Глава 8

Даниил

Я раздражаю свою милую, большеглазую соседку. Слишком шумный, слишком наглый и слишком прямолинейный, не то что её пришибленный Мишутка. Уверен, она считает, что я бывший зэк, причем сидел по какой-то очень страшной статье да и вообще по ночам я топлю котиков. Задевает ли меня это? Ну если только немного, ведь эта большеглазая малая мне нравится и если бы она не была до зубной рези правильной, можно было бы развлечься. Но хорошая девочка Василиса скорее уйдет в монастырь, чем мило улыбнется соседу с татухами.

Ими покрыто практически всё моё тело, кроме стратегически важных мест. Свою первую набил в шестнадцать назло родителям. Помню в каком ужасе была мама, ещё бы — сын уважаемого человека, топ менеджера крупного градообразующего предприятия, набил себе “наскальный рисунок как какой-то плебей”. Скандал был знатный, со мной не разговаривали месяц, полностью игнорируя моё существование. Таким образом я должен был понять всю степень их негодования, извиниться и стать “хорошим”.

Беда в том, что я какой угодно, но не “хороший”. Ходить зализанным, с заправленной в брючки белой рубашечкой и смотреть в пол, когда говорят взрослые, было не про меня. Во мне ещё с раннего детства жил маленький бунтарь, который с годами становился лишь больше и громче.

Когда я был маленьким, то готов был на что угодно, лишь бы добиться внимания родителей. Разбивал мамины уродские, но безумно дорогие вазы, разрисовывал окна фломастерами, дрался с соседскими мальчишками, но быстро понял, что максимум что получу это недовольный взгляд отца и поджатые губы матери, потому что им не когда тратить время на воспитание непослушного сына. Для этого они наняли целый штат нянек, которые плохо справлялся с юным бунтарём.

Отец хотел видеть во мне своего приемника, будущего управленца в крупном бизнесе, а я любил машины. Гонять на них, копаться в них, разбирая, перебирая и ремонтируя. Для моих родителей это было недостойное их сына занятие. Именно поэтому, едва мне стукнуло восемнадцать я свалил из их шикарного дома наплевав на поступление в престижный вуз.

Я поступил в технарь на машиностроение и получил комнату в общаге. Подрабатывал татумоделью, мне платили приличные деньги за то, что позволял заклеймить ещё одним рисунком своё тело. А после случайно попал на сто, куда меня взяли на работу.

Пахал как проклятый, иногда даже оставался ночевать в гараже. Но теперь у меня есть свое сто, которое приносит мне стабильный заработок. Причем я не только разбираю бумажки, но и занимаюсь ремонтом авто. С родителями отношения не наладились, они не приняли мой выбор, а я не прогнулся под них. Так и живём: вроде самые близкие друг другу люди, но при случайной встрече в городе мать опускает глаза в пол, а я делаю вид, что не знаком с ними.

Квартиру рядом с большеглазкой купил полгода назад. Это моё второе крупное приобретение на деньги, заработанные моим маленьким бизнесом. Ремонт делаю сам, чем раздражаю свою милую соседку: звук дрели и перфоратора слишком раздражает её нежные ушки.

Мне нравится её бесить. Когда она злится, её щеки покрываются симпатичным румянцем, а глаза начинают полыхать огнём. Маленькая Фурия. В ней прекрасно всё, кроме додика Миши рядом.

И как же рядом с такой очаровашкой появился такой чмошник? Как девушки вообще находят себе таких уродов? Он ведь не мужик, так мебель, аксессуар и даже не красивый. Сколько раз видел как Васька тащит на себе огромные пакеты из магазина, а этот чепушила сидит дома и не может оторвать свой зад от стула. То же мне работник интеллектуальной сферы.

Васька каждый раз злиться, когда я говорю ей об этом и начинает хамить. Ну, все правильно: защитная реакция, никому не хочется осознавать, что твой выбор это конченный мудак. Интересно, как долго она проходит в своих розовых очках, считая что её Мишутка это настоящий принц? Злит, если честно, эта её наивность. Хочется хорошенько встряхнуть, так чтобы мозги на место встали.

То что с милашкой Васей, что-то не так, я понял сразу. Всегда улыбчивая и задорная, в последнюю нашу встречу она была слишком бледной и тихой. Даже не нахамила мне и не предложила прогуляться в долгое пешее эротическое. Что-то кольнуло меня в тот момент в груди. Да, я не стал её преследовать с вопросами, но не успокоился. Затаился и стал наблюдать.

С моей милой соседкой приключилась беда и это что-то очень серьезное. Она стала очень бледной, появились синяки под глазами и постоянные слезы на глазах. Если узнаю что её обидел этот удод, урою.

Выяснил, что теперь она частый гость в поликлинике и раз счастливой улыбки на её лице нет, то это точно не беременность. Но почему она ходит туда одна? Где всё это время находится её гондон?

Моё терпение лопнуло в один момент. Я поднимался по лестнице домой и услышал вой из квартиры Васи. Не раздумывая ни секунды ворвался к ней и ужаснулся от того, что увидел. Она лежала на полу свернувшись клубком и выла диким зверем, а вокруг валялись разорванные вещи и осколки от битой посуды. Мишуткой тут и не пахло. Свалил. Поднял на руки Василису и понес ее на кровать. Скинул её ботинки и снял куртку. Она никак не реагировала, хрупкие плечики девушки тряслись от пережитой истерики. Накрыл пледом, что лежал на кровати, подяв обувь и куртку, понес их в коридор. Уже возвращаясь в комнату к Васе, наступил ногой на какую-то папку, поднял её с пола, открыл и вытащил листы, начал вчитываться. И осел на пол туда, где совсем недавно лежала Василиса.