Глава 18

Какое-то время Франсуаза все еще стояла у двери, прислушиваясь к звукам удаляющихся шагов. Кожа там, где ее касались губы капитана Богарне, горела, девушка задумчиво провела по ней кончиками пальцев. Любой другой на его месте воспользовался бы ситуацией и попытался бы поцеловать в губы, но не Этьен.

Франсуаза поймала себя на том, что улыбается.

– Он тебе тоже нравится? – она повернулась к Бонни.

Тот покосился на хозяйку и одобрительно заворчал.

– Ты ведь даже не спросил, о ком я, – укорила его девушка.

Пес в ответ широко зевнул, демонстрируя белоснежные зубы. Он явно не был настроен выслушивать словоизлияния хозяйки.

– Ладно, как скажешь! – она прошла на кухню, покормила Бонни и поужинала сама. Странно, что Этьен не попытался пригласить ее на ужин. Впрочем, Франсуаза все равно бы отказалась, поскольку компаньонки у нее не было, а сама она не дошла до того, чтобы в открытую появляться в ресторане под руку с мужчиной, который не является ни мужем, ни отцом, ни братом. Так поступают только падшие женщины.

Она вспомнила проститутку, встреченную на набережной. Этьен сказал, что был у нее первым… Интересно, платил ли он за…

На этой мысли Франсуаза одернула себя и решительно встала. Хватит раздумывать о том, что ее совершенно не касается. Капитан Богарне просто оказал ей любезность, проводив до дома.

“А также устроив на работу и установив охрану, чтобы отогнать назойливых родственников, – шепнул все тот же внутренний голос. – А еще он поцеловал тебе руку…”

Девушка взглянула на пса. Он широко раскрыл пасть и вывалил язык, словно ухмыляясь. Франсуаза сжала губы в одну линию. Как бы то ни было, она не собиралась попадать под очарование полисмага. С этими мыслями она легла спать.

Ее разбудил стук в дверь. Бонни оглушительно залаял, призывая к порядку. Франсуаза с трудом открыла глаза. За окнами уже брезжил рассвет. Девушка сверилась с часами, стоявшими на каменной полке. Деревянные, с облезшим по краям лаком, тем не менее они исправно показывали время. Половина седьмого.

Недоумевая, кому что-то могло понадобиться в такое время, девушка подошла к дверям.

– Кто там? – запоздало подумалось, что магическая защита не сработала. Значит, за дверью стоял кто-то из своих.

– Это Пьер.

– Кто?

– Пьер, полисмаг. Прошу прощения, что так рано, но капитан Богарне просил вас прибыть в управление. Сказал, что срочно.

– А… – Франсуаза подавила зевок. – Да, хорошо.

– Я подожду внизу, но поторопитесь!

Судя по звукам шагов, полисмаг предпочел дожидаться на улице.

Девушка подошла к комоду, на котором стояло зеркало. Плеснула на лицо из кувшина. Ледяная вода заставила вздрогнуть, зато в голове прояснилось. Быстро одевшись, Франсуаза в сопровождении Бонни поспешила вниз. Знакомый полисмаг нетерпеливо прохаживался вдоль дома.

Как только он увидел Франсуазу, то подбежал к ней.

– Доброе утро, мадемуазель! Простите, что побеспокоил так рано… – он махнул в сторону коляски, стоявшей неподалеку. – Извозчик нас ждет.

– А как же самоходный фиакр? – поддразнила Франсуаза. Пьер замотал головой:

– Прошу, не упоминайте об этом порождении тьмы!

– Вот как? А мне понравилось в нем ездить, – Франсуаза села в коляску, Бонни запрыгнул и пристроится рядом.

Извозчик неодобрительно покосился на пса, но промолчал, не желая спорить с представителем правопорядка. Дождавшись, пока полисмаг заберется в коляску, он пустил свою клячу шагом.

– Нельзя ли побыстрее? – поторопил его Пьер, ерзая на сиденье.

– Не-а, – извозчик нагло ухмыльнулся и помотал головой. – Лошадка-то чай не казенная! А с четверть часа стояла. Что как захромает?

Пьер в ответ только скрипнул зубами. Франсуаза вздохнула. Она знала, что извозчики неохотно подвозят полисмагов, поскольку те обычно не платят, ссылаясь на королевский указ, хотя часто пользуются экипажами ради личных целей. К тому же мерный ритм позволял еще немного подремать в дороге.

