Глава 19. Неожиданно необходимый тип
Маргарита Петровна точно знала, что эту девицу где-то видела!
У неё всегда было особое строение органов зрения под названием «глаз-алмаз», и она никогда не забывала тех, кого хоть раз наблюдала. Правда, так как из-за своего природного любопытства она чуть ли не профессионально подглядывала за окружающими, то вспомнить сходу, кто это и когда именно она видела того или иного человека, было сложновато.
– Невестка Любочки? Или Элеоноры? – думала Маргарита Петровна, которая невесток в принципе терпеть не могла – всех поголовно как явление. – Нет… нет, просто типажом похожая! Тоже расфуфыренная заразочка, но не такая яркая. Эта ещё хуже! Что за время? Девицы вместо того, чтобы делом заниматься, по салонам ходят! Нет бы работать устроилась, так всё ходит. Небось, сейчас ей лицо нарисуют, и отправится она чьих-то то мальчиков ловить. Хищщщница!
Каждый судит по себе, вот и милейшая Маргарита Петровна неосознанно придавала наблюдаемым девушкам свои собственные черты.
Да-да, это именно она когда-то женила на себе очень спокойного, правда, слегка неинициативного типа, воспользовавшись его крайней порядочностью. А потом плотненько уселась ему на шею.
Поэтому, осознав, что после смерти мужа её кормильцем-поильцем и просто «золотой рыбкой на побегушках» остался единственный сын, Маргарита Петровна крайне нелюбезно относилась к любым девицам, даже просто появившимся на горизонте!
Сын старался! Ещё бы, куда ж ему было деваться. Талантливый архитектор неплохо зарабатывал и довольно быстро понял, что от матушки ему никуда не скрыться – с подводной лодки только на дно. Хотя, она и там найдёт!
Нет, он было попробовал…
Первый брак Костика мать проглядела – была занята оформлением наследства мужа. Разводу сына порадовалась как самому потрясающему подарку в жизни, и вот теперь бдительно терпеть не могла любую негодную девицу, которая могла бы отнять у неё средство к безмятежному существованию.
Нет, от мужа ей досталось немало – даже наивный сын не знал, что его отец ещё при жизни отписал на Марго доставшуюся ему по наследству квартирку. Отписал исключительно из чувства самосохранения – дешевле было уступить. Так что Маргарита Петровна оказалась дамой вполне себе состоятельной, по крайней мере, на жизнь ей хватало, но сама это тщательно скрывала, а как иначе занимать всё время сына просьбами, мольбами и требованиями, новыми желаниями и старыми жалобами?
– Занять ВСЁ его внимание и тогда у него не будет возможности искать какую-то финтифлюшку! – думала Маргарита Петровна.
Именно из-за этого она вполне благожелательно относилась к животным сына – двум псам и капризной кошке. Любить не любила, конечно, вот ещё, но понимала, что их наличие мешает сыну натворить глупости и привести домой какую-то конкурентку её благополучию.
Поначалу она и Ульяну восприняла именно так, правда потом выяснилось, что эта девица окрутила другого мужчину, следовательно, она для сына уже неопасна, зато мэйк Маргарите Петровне делает так, что все Маргошины закадычные подруги и соседки просто стонут от зависти.
Маргарита обожала приходить в салон, приятно проводить там время, а вот теперь ещё и загадку отгадывала – где же она видела эту ушлую особу?
– К Костику она точно не подкатывала – я бы её издалека опознала, но кто же она?
Разговор девахи Маргоша подслушала без зазрения совести и…
Словно надпись огненными буквами зажглась в её воображении:
– Ну, конечно! Актёр! Какой-нибудь импозантный мужчина, который будет за мной ухаживать, и они все, все просто попадают!
«Все они» – это, разумеется, подруги и знакомые, которые поголовно должны были ей завидовать любой ценой!
Это соображение и подтолкнуло её подобраться к девице поближе. В конце-то концов, холостые замечательные актёры, которые ищут себе невесту – «приличную женщину элегантного возраста, да ещё без семейных проблем, маленьких детей и внуков» на дороге не валяются!
Маргарита Петровна даже потребовала принести девице кофе, властно пощёлкав пальцами.
Через минуту они уже болтали.
Недоразумение, заставившее Маргариту вспоминать, чья это невестка, разрешилось элементарно:
– Конечно, вы меня видели! Я очень часто снимаюсь в рекламе! – Света назвала несколько рекламных роликов, и Маргарита Петровна восторженно зааплодировала.
По её мнению, ни один какой-то там Шекспир не был столь же значим, а вот рекламу смотрят все – деваться-то от неё все равно некуда.
– Как бы мне спросить у этой девицы про того актёра? – думала она, исходя от нетерпения – Светлане делали мэйк, разговаривать той было нельзя, и, соответственно, выяснить столь важный вопрос пока не представлялось возможным.
Света же, преотлично зная, что когда человеку что-то достаётся на блюдечке с золотой каёмочкой, то далеко не всеми это ценится, решила, что интрига вредной дамочке не помешает, поэтому элегантно смылась из-под носа у Маргариты, изобразив, что опаздывает на съемку.
