Глава 21

10 декабря 2513 по ЕГК.

…Ольга прорвалась в третий ранг в ночь с четверга на пятницу, во сне и не почувствовав ровным счетом ничего. Поэтому о долгожданном событии ей сообщил я. После того, как проснулся, огляделся прозрением и обнаружил рядом с собой очень уж яркое «сияние». Света поздравляла подругу искреннее некуда. А после того, как затискала до потери пульса, вдруг заявила, что не готова оставаться единственным Гриднем в семье, изложила просьбу, не лезущую ни в какие ворота, и умудрилась убедить нас пойти ей навстречу. В результате во второй половине дня мы с младшенькой оставили подопечных на старшую и улетели на «ферму», промедитировали там всю ночь, в субботу утром вернулись обратно, провозились с Виктором, Татьяной и Лизой до пяти вечера и снова унеслись в «пятерку». Чтобы еще немного приблизить прорыв главной вредины команды.

Пока летели к честно захваченной «заимке», я дважды чуть не отключился прямо в воздухе, поэтому, добравшись до пещеры, честно признался Свете, что нуждаюсь в нормальном сне, завалился на надувной матрас и задрых еще до того, как накрылся спальником, раскрытым в одеяло. А «через миг» кое-как открыл глаза, приложил себя бодрячком, чтобы начать нормально соображать, врубился, что младшенькая целует меня настолько энергично не просто так, и улыбнулся:

— О-о-о, тебя можно поздравить… ровно наполовину?

Она оторвалась от моей шеи, нахмурилась, сообразила, о чем это я, и притворно вздохнула:

— Да: третий ранг я уже взяла, но все еще не замужем!

— Надеюсь, во мне ты не сомневаешься? — спросил я и удивился, скорее почувствовав, чем увидев, что девчонка посерьезнела. Поэтому открыл глаза, поймал ее потемневший взгляд и вслушался в монолог:

— В тебе, конечно же, нет. Я сомневаюсь в целесообразности официально подтверждать мой статус хотя бы до прорыва в Богатыри.

— Почему?

— Я говорила, что выйду замуж не раньше, чем стану Боярыней, не только Паше. А недоброжелателей у нас хватает. Значит, меня хотя бы раз, да вынудят доказать, что слово не нарушено. Что, в свою очередь, рассекретит реальные ранги всей команды и, тем самым, задерет уровень любых проблем слишком уж высоко. В общем, как мне кажется, с этим делом торопиться не стоит.

Не согласиться с ее выкладками было сложно, и я нехотя кивнул.

— Вот и отлично! — искренне обрадовалась Света, чуть не сорвала меня с нарезки умопомрачительно страстным поцелуем и… заставила остыть обоих: — Полетели обратно: мне катастрофически не хватает эмоций Оли…

Я кивнул, подождал, пока она с меня слезет, встал, быстренько собрался, подхватил с пола «однодневку» и потопал к выходу из пещерного лабиринта. Выбравшись под открытое небо, слегка расстроился из-за того, что его успело затянуть сплошной грязно-серой облачностью, и подождал, пока младшенькая переведет артефактный комплекс в параноидальный режим защиты. А минуты через четыре притянул к себе новоявленную Боярыню, заключил в объятия и «озадачил»:

— Ведешь, задаешь скорость полета и привыкаешь к новой длине рывка. Готова?

— Да… — уверенно ответила она, выскользнула из захвата, спряталась под невидимость, выстрелила собой вертикально вверх и радостно заверещала: — Ух-ты, сколько во мне стало дури!!!

Дури действительно прибавилось: до долины Вронских мы долетели на двадцать одну минуту быстрее, чем «в режиме» Гридня. Правда, эту радость омрачил неприятный сюрприз — возле одного из внешних сканеров защитного комплекса обнаружились «силуэты» двух незнакомых Бояр: один, вероятнее всего, пытался взломать артефактную приблуду, а второй страховал его из-под невидимости! Вот мы в боевой режим и переключились. В смысле, обновили «баффы», жестами дали понять Ольге, дрессировавшей подопечных во дворе, что разберемся с незваными гостями сами, спикировали к кронам деревьев и минут восемь-десять носились по окрестностям в поисках хоть каких-нибудь следов. А после того, как поняли, что оба «гостя» владеют зимним вариантом волчьего шага, спланировали к насту, подлетели к уродцам поближе и по моей команде вложились в сферы умиротворения.

