Глава 2. С-стресс…

Юлия

Гордеевой всё ещё не верилось, что это случилось. Наверное, она кукухой поехала, когда Германа Рудольфовича за галстук в койку тянула.

А кто бы не поехал? Очередь бы выстроилась из желающих. С раннего утра бы занимали, когда запись открывают.

Юля ощущала себя хамкой, которая распихала всех локтями и влезла вперёд. Как Милена Олеговна его отпустила? Она же как минога: если присосалась, отодрать можно только с мясом. А к Герману Летову грех не присосаться. Красивый, умный, умеет ухаживать и добиваться своего, в постели не на полшестого, зарабатывает прилично… Неприлично прилично по градации Гордеевой. Что ещё от мужика надо?

А то, что у него логопедические проблемы со звуком «б», так нет в мире совершенства. Это все знают. Как же Милена Олеговна так оплошала?..

Что ж. Ничто не вечно под луной. Удача — дама капризная и беспринципная. Сегодня улыбается тебе, завтра — твоему недругу.

Сегодня она повернулась к Юле.

Ненадолго.

Завтра — к кому-нибудь другому.

Гордеева не воспринимала связь с Германом всерьёз. Ну связь…

Хотя — если честно — это было сложно.

Но она старалась.

Потому что слишком болезненным будет расставание, если поверить в сказочку про Золушку. Оно будет болезненным в любом случае. Но так Юля, по крайней мере, будет к нему готова.

Морально.

Чуть более готова, чем совсем нет.

Перед сном Герман прислал фотографию заката. А потом пожелал спокойной ночи. Простое и наглядное доказательство того, что о тебе думают. И идеальное средство заставить думать о себе.

Юля думала о нём почти постоянно.

Когда Гордеева вытаскивала ахатину из улиткария, чтобы убраться, Саня обхватила (-ил? — ило?) ногой пластик огурца и доверчиво пучила зрительные щупальца, пока её гладили по голове. Почему беспозвоночных считают тупыми? Саша была очень преданным и ласковым питомцем. А её единственная нога была мускулистой и упругой, как тело Германа.

Из него питомец вышел бы тоже ласковый.

Возможно.

Кем бы он был, если бы был животным?.. Летов производил впечатление хищника, но почему-то не ассоциировался со зверьём. Классические сравнения, вроде властных падишахов львов, брутальных одиночек тигров, стайных разбойников волков казались неподходящими. Отчаянные орлы-беркуты высокого полёта тоже пролетали мимо.

…Удав! Точно! «Подойдите ближе, бандерлоги!» Обманчивая медлительность, гипнотизирующий взгляд, холоднокровность и эта способность заглатывать жертву целиком и переваривать её часами. Вроде вот ты была свободна и беззаботна, а в следующий момент уже оплетена кольцами тугого тела так, что ни вырваться, ни вздохнуть.

Точно рептилия! Из загадочных и опасных финансовых джунглей, полных акул и аллигаторов.

Юля без конца прокручивала в голове разговоры и время от времени зависала в прострации, окунаясь в ощущения последней встречи. Розочки радостно полыхали в вазе, источая чуть пряный аромат.

Нужно будет укоренить. На память.

Она назовёт эту розу Гера. Отличное имя для коллекции. Многозначительное. Божественное. И Юля ни капельки не сомневалась, что характер господина «Питона» Летова ничуть не покладистей, чем у супруги Зевса. Пятой точкой чувствовала. Но почему-то это не отталкивало.

Она и сама не была трепетной ланью и нередко ощущала себя рядом с мужчинами эдакой бой-бабой. Не по комплекции, а по содержанию. Было страшно растоптать росточки их хрупкого эго неосторожным жестом. Могла бы она ужиться с нежной фиалкой? Разумеется, могла! Даром что ли у неё педагогический опыт о-го-го? Индивидуальный подход, всё такое. Она с кем угодно могла бы ужиться.

Но не хотела.

