Глава 13

Лена

Второго Андрей уехал… Не клялся, не обещал, но целовал так, будто сердце своё оставляет со мной. Я отвечала, но прекрасно понимала — не имею права на чужого мужа. Не имею права разрушать чью-то жизнь, как когда-то разрушили мою. Бумеранг? Наверное так и есть, только в обратном исполнении — сначала меня, а потом я…

Он уехал!

В первый день меня накрывает пустота. Оглушающая и всеобъемлющая, такая, которую даже потрогать можно. Она проникает отовсюду и пробирает везде… Проникает глубоко и оседает надолго!

Уныние череды последующих дней — как бы ни хотелось оставаться дома и предаваться своему горю, я намерилась жить. И потом устраиваю себе развлечение сама. То по магазинам хожу, то в кино, то в кафе.

Удивительно, но идеи по новой работе рождаются яркие и подробные.

Я ещё толком не устроилась к Свете, а моменты, которые зацепила, сидя на корпоративе за общим столом, где бурно обсуждали новые контракты и способы их продвижения, уже наводнили голову идеями!

Вот так, от нечего делать, в зале разворачиваю бурную деятельность по всем фронтам. Сначала от руки рисую кое-какие наброски, потом в компьютере их перерабатываю. Редактирую… Текст, композиция — и в конце готовлю небольшую презентацию.

Когда с этим заканчиваю, добираюсь до важных задумок по скорым тендерам, которые от года в год по области и в городе проводятся. От Администрации!

Самые интересные разрабатываю — те зарисовки, ещё из прошлой… счастливой замужней жизни остаются. Видимо, от горя с ума сошла… ну и от идей. У каждого своё сумасшествие — работа — моё!

Зато боль притупляется, пока вся в проекте. Пока творю — не до того, но она вновь настигает, когда ложусь спать.

Рождество тоже проходит смазано, но очень продуктивно-деятельно.

Лишь в тишине ночи, в холоде постели с горечью признаюсь — да, одиночество — страшная вещь. Слабых — уничтожит, сильных — укрепит.

И вроде начинает у меня налаживаться размеренность жизни, как прошлое о себе напоминает. Первый звонок из клиники по ЭКО пропускаю. Он мне кажется злобной шуткой, кощунством, издевательством!

Но угомонив бунтующие гормоны, на следующий всё-таки отзываюсь. В деликатной форме отказываюсь от дальнейших процедур. Заверяю, что к клинике никаких претензий не имею и денег за не выполненную работу требовать не собираюсь. Правда, затем полдня в прострации сижу и слёзы смахиваю.

А после затяжных праздников в фирму Светки заглядываю. По поводу работы. Подругу не встречаю, мне от того легче — нечего ей сказать. Зато босс… котом мартовским улыбается, на что приходится категорично отрезать:

— С Вами не собираюсь! Если Вы хотите дать рабочее место исключительно для доступа к моему телу — уверяю, доступа не будет! А если я Вас всё же интересую, как специалист, то вот моё лицо, — кладу папку разработок проектов, которые крутятся в этой компании…

Если вначале Виктор Сергеевич недоволен дерзостью строптивой ЕЩЁ НЕ работницы, хоть и скрывает это под натянутой ухмылкой, то уже начиная листать бумаги, кардинально преображается до озадаченного на грани восторга человека.

— Документы в отдел кадров — вы приняты!

Совсем другое… Я женщина! Я специалист!

А потом окунаюсь в работу с головой. Точно в болото — вязкое, изматывающее и опасное. Несколько недель кропотливого труда, Почти без сна и продыха, как заведённая, ведь начинать всегда сложно. Тем более на новом месте! С новой командой, о которой ничего не знаешь, и которая тебя принимает в штыки.

Но для того я и акула в этом бизнесе, чтобы сжирать слабых и позволять на моём фоне выплывать другим.