– Уленька, я к тебе теперь послезавтра приду! – Света преотлично умела управлять голосом, так, что эту фразу расслышала не только Маргарита, но и половина улицы.
Ульяна и Света созвонились вечером.
– Свет, Костина матушка устроила такой спектакль, чтобы выяснить, во сколько ты придёшь! Однозначно, до послезавтра Костя будет жить спокойно! – хохотала Ульяна, а потом, посерьёзнела: – Только вот этот актёр… ты его придумала или он реальная личность?
– Реальная, конечно!
– Так что ж ты делать будешь? Маргарита же его в покое не оставит!
– И не надо! Видишь ли, когда ты мне про неё рассказывала, я сразу поняла, что эта дамочка именно то, что ему нужно! Эдуард Викторович действительно талантливый актёр, редкая умница, когда-то мне очень помог – мы играли вместе, и он частенько выручал. Кстати, принцип: «Где положили, там и сплю, что дали – то и еда», это его жизненное кредо. Собственно, за это он и поплатился.
– А что такое?
– Он спокойный, неприхотливый и порядочный, а женился на очень расчётливой особе, которая занималась бизнесом, да так успешно, что все его гонорары, а он в своё время очень неплохо зарабатывал, просто-напросто зацапала себе и вывела через какие-то схемы, ему и в голову не приходило это контролировать, а потом жена с ним развелась, и остался он гол, как сокол! Едва пережил развод, спасался только работой. И вот сейчас живёт в театре.
– Как это? – изумилась Ульяна.
– Да очень просто! Ночует в гримёрке. Девочки-костюмерши его жалеют, занимаются его одеждой. Мы все его скопом подбадриваем, но вообще-то, надеяться ему особо не на что. Сын у него есть, но давно заграницей работает, отца к себе потом не возьмёт и ради него не вернётся. Вот и получилось, что Эдуард наш практически бомж. А мужик очень приличный и хороший.
– Свет, но ведь Маргарита его прикончит!
– Ааа! Вот тут-то и кроются детали! Эдик отличается невыносимо невосприимчивым характером. То есть, способен спокойно себя чувствовать даже рядом с циркулярной пилой. Кстати, жутко полезное качество в нашей профессии! Его ни один из режиссёров не смог вывести из себя, а этой самой Маргарите до наших режиссёров как до звёзд пешочком!
– Ты думаешь, что он согласится? Марго, конечно, очень ухоженная, но…
– Да я его уже спросила и фотки дамочки показала – я ж её сфотографировала потихоньку. Объяснила, что ему надо будет сыграть, чтобы переехать из гримёрки площадью два на два метра в отдельную квартиру, и он воспрял! И да! Не говори мне, что это нечестно! Марго нужен импозантный актёр для того, чтобы гордиться им перед подругами? Так будет ей актёр – реальный, талантливый и благородной внешности! А ему нужен угол, где он сможет пожить как человек, и раз ему начхать на характер Маргариты, то я не вижу какие препятствия могут быть у моей идеи.
– А побочный эффект этого – Костик, который хоть немного освободится от круглосуточного мамоокружения! – рассмеялась Ульяна.
– Ну, и это тоже. Может, он себе кого-то успеет найти, мало ли, и такие кому-то нужны!
Света не очень любила столь подчинённых сыновей, хотя и понимала, что против подобных «Маргош» у их детей есть очень мало шансов.
– Так что жди меня послезавтра. Полагаю, что Маргарита Петровна не упустит такой шанс.
Послезавтра показало, что Маргарита Петровна мало того, что очень целеустремлённая, но и весьма гибкая особа. Она так старательно подводила Светлану к интересующей её теме, что та только мысленно аплодировала своей собеседнице.
Проблемой было то, что абы какой, побитый жизнью и молью актёр Марго не требовался! Она-то уже намечтала себе что-то потрясающее! А ведь все знают, что эта профессия, бывает, накладывает печальный отпечаток на служителей Мельпомены…
– Так вы в каком театре, Светочка, работаете? – Маргарита кралась к цели окольными путями.
Светочка просвещала «случайную знакомую», словно невзначай упоминая о том, какие у неё прекрасные коллеги! А талантливые какие, а на вид красивые… особенно мужчины. И особенно в возрасте!
– Удивительное дело, есть такие люди, как вино – становятся только ярче и благороднее! – абсолютно серьёзно рассказывала Света, а Ульяна изо всех сил держала бесстрастное выражение лица, которое всё норовило сползти и растянуться широченной улыбкой.
– Неужели же? Говорят, мужчины-актёры или быстро стареют, или гм… злоупотребляют! – вела массированную разведку боем Маргарита.
– Бывает! Вот вы знаете, как на духу вам скажу – бывает! – кивала Светлана. – Но не в этом случае! Да вы сами посмотрите!
Она покопалась в смартфоне и показала собеседнице фото…
Марго не схватилась за сердце только потому, что обе её руки были заняты маникюршей.
С экрана на неё смотрел мужчина мечты! Седовласый, с пышными, чуть вьющимися волосами, благородным, с точки зрения Марго, выражением лица, в средневековом костюме.
