Глава 13

Вернувшись в таверну, я сразу включилась в работу, ведь впереди маячил обед и новый наплыв посетителей. Кухня вновь наполнилась непередаваемыми ароматами, суетой и ритмичным постукиванием ножей по разделочным доскам. Лира вместе с Томом приводили в порядок обеденный зал, подметая крошки, поправляя скатерти и заменяя их на свежие там, где это требовалось. Анна с Дьюком и Грошиком резвились у порога, играя в догонялки и одновременно присматривая за тем, чтобы Тарвек не подкинул очередного гнилья. Воздух полнился запахами свежего хлеба, доставленного из хлебной лавки, и свежесваренного кофе, создавая атмосферу домашнего уюта. Потянулись первые клиенты, заказывая похлебку, жаркое или томленое мясо в горшочках. Я уже закончила с готовкой и как раз навела порядок, когда на кухню примчалась встревоженная Анна, а вместе с ней испуганный Том.

— Там!..

— Там! — в один голос заговорили ребята. — Жандармы с проверкой! — выпалил мальчишка, виновато втягивая голову в плечи.

Мое сердце моментально ухнуло в пятки, а после забилось с неистовой силой. Я невольно пошатнулась и схватилась за край стола, чтобы не упасть. Грошик, примчавшийся вместе с девочкой, ткнулся мне в ноги, чувствуя всплеск эмоций.

— Госпожа Верлиана! — следом за малышней прибежала Лира. — Госпожа жандармы вас требуют.

— Что нам делать? — испуганно произнесла Синна, хлопая испуганными глазами.

— Вам — обслуживать клиентов и делать все то же, что и всегда! — нашла силы собраться и взять себя в руки.

Подумаешь, проверяющие! Чего мне бояться? Я ведь давно ожидала чего-то подобного, а скрывать мне нечего.

Я тщательно вытерла руки об передник, расправила плечи и направилась в обеденный зал. Двое жандармов в мундирах со сверкающими металлическими бляхами на груди стояли на пороге и деловито осматривались по сторонам. Суровые лица и цепкие взгляды сразу говорили о серьезности намерений.

— Добрый день, господа! — улыбнулась вежливо. — Чем обязана вашему визиту? Желаете перекусить? Или вас привела в мой трактир другая причина? Проходите! Мне в любом случае нечего скрывать.

Как бы я себя не настраивала и не уговаривала, а в глубине души опасалась того, зачем они пришли. Что могло произойти? Зачем они здесь? Вроде никто из клиентов на еду не жаловался, не скандалил. Все тихо и мирно.

— Присаживайтесь! — указала на свободный столик. — Я вас внимательно слушаю.

Жандармы обменились странными взглядами, будто не ожидали радушного приема. Один, высокий, с суровым лицом и пышными усами, шагнул вперед. Он внимательно оглядел меня с головы до ног, словно пытался понять, что я скрываю.

— Капитан Ренар, — представился он низким безэмоциональным голосом. — А это сержант Грант. В жандармерию поступила жалоба на антисанитарию и плохое качество еды.

Мои брови взлетели сами собой, а изнутри уже поднималась волна возмущения. Много ума не требовалось, чтобы понять, кто автор этой жалобы. Только Эдвину Тарвеку «Сытый кабанчик» не давал спокойно спать. Я так устала оправдываться и опровергать его грязные обвинения, что иной раз руки опускались. Сначала диверсии и угрозы, потом сплетни, распускаемые по всему городу, и теперь докатились до жалобы.

— Уважаемый капитан Ренар и господин Грант, полагаю, произошло явное недоразумение. Предлагаю вам немедленно осмотреть мою таверну и убедиться, насколько справедливы выдвинутые обвинения. Прошу! Пройдемте на кухню! Мои помощники каждый день моют полы по нескольку раз. Я лично проверяю каждый овощ или кусок мяса перед покупкой. Ни одной гнилой травинки еще ни разу не использовала при готовке. Я живу этим трактиром, вкладываю в него душу и готовлю каждое блюдо с любовью. Пожалуйста, вы можете осмотреть трактир сверху донизу, и вы не найдете ни единого нарушения. Я чту законы и с уважением отношусь к каждому посетителю. А эта жалоба — клевета бессовестных конкурентов, которым мой трактир не дает спокойно спать. Идемте! Сами убедитесь, говорю ли я правду или же обманываю. Моя совесть чиста!