Ушли трое, зато двое добровольно напросились в мою команду. Ещё одну девушку из курьерской службы сама взяла. Почему студентов и стажеров сразу же засовывают в незначительный отдел? И работу мусорную всучивают. Лично я в Наташе увидела то, что не было в трёх сбежавших — жажду знаний, терпение, упрямство и вкус. То, как она одевается, чуть скромно, но очень оригинально. Её поведение, то, как она изрекает мысли. Как ходит, смотрит, даже то, как она морщит лоб. Всё это даёт мне картинку характера человека и его творческих качеств. А если человек с видением «по-своему — творец», а не плагиатчик, значит, каким бы скверным характером и привычками ни обладал, из него может получиться специалист высшего уровня.

Моей команде такой пригодится…

Ещё через пару недель, принимая утренние процедуры и готовясь к важной встрече МОЕЙ ПЕРВОЙ презентации в этой компании, меня неумолимо настигает неожиданное открытие. Месячных нет! До сих пор.

Прошло больше месяца… А если быть ещё более точной, и судить по календарю — уже на подходе вторые. Они у меня раньше были, как по часам. Тем более, регулируемые разными препаратами. Первый сбой списала на то, что прекратила курс лечения — прекратила пить определённые таблетки и делать уколы. В довесок стресс, скандалы, праздники. Поэтому и чувствую себя часто не очень — то голова кружится, то тошнит.

С этими мыслями начинаю краситься, но открыв подвесной шкафчик в ванной комнате, чтобы взять ватные диски, взгляд случайно цепляется за тест на беременность. У меня их было много… С прошлого, когда бесплодно мечтала зачать… Видимо с тех времён остался один…

И уже сидя в туалете, не могу найти силы встать. Держу тонкую палочку, а разумных мыслей нет. Вообще нет никаких! Пустота! Какая-то сладкая, щемящая и тёплая… А перед глазами всё расплывается, и влага солёная жжет…

В себя толком не прихожу, но быстро одеваюсь, плевать, что глаз один накрашен, другой нет… У меня счастье… наверное! А счастливым всё прощается… мы же… неадекватные!

Благо, аптека недалеко…

А потом в безмолвии сижу на кухне, разместив перед собой ещё пять тестов на беременность, на которых двумя красными линиями по белому вычерчены самые долгожданные слова на свете. Самые точные, яркие — бьющие в цель.

И плевать, что это невозможно. Чудеса… они случаются… Особенно, когда их уже не ждёшь!

Рингтон телефона выводит из прострации

— Ты где? — гневно шипит в мобильный босс.

— Ам-м-м… — начинаю мычать идиоткой, отупевшей от счастья. — Сейчас буду.

Собираюсь быстро, а перед выходом из квартиры всё-таки кошусь на кухонный проём, где виден край стола.

Беременность! Мама… ребёнок!

Боже!!! Мне это необходимо обдумать. Взвесить все «за» и «против», хотя нет их. Есть только «за!» За! За! ЗА! ЗА!!!

А по пути в офис набираю своего лечащего врача. Кулагин Антон Васильевич записывает на дневной приём.

Вот так… На подъёме и уже с планами на волшебное будущее, спешу на презентацию. Эйфория, клубок мыслей и улыбка от уха до уха. Плевать, как на меня посмотрят. Плевать, что подумают и скажут. Счастливым на это плевать!!!

Каблучками лихо отсчитываю последние метры до конференц-зала.

— Всем доброе утро! — с блаженной улыбкой влетаю в зал, где уже собралась вся честная компания и заказчики. Егорычев Станислав Игоревич, Барыжников Евгений Васильевич и Назаранян Ашот Азатович. — Прошу меня простить.

Лишь на миг позволяю себе слабость, чуть улыбкой померкнуть — нет Андрея. А он ведь тоже имеет отношение к этой компании. На самом деле и хотела и не желала его видеть. Он видимо, решил также. Да и не мечтала… Сердце болезненно колет, но я быстро беру себя в руки. Детально, чётко, объёмно расписываю наши мысли. Основные графики, маркетинговые исследования, планирование продаж. Сегменты рынка, методы продвижения…

Всю наработку раскладываю по пунктам и поясняю суть будущей рекламы.

