Глава 42

Хонг всю дорогу покладисто улыбался Айсгеру во время сеансов связи, а в остальном никому не докучал, неожиданно так. Чтобы ему не скучно было, я отдала не только его планшет, где оказалась куча дорогущих специализированных программ для создания и аранжировки музыки, но и электронный симулятор нескольких музыкальных инструментов.

Хонгу этого оказалось достаточно, чтобы вообще забыть про плен, неизвестное будущее и про нас всех заодно. Этот маньяк готовился к поступлению в консерваторию и одновременно рожал мне основную тему для ситкома с таким упорством, что поесть забывал. Парням приходилось чуть не за шиворот таскать его в кают-компанию, чтобы посадить за общий стол. Музыкальный дурень еще и упирался, норовя даже во время еды не вылезать из планшета. За что регулярно огребал по затылку, страшно удивлялся такому к себе отношению и быстро-быстро ел, только бы от него отстали и отпустили в мир мелодий и нот.

Глядя на его маньячество, даже парни, по-моему, прониклись и перестали ревновать, потому что Хонг на мою персону вообще никак не покушался, во всяком случае пока. Ну а я помалкивала о том, что вообще-то этот ушлый товарищ во время переговоров намекал на возможность прибиться не только ко мне под крылышко, но и в постель. Лишняя это информация, лишняя.

С посольством Венги на Хенсане я связалась за день до прилета. В подробности не вдавалась, но сообщила о намерении оформить двоих мужей и троих сыновей. А также сообщила о неких переговорах с представительницей местной криминальной структуры, для которых мне может понадобиться поддержка родной планеты.

Самый большой сюрприз случился, когда перед посадкой со мной связалась… Клаусийлия Альцейкан. Я, когда поняла, от кого вызов, едва глаза на пульт не выронила, пришлось срочно водворять их на место, просить у Тэйша стакан водички, дышать… короче, целая минута понадобилась, чтобы убрать с лица выражение ужаса и ошарашенности. Итить, тлю колотить, во что я влипла, если мне звонит ЭТА ЖЕНЩИНА?! И какого праотца она забыла на Хенсане…

— Дорогая, так уж сложилось, что я отдыхала в этом чудном месте и совершенно случайно узнала о твоих затруднениях с мадам Пуонг, — заявила эта синеглазая змея, серый кардинал и легенда всея Венги, после того, как мы формально представились друг другу и поулыбались. — Мне будет совсем не трудно поддержать тебя морально, а если понадобится — оказать более ощутимую помощь. Не переживай, дорогая, родная планета никогда не бросает своих детей в беде.

— Большое спасибо, но свои затруднения я привыкла решать сама, — я постаралась соорудить как можно более вежливую улыбку. — Хотя была бы весьма признательна за поддержку. Мне необходимо попасть с мужьями в наше посольство, минуя возможные затруднения в космопорте. Это возможно?

— Очень хорошая привычка, — Клау тоже широко поулыбалась, а я мысленно плюнула: отдыхала она тут, как же! Вот тля… — И не переживай, мы все устроим.

— Интересно, чего мне все это будет стоить, — задумчиво проговорила я, когда экран погас.

Йошэт за моей спиной громко вздохнул — кажется, пока нас просвечивали синим рентгеном, мой муж вовсе не дышал, но разумно прятался за моим креслом.

Правильно. Неизвестно еще, кто из них опаснее, Мама Пу или Клаусийлия Альцейкан! Хотя о чем я… кто такая эта мадам рядом с синеглазой змеей?

Айсгер был весьма недоволен, когда я сообщила ему, что координаты посадки изменились, но тут я прямо сказала, что не собираюсь соваться в гнездо мафии без поддержки и гарантий, пусть они хоть лопнут все от недовольства. Встречаться с мадам мы будем на моей территории.

В день прилета все были на нервах, даже Иль, чутко изображающий локатор во время наших разговоров с парнями. Гель, всегда самый смирный, наоборот, совсем притих.

Один Айхо был в восторге от происходящего. Ему безумно понравился блестящий выдвижной шлюз, с помощью которого к моему кораблику после посадки пристыковался посольский аэробус. Таким образом никто снаружи не мог рассмотреть, кто прилетел и сколько нас.

Когда же этот мелкий бабник разглядел в салоне аэробуса еще и гвардеек в полном боевом снаряжении, то едва не завизжал от радости — столько теть! Все такие классные!

