Глава 6
* * *
Виктория провела ладошкой по его щеке, на которой бугрились шрамы и, приблизив к нему близко своё лицо, робко коснулась губами твёрдых мужских губ.
Демид сильнее сжал девичью талию, лаская руками обнажённую спину и пробуя её сладкие губы, которые ещё хранят вкус домашнего мороженого…
Он целует её очень нежно, почти невесомо. Словно целует тончайшие лепестки роз или трепетные крылья бабочки.
На мгновение, прервав поцелуй, Демид глядя в её широко раскрытые глаза, прикоснулся к тёплым, нежным щекам своими ладонями. Робко убрал непокорный локон, спадающий волнистым водопадом на щёку.
— Вика… Я никогда прежде не встречал такую, как ты, поверь! — прошептал он, целуя её вновь.
Всё дальнейшее походило на страстный и совершенный во всех движениях, танец.
Демид подхватил Викторию на руки и направился в дом. На секунду замешкался.
— Вика… я… может не так тебя понял… — он нервно сглотнул и хотел уже её отпустить.
— Дем… — прошептала она, обвивая его сильную шею руками и прямо смотря в его глаза, — я хочу тебя…
— Вика… — был его ответ. И произнёс её имя так, словно обратился к богине.
Демид вошёл в свою спальню. Здесь главным предметом интерьера, естественно, была великолепная кровать. Это было красивое изделие из красного дерева, но как и всё здесь, имело налёт старины и времени ушедших эпох. Олицетворение декадентства.
Демид пристально смотрел на неё и опустил на пол. Виктория повернулась к нему спиной, позволяя снять с себя платье. Демид жадно оглядел девичий стан и начал медленно расстёгивать молнию на её платье.
Когда ткань упал вниз к ногам, Виктория обернулась.
У Демида перехватило дыхание, когда он увидел жемчужно-белую кожу и её восхитительную обнажённую грудь.
— Ты такая красивая, — восторженно сказал он, и очень нежно прикоснулся руками к груди, накрыв её и, издал протяжный стон.
— Ты очень красивая, Вика, — бормотал он, притягивая её за талию и наклоняясь к сладким губам.
Виктория едва могла дышать от охватившего её сильного желания.
Демид целовал губы, шею, покрывал нежными поцелуями её грудь, губами обжигая кожу. Он беспорядочно водил руками по её спине и талии.
Под пальцами Виктория чувствовала мягкий шёлк его волос, его рубашка возбуждающе терлась о её обнаженную кожу.
Она резкими движениями начала расстёгивать пуговички, мечтая скорее прикоснуться к его телу…
Демид чуть отодвинулся.
— Это нужно убрать, — пробормотал он, срывая с себя рубашку, и отбросил её в сторону.
— Знаешь, меня посетила мысль, что ты — только сон, и если снять с тебя платье, то растаешь, как облачко. — Хрипло признался Демид.
Глаза её расширились.
— Но теперь-то ты веришь, что я существую на самом деле?
Губы его дёрнулись в улыбке.
— Больше, чем верю! — он нежно провёл рукой вдоль её тела, и Виктория затаила дыхание. — И эта действительность прекраснее любого сна.
Девушка робко протянула руку, и он, поймав её, положил себе на грудь.
Он легонько толкнул её на кровать и очень медленно потянул вниз её трусики, и Виктория выгнулась, помогая ему до конца раздеть себя.
— Боже мой… Вика… ты прекрасна… восхитительна…
Она сильнее задрожала, когда его пальцы прикоснулись к нежной и влажной коже, и издала стон, почувствовав нежные губы и ласковый язык.
— Мягкая и нежная!.. Такая вкусная и сладкая… Божественная! — он встал, чтобы сбросить с себя остатки одежды.
Виктория приподнялась на локтях, рассматривая обнажающегося мужчину, и подумала:
«Дем сейчас похож на самого настоящего пирата… Такой сильный, страстный, отчаянный и желанный… какое это блаженство, когда у тебя есть свой собственный пират. И как было бы чудесно, если бы он взял меня в плен и увёз на своей бригантине далеко-далеко…»
— Что означает эта загадочная улыбка? — спросил Демид, возвращаясь к ней.
Тела их соприкоснулись, и он заглянул ей в глаза.
— Выдумки на пиратские темы, — призналась она.
— Поделись своими фантазиями, — попросил он, поглаживая её бедро. — А я расскажу тебе о своих…
Губы её чуть изогнулись.
— Просто мне показалось, будто я пленница на борту пиратского корабля…
— Добровольная?
— Ну конечно! Извини, наверное, это звучит так нелепо…
— Не надо просить прощения. Я ощущаю себя сейчас, благодаря тебе, не просто любовником, а самым настоящим разбойником.
— Мне нравится, как ты говоришь об этом. А теперь я хочу показать тебе как сильно желаю тебя…
Она придвинулась ближе и обвила его шею руками.
— Всё, что пожелаешь… — прошептал он, зарывшись лицом между её грудей.
Виктория толкнула его на кровать и спустилась вниз. Легонько прикоснулась к его ногам и провела руками по всей их длине, от щиколоток до бёдер. Она осторожно и нежно дотронулась до его шрамов на бедре, прежде чем поднялась ещё выше…
— Ви-и-ка-а…
Лунный свет заливал комнату колдовским светом. Воздух, казалось, дрожал от желания. Демид лежал головой на подушке, и она сидела на нём верхом, расставив ноги и наслаждаясь безнаказанностью его рук, ласкающих, сжимающих, тискающих её тело.
Она отвечала ему тем же, лаская его грудь, ероша пальчиками светлые волосы, чувствуя, как с каждым движением единый ритм всё более и более ими овладевает. Они любили друг друга второй раз за ночь, и хотя первое их слияние было прекрасно, Виктория тогда лишь следовала за ним, позволяя утолить его долгий голод.