— Что ж, — Стас с очаровательной улыбкой откидывается на спинку офисного стула, локти за подлокотники, ладошки замком, — Вас стоило ждать.

Виктор Сергеевич так шумно вздыхает, аж со свистом, что все на него оборачиваются. Он виновато руки выставляет:

— Простите, весь на нервах… Елена Вячеславовна чрезвычайно категоричная особа. Резкая, строгая, даже, простите… стервозная, но её команда за эти недели жизни не видела — всё во благо вашей компании. Поэтому я рад, что вы оценили наш труд.

— Вне всяких сомнений, — кивает Стас, с восхищением одарив взглядом.

— За стервозность, — холодно роняю, нарочито звучно хлопнув папкой перед боссом, — особая благодарность!

— Лен, я не пожалел ни копейки, что тебе плачу! — шикает тихо, для моих ушей.

— Это хорошо, — награждаю босса едва заметной улыбкой. — Ведь от премии моя команда не откажется! — а это чуть громче. Вот ещё буду я пресмыкаться и блеять — если заработала, возьму всё причитающееся и даже больше, только слабость покажи…

На этом Виктор морщится, а я смакую победу. Босс уже чувствует, что теперь не слезу с него, пока премию моим не выпишет!

— Да, и на язык она тоже акула — не меньше, — мягко посмеивается Стас. Комплимент? Мило…

Мы ещё немного говорим о стороннем, пожимаем друг другу руки. И пока идёт подписание, ухожу. Теперь могу взять пару выходных. Я заслужила! Тем более в свете последних новостей… просто обязана отдохнуть и погрузиться в новый мир прекрасного будущего!

Уже в кабинете Кулагина Антона Васильевича, специалиста по бесплодию, с которым пару лет консультируюсь и прохожу разные процедуры, вновь попадаю в сказку. Да и сам Кулагин в шоке и не скрывает этого. Поэтому и тесты затягиваются. Антон Васильевич их дублирует, перепроверяет.

Но вердикт остаётся однозначный. Я беременна!!!

О Боже! Моя сказка случилась!

Моя! Новогодняя! Сказка! Чудо…

Я так счастлива, так переполнена светом. Домой не иду — парю! Ничего не вижу мрачного вокруг. В прострации и ослепительной эйфории.

И мир красками играет.

А я плачу…

Смеюсь…

Просто улыбаюсь.

Я живу! Я полноценна! Я Есть!

Нет ничего дороже ЭТИХ моментов. Ничего прекрасней.

Но я не имею права быть счастливой в одиночку.

— Свет, — звоню подруге, — хотя с самого Нового Года мы больше не виделись и не слышались. И даже на работе избегали друг друга. Звоню наобум и точно знаю — ответит. Потому что ПОДРУГА! А подруги всегда простят! Всегда ощутят плохо или хорошо. И она отвечает. А я на имени запинаюсь, и говорить не могу. Как идиотка плачу… улыбаюсь.

— Что это за хрень? — вопрос явно к снимку, который ей только что отправила. На фотке ни черта не понятно. Если бы врач не ткнул в крошечную точечку на размытом снимке УЗИ, я бы ни в жизни не догадалась что это — эмбрион.

— Это самое прекрасное чудо на свете, Свет, — всхлипываю в трубку, — это… ребёнок.

— Что? — на проводе слышится какой-то грохот, чертыханье, копошение, суета. Сторонние голоса и резкое: — Отвалите! — мимо трубки и явно зрителям. — Ты всё-таки решилась? — это уже мне. — ЭКО…

— Нет.

— Нет? — затяжная пауза. — Донор…

— Нет, — я слёзы вытираю и терпеливо жду.

Светка не дура, догадается.

