3

Ту ночь мы провели вместе до рассвета. Он отнёс меня на шкуры животных, быстро освободил от мокрой одежды и взял с той юношеской пылкостью, какой я в нём и не подозревала. Мы любили друг друга отчаянно, будто завтра не наступит. – Я так жалею, что не принесла вам свою невинность, – задыхаясь, проговорила я, когда он ласкал мои груди. И не подозревала, что ласки могут столь бесстыдными и сладкими, вздрагивала, когда он покусывал мой сосок, и тут же просила большего. Доходила до исступления, чтобы потом затихнуть в ожидании новой порции удовольствия. Время остановилось, в этом сказочном гроте оно давало нам передышку. Я следовала за мужчиной, я раскрывалась ему навстречу, как если бы он открывал для меня дверь в дивный сад наслаждений. И я рождалась заново, чтобы стать глиной в его руках, чтобы принести свою наготу как дар, быть его зеркалом, в котором он сможет видеть себя настоящего. – Я ничего не смыслю в любви, – всхлипывала я после, а он гладил мои подсохшие волосы и рассказывал: – Когда я был ребёнком, отец всегда говорил, что я должен быть серьёзнее, потому что будущий король. Что мне не дозволены игры и развлечения других детей. В мои десять лет умерла мать, а я не смел плакать, потому что будущий король не имеет права на личные привязанности. Для него есть только долг, и он велит быть наперсником Создателя. Я думал, что так и должно было быть, но потом понял: он просто меня не любил. – Со мной вы можете быть настоящим. Ваше величество. Я люблю вас, мой король, – улыбнулась я и снова обвила его шею руками. – Всегда любила… Он наклонился и долго вглядывался в моё лицо. Мне показалось, что я могу стереть следы забот на его челе, что могу вернуть ему те годы, которые он провёл, ощущая чёрствость родителя. – Когда мы наедине, можешь называть меня по имени, Софи. Меня зовут Жан. Он кормил меня с рук виноградом, а я целовала его пальцы, иногда как бы нечаянно покусывая их, и смеялась. Я давно не чувствовала себя такой защищённой, как в его руках, способной не притворяться и побыть маленькой, как в детстве, когда отец брал меня на руки и подбрасывал в воздух. Я знала: поймает. Я в безопасности. Незаметно для себя заснула в его объятиях, а когда открыла глаза, сразу поняла, что король ушёл. Стоило приподняться, как внутрь грота проскользнула Анни с новым платьем для меня и расчёской, чтобы уложить волосы. – Ваше сиятельство, мне велели отвести вас домой, как проснётесь. Позвольте, я помогу вам. – Кто велел? – Мне передали приказ от его величества. Чтобы я вас не тревожила, пока сами не проснётесь. Есть и пить я не хотела и вообще считала неловким задерживаться здесь. Анни помогла мне одеться, а то платье, которое валялось на полу грота, она просто взяла с собой, завернув в тюк, чтобы не видели, что она несёт. Ещё было раннее утро, так что до домика мы добрались без приключений. Меня ждало послание от кардинала. «Извести королеву, что завтра приступишь к своим обязанностям. Вечером приходи в церковь. После выздоровления необходимо причаститься Святых даров». Я тут же исполнила всё, что требовалось. Отдохнула немного, а когда встала, чтобы идти в церковь, то Анни снова подала письмо. Я раскрыла его немедленно, думая, что оно от короля, но, пробежав глазами первые строки, поняла, что ошибаюсь. «Миледи Софи! Мы не на том закончили прошлую нашу встречу, поэтому мне хотелось бы сгладить неловкость, стоящую между нами. Вы мне нравитесь, говорю это открыто, как мужчина. При дворе допустима некая вольность и флирт, но вы мне нравитесь не только как объект страсти, но и как шахматная фигура. Слышали правило о пешке, которая, дойдя до противоположного края доски, становится королевой?  Думаю, вы на верном пути. Но я искренне и со всем уважением не хотел бы, чтобы вы добрались до конца. Век фавориток недолог. Сейчас вы возразите мне, что век жён ещё короче, если она была любима, и бесконечно длинен и одинок, когда любви и страсти не было изначально. Это как моя, так и, уверен, ваша история. И всё же будьте осторожны. Вы как маленькая рыбка меж зубастых щук. Одна из них или две-три до поры до времени могут вас защитить, но это всё для того, чтобы однажды сожрать самим. В знак моей приязни вам и из желания загладить то оскорбление, что нанёс, я посылаю вам свои извинения и кое-что ещё. Маленькую сплетню, которая, надеюсь, вам пригодится: граф Моран подаёт прошение к Папе о признании его последнего брака недействительным. Конечно, это не означает, что прошение достигнет Его святейшества. Как и не означает того, что оно будет удовлетворено. Но лучше вам знать о том заранее. Даже если это всего лишь сплетня. Не спрашивайте, откуда она мне известна. Я могу раскрыть свой источник только при нашей личной встрече. И вашей милости ко мне. Буду знать, что вы меня простили за ночную дерзость, если согласитесь потанцевать на предстоящем балу в честь дня рождения наследника. Дофину Карлу исполняется уже десять лет в будущую среду. Ваш искренний поклонник, граф Ришар де Мийо». Я перечитала ещё раз это письмо и сожгла его в пламени свечи. Если сплетня правдива, то мне конец! Король не станет поддерживать отношения с той, кто запятнала себя скандалом на всё соседнее королевство. Королева сразу вышлет меня, а если нет, если ей не позволят, то отстранит от службы. На моих родителей станут показывать пальцем, не говоря уже обо мне. Я снова спустилась в часовню и помолилась Пресвятой Деве, чтобы та послала мне знак, как избавиться от нависшего несчастья. И уже отправилась в церковь с уверенностью, что надо положиться на волю Создателя. Он привёл меня сюда неспроста, значит, мой путь не кончится вот так и не начавшись толком! В церкви было немного народу. Я спросила служку, как могу увидеть падре Андре, служившего сегодня, и передала на словах, что хочу причаститься Святых даров после выздоровления от тяжкой болезни. Ждала я, укутанная в тёмную кружевную накидку, недолго. Вскоре служка вернулся и с поклоном попросил следовать за ним в исповедальню. Я села на положенное место в тёмной, тесной кабинке и произнесла: – Господи, Отец мой, прости меня, ибо я согрешила. – Для этого ты и здесь, дочь моя. Для покаяния и получения отпущения грехов, – услышала я знакомый голос. Шторка между мной и священником поднялась, и кардинал протянул мне руку для поцелуя. – Настало время поговорить с глазу на глаз, Софи. Ты расскажешь мне о своих грехах, а я подумаю, как покрыть их добродетелями и привести тебя к Свету. Начинай с главного: удалось тебе стать любовницей короля?