Глава 20

Утром Ника ощущала смущение.

Когда она проснулась, то некоторое время лежала в кровати, пытаясь понять, что изменилось. А потом пришли воспоминания о прошлой ночи.

Спрятав лицо в подушку, она тихо запищала, пытаясь подавить довольную улыбку. Когда воздуха стало не хватать, она выбралась наружу и легла на спину, глядя шалыми глазами в потолок.

Он целовал ее! И обнимал! И смотрел так, словно пьян от одной мысли прикоснуться к ее телу!

Даже от воспоминаний ее тело запылало томной тоской. Ника прикусила губу и вздохнула.

Она неуверенно подумала, что должна была оттолкнуть его. Наверное. Это ведь правильно, не так ли? Ей для начала необходимо подумать, принять…

Да к черту все это!

Он был горячим! Сексуальным, красивым, возбуждающе притягательным! Она будет дурой, если не заберет себе такой исключительный экземпляр мужского пола! Ника дурой не была, поэтому сразу же коварно улыбнулась.

Вот так бы сразу!

Прищурившись, Вероника принялась составлять планы. Раз она приняла окончательное решение, стоило сделать все по уму. Он должен не только хотеть ее, но и любить. Похоть недолговечна, строить на ней отношения – последнее дело.

Раз так, им следовало узнать друг друга лучше.

Интересно, в этом мире уже существовала концепция свиданий? Да и куда здесь можно пойти, к тому же с королем? В придорожный трактир? Смешно! Нетрудно догадаться, как на них будут смотреть. Вдобавок что-то подсказывало Нике, что атмосфера и запахи там будут совсем неромантичными.

Трактиры отменялись. Кино здесь еще не придумали. Оставались только прогулки. Король ведь не мог все время находиться в замке, свежий воздух необходим. А это значит, что тут есть какой-нибудь сад! Вот там они и должны погулять.

А что? Цветочки, ароматы, тихий шелест листьев, щебет птичек, томные вздохи, случайные взгляды, касания. Ника облизнула губы, усмиряя сбившееся дыхание. Так не пойдет! Она должна оставаться в здравом уме.

К моменту, когда в комнату вошла Эльза, Вероника составила приблизительный план. Нужно было только уточнить некоторые мелочи. Появление служанки оказалось очень кстати.

– Сад? – переспросила Эльза, когда Ника поинтересовалась у нее о местонахождении этого полезного и нужного места. – Есть, конечно. Вы хотите прогуляться?

– После завтрака проведешь меня туда? – Вероника улыбнулась, помогая Эльзе надеть на себя платье. Со сломанной рукой это было довольно сложно.

– Это ведь не какой-то новый способ убежать, нет? – с прищуром уточнила Эльза. – Просто на всякий случай спрашиваю.

– Нет, – Ника покачала головой и выдохнула. Никогда ранее ей еще не было так сложно одеться. Поначалу Эльза даже пыталась уговорить ее полежать пару дней, но кипучая энергия внутри не давала Веронике покоя. И пусть она ощущала себя не слишком хорошо, все это притуплялось желанием действовать.

Закончив со сборами, они собрались покинуть комнату, но не успели. Смежная дверь открылась, и на пороге возник король. Эльза немедленно поклонилась, а Ника замерла. Ее сердце при виде Териона заколотилось в два раза быстрее. Она не была готова!

– Ваше величество, – слабо пискнула она и замерла, застигнутая врасплох внезапным появлением короля.

– Доброе утро, – поздоровался Терион, окидывая взглядом Алэйну. Та выглядела сегодня восхитительно. Впрочем, как и всегда. Подойдя ближе, он неловко замялся, а потом все-таки спросил: – Позавтракаете со мной?

Завтрак получился… нервным. Нике казалось, что сердце колотилось где-то в районе горла, отчего она едва могла пропихнуть в себя еду. Каждый случайный или нет взгляд Териона заставлял ее замирать или слегка дрожать. Проклятое тело!

