дочерью, а рядом старший сын. За ними близнецы с любимым дедом. Я загляделась на своего шефа и сердце пропустило удар. Черная рубашка, черные брюки и лишь одна яркая деталь, алый платок в нагрудном кармане рубашки. А потом, потом словно ведро ледяной воды на мне. Я заметила родителей Хильды, точнее уже своих родителей, они высматривали кого-то в толпе. Хм, кого-то это меня. А рядом с матушкой была она. Эльфийская ведьма. Она держала матушку под руку, словно дочь она, а не я. Ректор взял слово. Я таяла от его голоса не слыша слов. А потом заговорил отец, мой отец. Он пел хвалебные оды шефу за отличное воплощение его мечты. И я умирала с каждым словом. Шефа описывали словно само совершенство и не слова обо мне, нет, о Хильде. Это ее идея, ее планы, это она их дочь. Но о ней никто не говорил и не вспоминал. Потом говорил магистр Герк. Он говорил о мечте, о внуках. В конце речи сказал, что ректор настоял о назначении директором магической школы отдельного человека. И объявил первый танец тех, кто стал виновником этого великого события. Ректор сделал пару шагов к центру зала и стал всматриваясь искать глазами меня. Гердц подтолкнул меня в спину на встречу к нему и … И лучшая ученица моей мамы, ведьма во всех смыслах этого слова, перехватила руку шефа и положила ее себе на талию уводя в танце. Я встретилась взглядом с родителями, мой разочарованный и их, безразличный. Они тоже закружились в танце. За ними магистр подняв на руки внучку и Нат с сестрой. Я опустила глаза вперев взгляд в пол переводя дыхание и готовясь к побегу. Все, сыта балом. Хватит. Но уверенные руки моего друга буквально внесли меня в центр танца. Я плохо знала движения, я лично не знала вообще, а Хильда плохо. Но Гердц вел уверено, и я расслабилась.

– Не бери в голову. Хильда, ты прекрасна и обязана насладиться этим вечером. Ясно?

Следующий танец был традиционным для Хильды, с Серджем и в этот раз никто партнера не уводил. Потом с Ником, а потом партнеры менялись один за другим. Я стала действительно наслаждаться вечером. С шефом и его свитой мы столкнулись случайно, у столика с напитками. Я просто не обратила на них внимания подойдя за водой.

– О, Хильда. – Оживилась ведьма не выпуская локтя моего шефа. – Ты взялась за себя?

– О, вы, а я и не заметила какой серпентарий тут, иначе бы наслаждалась вечером в как можно дальше.

– Хильда! Как ты себя ведешь? – Грозно и довольно громко шикнула матушка.

– Как взрослая женщина, не позволяющая наглой эльфийке портить себе вечер. А что именно вас смущает, матушка?

Она покраснела и глянула на шефа, я тоже посмотрела. Его глаза были налиты кровью, огонь плескался, но мне было все равно. Я наслаждаюсь вечером. Со спины меня обняли подошедшие дети.

– Хильда! Ты прекрасна. Ты так красиво танцуешь. Все только о тебе и говорят.

– На этом балу ты королева. Ты так популярна среди партнеров.

– Я думал бал будите открывать вы и ректор – включился в разговор магистр и дедуля – ведь это вы реализовали нашу мечту.

– Герк, не говори глупостей друг. Это заслуга Верджа, а дочь лишь перенесла на бумагу все. Поэтому я и предлагаю, – я уставилась на шефа – директором назначить лучшую ученицу моей супруги.

– О чем беседуете?

Наигранно беззаботно поинтересовался мой блондинистый друг оттиснув детей и обняв меня за талию.

– Шли бы вы, магистр Гердц, танцевать. На вас, как всегда, большой спрос среди дам.

Шеф не сдерживал раздражения и откровенно хамил.

– Ну, я взрослый мужчина и партнерш выбираю себе сам. Так, о чем речь? – Последнюю фразу он говорил всматриваясь мне в глаза.

– Речь. А речь о том, что эльфийского происхождения ведьма, которую, сомневаюсь, что мои родные родители, активно протежируют на должность директора магической школы при нашей академии. Той, которую сам ректор придумал и реализовал.

– Так про школы – это твоя идея была вроде и расчеты, и планы. Ну да ладно, не переживай. У эльфов тоже по твоим расчетам школу готовятся открыть и директора уже ищут. Поехали туда, там директора ищут без протежирования, по заслугам. А твой опыт вне конкуренции. А сейчас, пошли танцевать, такой вечер и ты просто прекрасна.

– Нет. – Зарычал шеф, давя силой он высвободился из рук эльфийки и буквально искрясь перехватил мою руку. – Этот танец Хильда обещала мне.

Шеф вынес меня в центр, обнял за талию и уверено повел в танце.

– Хильда. Я не принижал ваших заслуг. Я не раз объяснял чья именно это идея и тестю и вашим родителям.