Ей хотелось жить легко, во всю ширь и без оглядки на чужие комплексы.

Флегматичный удав Летов идеально вписывался в Юлину картину мира своей автономностью. Такое развесистое самомнение задолбаешься топтать!

Юля убралась в ванной и испытала жгучую потребность посетить ближайший гипермаркет, чтобы освежить запасы гелей для душа. Хотелось какого-нибудь вкусного аромата. Чего-то… огненного. Под стать Герману.

Она уложилась. Перенюхала всё, что было, но уложилась. Хотя и торопиться вроде было некуда. Можно было отложить поход за покупками на завтра. Вряд ли сегодня Герман появится.

Лучше бы не появлялся.

Потому что сегодня должна была приехать Арина.

Эта мысль обожгла своей внезапностью. По отдельности Юля ничего против них двоих не имела. И даже вместе не имела — до позавчерашнего вечера. А теперь боялась ненароком выдать, что между ними что-то есть. Вряд ли Арине это будет приятно.

И сто процентов неуместно.

От Германа, как назло, сегодня ничего конструктивного не было. Так, обмен доброутренним приветствием и фото позднего зимнего рассвета из окошка автомобиля. Как Гордеева поняла, он возвращался из своего Шаолиня в город, что добавляло нервозности.

Она не стала уточнять у ученицы, приедет та или нет. Даже если нет — не страшно. Она шла последней, окна не будет. Пусть сложится как сложится. Но чем меньше оставалось до занятия, тем сильнее об этом жалела. Неопределённость нервировала.

Дима, одиннадцатиклассник, который шёл предпоследним, ковырялся с задачей по генетике. В целом он был неглупым мальчишкой. Но вот это желание быть всегда на коне, не то зумерское, не то мужское вообще…

— …Дима, куда тебе в новую тему, если ты не разобрался в этой? — устало выдохнула Юля.

— Я разобрался!

— Ну ты же не справляешься. Ты постоянно путаешься.

— Я не путаюсь! Просто не всегда понимаю, по какому типу решать.

«Я выучил все алгоритмы. Просто не понимаю, какой из них в каком случае применять». Как объяснить, что «уметь решать» — это понимать суть? Что в биологии «сумма всех частей» не равно «единое целое»? Если ты умеешь делать разрез скальпелем, пользоваться расширителями, зажимами и накладывать швы, ещё не значит, что ты сможешь провести операцию по удалению аппендикса. Хотя бы потому, что в любой момент что-то может пойти не так. А у тебя в распоряжении только ограниченный набор алгоритмов.

А ведь он собирается в мед.

И потом будет кого-то лечить.

Иногда самое сложное — принять и признать собственное несовершенство. Чему его можно научить, если он уже во всём «разобрался»?

Гордеева глянула на часы. Без пяти.

Может, всё же не приедет?

В дверь позвонили.

Сердце в груди забилось как ненормальное. Приехала или приехали?

Арина была одна. Юля одновременно испытала облегчение и разочарование и чудом удержалась от вопроса, не подойдёт ли папа.

— Добрый вечер! Раздевайся, проходи, мы уже заканчиваем, — выдавила она в максимально доброжелательном тоне и вернулась к Диме — объяснить решение и отправить собираться.

— О, а мы решали такие задачи! — бодро поделилась Арина, заметив обозначения аллелей на флипчарте.

— Прямо такие? — Юля стирала надписи.

— Ну, по генетике. А когда мы их будем проходить?

— Когда дойдём. Мы ещё человека до конца не разобрали. Потом цитология, обмен веществ, деление клетки, гаметогенез — и наконец генетика.

— А я сейчас хочу! — включила «принцессу» Летова, и Юля сразу вспомнила, из-за чего у них были конфликты в школе.

— А я хочу, чтобы ты домашнюю работу выполняла.

— Ну Юлия Игоревна, каникулы же! — Арина переключилась в режим «канючащей принцессы».