Ника давно уже забыла, когда в последний раз была настолько чувствительна к вниманию мужчины. Такое с ней происходило разве что в подростковом возрасте, когда любой случайный взгляд понравившегося мальчика мог заставить сердце вытанцовывать ламбаду в груди.

– Овощи сегодня удались, – заговорила она, чувствуя неловкость от повисшей тишины. Тема, конечно, была банальной, но не о погоде ведь говорить! Хотя… – Сегодня солнечно. Давно я не дышала свежим воздухом.

Вероника решила ковать железо, пока горячо. Раз уж она решила прибрать короля себе, то стоило перейти к плану с прогулкой по саду. Вопреки ожиданиям, король нахмурился, глядя на нее так, словно хотел залезть ей в голову и прочесть мысли.

– Около замка есть сад, – произнес он, казалось, довольно неохотно. – Вы можете прогуляться, если хотите.

Сказав это, король вернулся к еде, только движения его стали более резкими. Неужели он думает, что она вынашивает очередной план побега?

– Мне было бы очень приятно, – заговорила Ника снова, вытирая губы, – если бы вы присоединились ко мне.

Терион вскинул взгляд и замер. Некоторое время он смотрел на нее пристально, будто ожидая подвоха, а потом слегка расслабился.

– К сожалению, после завтрака мне нужно будет заняться кое-какими делами, но к полудню я полностью освобожусь.

– Замечательно, – Ника улыбнулась, возвращаясь к еде. Первая неловкость была сломана. Она уже не ощущала себя скованной и боящейся лишний раз вздохнуть. – Вы знаете, я никогда никуда не выезжала. В замке отца всегда было довольно прохладно, отчего мне приходилось проводить практически все время в комнатах с каминами. А я так люблю природу и открытое небо.

– Наверное, поэтому ваш второй облик сова, – неожиданно произнес Терион, а Ника замерла.

Она старалась много не думать о своем обороте. Если совсем честно, любовные переживания непостижимым образом вытеснили волнение от приобретения магической способности. Вполне вероятно, Ника не думала об этом еще и потому, что магия для нее все еще оставалась чем-то сказочным.

– Если так подумать, я вспомнила одну интересную особенность, – заговорила Ника, осознав, что пауза затягивается. – Я хорошо вижу в темноте. Раньше я не обращала на это внимания, – она слабо улыбнулась.

– Весьма полезное умение, – заключил Терион. – Еще что-нибудь?

– Может быть, – Вероника пожала плечами. – Не уверена. Если только любовь к открытым пространствам. Скажите, а когда я смогу попробовать оборот еще раз?

– Касиус советовал не спешить с этим. Для начала вам следует залечить руку, – король со значением глянул на перевязанную конечность Ники. – А уже после попробуете вновь. Только под присмотром мага.

Разговор затих. Ника погрузилась в размышления о своей магии, а Терион изредка бросал на нее взгляды, находя атмосферу, царящую между ними, вполне умиротворенной. После завтрака он подхватил тонкую руку Алэйны и оставил на ней долгий, обещающий поцелуй. Вернувшись в кабинет, он не сдержался и улыбнулся. Просто Терион никак не мог забыть, как красиво и смущенно выглядела Алэйна, когда он уходил.

Его улыбка исчезла, когда из темного угла в кабинет шагнул один из теневиков.

– Что у тебя? – спросил Терион, выпрямляясь в кресле.

– Вы приказали проверить замок ее матери.

Терион стал еще серьезнее. Он действительно распорядился осмотреть место, где когда-то жила Марель Боне, урожденная Вират.

Он помнил, что родители Марель Вират умерли очень рано. Териону было интересно, откуда она узнала о черном ритуале обмена. Сама научиться Марель никак не могла. Это значило, что ее кто-то этому обучил.

– Вы нашли что-нибудь?

– В замке остались следы применения черной магии.