Демид был очень нежен. Ласками и поцелуями он кружил ей голову, медленно и осторожно ведя к вершинам наслаждения.
Теперь же, когда страсть закипела в её крови, он осторожно перевернул Викторию и навис над ней, наслаждаясь её покорностью и страстью. Демид прижимал её к себе, и когда пришло мгновение финального аккорда, не отпустил, хрипло произнося её имя.
* * *
Когда Виктория проснулась, солнце только-только поднялось. Она приподнялась на локте. Демид мирно и безмятежно спал рядом.
Виктория смотрела на мужчину, и ей хотелось прикоснуться к его щеке, отбросить светлые волосы со лба, погладить широкие плечи, прижаться к нему… Но она остановила себя. Пусть спит.
Так получилось, что вчера Демид рассказал ей об ужасах своего прошлого. И о той внутренней борьбе, которую он вёл несколько лет, скрываясь от общества и от самого себя. Сильный, добрый и такой одинокий… Был одиноким.
Теперь, Виктория ни за что не оставит этого мужчину одного… и улыбнулась своим мыслям.
«Как мне хорошо…» — подумала она и блаженно потянулась, устремив руки к потолку.
Когда Виктория снова повернулась к Демиду, то обнаружила, что он уже проснулся и лениво наблюдает за её разминкой.
— Привет… — сказала она тихо. — Хорошо спалось?
— Ммм… — неопределенно ответил он и стянул с неё покрывало.
— Ооо! — вырвалось у неё, и попыталась укрыться снова, правда, безуспешно.
Губы Демида чуть изогнулись.
— Мне нравится видеть тебя такой, как ты есть, и больше ничего…
— Да?
— Это желание мучило меня с самого начала, — веско заметил мужчина. — Сначала этот сумасшедший и великолепный танец на кухне. Затем твоя пижама в горох. Боже… мне этот горох снился по ночам! Я уже не говорю о вчерашнем вечернем платье…
Она не удержалась и прыснула в кулачок.
— Ты следил за мной… по этим своим мониторам… — не спрашивая, а утверждая, сказала Виктория.
И в её голосе и словах не звучало осуждения.
— Да. Следил… невольно вышло… И под всеми этими нарядами скрывалась такая красота! — Он бросил на неё страстный взгляд.
— Никогда бы не подумала, что в моем теле есть что-то особенное, — сказала Виктория шутливо, но поймав его выражение глаз, почувствовала, как дыхание участилось, а по телу пробежала дрожь предвкушения.
Он с иронией заглянул ей в глаза.
— Я говорил тебе этой ночью, что ты восхитительна?
— Да…
— Ты божественна! Как статуэтка, вырезанная из слоновой кости. А что касается этого…
Он тронул очень легонько и ласково её соски, заворожено наблюдая, как они реагируют на его прикосновения, затем наклонился и с удовольствием каждый по очереди поцеловал.
— Ты не сказала мне, нравится ли тебе это? — спросил он с озорным блеском в глазах.
— Мне казалось, всё ясно без всяких слов, — прошептала она, чувствуя, как волна желания пробегает по телу. — Безумно нравится!
— Я счастлив, Вика… — ответил он. — И мне нравится тоже.
Его рука скользнула вниз по её бедру.
Ладони Виктории плавно опустились ему на грудь. Он застонал от удовольствия и желания. Его руки гладили её плечи, спину, бёдра, прижимая желанную девушку к себе ещё ближе…
* * *
Демид выглядел счастливым. Намного более счастливым, чем раньше.
«Неужели, это я сделала его таким?» — подумала Виктория, наблюдая за мужчиной.
Демид разговаривал по телефону со своим другом и помощником в бизнесе, Павлом Карповым. Вёл он разговор из своего кабинета. Дверь была открыта и Виктория видела мужчину, и отчётливо всё слышала.
Судя по задаваемым вопросам и удивлению собеседника на том конце провода, Павел заметил изменения в голосе Демида.
— Да, Пашка…
— У меня всё отлично и прекрасно… прекрасней не бывает…
— Да. В моём отличном настроении виновата женщина, ты попал в самую точку…
— Она невероятная…
— Нет, не познакомлю…
— Любопытство оставь при себе…
— Передам ей привет и твои пожелания…
— Отлично. Я весь во внимании. Что там с нашим новым проектом?
Виктория с широкой улыбкой на губах, надела на себя рубашку Демида и проскользнула в его кабинет.
Она обняла его со спины и шепнула на ухо:
— Я сначала к себе, а потом на кухню. Жду тебя на завтрак.
Не удержалась и легонько прикусила его ушко.
Демид обернулся, не прекращая разговор с Павлом, да так и замер, жадно поглощая взором её соблазнительный вид: растрёпанная, с припухшими от поцелуев губами, с блеском в глазах, одетая в его рубаху.
Демид сглотнул и хотел уже прервать разговор, как Виктория покачала отрицательно головой и, послав воздушный поцелуй, с весёлым смехом упорхнула от него.
Демид взъерошил волосы и услышал, как Павел в трубку уже рычит.
— Демид, мать твою! Ты меня слышишь?
— Слышу… повтори ещё раз… — ответил с улыбкой Демид.
— Знаешь, мне бы сердиться, но я так рад за тебя, дружище! Ладно, не буду тебя грузить. Вышлю весь отчёт на электронную почту. — Павел рассмеялся и продолжил. — Как придёшь в чувство и будешь думать головой, а не головкой — звони мне. А пока наслаждайся по полной… дела не убегут!
Демид не успел ничего ответить, как друг уже отключился.