— Каникулы — это серьёзная причина. Жаль, — вздохнула Гордеева. — Я-то думала позволить тебе Сашу искупать. Но раз каникулы…

Арина надула губы.

«Принцесса обиженная».

— Домашку к следующему занятию сделать. А мы с тобой продолжаем разбирать нервную систему.

— Опять? — Арина закатила глаза. На прошлом занятии они закончили на рефлекторной дуге.

— Не «опять», а «снова». У нас по ней ещё как минимум пять занятий. Ты же у нас в психологи собиралась, если мне память не изменяет?

Арина изобразила на лице сложную композицию «я и так всё уже знаю, но ладно, несите этих ваших рыбов». В смысле, нервных системов.

Хорошо, что Арина Германовна не придумала на врача учиться. Всё же безграмотный психолог менее травмоопасен, чем безграмотный врач.

— Итак, симпатическая и парасимпатическая нервные системы. Кто за что отвечает?

— Юлия Игоревна, Новый год! У вас вот и ёлка стоит… — «Принцесса изображает Кота из ”Шрека“ и ищет сообщников». — Давайте вы просто расскажете, что там нужно, и мы разойдёмся.

«Мы с тобой одной крови».

Нет, дорогая. Этот фокус не пройдет!

— Арина, вот тебе задание из ЕГЭ. — Юля села поудобнее в своём кресле напротив ученицы, уложила руки перед собой, как образцовая отличница, и подалась корпусом вперёд. — На Востоке раньше бытовал обычай. Подозреваемого подвергали божественному испытанию. Ему давали горсточку сухого риса. Если он мог его проглотить без воды — его оправдывали. Если не мог — казнили. Какой физиологический механизм лежит в основе этой традиции?

— А это не бред? В смысле, это действительно работает?! — На лице Арины был написан скепсис, смешанный с любопытством.

— Да, работает. Не без погрешности, конечно. Но в целом, если человек невиновен, то, скорее всего, у него получится. А если виновен — то нет.

— У него от стыда ком в горле встанет? — осторожно предположила она.

— Ну… — Гордеева задумалась. — У «кома в горле» и этого испытания схожая физиология.

— Ладно. Давайте про ваши симпатичные и несимпатичные системы… — Арина изобразила одолжение, хотя в глубине глаз мелькали искорки интереса. — Дело же в них?

— Плюс один балл за логику, — усмехнулась Юля. — Запомнить, кто из них за что отвечает, просто. С — стресс — симпатическая. П — покой — парасимпатическая. А чтобы знать их эффекты, достаточно понимать принцип. И тогда ничего не нужно будет зубрить. Симпатическая включается в момент опасности, выплёскивая в кровь адреналин. Это реакция «бей или беги». Организм мобилизует все ресурсы, чтобы бороться с опасностью или скрыться от неё. А для этого нужно обеспечить мышцы глюкозой и кислородом и прекратить тратить силы на другие энергозатратные процессы, самый главный из них — пищеварение.

— Ну вы скажете тоже, Юлия Игоревна! Если бы он был энергозатратный, за счёт чего бы мы жили? — тоном «за отсутствие логики минус два» полюбопытствовала Арина.

— Он даёт энергию. Потом. Но сначала нужно запустить процесс: выработать пищеварительные соки, пригнать кровь к кишечнику… А для этого тело сначала должно приложить силы. Это как с горкой: чтобы съехать вниз, нужно сперва забраться на самый верх. Так вот. В момент опасности пищеварительная система выключается. Вся. Включая слюноотделение.

— Но ведь когда человеку угрожает смерть, — Арина уловила параллель с заданием, — он в любом случае будет испытывать страх? Значит, «испытание» не работает.

— Если человек знает о своей невиновности и верит в божественную справедливость, он не будет бояться. Но, как я уже сказала, элемент погрешности есть. Очень наглый преступник не будет испытывать чувства вины и тоже пройдёт испытание. Итак: с-симпатическая нервная система выключает пищеварение…

— Подождите! А как же «стрессовые зажоры»?! — «Принцесса изволит ловить лжеца».

