2

Я очнулась раньше, чем меня нашёл король. Некоторое время лежала, прислушиваясь к себе: тело ныло, но больно не было. И вставать не хотелось. Вот так бы лежать, смотреть на кусочек небо, слышать пение птиц и шум листвы, колыхаемой ветром. И ждать, пока меня найдёт Он. Я чувствовала, что он меня ищет, слышала, как зовёт, но не спешила откликаться. Мне всё хотелось, чтобы это случилось без подсказки. Как в сказке, когда прекрасный король спасает свою возлюбленную, а она просто ждёт его в башне. Я слишком долго ждала своего короля. С тех пор как получила золотой гальдион в семь полных лет. – Софи! Что с тобой? Я думал, что потерял тебя. В лесу, – Жан выглядел взволнованным, сел возле меня, лежащей на земле и схватил за руку. Помолчал несколько минут и добавил: –  Слава Создателю, ничего серьёзного. Магические нити текут ровно. – Ты умеешь это определять? – слабо улыбнулась я. Мне было хорошо. Видеть неподдельный испуг в его глазах – это стоило того, чтобы оступиться. – Все короли могут. Мы помазанники, нам дано определять болезнь или здравие. Но это не всегда выходит. С тобой получилось сразу. Он отряхнул паутину с моего лица, нежно провёл по лбу, по щекам, я видела его лицо так близко от своего, что мне захотелось озорничать. – Поцелуй меня. Сейчас, – засмеялась я, приподнимаясь на локтях. Сейчас мы были просто мужчиной и женщиной в лесу. И я стала принцессой, а не разбойником, грабящим прохожих. Он наклонился ко мне и коснулся губами губ. Я принимала его поцелуй, немного стыдливо, стеснительно, дрожала в его руках, пока не опустилась на землю. – Здесь хорошо. И тихо. – И мы одни, моя Софи. Так что я могу делать с тобой всё, что захочу. Ты моя. Здесь – моя. – Я везде твоя. Делай, – мне хотелось смеяться. Я понимала, что испачкалась, порвала юбку, шляпка моя лежала рядом, а волосы были разбросаны по траве. И корсаж на поясе подослаб, лишившись пары крючков. Я была готова к любви, я давно ждала вот такой страсти, когда всё равно, где ты с ним окажешься, везде вольготно. Когда весь мир превращается в клочок неба над нашими головами. Я отдавалась без стеснения. Без фальшивой чопорности или стыдливости сегодня я была его дичью, а он охотником. Именно тем утром страсть наша поднялась на новую высоту, никогда до того мы вместе не испытывали звериного желания соединиться в одно целое. Я стонала и кричала, извивалась, моля  его продолжить, пока голова не закружилась от запаха похоти, связавшего нас оковами телесного договора. Внутри меня взорвалось солнце, и на некоторое время лишило нас обоих чувства реальности. Сейчас мы с ним были одни в целом мире, и никто не мог этого изменить. И никто не имел над нами власти. – Тебе не больно? Ты не ударилась? – Жан ещё некоторое время спрашивал меня, заглядывал в глаза, и моё сердце наполнялось нежностью. Я была опустошена им, выпита до дна и чувствовала себя обессиленной. Но не от падения. От любви. Он самолично на руках вынес меня на тропинку, где паслись кони. Посадил на свою лошадь, и сам сел сзади, обхватив меня руками. – Твою лошадь потом пригонят. Я не возражала. Особенно меня трогало, что он не поручил меня своим людям, а сам мной занимается. Понятно, что в лесу полно соглядатаев, после акта страсти Жан вполне мог сослаться на дела и поручить меня им. И даже в том случае я бы поняла и приняла это. Мы не равны. И пусть сейчас едем на одном коне, сидим в одном седле, и я чувствую его дыхание на своей шее, всё же скоро наступит миг разлуки. – Я слышал о твоём деле от кардинала, – внезапно заговорил Жан, и я вздрогнула. – Что ты, не бойся.! У меня для тебя хорошие вести. Церковному суду, конечно, я подчиняться не могу, Папа пришлёт своего легата из Вечного города, но мои подданные хорошо понимают, как нужно угождать своему королю. Даже если носят кардинальские шапки. Я слушала затаив дыхание. И всё же невольно дрожала от мысли, что кто-то может решить вернуть меня к мужу или признать мой брак недействительным. Тогда я лишусь титула графини и не смогу оставаться при дворе. Ни фрейлиной Катерины Савойской, ни вообще. И больше никогда не дотронусь до его руки. Не увижу лицо так близко, как сейчас. Никакие богатства мира не смогут восполнить этой утраты! – Если меня отлучат от двора, это всё равно что я больше никогда не увижу солнца, – произнесла я, помня, что надоедать жалобами королю не следует. Он и так всё знает. – Солнечные дни будут долгими, Софи. Для нас обоих. Я решил подарить тебе титул маркизы и землю к западу от угодий первого министра. Таким образом, ты станешь выше по положению любого графа и второй маркизой моего королевства. После подруги моей жены. Я обомлела и не смела пошевелиться. Зажмурилась, как в детстве, когда получала подарки или пирожные, чтобы удержать мгновение. Жан погладил меня по руке и поцеловал в щёку. – Ты знаешь, что теперь можешь с полным правом не вставать со стула, когда в зал входят графы и графини? И даже маркиза Лотаринг.