Он посмотрел на кровать, которая ещё хранит тепло и следы бурной ночи, и не менее бурного утра, и решил, что Пашка прав.
* * *
Виктория вошла в свою комнату и тут же была атакована своим питомцем, который своим громким «Ма-а-о-у», начал выражать своё недовольство, крутиться вокруг ног, и требовать ласки и внимания.
— Мао! Милый мой. — Заворковала девушка, поднимая кота на руки. — Прости, что оставила тебя одного. Но у меня была особая ночь… так что не возмущайся…
Мао преданно прижимается к хозяйке и убаюкивающе мурлыкает. Бенгал остро нуждается в любви и внимании своей хозяйки, и радуется, что его не бросили.
— Пойдем-ка, помоемся. Наберу тебе водички, понежишься…
Виктория наполнила большой таз тёплой водой и Мао, счастливый до безобразия, тут же плюхнулся всей своей тушкой в таз, расплескав большую часть воды по полу. Он тут же начал ворочаться в тазу, жмурясь от удовольствия.
Виктория, как всегда наблюдая в этот момент за своим питомцем, рассмеялась. Мао — настоящая находка позитива и энергии.
Она включила душ и встала под упругие струи воды. Прикрыла глаза, и вспоминала ласки Демида.
«Он просто невероятный мужчина. Такой нежный и чувственный… И я просто представить не могу, как та сучка Ева посмела от него отказаться! И авария эта… ведь из-за неё всё произошло… Зла не хватает…» — размышляла Виктория.
Приведя себя в порядок, Виктория начала вытирать и сушить полотенцем шёрстку Мао. Кот подумал, что хозяйка с ним играет и решил, что будет очень здорово, если она за ним побегает…
Справившись с котом, она надела шорты, белую футболку, чуть влажные волосы заплела в косу, обулась домашние тапочки и позвав Мао, направилась на кухню.
По дороге ей навстречу вышел Всеволод.
Виктория тут же заступила ему дорогу и широко улыбнулась.
— Доброе утро, Всеволод Георгиевич! — радостно поприветствовала она мужчину.
— Уже день… ты назвала меня по имени и отчеству? — удивился Сева и изогнул вопросительно одну бровь.
— Ну да… — пробормотала девушка и подойдя к мужчине ближе, смахнула с его плеча невидимую пылинку, и сказала: — ты прости меня за недостойное поведение. Я иногда веду себя не так, как следует. Хочу сказать, что ты классный…
Всеволод молчит.
Виктория пожевала нижнюю губу и продолжила:
— И ещё, спасибо тебе за Демида… он вчера мне рассказал про ту аварию и… твоего внука, Сергея… — она вздохнула, наблюдая тоску и горечь в глазах пожилого мужчины, который вопреки всем обстоятельствам, не бросил Демида, и не стал винить его в беде, которая обрушилась на его седую голову. — Я искренне сочувствую тебе и соболезную…
— Благодарю. — Сдавленным голосом ответил он, не выдавая мимикой своих чувств.
Но не зря говорят, что глаза — зеркало души. В них плескалась боль. Виктория тут же мысленно закостерила себя. Она ни в коем случае не желала расстраивать его и теребить застарелую рану.
Виктория обняла Всеволода, который стоял как каменное изваяние и на её действия не знал, как реагировать.
Она сделала шаг назад и, улыбнувшись, сказала:
— Я сейчас буду готовить завтрак…
— Уже обед, — перебил её Всеволод.
Виктория задорно улыбнулась.
— Но мы-то ещё не завтракали… так вот, приглашаю тебя за стол. Позавтракай или отобедай вместе с нами. Пожа-а-алуйста… — протянула Виктория и сложила руки в молитвенном жесте.
— Хорошо. — Кивнул Всеволод. — Если Хозяин не будет против моего присутствия.
— Не будет! — воскликнула Виктория. — Это я тебе гарантирую…
И, прежде чем Всеволод нашёлся с ответом, она упорхнула на кухню.
«Ну и штучка, чёрт подери!» — подумал Всеволод со смесью восхищения и замешательства.
* * *
Всеволод присоединился к их трапезе, чему Демид был очень рад.
Виктория приготовила для всех хрустящий омлет с сыром и нажарила воздушных оладушек.
Простой, но такой вкусный завтрак, что Демид не преминул через каждый съеденный кусочек об этом сказать.
Всеволод только поднимал глаза к потолку и скептически хмыкал на высказывания Демида.
Виктория была счастлива от того, что эти двое мужчин разморозились и оттаяли.
Мао бегал от Виктории к Демиду и даже Всеволоду, выпрашивая ласки и поиграть.
В итоге, кот обосновался на коленях у Демида и завалившись пузиком к верху, довольно мурчал от поглаживаний по животику и за ушком.
Всеволод, закончив свой завтрак, чопорно поблагодарил Викторию и, сославшись на некие дела, удалился.
Виктория же рассеянно потягивала из запотевшего стакана холодный морс, смотрела в окно и думала о чём-то своем.
В конце концов, Демид не выдержал. Отодвинув от себя опустевшую тарелку, он налил себе ещё один стакан брусничного морса и спросил:
— Что за мысли омрачили твоё личико?
Виктория перевела на него растерянный взгляд и поморщила носик.
— Мне не дает покоя одна вещь.
— Какая именно?
Виктория помолчала, пригубила напиток и только после этого сообщила шёпотом:
— Абу-Даби.
— Абу-Даби? — Демид натурально удивился. — Что-то я не вникаю…
— Успокойся, — рассмеялась Виктория, кладя ладонь на его руку. — Я имею в виду парадную дверь для твоего особняка! В Абу-Даби изготавливают потрясающие двери!
— Дверь? — опешил он. — Ты хочешь поставить что-нибудь вроде той, что распахивается при словах: «Сезам, откройся?»
