Глава 17

Джин

Ретт верил, что я все тот же ангел, которым была, по его мнению, до встречи с ним, но я-то знала, что больше это не так. Если сзади меня и были мифические крылья, то теперь одно из них полностью почернело. Я стала жестче, расчетливее, тогда как Ретт вдруг в какие-то моменты был мягче. Мне хотелось думать, что я делаю его лучше, но было ли это так на самом деле я не знала. Одно я понимала точно, с ним я меняюсь, в лучшую или худшую сторону — покажет время. В любом случае, знай он мои планы насчет него самого, уверена, он бы больше не называл меня безгрешным ангелом. Но в любом случае, сейчас все замыслы отошли на второй план.

Я позволяла Грейсону целовать себя, чувствуя, что мне это не неприятно. Наоборот, мне было хорошо. Это был один из тех не частых моментов, когда именно с этим мужчиной я чувствовала себя хорошо, в безопасности. Пока мы утешали друг друга, мы оба не заметили, как приехали к дому. Выйдя из машины, я поддерживала Ретта, а он в свою очередь обнимал меня за талию. Именно так, в обнимку мы и поковыляли к его дому. Интересно, когда-нибудь я смогу назвать его своим? Не уверена. Нас обоих сильно потрепало за эти сутки и нам оставалось лишь попытаться восстановить силы и дух. Почему-то мне казалось, что именно находясь вместе у нас это получится. Ни один из моих знакомых никогда не попадал в такую ситуацию, которая случилась с нами в эти дни. Нам не у кого было спросить совета. Да что уж говорить, все, что происходило в моей жизни за эти месяцы — это полное безумие, но я держалась, у меня попросту не оставалось выбора. Ретт был прав в одном, я оказалась сильной, пусть сама об этом даже и не подозревала. Наверное, человек может вытерпеть многое. Не знаю, есть ли у меня предел этого самого терпения и мужества.

Как только нам навстречу выскочила Дана, я счастливо заулыбалась, опускаясь ниже, трепя ее по голове. Потом я и вовсе подхватила ее на руки, позволяя собаке облизать мне шею и щеку. Это было таким счастьем видеть, как рада встрече со мной моя радость. Пока мы с Даной миловались, Ретт предположил, что я хочу есть и принять душ. Тут он был прав. Я умирала с голода и безумно хотела смыть с себя все безумие этих суток. Однако, я понимала, что именно это сейчас хочет сделать и мой муж. Вдруг, совсем неожиданно для нас обоих, у меня вырвалось приглашение сделать это вместе. Клянусь, это не было игрой, неким планом. Я правда сама не ожидала, что скажу это. Наверное, по выражению моего лицо это было видно. Было видно, что Ретт слегка удивлен, но это удивление быстро сменилось доброй улыбкой. Вот так просто я сама предложила принять душ вместе со своим мужем. Грейсон пошел в комнату, чтобы снять одежду, тогда как я застыла у двери с Даной. Казалось бы, что такого вместе принять душ? Мы уже видели друг друга голыми и не раз. Но я-то понимала насколько это интимный процесс. Душ с мужчиной в своей жизни я принимала, но это был один-единственный мужчина, имя которого было Дэвид. Я никогда не думала, что кто-то другой заменит его место. С другой стороны, сейчас у меня была грандиозная возможность продолжить свой план, просто нужно было немного успокоиться и откинуть все тревожные мысли, которые волей-неволей лезли в голову. Глубоко вздохнув, я опустила Дану на пол и пошла в комнату вслед за Реттом. Зайдя туда, я увидела одежду, лежащую на кровати. Именно в этот момент в душе полилась вода. Грейсон был уже там. Медленно сняв с себя всю одежду, я замерла перед дверью, которая раздела нас. Была не была. Повернув ручку, я вошла в ванную комнату. прикрыв за собой дверь, я посмотрела на своего мужа, стоящего под струями воды. Мой взгляд прошелся по его фигуре. Я всегда понимала, что у меня очень привлекательный супруг, но лишь сейчас смогла признаться в этом самой себе спокойно. Грейсон повернул голову, и мы встретились взглядами. Мои волосы были рассыпаны по плечам, прикрывая грудь. Я выжидающе смотрела на это брюнета, не торопясь заходить к нему в кабинку. Ретт так же не торопил события. Наконец, он медленно протянул мне руку. Интимность момента сейчас просто зашкаливала. Решив, что ждать больше нет смысла, я вложила свою ладонь в его и шагнула к нему под теплые струи воды. Запрокинув голову, я закрыла глаза, наслаждаясь ощущением, которое нахлынуло на меня. Одна моя рука все еще была в его. Не прошло и тридцати секунд, как я ощутила пальцы Ретта на своей щеке. Открыв глаза, я встретилась с его взглядом, в нем сквозила нежность. Приподняв мою руку, которую он держал в своей, Ретт положил ее себе на плечо, а затем легонько обняв меня за талию, притянул к себе. Коснувшись своим лбом о мой, он замер. Потоки воды лились на нас, а мы просто стояли в объятиях друг друга. Вторая моя рука медленно обняла Грейсона за шею. Вот так. Мы были в душе. Голые, без единого намека на секс. Похоже Ретт впервые не воспринимал меня только как сексуальный объект. Сейчас между нами было нечто большее. Общий пережитый стресс, желание излечить друг друга, ощущения, что мы нужны друг другу. Как бы это меня ни пугало, в данный момент я просто не могла поступать иначе.

