12

— Хозяйка, княжна Волконская в гости пожаловала. Сказать сюда подняться? — услышала я голос Насти.

Сегодня был третий день с моего падения, и мне было куда лучше, но Виктор всё равно настаивал на нахождении в постели. Я была в домашнем платье и полусидела на подушках.

— Да, пусть приходит прямо сюда.

Настя ушла, и вскоре послышался звук каблучков молодой княжны.

— Приветствую вас, Ваше Благородие, — просунула рыжие кудри в дверь Мария.

Я тут же подобралась и бросила ей на шею — как я соскучилась! Она будто бы кусочек прежней жизни. До Него.

— Здравствуй, дорогая, — я потянула Машу за руку и усадила на софу у окна.

— День деньской стоит, а ты чего в кровати валяешься? — кивнула Маша на смятую, хоть и застеленную покрывалом кровать.

— Виктор настаивает на покое сегодня. Завтра мне можно уже не валяться в кровати.

Волконская нахмурилась:

— А что произошло, что тебе нужен покой?

— Я упала с лошади. Но всё уже в порядке, — тут же добавила я, услышав вздох Марии, которая поднесла тонкую руку к губам.

— Господи! Ты ничего не сломала? — стала она придирчиво оглядывать меня.

— Нет, головой только приложилась хорошенько к земле-матушке. Но всё обошлось. Виктор оказал мне необходимую помощь, окружил заботой. Врач сказал мне три дня быть в постели, и поэтому муж не выпускает меня отсюда.

— И правильно делает. Врачей надо слушать, — заворчала Мария. А потом добавила. — Тебе повезло с мужем.

— Каждый видит то, что хочет, — хмыкнула я.

— А что? — Маша изменилась в лице. — Он тебя обижает? Заставляет тебя…быть с ним?

— Нет, — покачала я головой. — Он не трогает меня. Ждёт, когда я буду не против.

— Так у вас… ничего до сих пор не было?

— Нет.

— Благородно, — заметила подруга. — А меня родители тоже замуж решили отдать. Подбирают жениха.

— А почему ты так грустно об этом говоришь? Ты не хочешь замуж? Тебе наверняка сыщут партию куда лучше, чем мне.

Маша странно посмотрела на меня, будто бы я глупая и счастья своего не осознаю.

— Не особенно хочу, — ответила Волконская. — Но когда-нибудь это всё равно случится. А за кого — мне неважно.

— Как неважно? — удивилась я.

— Неважно и всё. Тот, кого я люблю всё равно уже женат и любит другую.

Наступила тишина. Маша, кажется, сболтнула лишнего. Она явно не хотела мне говорить этого, просто слишком погрузилась в свои мысли. Я смотрела на неё в упор.

— Ну, прости… Я не говорила тебе. Мне было стыдно.

— Понимаю, — опустила я голову и закусила губу. Надо же, какие страсти кипят в её душе, а она так ловко прячет — ничего себе…

— Не спрашивай ничего, пожалуйста. Это очень непростой человек, я не готова назвать тебе его имя.

— Что ж… дело твоё. Но если вдруг будет очень тяжко на душе — я всегда рада тебя выслушать.

***

Молодые девушки ещё долго говорили о своём. Мария восхищалась мужем Елены, скрывая от неё, что на самом деле испытывает к нему. Елена не договаривала о том, что на самом деле происходит между ней и Виктором. Баронесса только матери и созналась, что хочет заставить барона расторгнуть брак. Чем меньше людей об этом знают — тем вернее планы сбудутся. Ни к чему Маше знать о том, как несчастна Елена в этой клетке, и какие планы она вынашивает.

***

Елена.

За окном было темно, комнату согревал камин зимним вечером. Я с книгой в руках сидела на кровати, увлёкшись чтением. Подняла глаза на звук открывающейся двери. Пришёл Виктор. Он приходил каждый вечер посидеть со мной у камина. Иногда он приносил с собой гитару, и это были не самые плохие вечера.

— Добрый вечер, Елена, — улыбнулся мне мужчина.

— Добрый, — кивнула я и убрала книгу у в сторону. Этот вечер кажется мне подходящим для осуществления моего плана…

Виктор присел рядом на кровати и провёл пальцами по щеке. Я стерпела и взгляда не отвела. И даже пыталась не смотреть враждебно.

— Как вы себя чувствуете, милая?

— Всё хорошо. Я полностью здорова.

— Что ж… Больше не буду заставлять вас сидеть в этой комнате. Завтра утром я уеду на несколько дней, побудете с моим отцом какое-то время. Он за вами присмотрит.

— Хорошо, — пожала я плечами.

