Глава 36

– Какого хрена ты мне звонишь, Камилла? – У отца инсульт случился, мать в истерике. Он тут лежит прямо, не встает, я не знаю, что делать, охраны нет, никого нет! Я тебя все это время ни о чем не просила, но сейчас можешь помочь, Стас? Стискиваю зубы. Год ее не слышал, еще бы сто не объявлялась. До Камиллы я не ненавидел баб, но она сделала все для того, чтобы это исправить. – У меня дела. – Мне больше не к кому обратиться. У вас же бизнес общий до сих пор, все развалится окончательно! Пожалуйста, в память о нашем ребенке. Я так жалею, что сделала аборт тогда. Не говори, что тебе все равно, я знаю, что это не так. Помоги. – Хорошо. Я приеду. Отключаю вызов. Этого еще не хватало, день уже тяжелый, так как Тася почти не спит, а утром Артема забрали на операцию. Прошло уже четыре часа, и пока я не знаю результатов. Я хочу, чтобы ему стало хоть немного лучше, потому что видеть ненависть к себе в глазах любимой женщины и родного брата – это уже чересчур. С Тасей утром мы больше не говорили. Она сделала вид, что упорно меня не замечает, а я больше просто не знал, что мне сказать в свое оправдание. У меня нет зацепок, я не могу себя ничем оправдать, но и отпускать ее от себя не собираюсь. Хуже того, сегодня я понял, что буду даже держать Тасю в заложницах, лишь бы только она была рядом. Да, я эгоист, знаю, да вот только я ее уже однажды терял и второй раз просто не переживу такого горя. Через час я уже дома у Роберта, хотя только сейчас понимаю, что зря приперся. Тут куча охраны, на кой черт я им вообще нужен, вот только меня ждет сюрприз. Роберт лично меня встречает, и никакого инсульта у него нет, а это уже интересно. – Где Камилла? – Я не знаю. Три дня, как дома не появлялась. Ты что здесь забыл? – Ничего, адресом ошибся. Желания разговаривать с бывшим тестем нет никакого. Он всегда меня не переваривал, и я его тоже, Виктору тесть не помог, и я вообще зря во все это влез тогда, но хуже другое: Камилла мне наврала, и я не вкуриваю пока, зачем она это сделала. – До свидания, Станислав Владимирович, – басит один из охранников, открывая мне ворота, и я охреневаю, когда вижу у него на запястье тату в виде колючей проволоки. Какова вероятность, что это просто совпадение? Нулевая, блядь. Это же он. Один из тех двух, которые тогда избили Тасю. Красная вспышка в голове, и пазл немного складывается. Я едва сдерживаюсь, чтобы не убить этого урода на месте, но нет, не так быстро и не здесь, а за пределами ворот, за которые я его вытаскиваю. *** – А-а-а! Боже, Хватит! – Последний раз спрашиваю: где ребенок? Где, мать твою, ребенок? Он родился живым, что было дальше, говори, СУКА! Мы в моей машине, тут уже все кровью залито, но, честно говоря, мне похуй. Я присобачил скотчем этого упыря к рулю и отрезал ему уже шесть пальцев. Прикладываю прикуриватель к его обрубкам, пока он в почти бессознательном виде ревет, точно ребенок. – Я не знаю, правда! Роберт Генрихович только нанял нас прикончить ту девчонку. Все, все! Про ребенка я не знаю! – Кого нас? Быстрее, Василий, у меня нет времени! – Нас, второй – напарник мой, Глеб! А-а-ай, больно. Вызови врача, я сейчас истеку кровью! – Истечешь, чш… ну, не бойся, ты же бывший морпех, где твоя закалка? Расскажи мне детали, Васенька, как девочку выманили, как ее избили, где бросили. У тебя шестьдесят секунд, прежде чем ты лишишься следующего пальца. – Н… нам скинули адрес. В п… парке центральном, она пришла одна. Мы ее избили, девочка быстро отключилась, я лично проверял. Когда убедился, что мертва, забрал доказательство – крестик, мы ее вывезли за город, выкинули на обочине. Потом… потом Роберт сказал вернуться и забрать тело, но, когда вернулись, девочки уже не было. – Дальше! Кого я хоронил, кого, блядь?! – Левую случайную девушку. Девушку похожую нашли, машину подожгли, с ДНК там Роберт сам разбирался. Все, я больше ничего не знаю, пощади, Стас! Ты же сам ее заказал! – Что? Что ты несешь?! – Адрес пришел из твоего телефона. Мы знали, что ты в курсе, и Камилла… – Что Камилла?! – Камилла тоже знала, она накануне кастет принесла твой, сказала им лупить по лицу, чтоб не щадили, и ты в курсе. Это не столько Роберт, это все она. Мы потом нашли уже Тасю беременную у одной бабки, хотели добить, но Камилла запретила. Сказала, что ей нужен ребенок. Ваш. – Что? Что ты сейчас вякнул? – Мы проследили за Тасей, там Камилла обо всем договаривалась, персонал подкупила на роды, отвалила кучу просто бабла, ребенка забрала себе, выкупила. Тасю ту… она хотела, чтоб ее медикаментами глушили, чтоб она быстрее копыта отбросила, сама. Блядь, ты все испоганил, на хрена ты ту девочку к себе снова забрал? Ей конец, Стас, неужели ты ничего не понял? – Чего не понял? Чего?! – Все, что у тебя в доме происходит, Камилла знает. Она знает все. – Че ты мелешь, откуда она может знать? – Фаина. Наша бывшая домработница. Она информатор. Камилла ей платит. Стас, пощади… – Где ребенок! Куда Камилла дела ребенка после роддома, мать твою?! – Девочка сначала была пару дней у нее, а потом тесть узнал, забрал и отдал на усыновление, я больше ничего не знаю, дай мне шанс! – Приди ты ко мне два года назад, спроси, сука, у меня, что делать, я бы тебя озолотил, но ты Тасе шанса не оставил, уебок, и у тебя шанса тоже не будет. Я избавляюсь от тела и быстро поворачиваю домой. Меня всего колотит, я проебался, в доме сидит крыса, и Тася… Тася осталась одна! Не дай бог, Камилла, все это правда, я с тебя шкуру сдеру, я тебя уничтожу. Я бью по газам, но, когда приезжаю домой, меня встречают только распахнутые двери. Дом совершенно пуст, и Таси здесь больше нет. Я достаю телефон и набираю тому, кто мне очень должен: – Алло, Бакир. Помоги. Это срочно.