Эпилог

– Я теперь понимаю, почему тебя зовут психопатом. – Боишься? – Нет. Порой это спасет жизнь. Я люблю тебя таким, какой ты есть. Порой жизнь дает суровые испытания, словно проверяя на прочность, выдержишь ты или сломаешься при первой же ступени. Нам обоим было сложно, но, пожалуй, мы все прошли. Мы меняем памятник на моей фальшивой могиле и находим родителей той несчастной девочки, которую убил отец Камиллы, выдавая ее за меня. Так у них появляется хотя бы место, где они смогут оплакивать своего ребенка и это невозможная боль. Ее просто не передать словами. Стас становится моей опорой и любимым, другом, психологом – всем вместе. Он заботится обо мне, поддерживает и даже кормит, когда я, обессиленная, первые несколько дней лежу в кровати. Слишком больно было, слишком громко, а теперь мне хочется тишины, и мы вместе теперь. Не можем отлипнуть друг от друга. Доченька первые дни осторожничает, зовет нас со Стасом по имени, но довольно быстро она привыкает. Я плачу, когда Яся называет меня “мама” впервые. Я укладываю ее спать, глажу по темным кудряшкам, а она ладонь мою берет и к щеке прикладывает. Что может быть теплее этого? И мое разбитое материнское сердце снова начинает стучать. И жить хочется, и любить, и заботиться о Ясе. Таблетки мне больше не нужны, Стас помогает преодолеть эту зависимость, и я теперь сплю спокойно, ведь я дома, наконец-то дома, с мужем и ребенком, мы вместе. Мы семья. Стас тоже привыкает к своей новой роли папы, но мне кажется, ему даже проще. Ясенька очень похожа на него, он часто ее укладывает спать, играет с ней, и довольно быстро я уже слышу звонкое “папоська” на весь наш дом. Наш дом, наконец-то мы приобретаем дом. Не холодный замок, а теплый дом, полный зелени и света. И нет больше зашторенных окон, потому что мы не прячемся, а живем. – Возьми. Это твое. Стас снимает цепочку с руки и надевает мне на шею. – Мой крестик… – Я хочу спросить у тебя кое-что. – Что? – Ты станешь моей женой перед богом? Тася, я хочу обвенчаться. – Ты не веришь в бога. – Верю. Ну так что? – Да. Я согласна, только… – Что? – Стас, я больше не та красивая девочка. Я изменилась, я больше никогда не буду выглядеть как раньше. – Ты красивая, Тася. Любая для меня красивая. Целует меня в шею, покусывает мочку уха, крепко прижимает к себе. Мы сидим на веранде, и этот большой дом больше не кажется мне таким страшным, нет. Он наш, я чувствую себя здесь на своем месте с любимым, с нашей малышкой. – Стас, не надо… – Хоть год, хоть сто лет пройдет, я буду любить тебя все так же сильно! Ты мое чудо, Тася, ты мое все. Мне все равно на шрамы, ты красивая. Я люблю тебя любой: и брюнеткой, и блондинкой, с прямыми волосами или кудряшками. Я люблю тебя такой, какая ты есть! Я люблю твое сердце, принцесса, ты здесь не изменилась. Кладет ладонь мне на грудь, а я за шею его хватаюсь, прижимаясь сильнее. Красота внутри. Так Глафира всегда говорила, и, пожалуй, я с этим теперь соглашусь. – Иди ко мне, малыш. Стас поднимает мой подбородок пальцем и целует. Я отвечаю, прикрывая глаза. И нет больше целого мира, потому что вся жизнь здесь, в нашем доме, в нашей маленькой вселенной. *** Мы вышли на улицу почему-то с утра рано. Светит солнце, и так тепло на душе. Ясенька на руках у Стаса, а я не понимаю, что происходит, вижу только, как медленно открываются ворота. – Что такое, чего мы ждем? – Тась, тут кое-кто хочет увидеть тебя. – Кто? Я непонимающе смотрю на Стаса, а после перевожу взгляд на открывающиеся ворота и просто замираю. К нам во двор въезжает роллс-ройс, из него выходит высокий, красиво одетый мужчина, а со стороны пассажира поднимается прекрасная девушка. Красивая, с русыми длинными волосами. Мы стоим и смотрим друг на друга, я смеюсь, поверить не могу просто. – Ксюша. О боже, Ксюша! – Тася! Девочка моя, Тася, господи, ну наконец-то мы тебя нашли! Мы подбегаем друг к другу и крепко обнимаемся. Плачем и смеемся одновременно. Судьба – странная штука, но, если кто-то тебе дорог, это остается на всю жизнь, сколько бы лет ни прошло. – Ксюша, как я рада тебя видеть! – Мы тебя искали, Тася, все эти годы! Владлен всю страну перерыл, я думала, ты погибла! Мы нашли сведения о твоей смерти, даже твою могилу! Девочка моя родная, как же я переживала, как я скучала по тебе, солнце ты