— Как ни странно, но ты не так далёк от истины, — блеснула глазами Виктория. — Если верить легенде, в древности во время вторжения чужеземных армий резные двери с медными шипами снимались с петель и использовались в качестве оружия против боевых слонов. Их бросали под ноги животным, а те, обезумев от боли, поворачивали назад и соответственно, топтали собственное войско. Конечно, слонов теперь можно увидеть только в зоопарке, но в арабских странах такие двери кое-где ещё производят и ни одна страна в мире не может повторить то, что творят их мастера… Семёновна как-то делала у них заказ. Демид — это шедевры! Настоящий кайф!
— Восхитительная лекция по искусствоведению, — усмехнулся Демид. — Но здесь слоны не водятся.
— Не в этом дело! Такие двери воплощают в себе определённый художественный стиль и стоят в одном ряду с такими шедеврами, как знаменитые шкатулки с медной инкрустацией или резные кровати из красного дерева с балдахином.
— А что, без них никак нельзя обойтись? Конечно, Абу-Даби — не Луна и не Марс, долететь до него не так уж сложно.
Виктория чуть пригубила и задумчиво посмотрела на мужчину.
— Ты не против?
— Я тебе полностью доверяю. Я, конечно, не закладывал в смету своих расходов доставку дверей с востока, но это не проблема. Надеюсь, тебе самой не нужно туда ехать?
— Разумеется, я не собираюсь туда ехать. Всё можно решить в режиме онлайн. Можно связаться по телефону с поставщиком, у меня есть его номер. Но переговоры с ним и изготовление дверей нужных размеров могут занять несколько месяцев. Второй вариант — попытаться изготовить их прямо здесь, но, — она покачала головой, — я бы предпочла оригинал.
— Значит, ты собираешься оформить мой дом в арабском стиле?
— Не совсем. Будет преобладать больше колониальный стиль, с лёгким намёком на восток и это будет просто сказка!
— Ты меня убедила. Выпиши счёт на покупку парадных дверей и шкатулок, если они так нужны, укажи сроки и порядок поступления товара. Остальные проблемы я доверю Павлу.
— А кровать? Восхитительная кровать под балдахином?
— Нет, — поднял он руки. — Что касается кровати, то я настою на своём — никаких балдахинов!
Виктория улыбнулась.
— Облик любого дома, особенно такого роскошного, должен нести на себе отпечаток личности хозяина, его характера и привычек. Мне бы не хотелось, чтобы ты подумал, будто я рассматриваю твой особняк в качестве объекта своей безудержной фантазии. Тебе ведь, нужно удобное жильё, а не памятник архитектуры и дизайна, в котором не остаётся места для живого человека.
— Я не против того, чтобы он был и тем, и другим, — скромно заметил Демид. — Но признаюсь, мне нравятся простые и доступные вещи. Я люблю есть, пить, спать, купаться… Вика, я самый обыкновенный человек.
— Скорее самый обыкновенный пират! — вырвалось у неё.
— Снова пират? Тогда я согласен на спальню в духе морских путешествий и странствий…
— Замётано, — продолжая смеяться, сказал она. — Только, уважаемый пират, не укради меня раньше времени, а то я так и не сделаю тебе дом…
— Не бойся! Если я и украду тебя, то уже точно не продам в гарем где-нибудь в Вест-Индии, а оставлю себе…
Теперь смеялись они оба.
— Во-первых, — сквозь смех возразила она, — меня не так-то просто украсть!
— Я бы даже сказал, невозможно… но я сильно постараюсь.
* * *
Ближе к вечеру, Демид ушёл в кабинет, просматривать отчёты и подписывать важные документы.
Мао остался с Демидом, на что Виктория недовольно побурчала, но махнув рукой, тоже ушла к себе и занялась дальнейшим проектированием и дизайном особняка.
Спустя полчаса, как она села за работу, зазвонил мобильный.
Ирина Семёновна. — Высветилось на экране имя начальницы.
Виктория, широко улыбаясь, приняла звонок.
— Здравствуйте, Ирина Семёновна! — радостно поприветствовала девушка свою начальницу.
— Вика! — воскликнула в панике женщина, — немедленно собирайся и уезжай с объекта! Это не твой заказ!
— Э-э-э… — промычала Виктория, — что-то я не совсем вас поняла…
— Что не понятного? Катя, дура бестолковая, отдала тебе заказ, который предназначался Светлане! Этот объект должен вести опытный архитектор-дизайнер… Для тебя был подобран другой объект…
— Стоп-стоп-стоп! — затараторила Виктория, — Ирина Семёновна! Я нашла общий язык с заказчиком, подписала с ним все документы и… да и вообще! Это не справедливо! И я никуда не уеду! Буду вести этот объект до конца! И сами подумайте, как отреагирует заказчик, когда я ему скажу, что в компании, где я работаю, перепутали дизайнеров для заказа… глупо выйдет. Очень глупо. Давайте оставим всё как есть…
— Соболева! — нервно воскликнула женщина, отчего Виктория отодвинула трубку от уха. — Никаких, «оставим всё как есть!» Я удаляю тебя с объекта, собирай вещи и уезжай! Я вызвала Свету из отпуска, она завтра утром приедет в особняк. Златогорскому я сообщу о замене…
— Ирина Семёновна… вы не можете! — ответила Виктория, чувствуя зарождающуюся в душе панику.
— Вика, девочка… для меня этот заказ очень важен. Пойми меня правильно и сделай, как я тебе говорю. Всё. До связи.
Она отключилась, а Виктория уставилась на телефон, как на самую омерзительную вещь в мире.
— Гадство… — всхлипнула девушка и, не теряя ни минуты, вылетела из комнаты, и быстро помчалась к Демиду.