Не будь в моей голове того самого хитрого и коварного плана, я бы уже сама себе мысленно кричала «Джин, что ты творишь? Неужели ты забыла все унижения, доставленные этим человеком?». Нет, я ничего не забыла. Я прекрасно все помню, просто сейчас это было не важно. На сегодня мы отпустили все обиды, все недопонимания, мы просто приходили в себя с помощью друг друга, ведь больше у нас не было никого, кто бы понял, что мы чувствуем. Поразительно, каким-то образом он можно сказать втянул меня в свою секту. О всем произошедшем я не могла сейчас рассказать даже Каролине, что-то останавливало меня. Меня мог понять и поддержать только он. Стоя в его объятиях под струями воды я осознавала некую абсурдность всей ситуации, но пока что мне было все равно. Впервые за эти сутки я чувствовала себя в безопасности и можно даже сказать счастливой. Мне было это нужно! Кажется, Грейсон понимал это. Я не боялась, что сейчас он начнет приставать ко мне. Этого не могло быть. Этот мужчина так смотрел на меня, так касался, что у меня не оставалось сомнений в адекватности его действий. Когда он взял в руки мочалку, я уже знала, что он будет делать, оставалось решить самой для себя, хочу ли я этого. Голос разума твердил, чтобы я не сопротивлялась, но мое сердце все равно беспокойно билось. Лишь одно заставляло меня успокоить нервы, его голос, его слова о том, что он беспокоился. Я безоговорочно верила ему, наверное, впервые в жизни. Именно поэтому я позволила ему касаться моего тела мочалкой, проходя по груди, животу, бедрам. Это был очень интимный момент. Я никогда не думала, что он вообще наступит у нас с Реттом. Когда мой муж и вовсе опустился на колени, я зачарованно смотрела на него сверху вниз. Что с ним вообще происходит? Последний раз он встал на колени, чтобы сделать мне приятно, а сейчас делает это, чтобы вымыть меня. Что за проявления нежности? Я внимательно смотрела за тем, что делает Ретт, чувствуя его прикосновения каждой клеточкой своего тела. Как бы мне ни хотелось признавать, мне нравилось происходящее в данную минуту. Именно поэтому в глубине души я ненавидела себя за это. Я ненавидела себя за слабость, за податливость. Как только Ретт поднялся и снова стал возвышаться над моей головой, у меня слегка захватило дух. Я принимала душ с мускулистым брюнетом, чье достоинство даже не в возбужденном состоянии было очень даже не маленьким! Плюс ко всему, мой муж еще и развернул меня спиной к себе и стал намыливать грудь. Пытаясь отвлечься от всяких похабных мыслей, я закрыла глаза, сосредоточившись на шуме воды. Как только Ретт закончил и стал смывать с меня пену, я повернулась к нему спиной и тихо сказала:

— Спасибо.

Мы смотрели друг другу в глаза и оба прекрасно понимали, что думает каждый из нас. Происходящее было каким-то чудом и каждый из нас боялся испортить этот воцарившийся шаткий мир. Вдруг перед моими глазами всплыло лицо Каролины. «Поступай так, как считаешь нужным. Откинь все сомнения». Стоило мне вспомнить ее фразу как я уже знала, что буду делать.

— Повернись, — все так же тихо попросила я.

Грейсон явно не понимал, зачем я прошу его об этом, но он не стал спорить или спрашивать, а просто повернулся ко мне спиной. Мне бы как истинной извращенке уставиться на его шикарный зад, но мой взгляд был прикован к синяку, оставленному пулей. Осторожно, стараясь не причинить Ретту боли, я коснулась его пальцами. В тот же момент я увидела, как мой муж напрягся. Ему явно было больно. Вдруг поддавшись какому-то внезапному порыву, я наклонилась и нежно, и трепетно коснулась губами этого самого синяка. Я сделала все аккуратно, так, чтобы не причинить Грейсону лишней боли. Судя по тому, как долго он стоял не шелохнувшись, даже когда я выпрямилась, он был в легком шоке от моих действий. Да что уж говорить, а сама не ожидала от себя такой откровенной нежности и заботы. Закусив губу, я опустила голову:

— Извини. Не знаю, что на меня нашло.