И увидела то, чего и ждала — глаза мужа запылали огнём. Он смотрел, не отрываясь, на мои губы, которые я разомкнула и облизнула от волнения. Один жест — и мужчина припал к ним, обвив мою талию руками. Барон начал давить на меня, заставляя лечь на подушки, а сам продолжил ласки. Я не предпринимала попыток отстраниться. Виктор заметил это, и поглядывал на меня настороженно, но когда я вдруг сама прижалась к нему губами, он отбросил все мысли, сжимая меня всё сильнее в своих руках. Муж считал, что наступил тот момент, которого ждал от меня — что я позволю ему…

Виктор перешёл на шею и заскользил губами по ней, а я, как не пыталась оставаться в трезвом уме, не смогла побороть желания закрыть глаза и наслаждаться. Когда мужчина начал покрывать поцелуями грудь, что виднелась из платья, и попытался ткань сдвинуть в сторону, с моих губ сорвался тихий стон. О, ужас, мне нравится! Нужно всё это прекращать…

Собравшись с силами, я оттолкнула от себя мужа.

— Нет, — тяжело дыша, но твёрдо сказала ему я, и отползла в сторону.

Его глаза сверкнули гневом:

— Почему? Что за игры со мной, Лена?

— Я не могу, — с вызовом смотрела я ему в глаза, в которых металось сразу несколько чувств.

— Почему? — повторил мужчина свой вопрос с нажимом.

— Я не могу быть с мужчиной, который выгнал из дома моих родителей, — я попыталась встать с кровати, но Виктор довольно грубо схватил меня и вновь опрокинул на матрас, прижав сверху своим телом. Он разозлился. Он умеет злиться. Что ж, хоть какие-то эмоции удалось вызвать. Только теперь мне стало страшно от его реакции. Он ведь сильнее, и кто знает, насколько хватит его благородства на такую непокорную жену.

— О чём ты? Я же оставил им дом.

— Да, но он твой!

Виктор на миг прикрыл глаза, а потом устремил немигающий взгляд на меня:

— Что ты хочешь? Скажи мне.

Я молчала, снова облизывая пересохшие губы и невольно опять привлекая внимание мужчины к ним.

— Лена. Говори, — требовал муж.

— Перепиши дом на маму.

— А, вон что ты задумала… — усмехнулся он.

— Перепиши, — я провела пальцами по его губам. Мужчина замер и нахмурился. Я взяла его ладонь и положила себе на грудь. — И тогда я… стану твоей. По-настоящему.

Виктор перехватил мою руку, которой я держала его ладонь на своей груди и убрал её, отняв свою руку. Он сощурил глаза и смотрел на меня, будто бы что-то решая. Мужчина резко встал с кровати и ушёл, хлопнув дверью.

Меня трясло. Я рисковала, соблазняя того, кто и без этого был на грани. Я играла с огнём. Но, кажется, всё обошлось. Теперь решение за Виктором. Блефовала ли я, когда сказала, что позволю ему? Не знаю пока… Как сегодня сказала Маша — всё равно ведь придётся.

Пусть сначала перепишет дом. А там что-нибудь придумаю…

***

Виктор.

Внутри меня всё клокотало, когда я зашёл в кабинет. Не удержался и швырнул графин с бренди о стену. Немного стало легче. На звон стекла заглянула Стеша.

— Ох, батюшки мои! Вы чего, барин, графины-то бьёте?

— Не твоё дело, — прорычал я так, что девушка сразу же будто пробку в рот получила. — Принеси другой.

— Поняла, барин, — пискнула она и убежала.

Стеша знает, что бывает, когда сдержанного хозяина накрывает такой гнев. Лучше не спорить, а молча делать, что я велю. Всё. Абсолютно всё.

Пока девка где-то ходила, я достал сигару и закурил в кресле.

Что она себе позволяет?! Дьяволица. Да она верёвки из меня вьёт! Решила, значит, поиграть со мной, прекрасно понимая мои желания к ней, которыми я итак уже с трудом управляю.

Что ж, княжна Орлова, если ты так любишь играть — я не против. Только играть мы будем в мою игру, а не твою. Я обещал её не трогать — да. Но она сама нарушила договор своими условиями.

Я перепишу дом. Но после этого ей не отвертеться — я возьму то, что принадлежит мне по праву с самого первого дня нашего венчания. Ничего не случится, если дом вернётся её семье — Елена всё равно уже моя жена и никуда не денется от меня. Пусть забирает дом обратно, и платит за него ту цену, что сама назвала.

Вернулась Степанида. Она неловко поставила возле меня новый графин. Зверем смотрю на неё. Хватаю за талию и заваливаю девку на стол, разбив второй графин. Задираю платье крепостной.

— Барин, вы чего это удумали-то… барин!.. ох…