Жандармы скептически восприняли мою жаркую речь, но, тем не менее, проследовали на кухню. Шаг за шагом я вела незваных гостей по залитым светом помещениям, демонстрируя каждый уголок. Чем дольше я рассказывала о том, что делаю, тем большей уверенностью наполнялась и видела в глазах проверяющих искреннее недоумение.

— Вот! — Открыла дверцу ледника. — Взгляните на продукты. Мясо доставили от господина Грега утром, а еще зелень, овощи и фрукты. Все бережно хранится в надлежащих условиях, не испорченное, свежее.

Я поочередно вынимала из сундука розовое мясо, хрустящие овощи, свежесобранные и обработанные грибы, спелые фрукты, яйца и молоко.

Не нашлось уголка, куда бы жандармы не засунули любопытные носы, высматривая малейший изъян. Капитан Ренар не побрезговал понюхать кусок мяса и надкусить свежий хлеб. На его лице не появилось ни тени недовольства или брезгливости. Мужчина лишь кивал, подтверждая, что мои слова соответствуют действительности. Сержант Грант не поленился провести пальцем по столу и по верхним полкам, выискивая пыль, но ничего не обнаружил. Ее там не было! Жандармы не нашли ни единого нарушения.

— Как видите, господа! — нарочно увлекла проверяющих в зал, чтобы их ответы слышали посетители. Они притаились и не уходили, ожидая развязки. — Я забочусь о качестве продуктов и чистоте в помещении. Поступившая жалоба не соответствует действительности и только доказывает, что мои конкуренты ведут нечестную борьбу. Вы верно устали сегодня, исполняя служебный долг, — усадила мужчин за лучший столик. — Прошу, пообедайте у нас, чтобы развеялись последние сомнения. Уверяю, таких вкусных блюд вы еще не пробовали. Обед за счет заведения, разумеется, чтобы компенсировать вам неудобства из-за нелепой жалобы.

Жандармы снова переглянулись, явно не ожидая, что с ними будут обращаться, как с важными клиентами. Быть может, они готовились к сопротивлению и скандалам? Битью посуды, истерикам и заламыванию рук? Так мне не в чем оправдываться. А в лице служителей порядка я, вероятно, обрету будущих постоянных клиентов?

Синна по моему сигналу принесла мужчинам грибную похлебку и жаркое, свежий хлеб и компот. С настороженностью и опаской гости приступили к трапезе. Капитан Ренар задумчиво попробовал рагу, и его глаза расширились от удивления. Сержант Грант начал с похлебки и проглотил ее за пару минут, после чего приступил ко второму блюду. А я даже не сомневалась, что моя стряпня им понравится, поэтому с легкой улыбкой наблюдала, как суровые, бесстрастные вояки воодушевленно уплетают мою еду за обе щеки. Я еще не встречала мужчин, которые не любили бы вкусно покушать, и эти двое проверяющих не стали исключением из правил.

— Восхитительно! — пробормотал сержант, вытирая рот тыльной стороной ладони. — Ничего лучше не пробовал. Эти блюда по вкусу лучше, чем еда в герцогском дворце.

Капитан Ренар медленно кивнул, соглашаясь с подчиненным. Он тоже доел свою порцию, и на его лице появилось выражение глубокого удовлетворения. Что ж, настало время нанести Тарвеку ответный удар.

— Я очень рада, что мое угощение вам понравилось, господа жандармы. Эта жалоба — недоразумение, ошибка, которая иной раз случается. — Я сделала вид, что задумалась. — Возможно, она была адресована не мне? Ведь каждый, кто хоть раз посетил «Сытого кабанчика», лично убедился бы, что здесь нет места антисанитарии и гнилым продуктам. — Взглядом я скользнула в сторону «Усталого лиса». — Быть может, жалоба предназначалась моему соседу? Я слышала, на постоялом дворе клиенты частенько жаловались на чистоту, грязь на кухне и крысах, бегающих по углам. Если честно, сам Эдвин Тарвек выглядит грязным и неопрятным. Насколько я успела узнать этого человека, он никогда бы не стал заботиться о клиентах. Ему важна только выгода, ради которой он готов оклеветать любого честного человека.

Жандармы снова переглянулись. В их глазах я заметила проблеск понимания. Очевидно, что они сами слышали подобные слухи, но у них не было причины для проверки. Или Тарвек был достаточно хитер, чтобы избежать внимания властей.

