Глава 24

Воздух на улице показался очень холодным. Или просто лицо все еще пылало от обуревавших ее чувств. Франсуаза замерла на крыльце, гадая, не вернуться ли ей за накидкой, но Бонни увлек ее за собой дальше. Девушке не оставалось ничего другого, как подчиниться.

Дом графа д’Эгре находился в конце бульвара Бельенн. Чтобы добраться туда, Франсуазе пришлось нанять извозчика. Возница недовольно косился на пса, но возражать хорошо одетой даме не посмел.

Некогда пригород Паризьенны, широкий бульвар теперь считался одним из самых респектабельных районов столицы. Здесь располагались особняки, оснащенные самыми современными маготехническими изобретениями, с просторными светлыми кухнями с холодильными ларями, ванными комнатами с вотерклозетами и самогреющимися котлами для горячей воды. Даже комнаты для слуг в мансардах были с окнами.

Роскошные клумбы украшали газоны, а за черепичными крышами виднелись золотистые кроны деревьев.

Экипаж остановился у чугунных ворот, вычурные завитки которых были покрыты позолотой. Пока Франсуаза расплачивалась, Бонни выпрыгнул из коляски и вальяжно направился к калитке. Девушка прошла за ним.

– Мадемуазель д’Эгре, какая неожиданность! – лакей выскочил на крыльцо, распахивая двери перед дочерью хозяина. – Сожалею, но графа нет дома.

– А моя мать?

– Графиня изволит пить чай на террасе.

– Прекрасно, дорогу показывать не нужно!

Франсуаза перешагнула порог дома и направилась знакомым маршрутом через холл, огибая мраморную лестницу, по краям которой стояли вазоны с вечнозеленым миртом. Немногочисленные слуги, встретившиеся на пути, провожали девушку удивленными взглядами и робкими приветствиями.

Выждав, пока все уйдут, Франсуаза поманила к себе Бонни.

– Милый, ты знаешь, что делать! – заговорщицки прошептала она псу. Он осклабился и весело потрусил на второй этаж, где находились спальни.

Девушка выждала, пока Бонни исчезнет из вида, и поспешила дальше. Следовало отвлечь мать, чтобы никто не связал пропажу вещей Луи и визит его сестры.

Терраса представляла собой небольшую пристройку и являлась, скорее, большим эркером, чем открытой площадкой. Зимой, когда огромные окна закрывали, растения из сада заносили внутрь, а под полом пускали паровое отопление от отдельного котла. Сейчас рамы были сняты, и гроздья роз, обвивавшие стены, благоухали. Мерное жужжание пчел нарушало благостную тишину.

Графиня д’Эгре дремала на кушетке. Пышногрудая блондинка, она с возрастом хоть и располнела, но сохранила былую прелесть, при помощи которой некогда покорила высший свет Паризьенны. Брак с графом д’Эгре стал ее триумфом, и, хотя большую часть жизни супруги не ладили, она не желала своим дочерям иной судьбы, кроме как выйти замуж за титул и деньги. Тем больше было разочарование поступком старшей дочери, отказавшейся от блестящего, по мнению Марианны д’Эгре, будущего.

– Добрый день, мама, – звонкий голос заставил графиню поморщиться. Она приоткрыла глаза и утомленно взглянула на старшую дочь:

– Франни? Что ты здесь делаешь?

– Луи сказал, папа желает меня видеть.

– Твой отец месяц как уехал в горы, но это неважно! – графиня приподнялась на локте, расправила тонкие кружева. – Тебя хотела видеть я!

– Вот как? Странно, что вы не написали мне сами!

– Ты бы не пришла. По зову отца и то явилась через два дня.

– Я была занята, – не дожидаясь приглашения матери, Франсуаза присела в кресло.

Графиня поджала губы, но не стала делать замечание дочери, что означало, что Марианна д’Эгре готовится к более важному разговору.

– Разумеется, ты копалась в трупах… или проводила время с этим незаконнорожденным? – последнее слово мать словно выплюнула.

– Вы про кого? – Франсуаза широко распахнула глаза.

Этим маневром она часто пользовалась в детстве, но сейчас мать только махнула пухлой рукой, бриллианты в кольцах сверкнули на солнце.

– Ты прекрасно знаешь, о ком я! Сын маркиза де Гарне!

– У него есть сын?

– Не корчи из себя дурочку! – фыркнула графиня. – Этьен Богарне. Кажется, так его зовут?

– А, вы про капитана Богарне. Не знала, что он имеет отношение к благородному семейству.

– И тем не менее, тебя постоянно видят с ним! – мать пошла в наступление.

– Это вам сказал Луи? – Франсуаза усмехнулась. – Все еще бежит ябедничать?

– Франни! – от избытка чувств графиня выпрямилась и с негодованием смотрела на дочь. – В отличие от тебя, твой брат беспокоится о чести семьи!