Перескакивая ступеньки через одну, Виктория, словно вихрь ворвалась в кабинет Демида и с порога воскликнула:
— Она собирается меня отозвать с твоего дома и поставить на моё место другого дизайнера!!!
Демид вздрогнул от её крика и прикрыл ладонью трубку телефона.
— Иди сюда. — Тепло сказал он ей и поманил к себе рукой.
Виктория с широко распахнутыми от шока глазами, на ватных ногах приблизилась к мужчине и забралась к нему на колени.
Он улыбнулся ей и продолжил разговор.
— На чём мы остановились? — Его голос был спокойным и уверенным. — Уверяю вас, что меня всё полностью устраивает. Если вы не услышите меня и решите заменить дизайнера, то я разорву с вами контракт…
«Демид говорит с моей начальницей…» — поняла по разговору Виктория.
— Меня не волнуют неустойки, я их выплачу.
Девушка затаила дыхание и не заметила, как вцепилась пальцами в плечи Демида.
Мао, почувствовав волнение и переживания хозяйки. Забегал вокруг стола и кресла, демонстрируя своей суетой, что он здесь, рядом.
— Тогда договорились. Виктория остаётся. И замечу, лучшего и компетентного специалиста я ещё не встречал. А её идеи меня восхищают. Я доволен.
В трубке послышался снова женский голос и Демид, прижав к себе ещё ближе Викторию, ответил собеседнице:
— До свидания, Ирина. Приятно иметь с вами дело.
Как только он отложил мобильный, Виктория выдохнула и почувствовала, что по щекам катятся слёзы.
— Ты чего? — успокаивающе погладил её по голове Демид.
— Я… я… я думала, что всё… — она всхлипнула и обвив его руками уткнулась лицом в шею. — Дем, я испугалась…
Он вздохнул и погладил девушку по спине.
— Я ни за что тебя не отпущу, Вика. По-моему, я говорил тебе это уже не раз… — немного с укором, сказал он тихо.
Вытерев слёзы тыльной стороной ладони, она посмотрела в его голубые глаза и сказала:
— Говорил… но знаешь как бывает… человек говорит, а по факту делает по-другому…
— Ты обо мне такого мнения? — изумился мужчина и нахмурился.
— Нет… извини, я не хотела тебя обидеть… — она вздохнула, — сама не знаю… просто испугалась… сильно испугалась, что мне придётся уехать и доверить тебя другой… это ужасно, Дем!
Он поцеловал её в уголок губ.
— Ладно. Я тебя понял. Главное, что уладили всё. — Он вдруг стал серьёзным. — Я должен сказать «огромное спасибо» той девочке, что перепутала заказы… ведь, если не она, то не встретил бы тебя, Вика.
— Да-а-а… — протянула девушка, — Катя удачно изменила наши жизни.
— Очень удачно. Я до сих пор иногда думаю, что ты мне приснилась… но потом вижу тебя, дотрагиваюсь и верю, что ты настоящая, не мираж. Моё счастье по ошибке…
Их прервал звонок мобильного телефона Виктории.
— Уууу… — сделала злую рожицу девушка, — опять она звонит.
Демид только усмехнулся.
— Алло… — осторожно ответила Виктория.
Она посмотрела на своего мужчину и сделала громкую связь. Виктория доверяет Демиду и не желает иметь каких-либо от него секретов. А то, что начальница сейчас что-то учудит, Виктория не сомневалась. И по хитрому прищуру глаз Демида, он тоже так считал.
— Соболева! Не знаю, чем ты так зацепила заказчика, но… ладно… в общем, ты ведёшь этот проект. Даю своё добро.
— Спасибо, Ирина Семёновна, — скривившись, ответила Виктория.
— Но только прошу тебя, девочка… ты же такая вся правильная, мменно потому я не отдавала тебе крупные проекты, потому что ты делаешь свою работу именно от души, не опираясь на коммерческую сторону. А богатых заказчиков нужно хорошо потрясти, Вика. Где-то увеличить стоимость материалов, где-то сделать лишнюю работу… ты понимаешь меня, надеюсь. Слишком ты правильная… — женщина вздохнула. — Света бы точно содрала с него больше… Но уже как есть. И я надеюсь на тебя. Если нужен будет совет — звони, дорогая, я всегда тебе подскажу, как побольше вытрясти с нашего заказчика.
Виктория сидела и не знала, как посмотреть в глаза Демиду.
«Боже! Какой стыд! А Семёновна, настоящая овца!» — в сердцах думала девушка.
— Э-эм… — только и произнесла Виктория, — как-то это не профессионально, Ирина Семёновна…
— Вика! В каком мире ты живёшь? А как, по-твоему, заработать деньги? Как? — возмутилась начальница. — Приходится крутиться ужом и изворачиваться…
— Спасибо, что просветили в нюансы своей деятельности, Ирина. — Холодно отчеканил Демид.
И от его тона даже Виктория поёжилась.
На том конце провода воцарилось могильное молчание, но через мгновение ответили:
— Демид Вячеславович? — тон начальницы был заискивающий. — Не знала, что вы рядом…
— Не буду комментировать услышанное. Скажу одно — радуйтесь, что Виктория работает у вас. Все сделки с поставщиками и строителями, я буду проводить только через неё. Всего доброго.
— Подождит…
Демид сам нажал на завершение вызова.
— Как ты на неё работала? — сложив руки на груди, спросил Демид.
Девушка с пылающими щеками от стыда за своё руководство, пожала плечами и грустно улыбнулась.
— Извини, Дем. Я сама была не в курсе этих дел…
— Да я понял. Скажи, ты хоть что-нибудь зарабатывала у неё?