– Ректор Вердж, вы взрослый человек и руководите академией не первый год. Я не верю, что у вас не нашлось слов для объяснений всей ситуации. Или что вы можете быть не убедительны. Я помню каким вы были отбивая меня от охотничков – женишков и от родителей с их планами.

– У меня было слишком мало времени.

– Прекратите. Не портите мне вечер своими оправданиями.

– Как вам ваш кабинет?

– Если бы вам было бы интересно, на самом деле, вы бы нашли пару минут времени зайти лично и узнать.

Он утробно зарычал, словно дикий зверь.

– Боялся помешать вашему общению с магистром Гердцем.

– Не судите по себе. Я в рабочее время – работаю.

– О чем вы?

– О вашей будущей директрисе, вашей школы магии, уникальной эльфийке с ведьмовским даром и лучшей ученицей главы шабаша.

– Не говорите глупостей.

– Не портьте мне вечер пустыми словами, ректор Верджинальд.

Он зарычал. Плотнее прижал меня к себе и повел резче.

– Что у вас с магистром Гердцем? Вы понимаете кто он. У него в постели побывало больше дам, чем вы можете представить себе. Он негодяй. Так вы хотите активировать свой дар? Да лучше с мальчишками, купленными вашей матушкой.

Я резко остановилась. В глазах заблестели слезы. Моя рука сама по себе сползла с плеча шефа и взлетев отвесила звонкую пощечину. Музыка стихла, зал замер. Он смотрел на меня глазами полными огня, а я на него полными слез. Я не видела никого другого и ничего не слышала. Я прошептала, но получилось слишком громко.

– Я ухожу, совсем.

Развернулась и сохраняя гордую осанку ушла. Я слышала лишь стук своих каблуков и собственного сердца. У выхода меня нагнал полу эльф поймав в свои объятья. Сил не осталось и ноги подогнулись, он подхватил меня на руки. Где-то по дороге нас нагнали дети. Я рыдала уткнувшись в плечо друга. Все шли моча. Дома меня сгрузили на диван и отпаивали, сначала настойками, а потом коньяком. Коньяк мы пили с эльфом, а дети притащили настольные игры, закуски и напитки. Когда близнецы уснули, Гердц и Сердж отнесли их на верх спать, с ними ушла и Лис. Сердж налил себе вина, а мы продолжили приговаривать коньяк.

– Хильда, ты представляешь, та дама, из комиссии, умудрилась снять мою защитную сеть с каминной трубы. Я обнаружил ее вчера голой в своей постели.

Мы засмеялись.

– И как ты от нее избавился?

– О, еще пару лет назад, я заключил выгодную сделку с парой бесенят, ты их знаешь, они сейчас оккупировали твою кровать. Так вот, эти дети способны избавиться от любой не желанной особы женского пола в моей постели.

– Да, от любой не желанной…

Грустно проговорила я

– Хильда, отец…

– Нет Сердж. Это возможно последний вечер в этой академии, я не хочу, не могу ничего слышать о нем.

– Хильда, я не шутил о школе при эльфийской академии магии.

– Я знаю Гердц, тебе сделали предложение занять эту должность. Они сделали запрос на твою характеристику. И прекращай бегать от семьи. Твои тебя любят. А на предложение – соглашайся.

– Но ты…

– Гердц, я не знаю, что делать дальше. Мне нужно время подумать.

– Ты всегда можешь рассчитывать на меня. Мой дом открыт для тебя. А моя семья всегда будет рада тебе. И может к семье мы поедим вместе? Уж очень любвеобильная у меня семья, боюсь сам я не осилю.

Мы засмеялись.

– В качестве кого вы повезете Хильду к своей семье?

– Сердж, пусть наш разговор останется нашим. Договорились?

Я посмотрела ему в глаза, как же он похож на своего отца. Он злился и беспокоился и глаза его выдавали.

– Да, Хильда, как скажешь, я обещаю.

Я достала из за пазухи кулон, эльф щелкнул пальцами и магия эльфов вспыхнула в нем.

– Вы сделали предложение Хильде? – Сердж повысил голос и с сожалением продолжил – И ты приняла его. Поздравляю.

Я с полу эльфом рассмеялись.

– Да, Сердж. Гердц сделал мне предложение. И я приняла его. Теперь мы кровные друзья. Правда клятву и ритуал мы еще не проводили. А давай сейчас?

Небольшой разрез на пальцах, пару капель крови смешали в чаше, окунули кулон и фамильное кольцо Гердца, проговорили заклинание. Разбавили вином и распили. Что сложного? Но результат ошеломил. Стоило допить, как нас ослепило и откинуло в разные стороны больно приложив к стенам. Пространство заискрилось, и я провалилась в темноту теряя сознание.

– Привет.

– Хильда!

– Нет, Хильда теперь ты. Как твои дела? Я вижу ты активировала магию.