— Ты что, — дрожит голос подруги. Ну вот и озарение!!! — Беременна? — с надломом выдыхает.

— Да…

— Лен… Ленка! ЛЕНКА!!! — От переизбытка чувств подруга визжит. Не хочу думать, где она. Если на работе — боюсь уже сегодня все будут знать, что случилось. А мне не желательно офишировать — примета плохая. То, да сё… — Ленка! — продолжает восторженное повизгивание Света. — Ты… Ты… — опять пауза. Снова молчание. — Лен, кто? — шепотом. — Герман? — с подозрительной задумчивостью уточняет.

— Нет, — меня аж перекашивает от мысли.

— Жаль, — цыкает без сожаления подруга. — Так хотелось бы в расползшуюся морду Колобка посмотреть, в тот момент, когда ты новость выдаёшь. И на алименты — нате и распишитесь!

— Да ну их, — отмахиваясь счастливо. — Мир им и покой. Не хочу вспоминать…

— Стой! — вновь Светка до чего-то додумывается. — Так это… — заминка, — тот красавчик? — осторожно. — Или кто-то другой? — брякает насмешливо.

— У меня был только Андрей.

— Чёрт! Чёрт! Чёрт!!! — Светка по ходу дела в экстазе скачет. И это понятно из характерных нервных хрипов, грохота и ругани от её сослуживцев. — Да пошли вы! — словно благодатью одаривает своих Светка. — Ты ему скажешь? — заговорщически в мобильный.

Вот на этом радость притупляется.

— Нет, Свет, у него семья. Да и не хотел он. Даже использовал резинки… а потом я его убедила, что… — недоговариваю, тема мне до сих пор неприятна. — Так что нет, нет и нет!

— Жаль, — в который раз мычит недовольно Светка. — А я так хотела и крёстной стать и на свадьбе твоей свидетельницей побыть.

— Что? — начинаю посмеиваться. — Ты так далеко…

— А что мне, перед носом? Я тебе… — то ли мерещится, то ли подруга слезу пускает, — счастья желаю.

Нет, не мерещится — реально носом хлюпает.

— Спасибо, — перестаю радоваться. В горле горечь. — Прости меня, — сглатываю. Я обязана это сказать ещё первой фразой, а всё оттягивала момент. Гордость. Выдержка. И мысль, что одной будет лучше. Бравада, и только. Теми, кто мы есть, нас делает окружение. Либо люди, либо нет. Я выбираю людей!

Каринка счастлива за всех сразу. Она и так делала попытки нас примирить. Правда они разбивались о мою не прошибаемую упрямость и пустую злость. А теперь верещит, не прекращая, как нам ВСЕМ будет хорошо.

И только рожая, несмотря на старородящий возраст и отказавшись от кесарева, потому что по показателям я могла сама произвести на свет ребёнка, — познаю, что есть самая великая радость для женщины.

Ни шмотки. Ни брильянты. Ни дорогие тачки. Ни острова. Ни яхты. Ни внешность…

ДЕТИ! Дети наше настоящее достоинство! Достояние! Наше счастье! Смысл жизни…

И пусть феминистки меня клюют, в меня плюют, но нет большего смысла, чем продолжение ТЕБЯ!

Пусть для кого-то дитя — его творчество, которое пройдёт либо века, либо так и не найдёт отклика в сердцах и душах других, а для меня — ребёнок. Плоть и кровь моя. Осмысленное продолжение рода!

Моя Полноценность!!!

Только родив, я ощутила в полной мере себя настоящей и живой.

Моё сокровище!!! Которое тяжко выносила в утробе. Родила в муках — без анестезий, потому что хотела прочувствовать как можно ярче тот момент, когда малыш появится. С болью, с которой нельзя сравнить ничто, но которая, как оказалось, забывается в тот же миг, когда на грудь кладут ТВОЁ ДИТЯ!

Маленькое, синенькое, сморщенное. И нет ничего красивей и любимей на свете! ТОЛЬКО РЕБЁНОК!