На этот раз в управление они вошли через главный вход. Пройдя по пустым коридорам, они спустились в морг, где в прозекторской их уже ждали Этьен и мсье Вернье.

– Что так долго? – напустился капитан Богарне на друга.

– Извозчик! Ты же знаешь, как они ездят, – поморщился тот.

– Доброе утро, – Франсуаза подошла ближе. – Чем обязана столь раннему подъему?

– Ох, простите мадемуазель! – некромант склонился над ее рукой. – На самом деле, это я настоял, чтобы вы пришли! Конечно, я понимаю, что время не слишком подходящее, но я решил, что вам лучше увидеть все самой.

Он подошел к столу и откинул простыню. Мертвая женщина в ярко-алом платье безжизненными глазами смотрела в потолок. Кожа умершей сморщилась, белила осыпались, а красная помада размазалась по щеке.

Этьен замер, а Франсуаза ахнула:

– Это же…

– Люси, верно, – кивнул капитан Богарне. Его лицо словно окаменело.

– Вы знали ее? – изумился некромант.

– Да, – полисмаг подошел к телу и осмотрел. – Причина смерти?

– Обескровливание, как и у предыдущих жертв.

– А руна? – спросила девушка, повинуясь интуиции.

– Выжжена, – Вернье при помощи магии слегка приподнял тело, демонстрируя оголенную спину и уродливые рубцы на ней. Кажется, это Феху.

Франсуаза пожала плечами:

– Я бы так не утверждала. Вы пробовали собрать аниму?

– Да, но безуспешно… Она достаточно давно мертва.

– Вчера в полночь она была жива, – сухо проинформировал Этьен.

– Откуда вы знаете?

– Встретил на набережной, – полисмаг не стал упоминать Франсуазу, и девушка была признательна ему за это.

Она подошла ближе и внимательно всмотрелась в лицо умершей, а потом прошептала заклинание, пытаясь определить, много ли времени прошло с момента смерти. Искры магии брызнули с пальцев и осыпались на мертвую плоть, погасли, но сразу же вспыхнули снова.

– Дайте сосуд! Живо! – скомандовала Франсуаза.

Этьен моментально схватил с полки первую попавшуюся реторту. Медленно, чтобы не потерять ни крупицы, девушка осторожно начала смахивать сияющие огоньки. Мужчины следили за ней, затаив дыхание. Оба понимали, что осколки анимы слишком хрупкие, и малейшая оплошность может погубить все.

Наконец последний огонек скользнул в сосуд. Резким движением Франсуаза загнала пробку в реторту и встряхнула. Искорки смешались, образуя полупрозрачную субстанцию.

– Готово!

– Поразительно! – мсье Вернье зааплодировал. – Превосходно! Как у вас это получилось?

– Моя собственная разработка, – Франсуаза улыбнулась, польщенная искренним восхищением коллеги, и повернулась к полисмагу. – Анима не вся, но кое-что узнать можно.

– Хорошо, – Этьен закрыл лицо Люси. – Попытайтесь узнать хотя бы что-то. Я буду в кабинете.

Не глядя ни на кого, он вышел. Пьер, ожидавший у дверей, направился за ним.

– Странно. Капитан Богарне словно похоронил близкого друга, – рассеянно заметил некромант, протирая свои очки.

Франсуаза пожала плечами. Объяснять, что связывает полисмага и жертву, не хотелось. Она взглянула на реторту, а потом на тело, накрытое простыней.

– Что вы собираетесь делать? – вопрос мсье Вернье застал врасплох.

– Не знаю… – вздохнула девушка.

Некромант всмотрелся в сосуд.

– Слишком мало для полноценных исследований, – посетовал он.

– Да, хватит только на одно-два… – Франсуаза задумчиво покусала губу. – Или на оживление тела.

– Дорогая моя, при всем желании, это невозможно! – хмыкнул мсье Вернье. – Субстанции слишком мало!

– Да, хватит всего на несколько минут, но они могут оказаться решающими. Возможно, девушка видела убийцу.

– Или не видела.

Франсуаза покачала головой:

– Рана не слишком большая, кровь вытекала медленно.

– Скорее всего, ее одурманили, как и остальных. Следов веревок ни на одной из жертв не обнаружено.