— Конечно! Десять процентов от заказа всегда мои…
— Сколько? Вот же дрянь, эта Ирина! — воскликнул Демид.
— Да ладно. Мне хватает. Не жалуюсь… но после этого разговора, мне как-то не очень продолжать работать у неё… — поникши ответила Виктория.
— Я сомневаюсь, что другие компании работают честно. — Сказал Демид.
Виктория вздохнула.
— Наверное… давай не будем это сейчас обсуждать. — Она улыбнулась мужчине. — Предлагаю пообниматься, чтобы повысить друг другу настроение.
Демид кивнул и прижал девушку к себе.
В его голове начала созревать мысль…
* * *
Прошёл месяц…
Виктория и Демид активно узнавали друг друга, наслаждались общением, и не только.
Вечерами они смотрели фильмы, играли в шахматы и нарды. Естественно, игры заканчивались, в основном, в пользу Демида, если он не решал Виктории поддастся. Иногда к настольным играм присоединялся и Всеволод.
Мужчина стал постоянно присутствовать на всех завтраках, обедах и ужинах. А свои жуткие эксперименты в области кулинарии и вовсе прекратил. По рекомендации девушки занялся садом.
Оказалось, Всеволод очень любит садоводство…
Кстати о саде.
Виктория сделала фотографии сада, всех насаждений и с дозволения Демида, выслала фотографии маме, чтобы она посоветовала, какие растения убрать, а какие оставить, и какой лучше сделать ландшафт…
Уговорила его установить во дворе фонтан, а на заднем дворе бассейн. Небольшой правда, но как же это будет здорово! Особенно летом.
Благо, финансовое состояние мужчины позволяли Виктории творить, творить и творить.
Виктория улыбнулась своим мыслям и пододвинула к себе блокнот. Снова приступила к работе. Утром ранее ей пришлось выдержать сражение с поставщиком штор, который настаивал на том, что должен сам произвести необходимые измерения, и остыл лишь тогда, когда она предложила ему лично приехать из Европы — за свой счёт, разумеется.
Виктория просматривала каталоги магазинов фарфора, хрусталя и белья, размышляла о кастрюлях и сковородах, наметила визит в один из магазинчиков, куда недавно завезли новую партию итальянской мебели. Также, она уже получила ответ от поставщика из Абу-Даби, но возникли сложности с доставкой, но поставщик обещал всё решить. А девушка снова спросила себя, почему она так вцепилась в эти двери?
Она подобрала несколько красивых ковров, благо комнаты особняка Демида были отделаны деревянными панелями, а значит, можно было не ломать голову над тем, как всё это будет сочетаться с цветом обоев. На завтра Виктория запланировала посещение своих любимых вернисажей — присмотреть оригинальные картины и скульптуры для украшения интерьера дома.
«Эх, ещё бы Демид съездил со мной, вообще, была бы сказка». — Подумала девушка.
Она неделю назад завела с ним разговор о том, чтобы вместе выехать в город.
Безуспешно.
Но ничего, всему своё время…
Через несколько минут вошёл Демид с графином лимонада, двумя стаканами и тарелкой, на которой аппетитно красовались нарезанное яблоко, ягоды и сладкие круассаны.
— Ооо… — удивилась Виктория.
— Я подумал, что тебе нужно сделать перерыв.
Он поставил угощение на комод и лукаво улыбнувшись, спросил:
— М?
— Когда такой мужчина предлагает сделать перерыв, то грех отказываться… — промурлыкала Виктория, поднимаясь со стула и кокетливой походкой приближаясь к мужчине.
Демид на её высказывание немного нахмурился. Он до сих пор не верил, что может нравиться хоть чуть-чуть людям. С его слов — с такой внешностью он похож на чудовище… А то, что Виктория находит его привлекательным — это просто исключение…
Виктория только вздыхала на эти глупости, а переубедить его было очень сложно, но она не опускала рук. Нужно время.
Откусила кусочек круассана, но вдруг зазвонил её мобильный.
Виктория взглянула на абонента и улыбнулась.
— Мама звонит… — с набитым ртом сказала она Демиду.
Демид кивнул и тут же решил ретироваться. Почему-то он очень стеснялся присутствовать при разговорах Виктории с родителями и подругами.
Виктория только головой качала.
— Привет, мам! — ответила она, как только Демид вышел из комнаты.
— Привет-привет… мне тут некогда долго болтать, поэтому перейду сразу к делу. — Затараторила родительница.
— Я вся во внимании, — откусывая кусочек от яблока, сказала Вика.
— Ты своего отшельника уже приручила? Ты его на свой день рождения пригласишь, надеюсь? И где отмечать собираешься? Что-то молчишь и молчишь…
Виктория тут же перестала жевать и легко ударила себя по лбу.
«Точно! У меня же день рождения через три дня! Обалдеть… забыла про собственный день…»
— Эм… мам, я ещё думаю, где отмечать… и я конечно, очень хочу, чтобы Демид присутствовал…
— Надеюсь, нас с отцом пригласишь?
— Ма-ма-а… — протянула она недовольно, — ерунду говоришь. Когда это я вас с папой не приглашала?
— Ну-у-у… вдруг всё изменилось? У тебя мужчина со странностями, личная жизнь… всё может быть… — загадочно и с подтекстом намекнула родительница.
Девушка только вздохнула.
— Всё, мам… я подумаю, как буду справлять и перезвоню тебе. — Сказала она матери.
— Жду-жду, дочка. Люблю и целую.
— И я тебя мамуль. Люблю и целую. Пока.
Виктория положила телефон на комод и посмотрела в зеркало на собственное отражение.
— Ну, вот… уже скоро исполнится двадцать семь лет… а там и старость не за горами… — сказала она вслух, доедая яблоко.
