Глава 17.

Он не останавливается.

Напротив, теперь мнет грудь активнее. Работает двумя руками одновременно. Плавно. Органично.

Молоко все течет и течет по его крупным пальцам.

Сладкое, липкое. Оно облегчает движения его рук. Они гладят. Сжимают. Обводят по кругу грудь. Ведут по ребрам вниз.

К голове прижимается пах. Чувствую, как твердый член трется об мои волосы. От запаха его естества, смешанного с моим молоком буквально кровь закипает.

Я держу ноги вместе, не позволяю ему увидеть того постыдного ужаса, что творится в трусиках.

Они уже впились в попу, создают отвратительно влажный дискомфорт.

Я вскрикиваю, когда вместо пальцев на мою грудь буквально обрушиваются его губы.

Открываю рот в немом крике, буквально с головы до пят, пронизанная странным стянувшим нервы, ощущением.

Булат ласкает сосок, обводит сосок по кругу, словно отчищает от молока. Переходит на другой.

Но стоит ему закончить, как он снова давит руками как пластилин, заставляя грудь выделять влагу.

– Это… Это не похоже на массаж… – еле произношу. Хочу поднять руки, чтобы оттолкнуть это животное… Но слабость дикая. Я словно пьяная. – Ты просто извращенец. Булат! Ну что, что ты делаешь…

Он открывается от моей груди, которая сейчас в ужасном состоянии. Соски пошло торчат крупными вишенками. Сама грудь влажная. То ли от молока, то ли от слюны.

Если я думала, что это все, то Булат убеждает меня, что это только начало.

Он дает мне передышку. Перевожу дух, пока он снимает с себя футболку, позволяя мне рассмотреть его выпуклые мышцы под короткими волосками. И почему, почему я вообще туда смотрю.

Булат возвращается к массажу моей груди, гладит мой живот.

И с каждым подходом, движения становятся резче. Дыхание глубже. Одно на двоих. Сердце бьется очень быстро, готово выскочить.

Я поднимаю голову, смотрю скалу над собой. Его глаза закрыты, крылья носа трепещут, а губы плотно сжаты.

Булат резко опускает голову, впивается в меня темным, демоническим взглядом и словно падает с потолка, обрушиваясь на мои губы.

Этот вкус сводит горло. Его горькая слюна, мое молоко.

Оно смешивается в странном коктейле, который вот – вот бабахнет. Я почти не учувствую в поцелуе, лишь чувствую, как его язык елозит во рту, как он вылизывает сначала мои губы. Переходит на подбородок. На шею.

Булат двигается в сторону, одной рукой удерживает мое горло, скользит выше, толкает два пальца в рот, другой рукой продолжает мять грудь. То одну. То другу.

Кровать подо мной уже вся мокрая.

Под задницей горячо от смазки, которой все больше и больше.

– Нет! – кричу, когда он встает перед ногами и берется за лодыжки.

– Не ори, пацана разбудишь, – улыбается он, поднимая мою ногу к себе на могучее плечо.

Я втягиваю носом влажный, густой воздух, наш смешанный запах тел, когда он целует мою пятку.

Смотрит в глаза, языком чертит линию до самых пальцев.

Я облизываю губы, почти теряю сознание, когда он берет мой большой палец в рот.

– Ты псих. – шепчу, а у самой все тело мурашками покрывается. Испариной.

Он влажно сосет мою палец, пока другая нога дрожит на его плече. Почти немеет.

Он присаживается все ниже, встает на корточки, дерну все мое тело на себя. Берется за задницу, словно поднося к своему рту лакомство. Втягивает его запах, облизывает губы, смотря прямо туда, прямо в мою вагину. – Зачем, зачем ты это делаешь?

– Это просто массаж. Расслабься.

– Массаж клитора? Как это поможет груди?

– Давай проверим? – падает он лицом прямо в мою промежность. Сначала носом проводит от края до края, потом целует губами, оставляя обжигающий след.

И это все можно пережить.

Просто дышать тяжело, а обманывать себя легко.

Это уже мало похоже на массаж. Это похоже на то, что мне это нравится. На то, что я не хочу, чтобы он останавливался.

Куннилингус это что – то запредельное.

Мечта влюбленной девочки, которой очень хотелось получить со своим мальчиком удовольствие.

А теперь меня вылизывает другой. Грубый, неотёсанный как полено, мужлан.

Но господи, творит языком он просто чудо.

В какой – то момент этой сладкой пытки.

Я просто забываю, как дышать.

Забываю, что родила недавно.

Забываю, что в плену.

Булат снова и снова бьет током по нужным нервным окончаниям. Снова и снова сводит с ума сначала языком, потом подключает пальцы. Входит во влагалище недалеко, просто массирует, вторым пальцем изучает колечко ниже.

Грубый языком, нежный пальцами.

От контраста, я почти задыхаюсь.

Тело сводит неизвестной раньше судорогой.

Все начинается с влагалища и клитора. Оттуда импульсы расходятся по всему телу, каждой клеточке, каждой частице.

Я распадаюсь на атомы, умираю и воскресаю вновь.

Затыкаю рот кулаком, но все равно кричу, чувствуя, как язык долбит меня по клитору, давая телу пережить оргазм снова и снова.

Долгий и болезненный, он буквально лишает меня последних сил. Я прогибаюсь в пояснице, чувствую лишь горячую руку, которая собирает стекающую влагу.

Сквозь сон вижу, как он мажет этой ладонь по члену, делая несколько сильных рывков, тут же роняя густые капли мне на живот.

Он опирается на кровать, часто – часто дыша, а я закрываю глаза и окончательно проваливаюсь в сон.