Строить из себя героев и зарубаться с лесовиками и не подумали — ушли за ближайшие достаточно широкие стволы, накинули невидимость и взлетели. Кстати, вовремя: «клиент» Светы, слишком уж быстро сообразивший, что с ним стало, принялся шарашить мощнейшими площадными навыками Земли, Льда и Природы.

Дурной пример оказался заразительным — не прошло и пяти секунд, как тем же самым занялся и второй. Мало того, после второго удара переместился к напарнику, жестами предложил разделить зоны ответственности, дождался согласного кивка и тоже поотжигал. Почти минуту. А когда понял, что наши сферы пропадать не собираются, решил соскочить, то есть, уйти из жизни с гарантией. Поэтому выхватил из ножен приличный тесачок и показал другу. Вернее, изобразил недвусмысленный жест возле своей шеи.

Ага, так мы их в небытие и отпустили: как только «мой» скинул марево, я со всей дури приложил его оглушением, краем сознания отметил, что валится и клиент Светы, в четыре рывка по ломаной траектории — то есть, обходя деревья — переместился к телу, рухнувшему в снег, и всадил разделочный нож в проекцию ядра.

Младшенькая оказалась не менее шустрой и успела превратить Боярина в простеца через долю секунды после исчезновения защиты. А потом перебила руку с тесаком воздушным лезвием, вжала задергавшееся тело прессом в наст, хорошо поставленным ударом рукоятью ножа в затылок отправила мужичка в беспамятство и вопросительно уставилась на меня.

— Беги за специалистами по экстренному потрошению… — распорядился я и объяснил эту мысль чуть подробнее: — Давать этим тварям доступ на заимку как-то не хочется. Ломать самому при наличии толпы специально обученных людей — тоже. Так что пусть напрягутся телохранители государя, а мы просто послушаем. Вернее, послушаю. Я. А тебе такую грязь видеть нежелательно…

…Мое предсказание сбылось на первой же минуте допроса: вместо того, чтобы зачитать лесовикам их права, попугать незавидными перспективами и предложить облегчить вину чистосердечными признаниями, телохранители Императора растащили «клиентов» в стороны, прибили к деревьям гвоздями-двухсотками и начали «стачивать» пальцы артефактными ножами. Повторю еще раз: вояки не предлагали выбор между мгновенной смертью от их клинков или медленной — от когтей, зубов или клювов хищных обитателей Пятна — а просто ломали. Причем настолько спокойно, деловито и профессионально, что меня неслабо мутило даже под бодрячками. Зато получили результат в разы быстрее, чем я мог предположить — уже через четверть часа кошмарнейшей экзекуции «запел» Светкин «клиент», а еще минут через пять-шесть — мой.

Выбалтывали все, что знали. Захлебываясь в соплях и слезах. Причем с таким «энтузиазмом», что не передать словами. Абсолютно независимо друг от друга описали приметы одного из прапорщиков другой смены постоянного состава заимки, продавшего примерные координаты артефактного сканера, и двух старших офицеров военной базы «Луга», сообщивших главе их рода об убытии в Пятно десяти Конвойных из личной охраны государя. Назвали свои фамилии и поделились всей известной информацией о рангах, специализациях и артефактном вооружении всех двадцати Одаренных из основного отряда, отправленного по душу Владимира Первого. Рассказали, где искать родичей, в какой точке побережья Мрачного эту шайку-лейку подберут перевертыши и когда именно. Ну и, конечно же, ответили на несколько десятков уточняющих вопросов. А потом остались кормить местное зверье. Благоухая запахом свежей крови и мочи, мыча в добросовестно вбитые кляпы, судорожно дергаясь и дурея от ужаса. Мы же выдвинулись в обратный путь, в хорошем темпе допрыгали до калитки, вошли во двор заимки и были отправлены в гостиную Императора.

Пока поднимались, нам на хвост упали Оля, Витя, Таня и Лиза. Но трех последних в комнату почему-то не впустили, и расстроенные подопечные остались дожидаться реакции на наш доклад в коридоре…

Доклад начал Руслан Егорович.