«Чёрт… ещё надо Дему сказать про день рождения! И как его вытащить из дома?»
Виктория постучала пальцем по подбородку и, услышав, как дверь чуть приоткрылась, и вошёл Мао, таща в зубах ботинок, принадлежащий Всеволоду, она воскликнула:
— Точно! Мне поможет Сева!
Виктория отобрала у Мао ботинок и вздохнула, рассматривая на лакированной коже многочисленные царапины от когтей и маленькие дырочки от острых клыков.
— И за что ты так его, а? — спросила она кота, качая головой.
Мао прыгал и пытался зацепиться когтями в ботинок. Он громко и жалобно мяукал, ведь отобрали такую интересную игрушку!
Виктория подхватила Мао за хвост, и кот сразу же блаженно высунул язычок, прикрыл глаза и заурчал.
Она пошла в сад, где теперь часто можно было наблюдать Всеволода с садовым инвентарём.
Мужчина нашёлся на заднем дворе.
Всеволод подрезал буйнорастущие кусты дикого шиповника.
Виктория прикрыла ладонью глаза от яркого солнца и втянула в себя упоительный аромат цветов.
Запах стоит божественный. Шиповник невероятно благоухает!
Его розовые и нежные цветы открыты яркому солнцу. Вокруг кустов вьются бабочки, пчёлки, жужжат шмели…
Красота…
— Ты так бережно обрезаешь его… — заметила девушка.
Не оборачиваясь, Всеволод заговорил:
— Люблю шиповник. Не случайно мудрые древние славяне считали его символом любви, красоты, юности, благородства, вдохновения и здоровья… в этом году он на удивление сильно разросся и расцвёл. Очевидно, это из-за тебя.
Виктория улыбнулась и отпустила Мао, который тут же побежал и начал прыгать, взбираться на дерево, и носиться по саду за бабочками.
— Знаешь легенду о цветке богини? — спросил Всеволод.
— Может быть. Про шиповник много легенд ходит.
— Давным — давно, в цветущем благоухающем саду правила Богиня, повелительница Роз. Она очень любила розы, и посадила в саду множество цветов, которые всячески лелеяла. Но, как-то раз, среди её любимых цветов вырос куст дикой розы. Его стебли и ветки были намного выше остальных кустов роз, и заслоняли им солнце. Розы стали жаловаться богине на дикий куст. Но дикая роза была очень добра, ласкова и приветлива, и тоже сожалела о том, что невольно заслоняет солнце своим сестрам, и сказала, что ради них готова на любые жертвы. Подумав, Богиня, бережно пересадила дикую розу на край оврага, и на обочины дорог, и у домов. И в награду послала ей в дар яркие целебные ягоды, наделив их волшебной силой… А чтобы никто не ломал дикую розу, добавила на её ветках, для защиты, острые шипы. С тех пор дикую розу так и зовут Цветком Богини, Шиповником.
— Красивая легенда.
Виктория сорвала один цветок и вплела его в волосы.
Всеволод обернулся и приподнял в удивлении брови.
— Ты пришла извиниться за мой поруганный ботинок? Это уже третий по счёту. — Невозмутимо заметил мужчина.
Виктория виновато улыбнулась.
— У Мао любовь к кожаной обуви… прости его… — она развела руками, — я компенсирую твою утрату.
— Брось, — отмахнулся Всеволод, — это всего лишь обувь. Уберу подальше и запру шкаф на ключ. Меня волнует только то, что он мою обувь таскает…
— Видимо ты где-то провинился. — Засмеялась Виктория.
— Кстати, хорошо, что ты подошла. Я сам собирался вскоре тебя найти и поговорить. — Сказал Всеволод и внимательно посмотрел на Викторию.
— Я слушаю. — Кивнула она.
— У Демида Вячеславовича на днях будет день рождения… — заговорил Всеволод.
Виктория натурально удивилась и обозвала себя полной дурой. Могла бы и поинтересоваться, когда у Дема день рождения!
— Ооо… и когда же?
— Пятнадцатого июля. Ровно через три дня. — Его слова для Виктории стали настоящим шоком.
— Когда?! — воскликнула она, — пятнадцатого?!
— Да. — Подтвердил Всеволод. — Какие-то проблемы? Ты так удивилась.
Виктория нервно засмеялась.
— Да я в принципе и подошла к тебе насчёт дня рождения, который будет пятнадцатого июля… только у меня… — сквозь смех сказала девушка.
Всеволод замер.
— Ты серьёзно? — не так часто можно было наблюдать на лице мужчины такую гамму чувств, смесь удивления, неверия и широкую улыбку. — Да-да… припоминаю. Ты же указывала в договоре, когда подписывала… я не обратил внимания на этот факт.
— В общем, я хотела, чтобы ты помог мне убедить Демида прийти на мой день рождения, который я хотела отметить в каком-нибудь уютном кафе на летней площадке… но теперь даже не знаю, что делать…
Она почесала переносицу.
— А как Демид обычно празднует свой? — и тут же прикусила язык.
«Как он может праздновать? С Севой, наверное, или вообще никак».
— Он не любит этот день. К нам приезжает его друг, Павел. Они запираются в кабинете, пьют там, а утром Павел уезжает… вот так, Вика, — мрачную поведал историю Всеволод.
— Мда-а-а… — протянула девушка, размышляя.
— Ну надо же… у вас дни рождения в один день! — продолжая удивляться, пробормотал Всеволод.
— Сама в шоке, — хохотнула Виктория. — Слушай, а если нам провести оба праздника в этом доме? Нормально провести и устроить Демиду настоящий день рождения… только есть небольшая проблемка… моя семья и друзья сильно обидятся, если я их не приглашу…
Всеволод задумался и сказал:
— Слушай сюда девочка. Ты благотворно влияешь на Демида Вячеславовича и уверен, что проведение двух праздников в это доме — хорошая идея. Пора уже Хозяину прекращать своё затворничество…
— Ну, мы же не можем за его спиной действовать? — хмуро заметила Виктория.