-Что? Я? Нет! Я ухожу из академии. Ректор, он несносный, он, он ужасный!

Она обняла меня.

– Ты просто любишь его. Я кстати тоже.

– Что, тоже уходишь с работы?

– Нет, люблю и это взаимно. Слушай. Очнулась я в больнице. Когда меня выписали, узнала, что на мое место, повысили бывшего. Я собрала вещи, написала заявления, одно на перевод, другое на увольнение и к директору. В приемной ждала долго, там и встретила его, он тоже ждал. А директор, ну ты знаешь почему, отсутствовал вместе со своим секретарем. Я сделала нам кофе, достала из заначки секретарши печеньки и шоколад. Мы разговорились. Он заметил два заявления, ну я все и выложила. Так было обидно за тебя, за меня, вот и излила душу незнакомцу. Все равно склонялась к увольнению. И о бывшем рассказала, и о глупой дочурки большой шишки в лице совладельца банка, и о директоре вечно развлекающегося с секретарем и перекладывающего свои обязанности на замов и начальников отделов. А потом оказалось, что это он большая шишка и дочурка его, и пришел он узнать, как справляется его дочурка и кто есть ее возлюбленный. Только он сразу не признался. Сначала ухаживал за мной, и я думала он просто крупный клиент. Он посоветовал мне не рубить с горяча, а взять отпуск и подумать. Я так и сделала. Весь отпуск он все свое свободное время проводил со мной. Мы съехались и скоро я выхожу замуж. А еще, выйдя с отпуска, я узнала, что теперь я директор банка, его дочурка уволена и работает у его друга секретарем и полностью на само обеспечении. С бывшим они сошлись и живут вместе, он теперь у меня в подчинении и пару раз пробовал вернуться. Я отшила и теперь он довольствуется распространением гадостливых слухов. Но мне плевать, ты же знаешь, я и не такое выслушивала в свой адрес. А еще, мой Федор хочет детей, так хочет, что дал мне на карьеру не больше года после брака. И знаешь, я тоже хочу, очень.

– Молодец. Я так рада за тебя. А я воспользовалась твоими записями и заставила бывшего тестя ректора открыть магическую школу. Ну еще, подружилась с магистром Гердцем, мы теперь кровники. Вот клятву дали, так и магию активировала.

– Значит вот как ты магию активировала. Хильда, ты стала такой красивой. Ты добилась того, о чем я только мечтала. Думаю, каждый из нас теперь на своем месте. Спасибо тебе, за все. Думаю, у тебя все наладиться с ректором.

– Получится, только вряд ли с ним.

– Хильда! – Сердж тряс меня за плечи, Гердц поливал водой, я тяжело приходила в себя. Все болело и внутри бушевала стихия. С огромным трудом я открыла глаза. Осмотрелась. Оба мужчины были растрепаны и взъерошены. Я выпила настойку трав и стало легче.

– Настойка снимет боль. Но магия. Тебе нужен семейный артефакт, иначе могут быть не контролируемые всплески.

– У меня его нет.

Гердц выпил такую же настойку. Мы опять уселись у камина, я на диване, где только что лежала, мужчины на полу.

– Почему у тебя нет семейного артефакта?

– Родители лишили, когда я сбежала от выбранного ими женишка.

– Твоим личным артефактом можно сделать кулон. Он уже настроен на тебя благодаря клятве. И теперь работает как защитник. Думаю, мои родители помогут и настроят его правильно. Он сможет поглощать всплески и работать как накопитель.

– Значит с планами определились, едем к тебе. Расскажи о своей семье.

– О, тут говорить мало. Тут надо прочувствовать. Эльфы надменны и горделивы и это правда. Моя семья, наверное, преуспела в этом лучше остальных. Мои предки основали город и общину где живет моя семья. Они посадили отросток от дерева жизни. Но есть у нас в семье одно маленькое исключение из правил. Мы относимся снисходительно ко всем и даже сородичам. Но если кто-то из нас любит, то этого бедолагу любит вся семья. Не каждый способен это вынести, так что готовься.

– А твою маму… Она…

– Она умерла, почти сразу после родов. Она была чистым человеком и истинной парой отца. Отец уже был женат и у них было трое детей. Мы не контролируем это. Просто встретив того самого единственного для тебя все другие исчезают и остается только одна… Он встретил мою маму. Он хотел уйти к Темного за ней, многие эльфы уходят вслед за своей парой. Просто без пары жизнь теряет смысл. Его остановила его жена, по нашим законом бывшая. Она стала ему опорой и удержала в мире живых мною. В младенчестве все дети имеют след своих матерей, отец привязался ко мне увидев во мне маму, ее часть. Его жена стала ему поддержкой и опорой, другом, со временем любовницей, для нашего народа любовница. Для нашей семьи она мать и жена отцу. Со временем у меня появилась сестренка. А отец одарил жену артефактом кровного друга, ведь у него была пара и брачные кольца остались с ней.