Как-то уж очень мрачно:

— Это Гладковы, государь. Купили подполковника Пятницкого, майора Зиновьева и прапорщика Евстигнеева. Получили информацию об убытии в Пятно смены Прохора, сделали напрашивавшиеся выводы и отправили сюда почти всю элиту родовой дружины. Артефактор, нейтрализованный Игнатом Даниловичем, должен был прописать доступы на охраняемую территорию для двадцати двух человек и уведомить основное ударное ядро, в данный момент восполняющее Силу в одной из смежных долин. Так что теоретически надо уходить. Но минимальный ранг вояк Гладковых — Гридень, а стремительные рывки, вроде как, имеются у всех, соответственно, три-четыре километра форы сточатся еще до начала метели, обещанной синоптиками. Далее, возвращаться в Большой Мир по основному маршруту небезопасно: раз Гладковы купили Пятницкого с Зиновьевым, значит, существует ненулевая вероятность того, что наши перевертыши или катера на воздушной подушке будут обстреляны и сожжены чем-нибудь вроде «Сполохов». До «Озер» слишком далеко. Кроме того, через них выходила государыня, следовательно, маршрут засвечен, и мы можем нарваться либо на подступах к этой тренировочной заимке, либо чуть раньше, на маршруте. Остаются «Болота». Но добраться до них до ближайшей ротации личного состава мы гарантированно не успеем из-за все той же непогоды. Следовательно, придется провести там четыре-пять дней. Что, на мой взгляд, тоже своего рода самоубийство…

Воронецкий помрачнел, бездумно огладил бородку и повернулся ко мне:

— А что скажете вы, Игнат Данилович?

Я сжал правую руку в кулак, чтобы Света не вздумала расхохотаться, и привлек к себе всеобщее внимание негромким смешком:

— Уходить куда бы то ни было с хорошо защищенной заимки? Зачем⁈ Да, в ударной группе Гладковых аж двадцать человек. Но и нас не меньше. И если мы «срубим» внешние сканеры, чтобы противник даже при наличии еще одного артефактора не смог пройти внутрь без потерь, то заставим этих тварей умыться кровью!

— Игнат Данилович, не знаю, слышали вы или нет, но против нас будет воевать Князь, четыре Богатыря, девять Бояр и шесть Гридней… — недовольно буркнул Руслан Егорович. — Мы будем вынуждены прикрывать весь периметр, а они атакуют в одной-единственной точке, сосредоточенной атакой продавят защиту заимки и нивелируют наше преимущество. Кроме того, эти двадцать человек — отставные вояки с серьезным боевым опытом и… могут оказаться не единственной группой, отправленной сюда врагами рода Воронецких!

— Гладковых было двадцать два… — насмешливо напомнил я и выделил интонацией всю следующую фразу: — … до встречи со мной и одной из моих напарниц. А на охоту за головами охамевших горожан мы отправимся втроем. Сразу после того, как Светлана Валерьевна «срубит» внешние сканеры. И еще: уходить все-таки придется. Но не раньше, чем мы положим ВСЮ эту группу. В общем, готовьтесь к тяжелому марш-броску в сильнейший буран…

… Младшенькая раскурочила сканеры всего за семь с половиной минут, весело заявила, что ломать в разы легче, чем создавать, ушла под невидимость и следом за нами взлетела к низким облакам, уже начавшим засыпать Пятно снегом. Долину, в которой обосновались Гладковы, мы регулярно зачищали от зверья, поэтому направление выбрали, не задумываясь. Потом я эдак секунд двадцать спокойно телепался по прямой, а девчата умчались в стороны почти на самый край зоны досягаемости прозрения, скорректировали курс и по моей команде набрали полную скорость. Пока неслись к хребту, «сканировали» местность и молили всех богов, чтобы хотя бы пара незваных гостей решила выяснить, куда запропастились артефактор и его телохранитель, и попалась нам на пути. Увы, в этот момент боги были заняты чем-то более серьезным, вот эти надежды так надеждами и остались. Зато повезло чуть позже и аж два раза: когда мы долетели до «пятна» из энергетических структур, обнаружили, что один «силуэт» склонился над только что убитой росомахой почти в сотне метров от основной группы, а еще двое одиночек справляют малую нужду с наветренной стороны.