– И поэтому проводит вечера в Нижнем куртии? О, мама, и не надо делать такие глаза, словно вы не подозревали о существовании этого квартала!

– Ты-то откуда о нем знаешь? От своего полисмага?

– От Луи. Даже если бы он не просветил меня, то я же живу не в хрустальном замке!

– Если ты о той каморке под крышей, то не понимаю, почему бы тебе не жить дома? – графиня обиженно поджала губы. – Клодиль была бы счастлива.

– Вернее, были бы счастливы вы, вменив мне в обязанности вывозить сестру на балы! – не сдержалась девушка.

Она то и дело прислушивалась к звукам, доносившимся из сада, но пока что все было тихо.

– Не завидуй сестре! – от злости мать сорвалась на визг. – У тебя был шанс, но ты его упустила!

Франсуаза покачала головой:

– Все еще не можете простить мне мое решение?

Это оказалось последней каплей. Графиня д’Эгре вскочила и зло уставилась на дочь:

– Простить? Да ты посмотри на себя! В кого ты превратилась? Ходишь в дешевых платьях, живешь в жалкой лачуге и рассматриваешь голых мужчин.

– Каких мужчин? – напряглась девушка.

Она вдруг почувствовала себя маленькой девочкой, пытающейся скрыть от всевидящего ока родителей очередной проступок.

– Которые в морге!

Девушка несколько минут сидела, соображая, что мать имеет в виду, а потом расхохоталась:

– Вы про умерших?

– Именно! Благовоспитанной девушке не пристало бегать по кладбищам!

– Да, мама, – понимая, что возражать бесполезно, Франсуаза предпочла согласиться.

Ей стоило большого труда взять себя в руки и не провоцировать графиню на очередной скандал.

– И ты немедленно, слышишь, НЕМЕДЛЕННО вернешься домой!

– Нет, мама, – все тем же тоном примерной дочери ответила девушка.

– И ты… что значит “нет”? – возмутилась та.

– Я совершеннолетняя и имею право жить, где мне угодно, – Франсуаза поняла, что уловка не удалась. – Поэтому ваши требования безосновательны. Прошу прощения, мне пора.

Она встала и направилась к двери.

– Не смей уходить, я не закончила разговор! – взвизгнула графиня.

Девушка не обратила на это внимания. Она переступила порог, легко отразив слабое парализующее магическое заклинание, созданное матерью.

В холле никого не было. По всей видимости, слуги, подслушивающие разговор хозяйки с мятежной дочерью, поспешили разойтись, чтобы заняться делом.

Улучив момент, Бонни как раз сбежал с лестницы.

– Получилось? – одними губами спросила Франсуаза. Пес завилял хвостом и подошел к кадке с миртом. Высокий край кадки и раскидистые ветки, усыпанные мелкими зелеными листьями, надежно скрывали костюм Луи, который смог раздобыть пес.

– Один из новых? Бонни, ты прелесть! Остается надеяться, что он подойдет, – она быстро смотала вещи в тюк и закрепила ремнем, который тоже прихватил умный пес.

Лакея дожидаться не стала. На сегодня с нее хватило воспоминаний о прошлой жизни. Быстро открыв дверь, Франсуаза вышла на крыльцо и столкнулась нос к носу с хозяином дома.

– Отец?

– Фран? – от его взгляда не укрылся тюк, который она сжимала в руках. Граф приподнял брови. – Надеюсь, это не мое?

– Нет, это вещи Луи, – она отвернулась, злясь, что так глупо попалась.

– Могу я спросить, зачем они тебе?

– Нет, – Франсуаза снова взглянула на отца.

Граф д’Эгре задумчиво рассматривал ее.

– Мне стоит беспокоиться, Фран? – отец говорил очень тихо.

Девушка покачала головой:

– Не сейчас.

– Не могу сказать, что твой ответ меня обрадовал, – он шагнул в сторону, пропуская дочь. – Надеюсь, что в случае опасности, ты успеешь прийти ко мне.

– Я постараюсь, чтобы этого не потребовалось, – улыбнулась Франсуаза.

– Постарайся, моя умница Фран! – граф отвернулся и требовательно постучал начищенным до блеска молотком. – Вы что там все уснули что ли?!

– Ваша Светлость! Вы? – лакей распахнул дверь и почтительно поклонился.

– Разумеется, я, кто еще? – небрежно опираясь на трость, граф переступил порог дома и обернулся, провожая взглядом дочь, садившуюся в коляску. – Как я понимаю, графиня не в духе?

– Именно так, Ваша Светлость.

– Тогда я пообедаю у себя! – убедившись, что наемный экипаж тронулся, граф позволил слуге закрыть дверь и направился в свой кабинет. Следовало навести справки и понять, что же происходит в полисмагическом управлении.