– Жаль, – Франсуаза вздохнула и направилась в соседнюю комнату, где располагалась лаборатория. – Тогда, наверное, стоит провести стандартные исследования…

Она постаралась скрыть разочарование, но некромант все равно понял и улыбнулся:

– Увы, мадемуазель д’Эгре… в этом мы мало отличаемся от академии: умершие поступают к нам не сразу, и после их смерти зачастую проходит много времени.

– Да, конечно, – девушка направилась к столу, но вдруг остановилась, вспомнив, что именно хотела спросить. – Кстати, а та девушка, чье тело было в академии… я же собрала аниму…

– Увы, ее тоже было недостаточно… мы смогли установить лишь то, что девицу никто ни к чему не принуждал.

– Если ее одурманили, то она не понимала, что делает, – сухо отозвалась Франсуаза.

– Вполне возможно… но никто не заставлял ее идти за преступником, – возразил мсье Вернье. – Давайте сюда реторту.

Он спрятал сосуд и навесил на шкаф заклинания.

– Вот так, а теперь можно пойти и позавтракать! Наверняка, вы ничего не ели! Позволите вас угостить?

– Спасибо, как-нибудь в другой раз, – покачала головой девушка. – Мне надо выгулять Бонни.

– Жаль, – вздохнул мсье Вернье, галантно распахивая перед ней дверь.

Франсуаза рассчитывала, что гулять придется долго, но пес в очередной раз удивил ее. Пробежавшись по набережной, он устремился обратно в управление. Часы на соборе пробили половину девятого, и в здании все еще никого не было. Повинуясь порыву, Франсуаза поднялась на второй этаж, остановилась у порога знакомого кабинета и постучала.

– Да? – отозвался Этьен.

– Это я…

Бонни заскулил и прыгнул на дверь.

– Входите.

Девушка шагнула внутрь. Полисмаг стоял, засунув руки в карманы, и задумчиво смотрел в окно.

– Мадемуазель д’Эгре… вы что-то хотели?

– Всего лишь узнать, как вы.

– Как обычно, – он пожал плечами. – К чему этот вопрос?

– Но Люси…

– Я же вчера говорил, что она долго не проживет, – он криво усмехнулся и сел за стол. – Она всегда была недальновидной, жила одним днем и не умела просчитывать последствия своих поступков. Для нее такой конец был очевиден.

Он поморщился.

– Как-то пафосно звучит по отношению к обычной шлюхе, не находите?

– Для вас она была не обычной… – девушка запнулась, – продажной женщиной.

Этьен невольно рассмеялся.

– Неужели вы не можете сказать слово “шлюха”?

Франсуаза смерила его ледяным взглядом:

– Я не вижу необходимости ругаться, как извозчик. И прошу в моем присутствии не употреблять бранных слов!

Этьен покачал головой.

– Продажная женщина, – протянул он. – Боже, какая патетика! Простите за каламбур, но для продажной женщины Люси была чересчур продажна…

– Тогда зачем ее убили, вместо того, чтобы подкупить?

Полисмаг кивнул.

– Хороший вопрос… и руна…

– Она вас смущает?

– Да. Слишком уж все складно. И руна, и смерть Люси.

– Мне тоже показалось это странным, – призналась Франсуаза. – Ведь все жертвы были невинными девицами. Люси же… она не один год работала на улицах Паризьенны. Не думаю, что кто-то мог принять ее за девственницу.

– Люси? Да ее все знали! – фыркнул Этьен. – Значит, ошибка исключена, но зачем убивать ее?

– Позволить думать, что если девственницы открывают врата в тьму, то именно такие, как Люси, их закрывают? В этом есть смысл, – согласилась Франсуаза. – Но только если кто-то знает то, что знаем мы.

– Выходит, убийца поменял тактику… Скажите, вы сможете ее поднять, чтобы допросить?

– Анимы не хватит на полноценный допрос… только на одну-две минуты. К тому же Мсье Вернье хочет провести стандартные исследования, – как Франсуаза ни старалась, в голосе прозвучал упрек.

– Но вы с этим не согласны? – насторожился Этьен.

– Нет.

– Почему?

– Насколько мне известно, стандартные исследования могут показать лишь наличие принуждения или одурманивания жертвы, и насколько она была… невинна.