— Это уже другой механизм. При реальной опасности на адреналине тебе будет не до еды, — улыбнулась Юля. — «Зажор» — результат работы кортизола, другого гормона надпочечников. Задача адреналина привлечь быстрые, — как бы сказал твой папа, высоколиквидные, — ресурсы. Но если они использованы, а угроза всё не исчезает и не исчезает, появляется чувство тревоги. Организм начинает готовиться к затяжной войне: перетапливает на энергию скелетные мышцы, наращивает кортизольный «спасательный круг» — слой жира на талии и животе. Заставляет организм вырабатывать больше инсулина, из-за которого появляется неутолимое чувство голода. «Нас ждёт долгая осада, нужно накопить запасы на чёрный день!» Продолжаем разбираться с симпатической нервной системой. Итак, пищеварительную систему выключили, включили систему обслуживания мышц: ускорили сердцебиение, повысили артериальное давление, углубили дыхание. В мочевыделительной системе…

— Ну там всё понятно! — с видом «все это знают, но в приличном обществе молчат» заявила Арина.

— Что понятно?

— Понятно, что происходит, когда люди очень сильно пугаются. Ну они… — Летова отчаянно намекала всем своим видом, но Юля молчала, и Арине пришлось заканчивать самой: — Мочатся они!

— Вот этот тот случай, когда наши бытовые знания входят в противоречие с теорией. — Гордеева усмехнулась. — На самом деле, симпатическая нервная система, наоборот, расслабляет стенки мочевого пузыря, позволяя ему наполняться, и уменьшает количество образуемой мочи. Организму нужно сохранить воду. Она будет тратиться на пот, дыхание, поддержание артериального давления, чтобы кровь быстрее разгонять по узеньким сосудам. Поэтому мочи вырабатывается меньше, она более концентрированная. И когда убегаешь или дерёшься, лучше, чтобы тебя не отвлекали такие мелочи, как потребность сбегать в туалет по-маленькому.

— Но ведь не просто так трусов называют «ссы…»… Ну вы поняли, — засмущалась Арина.

Гордеева кивнула с понимающей улыбкой.

— То, что ты называешь «обмочиться», — нарушение нормальной работы организма, которое обычно возникает у людей с повышенной тревожностью. У тех, кто живёт в страхе постоянно. И в жизни такое случается крайне редко. Просто это так постыдно, что быстро становится достоянием общественности. Возможно, кстати, здесь срабатывает тот же принцип, что и с «медвежьей болезнью».

— А что такое «медвежья болезнь»? — Алина навострила ушки, и Юля в очередной раз удивилась, как различаются бытовые представления у современных детей от старшего поколения. Даже от неё, хотя, казалось бы, разница в возрасте не такая большая.

— Это позывы к дефекации в случае страха. «Медвежьей болезнью» называется потому, что свирепые, казалось бы, медведи в случае испуга часто оставляют после себя кучу. Они считаются хищниками, но большую часть их летнего рациона составляет растительная пища. Она низкокалорийная, и медведи едят как не в себя, чтобы нарастить жир на зиму. И если к моменту опасности кишечник не был опорожнён, медведь эти пять-шесть лишних килограммов сбрасывает, как воздушный шар — балласт. Шок-контент, газовая атака… А мишка с лёгким сердцем удирает. Ну и последнее — глаза.

— А с глазами-то что не так?

— «Бабушка, почему у тебя такие большие глаза?» — «Чтобы лучше видеть тебя, деточка». Зрачки расширяются, чтобы мозг получал больше информации с периферии. Всё понятно?

Потом они перешли к отделам мозга. Тема была традиционно сложной, и Гордеева погрузилась в работу с головой, и когда в домофон позвонили, симпатическая система выплеснула в Юлину кровь щедрую порцию адреналина.