Глава 6. Эмоции как способ общения

Юлия

Очень занимательной оказалась игра в вопрос-ответ. «Куда тебя поцеловать теперь?» «А тебе нравится вот так?» «Можно сделать это?» «Как ты относишься к совместному душу?»

Очень разнообразит интимную жизнь.

И обостряет ощущения.

Юлю этим обострением так накрыло, что она уже два дня была под впечатлением. И, если честно, она была даже готова потеснить свои личные границы, чтобы повторить.

Или продолжить.

Может, даже перейти на другой уровень.

Какой-нибудь.

И если во время занятий с учениками мозг дисциплинированно работал в привычном режиме, то всё оставшееся время Гордеева впадала в какую-то сладостную кому. Диагноз был очевиден. Размягчение коры головного мозга на фоне любовного умопомрачения.

Обмен короткими сообщениями типа: «Привет, чем занимаешься?» — «Как раз думал о тебе», — «А что так?» — «Да просто я постоянно думаю о тебе!», ещё больше способствовал общему обнулению айкью. Но Гордееву этот факт не слишком волновал. Изредка здравомыслие всплывало наружу и лениво било тревогу, пытаясь напомнить, что для психических недугов характерно снижение критичности. Но, видимо, было уже поздно.

Даже плановый визит Арины Летовой не смог её отрезвить.

Германа не было. К счастью. Сложно было бы удержать себя на расстоянии и сделать вид, что они тут случайные знакомые.

— Что у нас с домашней работой? — спросила Юля, когда ученица устроилась за столом.

— Сделала. — Та глянула на стул под пятой точкой, устраиваясь поудобнее, сложила руки перед собой и выглядела уверенной.

Гордеева заглянула в личный кабинет. Задания действительно были выполнены. Очень неплохо. И в то же время достаточно неидеально, чтобы результат выглядел правдоподобно.

— Какие-то вопросы вызвали сложности?

— Да там всё было изи! — Арина взмахнула кистью, будто стряхивала воду.

— Заметь: это не вопросы были лёгкие, это ты в них разобралась, — акцентировала внимание Юля. — Вообще не бывает сложных тем, бывают темы, которые ты не поняла. Сегодня мы продолжим копаться в мозгах. И традиционно это одна из самых сложных тем в физиологии человека. Если её зубрить, — внесла пояснение Гордеева. — На прошлом занятии мы говорили о продолговатом, самом нижнем и древнем отделе мозга. Он регулирует все физиологические процессы в штатном режиме. Высота девять тысяч метров над землёй, полёт нормальный. А если что-то внутри или снаружи меняется, в игру вступает другой отдел на букву «П» — промежуточный. Он лежит как бы между примитивной частью головного мозга и корой больших полушарий.

Ствол мозга на слайде напоминал Юле гуманоида-марсианина из культового фильма, и промежуточный отдел на нём нависал сверху, как мозг у этих персонажей. Из всех отделов самыми многогранными по функциям, а потому сложными для запоминания, были именно эти два «П»-отдела.

— Промежуточный мозг — командный пункт, который отвечает за работу внутренних систем организма. В больших полушариях находится то, что делает нас людьми. Но биологически мы остаёмся животными. И животная составляющая, которую наши многочисленные предшественники миллионами лет вытачивали в процессе эволюции, регулируется именно там. Верхняя выпуклость промежуточного мозга называется таламусом. Это основная магистраль, по которой сенсорная информация поступает в кору. Исключение составляет обоняние. Обонятельный нерв, минуя промежуточный мозг, идёт напрямую в подкорковые области и уже оттуда — к большим полушариям.

— Это потому что обоняние настолько важно? — предположила Арина.

То, что она включилась в диалог, было хорошим знаком. Информация не просто в одно ухо влетала, а в другое вылетала, по пути задерживалась где-то между извилин. Прямо сейчас Арина Летова пыталась «пришить» новый кусочек знаний к тому, что уже было у неё в голове.

Конечно, там пока было очень немного. Но было!

— Не только, но и. Так сложилось исторически. У наших предков орган обоняния располагался на переднем конце тела, что логично. И да, для первых хордовых, как и для большинства современных млекопитающих, это был важнейший орган чувств. Обонятельная луковица — часть мозга, где обрабатывалась информация о запахах, — располагалась в самом авангарде нервной трубки. Так и получилось, что обонятельные нервы не заходят в таламус, а лежат перед ним. Понятно?

Арина изобразила на лице «Обижаешь, начальник!».

Юля кивнула.

— Так вот, в таламусе происходит фильтрация информации от рецепторов. Сильные, новые или актуальные для коры в настоящий момент сигналы он пропускает, а неважной текучкой мозг не тревожит. Информация из таламуса расходится одновременно в двух направлениях: наверх, в кору, для осознания и осмысления, и в гипоталамус, где принимаются решения о режиме работы внутренних органов. — Гордеева показала область ниже крупного выступающего таламуса. — «Гипо» — значит «ниже». Гипоталамус располагается ниже таламуса. Логично?