– Последнее мы и так знаем…

– Следов насилия нет, как и синяков от веревок, вряд ли ваша… подруга лежала и спокойно ждала, пока из нее вытечет вся кровь, – заметила Франсуаза.

– Верно, – Этьен предпочел не обращать внимания на то, что она запнулась перед словом “подруга”. – Следовательно, ее чем-то накачали.

– Накачали? – нахмурилась девушка.

– Дали что-то, от чего она лежала неподвижно: алкоголь или что-то более серьезное…

– Например, бханг?

Полисмаг недоверчиво взглянул на девушку:

– Откуда вы знаете?

– Про бханг? – она пожала плечами. – Адепты в Суар де Бонне несколько раз попадались на курении листьев. Думаю, во время вашей учебы все было так же.

– Если хотите узнать, принимал ли я участие в подобном, то спросите прямо, – посоветовал полисмаг.

– А вы принимали?

– Нет.

– Я так и думала.

Этьен усмехнулся и покачал головой.

– Я просто пробовал бханг гораздо раньше. – признался он.

– Судя по вашему тону, вам не понравилось.

– Да, к тому же это увидела ба… – он широко улыбнулся и заговорщицки признался. – Я потом долго не мог сидеть.

Франсуаза рассмеялась.

– Кто бы мог подумать! Ваша бабушка и столь строгие меры…

– У ба все строго, – кивнул Этьен. – Ни пьянства, ни курения. Если кто-то из девушек нарушает, в первый раз штраф, во второй раз выгоняют.

– А Люси могла нарушить этот запрет?

– Думаю, нам лучше спросить ее саму об этом, – полисмаг направился к двери и распахнул ее. – Вы идете?

– Куда?

– В морг. Энджи, наверняка, пьет кофе на том берегу Скуанны, Амбруаз еще не пришел… у нас полно времени, чтобы попробовать поднять жертву.

– Но мсье Вернье ясно дал понять…

Капитан Богарне перебил ее

– Мадемуазель д’Эгре, вам напомнить, что именно я веду расследование! Вы всего лишь следуете моим указаниям!

Франсуаза нахмурилась.

– Как пожелаете, мсье капитан! – сухо произнесла она, но это не произвело на Этьена никакого впечатления.

Пропустив девушку в дверях, он устремился к лестнице. Бонни резво кинулся за полисмагом, потом остановился и вопросительно взглянул на хозяйку.

– Предатель! – укорила она.

Пес тонко взвизгнул, подскочил к хозяйке и осторожно взял ладонь в пасть, после чего опять побежал за Этьеном. Франсуазе ничего не оставалось, как последовать за ним. Конечно, она легко могла освободить руку и даже сделала это на лестнице, но и ее саму распирало любопытство, получится ли узнать что-то у жертвы.

Как и предсказывал Этьен, в морге никого не было.

– Вернье запер реторту в шкаф, – Франсуаза взглянула на тело Люси, так и лежавшее под простыней. – Может, лучше дождаться его?

– Тогда, если мне не изменяет память, мы упустим время, и тело можно будет поднять не на две минуты, а на одну, – возразил полисмаг.

Он подошел к шкафу, ногтем подцепил магическую паутину и сбросил ее на пол. С тихим шипением магические нити скручивались и медленно исчезали, оставляя на каменном полу белый пепел.

Покосившись на них, Франсуаза открыла дверцу, безошибочно выбрала нужную реторту и вернулась к телу.

– Помните, у вас мало времени, – предупредила девушка. – И ни в коем случае не говорите ей, что она мертва!

– Хорошо, – Этьен откинул простыню и всмотрелся в тело.

– Готовы?

– Да.

Девушка открыла реторту и наклонила так, чтобы субстанция полилась на губы умершей.

– Прах к праху, плоть к плоти, восстань и живи!

Люси судорожно втянула ртом воздух и села.

– Тьен? – голос звучал глухо, словно из могилы. – Зачем ты здесь?

Капитан Богарне скрестил руки на груди:

– Где ты была вчера ночью?

Люси ухмыльнулась и облизала посиневшие губы:

– Ты ревнуешь?

– Считай, что да. Так где?

– То там, то сям, – проститутка небрежно повела плечом. – Ночь коротка, а деньжат надо много, я ведь теперь сама по себе.

– Ни за что не поверю, что тебя никто не поддерживает!