мое! – Спасибо, Стас! Спасибо… Стас кивает, и мы обнимемся, пока я не вижу, как к нам подходит тот высокий мужчина. Какой он красивый, словно с обложки журнала. Синеглазый, с русыми волосами, он похож на француза. – Здравствуй, Тася. – Здравствуйте. – Это Владлен. Мой муж. Ростик, сынок, и Даша, доченька. – Очень приятно познакомиться. – Ты просто неуловимая, но я рад, что мы нашли тебя. – Спасибо, что привезли Ксюшу ко мне! Заходите в дом, прошу! – Пошли, пусть мужчины говорят, у меня к тебе сотня вопросов! – добавляет Ксюша. Владлен коротко кивает и подходит к Стасу, здоровается с ним за руку, и они отходят на улицу. Долго говорят там о чем-то, пока мы с Ксюшей оплакиваем наши беды и счастье, делимся всем-всем, что произошло с нами за эти годы. Мы из одного детского дома, я сбежала тогда, а Ксюша, как оказалось, по ошибке попала к Владлену и осталась у него. Она его полюбила. Рассказ Ксюши невероятен, у нее очень тяжелая, но красивая история любви, она несколько раз упоминает фонд, и тогда, наконец, у меня все складывается. – Ксюша, а какая фамилия у твоего мужа? – Рахманов. Я замираю, мурашки бегут по телу. Вот это совпадение… или судьба. – У него фонд есть помощи сиротам? – Да, а как ты узнала? – Я участвовала в программе Рахманова. Твой муж мне лечение оплатил! Все мои операции, медикаменты, реабилитацию. Я выжила благодаря ему, Ксюша! – Милая моя, сколько же всего ты пережила! Какая ты сильная Тася, я бы так не смогла. – Спасибо, что помнишь обо мне. Спустя только лет, Ксюша. Ты так расцвела! Какая ты красивая стала! Чем ты занимаешься? – У меня тоже фонд помощи сиротам, только поменьше. У нас с Владленом общий сын Ростислав, и мы удочерили девочку. Вон бегает – Дашуля. Я помогаю нашим, таким же детишкам, какими мы с тобой были когда-то… Я рада за тебя, Тася, наконец-то я тебя нашла, не вздумай пропадать больше! *** Я смотрю, как Тася радуется, как они обнимаются с ее подругой, и мне больно. За нее, за ее потерянные годы, за то, что все так сложилось, и только сейчас она снова может улыбаться и снова быть собой. Я видел фото Таси из клиники перед ее операциями и рыдал как ребенок. Ее лицо, ее боль, порезы – это всегда будет со мной. Напоминание о том, что я допустил, не уберег, не защитил свою женщину. Когда Владлен вышел на связь со мной, я сначала не понял, а потом сразу согласился, чтобы они встретились. По меньшей мере я ему должен за жизнь Таси и ее здоровье. – Спасибо, что спас ее. Я в неоплатном долгу перед тобой. – Ты мне ничего не должен, Стас. Береги эту девочку, пожалуйста. Сколько же вы пережили. – Скажи кому – не поверят. – Я знаю, что это не ты сделал, так бы ты уже не стоял тут со мной. Живите в мире. Не отпускай от себя Тасю больше, Стас. – Я знаю. Я больше ее никуда от себя не отпущу. – Молодец. Ты, кажется, бывший мент? У тебя полулегальный бизнес, давай-ка сделаем его официальным. И братика твоего юриста посадим в нормальное кресло. – Откуда ты все знаешь? – У меня длинные руки, и я умею слушать. Я помогу. – Спасибо. Что с тем детским домом. Это ты? – Ну а кто ж еще? Расформировал давно. – Ты правильно поступил, Владлен. Деньги тебя не испортили. Редкость. – У меня есть отличный пример из жизни, который держит меня в рамках, – моя жена, которая выросла в приюте. Тебе тоже досталось сокровище. Цени. – Я знаю. – У вас прекрасный ребенок. – Спасибо. Наконец-то мы ее нашли, и Тася… она ожила. Она больше не носит маску, она стала собой. *** Когда мужчины входят в дом, я поднимаюсь и подхожу к Владлену. Да, мне неловко, но я должна сказать: – Владлен. Вы спасли меня тогда. Ваш фонд оплатил мое лечение. Спасибо вам большое! – Не за что. – Вы делаете великое дело, помогая сиротам. Вы человек с большим сердцем, и Ксюше с вами очень повезло! – Это мне с ней повезло, и я рад, что мы нашли тебя. Не пропадай больше, Тася. Наш дом всегда открыт для твоей семьи. Так я снова нахожу подругу, точнее, это Ксюша находит меня. Она так счастлива с Владленом, и я… я теперь тоже, наконец-то, счастлива. Мы крестим Яненьку. Крестной становится Ксюша. Мы часто общаемся, Владлен и Стас тоже созваниваются, но обычно по деловым вопросам, и, кажется, теперь все хорошо. Точнее, нет, не кажется. Теперь просто: все у нас хорошо. *** Мы стоим у алтаря. Я в белом, Стас в черном. Рядом с нами Ясенька