— Уверена, если вы заглянете к нему, то найдете много интересного, — продолжила я с невинным видом. — Ведь ваша благородная цель — обеспечить порядок и благополучие всех жителей Норграда? Если одно заведение процветает за счет обмана и антисанитарии, это несправедливо по отношению к другим.

Мои слова явно попали в цель. Жандармы успели насладиться вкусной и свежей едой, а теперь могли ясно представить, какое угощение их ожидало бы в «Усталом лисе».

— Мы учтем вашу информацию, госпожа Верлиана! — произнес капитан Ренар.

— Спасибо за угощение! — торопливо добавил сержант, вылизывая кусочком хлебушка остатки рагу в тарелке. — Мы обязательно во всем разберемся. За ложный донос тоже полагается наказание.

Мужчины поднялись из-за стола и неспешно направились к выходу. Теперь их движения были менее напряженными, а лица казались более расслабленными. Я проводила гостей до двери, после чего вернулась на кухню и устало опустилась на стул. Конфликт с Тарвеком достиг предела. Мало ему подлых слухов и гнилья, подброшенного на крыльцо, так он до жандармов докатился. Вот скотина!

— Надеюсь, ты сполна получишь, что заслужил! — В окно я увидела, как оба жандарма переступили порог постоялого двора.

Жаль, рожу Тарвека отсюда не рассмотреть. Уверена, ее сейчас перекосило от злости. Зато нет худа без добра. Жандармы ведь нагрянули в час пик, когда почти все столики были заняты клиентами. Люди видели, что нагрянула проверка, и нарочно не спешили уходить, чтобы собственными ушами услышать результаты. Когда капитан Ренар говорил, что нарушений не обнаружено, а затем отправился к соседу по моей наводке — это лишний раз подтвердило, что у меня нет и не может быть никаких нарушений.

— Мы победили? — робко поинтересовалась Синна. — Теперь он от нас отстанет?

— В этом сражении — да, — ответила девочке устало. — Но в войне еще нет. Боюсь представить, что взбредет в голову Тарвеку в следующий раз. Нам стоит быть еще более бдительными и осторожными. Не ходите нигде по одному, — предупредила ребят. — А если вдруг увидите, что хозяин «Усталого лиса» направляется к нам, сразу бегите за жандармами. Капитан Ренар выглядит порядочным человеком. Он ведь заранее знал, кто написал жалобу, а теперь убедился, что словам Тарвека нельзя доверять. Вот увидите, он не допустит, чтобы с нами приключилась несчастье.

Казалось, что беда миновала, и можно выдохнуть. Однако меня не отпускало тяжелое предчувствие, ведь проблемы никогда не приходят по одиночке. Чтобы избавиться от тягостного ощущения, я взяла Грошика и отправилась на прогулку в лес. Нам как раз требовалось пополнить запасы грибов, а мне свежий воздух пойдет на пользу. Готовить с тяжелым сердцем — все равно, что выбросить продукты на ветер. Блюда никогда не будут такими вкусными, как если бы я создавала их с любовью и теплотой.

Грошик, мое маленькое сокровище, радостно помчался вперед, повизгивая и предвкушая свежее лакомство. Наблюдая за его беззаботным весельем, и я понемногу оттаивала, понимая, что в жизни полно приятных моментов. И надо думать о хорошем, тогда и события будут притягиваться только положительные.

Постепенно мои мысли пришли в норму, я уже разгребла кучу проблем, сумела открыть трактир и нашла замечательных помощников. Значит, и в дальнейшем у меня все получится. Надо обязательно в это верить. Прогулявшись по знакомым местам, я набрала корзину простых грибов и пригоршню спелых ягод ежевики. А Грошик помог с поиском трюфелей, которых на этот раз раздобыл семь штук. Пользуясь моментом, я заглянула в поместье графа Эстариана, чтобы поделиться драгоценным урожаем и заработать несколько лишних золотых.

Трюфельная терапия пошла Лиону на пользу. Тайком от него я передала Тариссе грибы, чтобы она добавляла их в пищу. Еще пару штук, заряженных моей магией, продала графу и сделала ему перевязку. Язвы на руках за эти дни заметно посветлели, и ожоги практически сошли на нет. Да и сам угрюмый хозяин заметно подобрел и уже не ворчал на мое самоуправство. С удовольствием выпил кофе моего приготовления, а уж выпечкой его старая служанка побаловала.