– Ну… – Люси наклонила голову и кокетливо взмахнула ресницами. – Такая женщина, как я, без мужчины не останется!

– И кто он? – Этьен словно невзначай присел на край стола.

– Он… – Люси вдруг обернулась, гримаса ужаса исказила ее лицо. – Я… я все принесу…

– Капитан Богарне? Мадемуазель д’Эгре? Что здесь происходит? – Анжело Вернье стоял на пороге и с изумлением смотрел на ожившее тело. – Как это получилось?

– А, Энджи! Вы почти вовремя! – отозвался полисмаг. – Я приказал поднять тело!

– Но как? – он растерянно моргнул. – Ведь надо провести стандартные исследования…

– Исследования? – ахнула Люси.

Она обернулась, с удивлением осматривая прозекторскую.

– Где я? – взгляд задержался на некроманте – Это морг? Я все-таки умерла?

Ее глаза остекленели. С глухим стуком тело упало на стол. Франсуаза едва успела поднести реторту к губам умершей, ловя крохи анимы.

– Какая неприятность! – некромант наконец подошел к Люси. – Вы что-нибудь выяснили?

– Немного, – поморщился Этьен. – Не появись вы так внезапно, она могла сказать бы нам больше!

– Я услышал сигнал магической нити, всегда вплетаю ее в стандартные заклинания и поспешил, решив, что кто-то пробрался сюда.

Этьен кивнул, принимая объяснения. Он опять повернулся к Люси, с секунду всматривался в лицо, а потом закрыл ей глаза.

– Покойся с миром, – порывшись в карманах, он достал два медяка и положил на веки умершей.

– Капитан Богарне, это все-таки не по правилам, – начал Вернье и осекся под мрачным взглядом. – Как вам будет угодно!

– Спасибо! – полисмаг вышел.

Закрыв реторту, Франсуаза протянула ее некроманту.

– Вот. Этого должно хватить для стандартного отчета.

– Мадемуазель д’Эгре, да вы просто сокровище! – он расплылся в улыбке. – Жаль, что с телом так вышло

– Да, – она улыбнулась. – Надеюсь, вы не будете возражать, если я вас оставлю?

– Конечно, буду, но я не могу удерживать вас здесь! Тем более, когда у вас такая солидная охрана, – некромант кивнул в сторону пса.

Бонни в ответ глухо заворчал, давая понять, что не одобряет заигрываний. Франсуаза положила ему руку на холку.

– Простите, мой пес плохо сходится с новыми людьми.

– Ничего страшного, это же васская овчарка. Они должны быть именно такими, правда? – с улыбкой мсье Вернье протянул руку и вскрикнул: пользуясь случаем, Бонни молча клацнул зубами, и руку некроманта украшали ровные алые полосы.

– Бонни! – рявкнула девушка. Пес прижал уши к голове, но во взгляде светилось довольное упрямство. Мысленно пообещав себе разобраться с ним чуть позже, Франсуаза достала платок и протянула его некроманту:

– Вот. Возьмите!

– Что вы, это лишнее!

Невзирая на неубедительные протесты, девушка перевязала руку и прошептала исцеляющее заклинание.

– Надеюсь, к вечеру все заживет, – она ободряюще улыбнулась. – И еще раз простите.

– Ерунда, я сам виноват! – отмахнулся мсье Вернье. Он внимательно осмотрел поврежденную ладонь, пошевелил пальцами и поморщился.

– Пожалуй, заполнение протоколов придется поручить Амбруазу.

– Если хотите, я могу помочь! – вызвалась Франсуаза, испытывая угрызения совести. Некромант покачал головой:

– Увы, этим может заниматься только сотрудник полисмагического управления, но благодарю за предложение! – некромант поклонился и направился в лабораторию, громко окликая ассистента.

– Тебе не стыдно? – обратилась Франсуаза к псу, когда Вернье скрылся за дверью. Бонни заскулил и лег, спрятав нос между лапами.

– Конечно, так я и поверила! – хмыкнула девушка, заметив лукавый взгляд.

Пес завилял хвостом.

– Суар де Бонне, у вас нет совести!

Упоминание полного имени не произвело на Бонни никакого эффекта. Он широко зевнул, вскочил и подошел к двери. Коротко тявкнул, напрашиваясь на прогулку.