«Охотника», являвшегося Гриднем, приголубила младшенькая. Связкой из оглушения и сферы умиротворения. А мы с Олей воспользовались тем, что Бояре-«одиночки» скинули марева, и вложились в разрывные морозные иглы. Били в головы, поэтому проводить контроль и не подумали — снова ушли под невидимость, до предела разогнали восприятия просветлениями, поднялись в воздух метров на сорок и накрыли Гладковых туманами, ледяными вьюгами и буйствами молний. А для того, чтобы народ не заскучал, шарахнули Князя оглушением и «украсили» сферой.

Результат последнего действа шокировал до невозможности — потеряв связь с реальностью, этот красавец запаниковал, развел руки и ударил площадной версией каменных игл.

Причем не легонечко, а со всей дури, благодаря чему легло трое Гридней и двое Бояр! Ага, с концами. Ибо для их защит «княжеской дури» оказалось многовато. Кстати, запаниковал не только Князь — поймав на марева каменные иглы, трое Богатырей и четверо Бояр решили, что их атаковал враг, и ударили в ответ. Само собой, не абы куда, а в сторону, откуда и прилетели иглы. В общем, в туманах и вьюгах стало куда веселее, чем мы рассчитывали. Но снижать темп было рановато — мы всадили туда же еще по одному буйству молний и занялись особо толковыми или опытными вояками. То есть, затыкали сферами каждого, кто, не дождавшись приказов Князя или Богатырей, пытался взять на себя командование. А после того, как разобрались со всеми лидерами, сосредоточились на шустриках — на тех, кто умудрился выпрыгнуть из тумана рывками и ни во что не впороться, сориентировался на местности и пытался пуститься в бега.

Нет, обратно их не возвращали, зная, что тело, поймавшее оплеуху, как правило, закручивается, а значит, теоретически, может заметить нас, парящих над туманами, и перестанет бить параллельно земле. Поэтому припечатывали каждого сферой умиротворения и деловито переключались на следующую цель. Закончили аккурат к прилету младшенькой, так что она помогла нам с развешиванием шаров льда, отключающих нашим жертвам еще и зрение. Увы, Богатырь, ослепший самым первым, невесть с чего ударил чем-то вроде веера воздушных лезвий почти вертикально вверх, и мы сначала порскнули в разные стороны, а после того, как добили текущую боевую задачу, спрятались под невидимостью и собрались в сотне метров от туманов.

— Не дурак, однако… — недовольно буркнула Света, как только зависла рядом со мной. — Смотрел бы чуть правее, зацепил бы как минимум меня… И о чем это говорит?

— О том, что отлетать подальше надо было после развешивания сфер! — вполголоса, но хором ответили мы.

— Угу… — сварливо пробурчала она, поняла, что срывать раздражение на нас — последнее дело, и заставила себя посмотреть на проблему под другим углом: — Впрочем, опыта реальных боев против групп людей с использованием полета у нас еще нет, так что первый блин получился очень даже ничего. И пусть мы играем нечестно…

— Что значит «нечестно»? — дурашливо возмутился я. — Нас — трое Бояр, а тут есть Князь, Богатыри, Бояре, Гридни…

— Так мы у себя, то есть, в Пятне, а они — ни разу не в городе! — возразила она, заметила, что Князь убил очередного родича, и посерьезнела: — Кстати, Игнат, мы и в этот раз будем собирать руки для последующей идентификации?

— Да ну… — внезапно заявила Ольга и предложила вариант поинтереснее: — Проще вложиться в какую-нибудь деревяшку испепелением и использовать угольную пыль для снятия папиллярных узоров. Да, точность получится так себе, зато не придется таскать целый термос чужих конечностей.

— Толково… — уважительно выдохнул я, заметил, что рухнуло и забилось в агонии сразу двое Богатырей, поскреб подбородок и как-то уж очень легко пошел навстречу проснувшейся паранойе: — Все, бой, можно сказать, закончен. Но на трупы теоретически могут наткнуться либо союзники Гладковых, либо какие-нибудь блудные добытчики. К судмедэкспертам трупы, естественно, никто не понесет, но представить бой постараются. Поэтому перед тем, как жечь деревяшки, давайте-ка всадим в каждое задохнувшееся тело хотя бы по паре-тройке ледяных игл или воздушных лезвий…