В таверну я возвращалась в приподнятом настроении, уверенная в том, что справлюсь с любыми проблемами. На кухне мы с помощниками споро обработали найденные мной грибы, почистили их, порезали и разложили сушиться, намереваясь вечером сварить полюбившуюся клиентам похлебку. Посетителей хватало, а вот готовые блюда таяли с немыслимой скоростью. Я отправила Лиру на рынок, чтобы докупила муки, зелени и свежего хлеба к ужину. К вечеру наплыв клиентов усилится, так что нам следовало встретить их во всеоружии.

Я сама обслуживала семейную пару, заглянувшую к нам перекусить, когда в таверне снова появились жандармы. Их строгие мундиры и внушительный вид сразу привлекли к себе внимание немногочисленных посетителей. Но мой взгляд прикипел к третьему гостю, который прибыл в сопровождении служителей закона. В таверну пожаловал Альбер Доэрти, как он представился недавно, или Келлиан Дарвиль, законный супруг Верлианы. Что ему понадобилось сегодня? Зачем потребовались жандармы? Что он, вообще, здесь забыл?

Жандармы остановились в центре зала, а Келлиан с напускной приторной улыбочкой выступил на шаг вперед и окинул меня снисходительным оценивающим взглядом.

— Верлиана, моя дорогая жена! — произнес он голосом, полным мягкого приторного облегчения. — Я Келлиан, твой супруг перед богами и законами Рондара. Я так долго искал тебя и наконец-то нашел. Мое сердце разрывалось от беспокойства. Эти бравые жандармы помогли тебя отыскать. Я забираю тебя домой, где тебе и место рядом с любимым мужем.

У меня кровь прилила к лицу, а в ушах зазвенело. Жена? Домой? Как только язык повернулся меня так называть после всего, что он со мной сделал? Внутри все закипело от ярости и возмущения.

Представители власти, гости трактира и помощники повернулись ко мне, ожидая ответной реакции. На лицах читалось закономерное любопытство и тревога. Моя судьба и будущее «Сытого кабанчика» зависели от того, что я скажу. От того, как отвечу на эту наглую ложь. Беспокоился он, как же! Бросил на произвол судьбы, обобрал до нитки и оставил с кучей долгов. Бедняжка Верлиана погибла, не выдержав его «заботы». А теперь этот недомерок приперся, чтобы отобрать все снова?

Я не собиралась становиться жертвой, бесправной игрушкой в его грязных руках. Перед глазами всплыло прошлое, полное унижений и разочарований. Но оно уже не пугало, а придавало решимости. Я больше не та наивная Вера, которая верила каждому слову предателя. Теперь я Верлиана Зейрис. И я буду сражаться за свое будущее!

Мой взгляд схлестнулся с надменным взглядом Келлиана. В его глазах я не увидела и тени любви или сожаления, лишь холодный расчет. Он пришел за моей собственностью, процветающим бизнесом, трюфелями и Грошиком. Вероятно, решил, что пришло время снова поживиться за мой счет. Я выпрямилась и расправила плечи. Тщательно сдерживая бурю, бушующую внутри, произнесла, сохраняя ледяное спокойствие:

— Муж? Какой еще муж? Вы ошиблись адресом, господин Доэрти. Я не знаю никакого Келлиана, кроме жалкого труса и проходимца, обобравшего меня до нитки и бросившего умирать в лесу. Человек, который сознательно оставил супругу в беде, зная, что ей одной не выжить в этом мире, предатель и вор. А вы — самозванец, пытающийся воспользоваться чужим горем и отобрать имущество, не принадлежащее вам.

Келлиан дрогнул. На миг идеальная слащавая маска сползла с его лица, обнажая растерянность. Я видела, как в его глазах вспыхнул гнев, но подлец быстро взял себя в руки.

— Господа жандармы, — обратилась к стражам порядка, которые застыли истуканами, явно не ожидая такого поворота событий, — я прошу защитить меня от этого обманщика. Это не мой муж! Недавно он встретил меня в городе, представился Альбером Доэрти и выпытывал, как идут дела в моей таверне. Разве добропорядочный супруг так поступил бы со своей женой? Нет, так поступил бы преступник, который вознамерился присвоить чужое имущество. Возможно, он причастен к тому нападению в лесу, когда меня бросили там умирать. Допросите его, где он был в это время! Возможно, у него есть сообщники. Наверняка в городе уже бывали случаи, когда люди выдавали себя за кого-то другого, чтобы ограбить честных граждан. Вы обязаны провести тщательное расследование.