Франсуаза задумалась, а потом кивнула:

– Хорошо, пойдем!

Она повернулась к телу Люси. Как правило, некроманты не тратили силы на подобное, довольствуясь холодом в прозекторских, но работа с Ле Шовеном научила девушку не пренебрегать такими мерами.

Несколько пассов, заученных до автоматизма, и магическое сияние, защищающее от разложения, окутало тело. Поколебавшись, Франсуаза вплела в заклинание сигнальную нить, после чего направилась к выходу.

В коридорах уже царило оживление, предшествующее началу рабочего дня. Полисмаги провожали девушку удивленными взглядами, кое-кто попытался окликнуть ее, но Франсуаза сделала вид, что не услышала. Догонять ее не спешили.

– Мадемуазель д’Эгре! – знакомый голос все-таки заставил ее обернуться. Этьен подошел к ней.

– Эй, Богарне, что за красотка, ты нас не познакомишь? – громко поинтересовался полисмаг, который ранее пытался привлечь внимание девушки. Засунув руки в карманы, он подошел к Франсуазе с самодовольным видом, но сразу сдулся, стоило Бонни, утробно рыча, встать между ним и хозяйкой.

– Мадемуазель – консультант наших некромантов, – сухо произнес Этьен. Франсуаза отметила, что он не стал представлять их друг другу.

– Консультант? – нахальный полисмаг нахмурился. – Но ведь… это…

– Женщина, да, – почти весело подтвердил Этьен и, не обращая внимания на изумленные возгласы стоявших вокруг, подхватил Франсуазу под руку. – Я провожу вас.

Чувствуя себя не слишком уютно под сальными взглядами остальных, девушка не стала возражать.

– Вам лучше пользоваться боковым входом, там меньше народу, – посоветовал Этьен, распахивая дверь и пропуская девушку вперед.

– Женщина-некромант так оскорбляет чувства полисмагов? – хмыкнула Франсуаза.

– Скорее, бросает вызов. Боюсь, что многие захотят потягаться с вами силами!

– О! – она прикусила губу. – Об этом я не подумала.

Этьен прикрыл глаза и сосчитал до пяти. Сама того не осознавая, Франсуаза постоянно будила в нем желание. Хотелось схватить ее в охапку, прижать к себе, ощущая податливое тело… Только будет ли оно податливым? Глухое ворчание заставило полисмага вынырнуть из грез и покоситься на пса. Бонни еще раз рыкнул и направился к хозяйке.

– Какие у вас на сегодня планы? – небрежно поинтересовался капитан Богарне, чтобы хоть как-то потянуть время.

– Выгулять Бонни. Он укусил мсье Вернье, – Франсуаза вздохнула и потрепала пса за ухом. – Не знаю, что на него нашло.

– Вот как? – Этьен бросил взгляд на виновника происшествия. – Как тебе не стыдно!

Бонни опустил уши и поджал хвост, изображая раскаяние, хотя, судя по взгляду, он был доволен собой.

Полисмаг покачал головой и обратился к Франсуазе:

– Вы не знаете, кто еще, кроме Вернье, сейчас в морге?

– Люси и еще пятеро, чьи личности не установлены, – моментально ответила она.

От неожиданности Этьен поперхнулся и закашлялся.

– Ну у вас и шутки!

– Это не шутки. Когда я уходила, там никого не было. Кроме вышеперечисленных.

– Ясно, – капитан Богарне вздохнул. – Опять придется ждать!

– Ждать?

– Да, я хотел осмотреть комнату Люси. Но лучше это делать с некромантом.

– Я могу поехать с вами, – предложила Франсуаза, радуясь, что для нее нашлось дело.

– Нет.

– Как пожелаете, – она отвернулась, чтобы скрыть разочарование.

– Я еду в бордель, – пояснил Этьен, желая сгладить свою резкость. – Не думаю, что это именно то место, куда стоит водить дочь графа.

– Дочь графа – консультант полисмагического управления и дипломированный некромант, который вам так нужен! – возразила Франсуаза, оскорбленная его словами.

– И что?

– Скажите, если бы я была мужчиной, вы бы меня взяли?

С минуту они смотрели друг другу в глаза, полисмаг первым отвернулся.

– Мы поедем на самоходном фиакре! – предупредил он.

– Разумеется! – отозвалась девушка.