Девочка закивала.

— Кроме этих двух отделов к промежуточному мозгу относится гипофиз. Он располагается под гипоталамусом. Его название дословно переводится как «придаток ниже». А над таламусом расположен эпиталамус. «Эпи» значит «на поверхности». Самая известная часть эпиталамуса — «эпифиз», он же «шишковидная железа». Из всех этих слов как минимум «гипофиз» должен быть тебе знаком.

— Ну там гормоны вырабатываются всякие, — проявила эрудицию ученица.

— Правильно. Эпифиз — тоже железа внутренней секреции, и прежде всего, вместе с таламусом и гипоталамусом она регулирует чередование периодов сна и бодрствования. Сейчас, наверное, только глухой не слышал о «я энергичен и готов к свершениям» серотонине и «пора восстанавливать всё, что вы за день наломали» мелатонине. Так вот, эти гормоны синтезируются именно здесь. Подробно работу эпифиза и гипофиза мы разберём в эндокринной системе. Сейчас наша задача понять, из чего складываются функции промежуточного мозга. Гипофиз в школе обычно представляют как самую важную железу внутренней секреции.

— Это не так?

— Не совсем. Гипофиз выделяет гормоны, которые управляют другими железами: непарной щитовидной и парными половыми, надпочечниками, млечными. А сам он управляется гормонами гипоталамуса, поэтому по сути именно гипоталамус является самой главной железой. Просто мы его железой не считаем. Вообще в организме сложно найти орган, который бы не вырабатывал какой-нибудь гормон, а железами мы называем только те структуры, для которых эндокринная функция является основной. Итак, с помощью гормонов гипоталамус регулирует скорость обмена веществ и управляет работой половой системы. В нём же находятся центры жажды, голода и насыщения. В случае если в крови падает концентрация глюкозы или снижается содержание воды, организм включает «сигналку». Ты будешь испытывать беспокойство и дискомфорт до тех пор, пока не выполнишь всё, что от тебя требует тело. Эмоции — это в принципе язык, на котором организм разговаривает с нами. Сознание и свобода воли с одной стороны благо, с другой — большая проблема. Если животные живут преимущественно инстинктами, то у нас к этому механизму имеется надстройка, которая постоянно пытается влезть со своими «хочу» — «не хочу». С помощью эмоций организм пытается заставить нас делать то, что ему нужно.

— Есть же и положительные эмоции, — возразила Арина. — Радость, например.

— Эмоции работают по принципу кнута и пряника. Сделал что-то полезное: покушал, сходил в туалет, выполнил репродуктивный долг — получи пряник.

— А когда я сижу в Тик-Токе, я какой долг перед организмом выполняю? — хитро улыбнулась Летова.

— Ну как же! Долг в получении информации! Любопытство — желание получить больше информации об окружающем мире — очень важное для выживания качество. Поэтому когда ты узнаёшь что-то новое, организм подкрепляет твои действия дофамином, гормоном удовлетворения. Ты ощущаешь его как интерес, азарт, инсайт. Но если вместо действительно полезной информации подсовывать мозгу суррогат, бесполезный, как нынче принято говорить, контент, в какой-то момент появляется ощущение, будто тебя обманули. Вроде как интересно, но в глубине души чувство, что время потрачено впустую. Бывает?

Арина вопрос проигнорировала.

— Ну а любовь? — не унималась она.

— Любовь — вообще чувство сложное, — улыбнулась Гордеева. — И многогранное. Например, есть любовь матери к ребёнку. Или любовь к родным. Или к родине. — Она открыла ладони, будто там эта родина и находится. — За каждой любовью стоит свой механизм. И своя цель её поддерживать.

— Между мужчиной и женщиной. — Арина задрала подбородок, будто готовясь к схватке.

— Давай разберёмся, — Юля сложила перед собой руки. — То, что возникает между мужчиной и женщиной изначально — это влюблённость. С помощью неё мозг доносит до человека, что нашёл подходящего партнёра для рождения потомства. Как я уже говорила, мозг обрабатывает огромное количество информации, и по массе признаков: внешности, запахам, мимике, позе, поведению, — вычисляет для нас того, кто нам подходит лучше других. Причём по мере обретения жизненного опыта в уравнение включается всё больше переменных, поэтому в юности влюбляются чаще и проще, чем в зрелом возрасте.

— А почему тогда люди расходятся, если наш мозг такой умный и высчитывает подходящего партнёра? — В голосе Арины одновременно слышался вызов и горечь.