Костюм, как известно, уже половина успеха. А на Эдуарде Викторовиче костюмчик сидел как влитой. Благородный дон или сеньор, а может, и лорд, кто их там знает, смотрел с экрана смартфона и выглядел как воплощенная мечта Маргариты!
– Кажется заработало! – Светлана незаметно подмигнула Уле, отодвигая смартфон подальше от цепких лапок Марго, с которых она уже стряхнула мастера маникюра.
– Гм… какой импозантный мужчина! – слегка охрипшим голосом констатировала цунамомама… – Кажется, я его видела на экране. Интересно, он женат?
– Разумеется, импозантный, – небрежно отмахнулась Света, понимая, что клиент почти готов… – Он как раз в разводе, но сами понимаете, на него вешается столько поклонниц! А он уже мечтает о тихом, понимаете, ТИХОМ семейном счастье с приличной, порядочной женщиной!
Если бы можно было растянуть над собой плакат «Я очень приличная, тихая и порядочная женщина», Маргарита это бы сделала сходу, возможно, даже путём похищения парчовых занавесей Улиного салона – для основы плаката.
К счастью, Светлана продолжила беседу об Эдуарде, и занавеси были спасены.
– Вы себе не представляете, какие бывают настырные женщины! И ведь состоятельные такие… ну, казалось бы, должны уже понимать, что не всё продаётся и покупается! Он-то хочет тихой гавани, мирной жизни и жены-соратницы рядом!
Образ благородного дона-лордо-сеньора, осаждаемого богатейками, затмил даже многолетний эгоизм Маргариты – так ей хотелось заполучить желанный приз, что она была готова даже поинтересоваться, как именно выглядит и что делает эта самая жена-соратница?
Подумав о том, что этот самый дон, наверное, захочет, чтобы она ему готовила, стирала и убирала, Маргарита почти совсем включила здравый смысл, решив, что она и без актёров спокойно жила. Но представив на секунду, какой триумф вызовет зрелище этого редчайшего приза среди её знакомых, даже на готовку была готова согласиться!
Светлана пригласила её на спектакль, и уже после него Марго узрела вблизи Эдуарда Викторовича.
– Да что ж такое? Вокруг какие-то молодайки крутятся! Пошли-вон-все! – прошипела про себя Марго, понятия не имея, что нужный ажиотаж обеспечивали подговоренные Светой две её коллеги-актрисы и три костюмерши.
Харизма измученного бездомной жизнью Эдуарда Викторовича, блестяще сыгравшего нужную роль, старания дружественной актёрско-костюмерной массовки и самой Светланы, накрепко застолбили в сознании Маргариты Петровны непреложную истину – его надо ценить изо всех сил, потому как он нарасхват. Если что, моргнуть не успеешь, уведут!
Уже через несколько дней «ценный приз» уехал в отдельную и ухоженную квартиру Маргариты Петровны. Её знакомые и соседки едва не скoнчaлись от немого изумления и, местами зависти, а она сама – немыслимое дело, занялась приготовлением диетических, но вкусных блюд – надо же было протаптывать путь к сердцу такого удивительно роскошного мужчины!
И всё это имело вполне далекоидущие последствия…
***
Бывают люди энергичные, которые делают всё так, что у них «дело в руках горит», а бывают такие, что у них всё аж полыхает – так им хочется доказать, что они справляются с любой работой лучше, чем весь мир вместе взятый и на три помноженный.
Именно из этой серии и была Марианна Ивановна – исполнительная соседка Евгения Миронова.
Он с чистой совестью мог уезжать по делам, зная, что животные у него будут ухожены, накормлены, вычесаны, развлечены – идеальная зооняня!
Одна проблема – не давали покоя Марианне Ивановне лавры Макаренко!
Нет-нет, алабай Хан и овчар Гранд были вполне управляемы, да и побаивалась Марианна Ивановна их как-то переучивать – очень уж крупненькие пёсики, а вот мелкая Манюня вызывала у неё крайнее желание всё изменить.
– Что это за собака такая, которая на улицу ходит на руках у Евгения, да по большим праздникам, а? – возмущалась она. – Собака ДОЛЖНА гулять.
Почему её не смущали при этом кошки, которые могут в день проходить ничуть не меньше собак, и окружающей средой интересуются даже больше – сие неведомая загадка.
Не подходила и версия о том, что Марианна Ивановна страдала из-за замкнутой жизни собаки – территория, доступная Манюне для жизни, если прикинуть, была побольше, чем у многих территория под названием «три кустика», вокруг которых их и выгуливают.
И общения у Манюни было более чем достаточно!
А вот чего ей не хватало, так это уверенности в том, что это вот всё теперь навсегда – очень уж хорошо тойка помнила свою предыдущую жизнь.
Но Марианна Ивановна упорно рвалась осчастливить мелкую псинку, представляя, как изумится и обрадуется Евгений, увидев, что она, лучшая зооаринародионовна в мире, приручила его капризулю лучше, чем бы это мог сделать он сам.
Лучшее – однозначно враг хорошего!