Вот уж любитель женского пола…

Его неприкрытое ликование даже суровых гвардеек не оставило равнодушными, и маленький хитрый засранец получил целую горсть конфет, пряжку от форменного ремня и разрешение потрогать застегнутую кобуру бластера.

Йошэт посматривал на подрастающего конкурента очень неодобрительно, но его, как потенциально будущего мужа, никто не приголубил, хотя косились с интересом. Наверняка гвардейки, служащие на Хенсане, уже привыкли к окружающей их экзотике. Хотя на фоне остальных виденных мною раньше хенсанцев мои клоники все равно выделялись — ростом, аристократической тонкостью черт, большими глазами, светлой кожей, заметной даже под налетом загара.

В посольстве нас встретили с распростертыми объятиями, и уже одно это заставило меня напрячься. Хоть тресни, а не верилось мне, что люди могут так радоваться чужим проблемам.

А когда навстречу нам вышла сама Клаусийлия, у меня непроизвольно поджались пальцы на ногах. Итить, тлю колотить, что ж мне так не везет в последнее время?

— Доброе утро, дорогая, — она улыбнулась и окинула мой гарем таким хищным взглядом, что я физически почувствовала, как напряглись мальчики. Тля, куда ни кинь, всюду клин: на корабле оставить я даже младших не решилась, нам ведь надо оформлять документы на каждого — свидетельство о браке или усыновлении, это долго. А вдруг за это время местные мафиози взломают шлюз и уведут парней?!

Закончив разглядывать моих клоников, Клаусийлия несколько разочарованно вздохнула.

— Какие милые зверьки… — и с заметным интересом спросила: — А первоисходника не сохранилось?

— Доброе утро. К сожалению, вряд ли, — я пожала плечами, стараясь сохранить на лице безмятежно-спокойное выражение. Петь песню про братьев тут было бесполезно и даже опасно. Так что лучше сразу говорить правду. — Женщина, решившая таким образом разнообразить свой досуг, его, скорее всего, уничтожила. Я была удивлена легкостью, с которой на Венге теперь клонируют инопланетников мимо питомника. И как спокойно от них избавляются. Увы, отвыкла за столько лет — ведь меня увезли на Землю еще совсем девочкой. И, признаться, я слегка растерялась, столкнувшись с проблемой.

— Венга — маленькая планета для Галлосоюза, но достаточно большая, когда пытаешься следить на ней за соблюдением законов, особенно новых и не слишком популярных, — Клау улыбнулась с тонким намеком, давая понять, что не стоит углубляться в дебри. — Раньше клонирование без оформления питомника считалось пусть и незаконной, но невинной и очень дорогой забавой тех, кто мог себе позволить подобную роскошь. А уж жить или умирать зверькам — всегда было личное дело их госпожей.

— Да, еще недавно это было в порядке вещей, — я вздохнула, стараясь показать одновременно то ли легкое сожаление об ушедших сладких временах, то ли одобрение нынешней политики Первого Дома.

А потом перешла к делу:

— Я буду очень признательна за помощь и родной планете, и лично вам. Мои мальчики оформлены как граждане Галлосоюза, но я остаюсь гражданкой Венги. Мне бы хотелось привести свои семейные отношения в надлежащий порядок. Взять в мужья старших, усыновить младших. Все же они дети Венги, кем бы ни был их первоисточник. Правильно, если и у них будет двойное гражданство.

— Что ж, родная планета всегда готова прийти на помощь своим детям, даже если сами они не всегда помнят об этом и ищут помощи на стороне, — Клау улыбнулась так, чтобы было понятно, в чей огород камень.

Стоп, это она про что? Про Терженссона, что ли?! Хрена себе «ищут помощи», глаза б мои его не видели, тля!

Ну точно, через секунду синеглазая змея подтвердила мою догадку.

— В следующий раз, дорогая, когда обнаружишь заговор у себя под носом, не забудь, что ты — дочь Венги, а не Харшаса. Департамент по внешним связям будет тебе очень признателен за это, — Клаусийлия усмехнулась, а потом добавила, снисходительно похвалив, как первогодку из учебного лагеря: — Но я рада, что ты позаботилась о чести семьи, вместо того чтобы оставить себе такое редкое и бесценное богатство, и я сейчас не о зверьках, — тут она еще и подмигнула многозначительно. Тля-а…

Единственным, что я смогла сформулировать в мыслях, было: «Айсгер — сука!» Это же получается, что он… точно сука, это была не попытка снабдить заговорщиц, а как раз наоборот — ловушка для них, да еще и совместная у спецслужб Венги и Харшаса. Твоего праотца тлей… во что я влипла?! Хорошо, что родителей отправила к праматери на курорт.