— Мозг — очень мощная аналитическая система. Даже современным квантовым мегакомпьютерам до него пока очень далеко. Но он — результат эволюции и научен решать те задачи, под которые был изначально заточен. А семья, в отличие от размножения, — институт социальный и по сравнению с нашей биологической историей появился недавно, практически вчера. Влюблённость как эмоциональный порыв рассчитана плюс-минус на три года. Ровно на столько, сколько необходимо, чтобы человеческий детёныш обрёл относительную самостоятельность. Дальше, как ни печально это звучит, Арина, с точки зрения биологии пребывание родителей вместе не настолько критично. Более того, популяции даже лучше, если женщина будет рожать детей от разных мужчин. А у мужчины будут рождаться дети от разных женщин. Чем выше биоразнообразие, тем устойчивее группа.

— То есть вы за измены в семье?

Вопрос прозвучал, как выстрел в печень. У Гордеевой внутри всё как оборвалось. Неужели Арина догадалась о Юлиной связи с её отцом?

— Ты меня спросила, почему люди расходятся, а не как к этому отношусь я, правильно?

Девочка кивнула.

— Я отвечаю, почему. С точки зрения биологии. С точки зрения психологии, которую ты планируешь изучать в университете, ты найдёшь другие объяснения. Вообще на любое явление можно найти тысячу толкований, и все они могут оказаться правильными, потому что жизнь многогранна. Понимаешь?

Губы Арины были поджаты. Может, она и понимала. Но не хотела верить.

— И я не говорила, что на трёх годах всё обязательно заканчивается. Помнишь, я сказала, что влюблённость — то, что возникает между мужчиной и женщиной в начале отношений? А потом она может перерасти в любовь. Любовь — это не только страсть и влечение. Это доверие, привязанность, нежность, забота, уважение… Биологически это тоже эмоции, а за ними стоят определённые гормоны. Но мы — больше, чем просто животные. Мы — люди, мы обладаем свободой воли. И поэтому, возникнет любовь из влюблённости или нет, зависит уже от нас. Я тебе даже более того скажу: влюблённость — не обязательное условие для будущей любви. Во многих культурах и на сегодняшний день практикуются браки по договорённости между родителями. И в них тоже рождается любовь. Точнее, может родиться, а может — нет. Всё зависит от каждой конкретной пары. И даже каждого конкретного человека.

Было заметно, что Арину это не утешило.

Наверное, ей хотелось какое-нибудь простое объяснение, чтобы можно было назначить виновных. А лучше — волшебную таблетку, чтобы всё исправить.

У Юли таких не было.

И ни у кого их не было.

Гордеева вернула обсуждение к собственно биологии.

— Гипоталамус также входит в состав лимбической системы. Она опоясывает таламус снизу и по бокам: «лимбо» значит «край». Лимбика отвечает за формирование эмоций, памяти и научение и имеет сложный состав. Основная её часть относится к «подкорке» — «архикортексу», самой древней части коры больших полушарий у млекопитающих. Ещё раз повторю: с помощью эмоций мозг доносит до сознания важную информацию. Важную, — Юля подняла указательный палец. — Это критично. Эмоции «подсвечивают» то, что мозг считает значимым. И по этому маркеру гиппокамп, часть архикортекса, отвечающая за долгосрочную память, понимает, что ему нужно сохранить.

— Да ладно! Мне до учёбы вообще пофиг… Ой! — Арина прикрыла рот рукой. — В смысле, я к ней равнодушна. Но я же всё равно запоминаю, безо всяких эмоций! — фыркнула она, как недовольная кобылица.

— Это называется «произвольная память». То, что пихаешь в себя принудительно. Но, к сожалению, сегодняшняя система образования настроена на короткие дистанции. Выучил — сдал — забыл. Мозг не научен долгосрочной произвольной памяти. А нам нужно добиться другого эффекта. Нужно как-то удержать в голове всё то, что мы с тобой разбираем, одновременно. Не по очереди: выполнил тест, очистил мозг, загрузил новую тему, а всё вместе и до самого конца. Поэтому когда я рассказываю что-то, что кажется далёкой от ЕГЭ информацией, я пытаюсь включить эмоции и непроизвольную память. Но вернёмся к гипоталамусу. Ещё в нём находятся центры…

Они успели разобрать до конца промежуточный мозг и даже назвать основные области коры, когда в рассказ Юли ворвался звонок в домофон.

— Это, наверное, папа, — предположила Арина. — Он приехал посмотреть, как купают ахатину.

— Точно! — Гордеева стукнула себя по лбу основанием ладони. — Я обещала дать тебе искупать Сашу!

Она пошла открывать, по пути мысленно постучалась головой о стену.

Конечно, другого же шанса посмотреть на купание улитки у Германа Рудольфовича нет и не предвидится!

Ему непременно нужно было появиться именно сейчас.

Обязательно испытать на прочность Юлину нервную систему.

Летовы просто рождены для этого!