Я не знаю, как он отнесется к такому, но что сделано. то сделано. В конце концов это просто поцелуй. Хотя, кому я вру... это не просто поцелуй. А вот что это на самом деле, какой у него подтекст, я еще сама не разобралась.

В моей жизни было трое мужчин. Уилл был мимолетным увлечением, страстью, вспыхнувшей внезапно, интересом, который быстро угас. Потом в моей жизни появился Дэвид. Он был моей первой любовью. Я действительно любила и до сих пор люблю его. Мне казалось, что именно этот мужчина предназначен мне судьбой, но именно эта сука и разлучила меня с ним. В мою жизнь ворвался Ретт, буквально с пинка. Он отобрал меня у Дэвида, вырвал из его объятий, заставив быть его. Если поразмыслить, то ни в одних отношениях с самого начала я ничего не решала, все решали за меня. Уилл откровенно соблазнил меня, а я, будучи еще неопытной повелась на его шарм. Перед Дэвидом я так же была беззащитна, я не могла сказать ему четкого «нет». А Ретт, он вообще отдельный разговор. Отношения с ним — это нечто не поддающееся логике, нормам и всяческим канонам. Конечно если бы я выбирала, какого мужчину оставить в своей жизни, я бы не задумываясь выбрала Дэвида. Я до сих пор уверена, что именно он был моей судьбой, и от этого становилось горько. Иногда мне казалось, что в моей жизни больше нет места любви. Думать, что будет со мной через пять лет не хотелось, поэтому я решилась на авантюру, направленную на затуманивание разума своего мужа. Судя по тому, как он смотрел в мои глаза, у меня отлично получалось. И хотя я хотела верить, что на Грейсона мне абсолютно плевать, его поцелуй не оставил меня равнодушной. Да, он снова поцеловал меня. Отчасти я отвечала на его ласки не потому что должна была, а потому что мне самой это нравилось. В данную минуту мне были приятны его губы, руки на моем теле. Ретт прекрасно знал, что он привлекательный мужчина и нагло пользовался этим и всеми приобретенными за жизнь умениями. Чувствуя, как ему нравится моя реакция на все, что сейчас происходит, я сильнее прижалась к своему мужу. Видит Бог, у меня не было желания воевать с ним, но раз у меня нет выбора, я использую весь имеющийся у меня арсенал. Но как бы то ни было, в эту минуту я была благодарна этому человеку, я увидела его с другой стороны, и сей факт не мог остаться мною незамеченным. Почему он показал себя такого, когда я уже составила об этом человеке настолько негативное мнение? Неужели нельзя была раскрыться раньше? Вздохнув, я стояла прижатая к его обнаженной груди. Между нами воцарилось умиротворение, чего не было еще ни разу за всю нашу совместную жизнь.

Когда же выйдя из душа, Ретт стал трепетно вытирать воду полотенцем с моей кожи, я зачарованно наблюдала за его действиями. Как бывает порой удивительна жизнь! Месяц назад я бы не поверила, что этот мужчина может смотреть на кого-то такими глазами, как сейчас. И вот они проявления чудеса заботы и нежности.

— Пойдем, я приготовлю что-нибудь. Это не будет так вкусно, как у тебя, но я постараюсь.

Попав на кухню, я устроилась на стуле, наблюдая за Грейсоном.

— Куколка, у нас из еды только яйца, макароны, кое-какие крупы. Что отварить? Можешь мне подсказывать, чтобы я все правильно сделал и не отравил нас, — его взгляд упал на чайник, к которому он в момент подорвался, наливая в него воду. – Для начала чай. Можем не рисковать, а заказать еду на дом, к примеру роллы...

Кажется, сейчас он готов на что угодно ради меня. Интересно, попроси я его развестись, он подумает над моей просьбой? Усмехнувшись своим мыслям, я отрицательно мотнула головой.

— Пока они будут везти заказ, я погибну смертью храбрых, — усмехнувшись, я кивнула на кастрюлю. — Отвари макароны, а потом можно их обжарить с парочкой яиц.

Удивительно, как такой мужчина может держать все под контролем и как он совершенно теряется, стоит ему попасть на кухню. В этот раз я не стала делать все за Ретта. Последовательно говоря ему все этапы готовки, я наблюдала за тем, как он справляется со всем сам. Когда передо мной уже стояла чашка чая, я облегченно отпила от нее глоток.

— Как же хорошо, что все кончилось…