А вслух только сказала:

— Увы, я сценарист, а не дипломат или агент… — и извиняюще пожала плечами. — Я всего лишь вернула чужую вещь владельцу. Вот уж кого бы добровольно искать не стала. Надеюсь, больше в своей жизни ни с какими заговорами и ни с какими сыновьями Харшаса мне сталкиваться не придется. Но если службе безопасности Венги нужна будет моя помощь или какая-то информация, я всегда помню, чья я дочь.

Угу. Чтоб оно провалилось все… Ненавижу все эти шпионские дела и прочие неприятности. А куда деваться? Мне только что ясно и четко озвучили цену помощи, и я согласилась.

— И я очень горжусь тем, что ты эту вещь вернула. Но нам всем очень повезло, что Айсгер хорошо относится к Венге и на самом деле не является преступником, пытающимся незаконно перекинуть на планету бельюору, или эльверниты, или еще что-нибудь, связанное с заговорщиками. За последние несколько лет Венга пережила одну попытку переворота и умудрилась предотвратить еще парочку… Не все женщины готовы относиться к зверькам так же заботливо, как ты, и многих из них не устраивают новые порядки.

«Да я уже поняла, что влипла в какую-то вашу спецоперацию по уши», — тоскливо подумала я, но на моем лице эта тоска не отразилась, надеюсь.

А Клау продолжила как ни в чем не бывало:

— Кстати, было бы очень… показательно, если бы венговка, уехавшая много лет назад и ставшая известным на весь Галлосоюз сценаристом, вернулась на родную планету… ну, скажем, хотя бы для того, чтобы проводить там несколько месяцев в год. Это была бы неоценимая поддержка изменений, подчеркивающая, что Венга меняется в лучшую сторону. К тому же очень немаловажным положительным фактом стало бы наличие у этого сценариста нескольких мужей и детей, которых она не боится привозить с собой… в отпуск.

«Твою мать!» — совершенно по-земному ругнулась я про себя. Ну потому что твою же мать!!! Только, тля, мне отпуска на Венге не хватало для полного счастья… тем более, учитывая, что…

— Насчет известной венговки, боюсь, возникнут проблемы, — я демонстративно вздохнула. — Шоу-бизнес на Земле устроен так, что рассекречивать мой псевдоним — это значит потерять все, над чем я столько лет работала. Вы же в курсе, что я вынуждена прятаться под мужским именем. Так что… возможно, я сумею поддержать изменения на родной планете как-то более продуктивно?

— Да, Харшас со своими взглядами гораздо ближе большинству жителей Галлосоюза, как это ни печально, — судя по лицу Клау, она даже не играла, изображая некое расстройство от этого факта. — И это при том, что на большинстве планет вроде бы условное равноправие, но все равно роль женщины в обществе очень сильно принижена. Это так удручает, дорогая… — и моя собеседница искренне вздохнула. — Я совершенно не понимаю привлекательности властных суровых мужчин. Умные ласковые зайки и котики гораздо приятнее. Они ведь тоже могут быть сильными и смелыми, если понадобится…

— Ну, я уже давно обдумываю идею мягкого внедрения в сознание моих зрителей немного других мыслей, — неожиданно для самой себя призналась я.

Правда ведь, думала… просто не соединяла у себя в голове эти мысли с департаментом по внешним связям Венги и с Клаусийлией — такое мне в страшном сне присниться не могло. На самом-то деле такая ненавязчивая пропаганда через популярные ситкомы — самая действенная. Угу.

— Но для этого мне нужна возможность спокойно жить со своей семьей и заниматься творчеством и не думать о претензиях каких-то гипотетических мадам.

Вот так… типа хенсанская мафия хочет помешать мягкой пропаганде женского превосходства и обелению репутации Венги в Галлосоюзе, гады такие!

Клаусийлия весело рассмеялась:

— Да, дорогая, мне нравится ход твоих мыслей! Ну что ж, давай позаботимся для начала, чтобы твоя семья была правильно оформлена по законам Венги.