— Нет, конечно. Я уверен, что ты найдёшь подходящие слова, чтобы убедить его. — С улыбкой сказал Всеволод. — Если Хозяин будет сопротивляться, то тогда уже и я вступлюсь.
— Попробую… — без энтузиазма сказала Виктория. — Пойду прямо сейчас покорять эту вершину, под названием «Демид».
— Удачи!
— Спасибо, она мне не помешает. И ещё раз извини за ботинки…
— Пустое. Не об этом переживай.
Виктория в смешанных чувствах и волнении пошла к Демиду, предварительно посетив кухню.
Демид, как всегда, обитал у себя в кабинете и что-то активно писал на компьютере, громко стуча по клавиатуре.
Виктория облокотилась о дверной косяк, наблюдая за мужчиной.
Вот хмурая складка прочертила его лоб.
Вот левый уголок рта изогнулся в лёгкой улыбке.
А сейчас он вскинул взгляд и встретился с улыбающимися глазами Виктории.
— Нас прервали, и я решила продолжить лёгкий перекус у тебя.
Девушка поставила на стол поднос, на котором она принесла лимонад, стаканы и аккуратно нарезанные фрукты.
— Спасибо, Вика, — с улыбкой поблагодарил мужчина, — мне нравится, как ты заботишься обо мне.
— А мне нравится твоя забота и внимание, Дем. Как раз узнала кое-что и хочу с тобой посоветоваться… надеюсь, ты согласишься… — закинула она крючок.
— Интересно, что придумала моя неугомонная женщина? — весело спросил Демид и поцеловал её в кончик носа.
Виктория обвила руками его шею и, широко улыбаясь, томно произнесла:
— Мне тут птичка на хвосте принесла, что кое у кого день рождения пятнадцатого июля…
Демид тут же напрягся и выскользнул из её объятий.
— Я не люблю этот день, Вика. Он напоминает о тех днях рождениях, когда меня окружали лицемеры и предатели, поднимая полные рюмки за моё здоровье. Они говорили, что я друг, брат, лучший товарищ… а в трудную минуту… в общем, ты и так всё знаешь. — Он взъерошил волосы и повернувшись к девушке спиной, мёртвым голосом сказал: — в этот день приедет Пашка, мы посидим с ним немного и всё. Прошу тебя не обижаться только…
Виктория недовольно поджала губы и сложила руки на груди.
— Есть ещё кое-что, Дем. — Немного резко сказала девушка.
Демид обернулся.
— И что же?
— В этот день не у тебя одного день рождения… — она выдержала небольшую паузу, давая осознать первые слова, — у меня тоже в этот день праздник. Я родилась пятнадцатого июля.
Демид довольно долго молчал. Затем, одним глотком осушил свой стакан с лимонадом и хрипло сказал:
— Прости…
Виктория не поняла его.
— Э-эм… за что?
Демид тяжело опустился обратно в рабочее кожаное кресло и убитым голосом сказал:
— За то, что не смогу присутствовать на твоём празднике. Ты ведь хотела объединить наши дни, так? Будут присутствовать твои родные, друзья… а я не готов выйти в люди, Вика… прости…
Виктория вздохнула, умоляя высшие силы дать ей терпения.
«Никто ведь не говорил, что будет легко».
— Ты почти прав. Только я хотела наш двойной праздник провести здесь. В этом чудесном доме, в твоём доме, Дем. — Ласково произнесла девушка, перегнувшись через стол и поглаживая пальчиками его руки. — Будут только мои самые близкие… тебе они понравятся…
— Нет. — Отозвался мужчина и, мотнув головой, печальным голосом продолжил: — Прости. В этот раз я не могу тебе ответить согласием. Ты выбери самый лучший ресторан или клуб… что хочешь, я беру все расходы на себя. И, мой подарок… если ты вдруг чего-то особенного желаешь — только скажи и это будет твоим…
Она не верила своим ушам.
— Демид! — воскликнула девушка и в негодовании взмахнула руками. — Ты… ты… да ты вообще! Самый лучший подарок, если мы отметим наши дни рождения вместе!
— Понимаю твой гнев… — произнёс он тихо, — но я не могу, Вика… не могу…
— И я понимаю тебя, Демид и не прошу выбираться из дома в люди. Просто прошу отметить наш праздник вместе и всё. Я могла бы поговорить с мамой, папой и друзьями, чтобы перенести празднование на другой день, а пятнадцатое число проведём вдвоём… хотя мама очень хотела познакомиться с тобой…
— Нет, Вика. Не стоит идти из-за меня на такие жертвы. — Он поднялся и подошёл к двери. — Прости ещё раз, но мне нужно продолжить работать.
— Ты меня прогоняешь? — очень удивилась она.
— Нет, ты что… просто прошу оставить меня сейчас одного. Прошу, Вика. Пожалуйста…
Она пожала плечами, не зная, как реагировать и не понимая, почему на глаза наворачиваются жгучие слёзы, а в горле образовался горький ком.
— Как пожелаете, Демид Вячеславович.
— Ну вот, ты сердишься.
— Я сама не знаю, что сейчас чувствую. — Она обняла себя руками, стараясь не смотреть ему в глаза. — Пойду работать дальше. Извини, что отвлекла.
С этими словами Виктория вышла из кабинета с гордо поднятой головой. Она ждала, что Демид её окликнет, но этого не произошло. Она надеялась, что он осознает, как глупо себя ведёт, запервшись в своей раковине и скажет, что передумал! Жаль. Как же жаль.