и наши друзья. Немного, но здесь все свои: Игорь, Ксюша с Владеном, Паша с женой, Валера, Михаил Бакиров с Ангелиной пришли. Толика нет, мне сказали, он в отъезде, но также и еще одного гостя нет, очень важного для меня. Почему-то волнуюсь. Я так хотела увидеть его, неужели он обиделся? Знаю ведь, что уже приехал после лечения. – Все хорошо, Тася? – Да, только… Артем не приехал. Стас стискивает зубы и коротко кивает: – Мы сами его навестим. Он уже в городе. Киваю, к нам подходит священник, а после я слышу какую-то возню у входа в церковь. – Я здесь! Подождите, я ползу! Мы со Стасом поворачиваемся и видим Артема. Он идет медленно, но на своих двух, опираясь о трость. – Артем! Не могу сдержать улыбку. Мы все его ждали, и он все же приехал. Рысь подходит к нам с большим букетом розовых роз. – Здравствуй, Стас. – Здравствуй, Артем. – Поздравляю вас. Тасенька, ты очень красивая! Артем подходит ко мне, дает букет, наклоняется и нежно целует в щеку, пока Стас смотрит, не отводя взгляда. – Артем, ты ходишь! Я не могу поверить, какой же ты молодец! – шепчу ему сквозь слезы, Артем словно ожил, наконец-то он не грустит, а улыбается во все тридцать два. – Ты верила в меня, вот я и пошел. Становится неловко, пауза режет нервы, и я боюсь, что они снова начнут ругаться, но нет. Все хорошо. – Спасибо, что пришел, брат. – Не приехал, заметь! Пришел. Я не зря рискнул. Все было не зря. Преодолев свою вселенскую гордость, Стас протягивает Рысю руку: – Прости меня, Артем. – И ты тоже. Прости, что нервы трепал. Рысь сглатывает, они пожимают друг другу руки. – Иди сюда, малой! Стас притягивает Артема к себе, и они крепко обнимаются. По-мужски, так по-братски, что у меня ком подкатывает к горлу. Они годами не общались. Помирились. Наконец-то они помирились. Мы венчаемся в самой старой церкви города. Довольно тихо, с небольшим количеством гостей, но большего и не надо, ведь на дворе уже снова цветет сирень, и это наш праздник, время нашего счастья и любви. Мы повенчались и вскоре расписались. Я стала Беркутовой. Я стала одной из них. *** Артем Тася снова похожа на себя. Вернула себе натуральный светлый цвет волос и не носит больше этот грим, который менял ее до неузнаваемости. Она снова стала собой, но очень повзрослела, и ее взгляд стал другим. Не озорным, а скорее с легким налетом грусти, но наконец-то спокойным. Что-что, а ребенок у них получился отличный. Такая прикольная малая, как котенок резвый бегает и прыгает вечно, просится ко мне на руки, забавная. Яся такая хорошенькая, так что я уже и своих детей иметь не против, но сначала встану на ноги, и да, больше никаких байков. Тася счастлива. Несмотря ни на что, вопреки всему, все же добилась своего. Не описать, какую цену она за это заплатила, но это ее выбор – быть со Стасом. Она светилась от счастья на венчании, и, честно говоря, я не думал идти, но все же решился в последний момент. Не потому, что я гордый или обижаюсь на то, что не ответила взаимностью, нет. И нет причины мне ее уступать Стасу, потому что Тася и так его. Она всегда была его, а я, пожалуй, был очарован этой прекрасной девушкой и… я не пожалел, что пришел на венчание, потому что мы там помирились со Стасом, и это было важно для меня – и, думаю, для него тоже. У меня словно упал этот груз с плеч, и даже дышать стало легче. Стас ведь тоже все это время был словно прикован, так что мы оба были овощами, если так можно выразиться, и… теперь уже жена Стаса меня спасла. Тася верила в меня, и, наверное, это сработало, так как операция прошла успешно, я чувствую ноги и хожу. Конечно, не бегаю, но прогресс есть, и думаю, что я еще потанцую, как раньше когда-то. У меня нет ревности Таси к Стасу, и не потому, что я слабее. Просто я знаю, что она счастлива, и мне этого вполне хватает. Светку свою я уже отгорел, и, наверное, надо двигаться дальше. Тася же больше не плачет. С малышкой их возится, да и Стас тоже. Души в ребенке не чает, пора как бы уже, ему за сорок не так давно стукнуло. Они всегда вместе, когда их вижу. Говорят или молчат, я туда не лезу, благо я частый гость и крестным их малой стал. Яська хорошенькая такая, похожа на них обоих, кудряшка мелкая, хрен ее догонишь. Глаза у нее, как у Стаса, черные, а улыбка Таси, красивая девчуля получилась, и, конечно, наша она – Беркутова.