Терион сжал губы и нахмурился. Слова теневика означали, что в месте, где когда-то жила Марель, для каких-то целей убивали людей. Значит ли это, что и родители Марель были черными магами? Если так, то нет ничего странного в том, что она знала о ритуале обмена.

Черные маги отличались от темных тем, что первые для достижения желаемого прибегали к различным ритуалам, частью которых обычно являлось человеческое жертвоприношение.

Темный или черный – это выбор, не более того. Изначально и первые, и вторые рождались со склонностью к тьме, но в дальнейшем сами решали, по какому пути будут идти.

Терион был темным магом. Его сила была пропитана тьмой, но не кровоточила алым от жертвенных убийств. Чаще всего черные маги были безумными из-за отсутствия ограничений и вседозволенности. Пока Терион не перешагнет эту черту, его магия останется просто темной.

– Еще что-нибудь?

– В подвалах много пустых камер. Кровь. Страдания. Пытки. Есть алтарь, но он треснут.

С каждым словом Терион сжимал челюсти все сильнее. Он мог представить, что творилось в этом замке. Не было сомнений, что черные маги годами мучили там людей в угоду своим желаниям.

К сожалению, сейчас не было никакой возможности узнать, что случилось с родителями Марель. Терион подозревал, что она просто однажды убила их. Возможно, и сама Марель была рождена для того, чтобы в какой-то момент впустить в свое тело увядающую и не желающую этого мать.

Терион отпустил теневика и задумался, говорить ли об этом Алэйне. Это все давно уже прошло и забыто. Ему не хотелось бередить ненужные воспоминания новыми откровениями. Да и что Алэйне дадут знания о том, что ее мать, возможно, убила собственных родителей?

С другой стороны, это была ее история, и Алэйна имела право знать о своих корнях чуть больше. Терион очень надеялся, что она не станет винить себя в деяниях родственников.

Как уже было сказано, быть черным или темным – это выбор каждого человека.

Освободившись к полудню, Терион решительно отправился в комнату невесты. С каждым шагом он волновался все сильнее. На самом деле, Терион едва дотерпел до этого момента. Во время работы его разум то и дело соскальзывал на мысли об Алэйне, но он каждый раз мужественно отбрасывал их, пытаясь сосредоточиться на документах.

Когда время подошло, Терион едва не вздохнул от облегчения. Это было настоящей пыткой!

Постучавшись в дверь, он на миг остановился. Прикрыв глаза, Терион глубоко вздохнул, успокаивая нервы. Услышав разрешение войти, он распахнул дверь, сделал шаг вперед и мгновенно застыл на месте. Она была еще красивее, чем он помнил. Разве такое возможно? С трудом сглотнув, Терион заставил тело расслабиться.

– Вы готовы, миледи? – спросил он, делая еще два шага вперед.

– Прошу вас, – ее лицо осветила улыбка, – зовите меня Никой.

– Никой? – удивленно переспросил Терион. Он чего-то не знал? Необычное имя. Почему она хотела, чтобы он звал ее так?

– Верно, – Алэйна (Ника?) повернулась к нему всем корпусом и подошла ближе. – Мне нравится это имя. Вероника, Ника.

– Я не понимаю, – признался Терион, хмурясь.

Он не слышал, чтобы кто-то вот так легко менял имя во взрослом возрасте. Обычно люди жили до самой смерти с тем, которое давали им родители при рождении.

– Я думаю, нам стоит отправиться, – произнесла она и подошла к нему, подавая руку.

Терион рефлекторно поймал ее и положил себе на локоть, выводя невесту в коридор.

Некоторое время они шли в молчании. Замок был в этом крыле почти пуст. По пути лишь изредка встречались слуги, которые занимались своими делами. Завидев их, люди всегда кланялись и замирали, дожидаясь, когда пара пройдет мимо.

– Алэйной меня назвала мать, – заговорила она спустя время. К этому моменту они спустились на первый этаж. – Ей нравилось, как звучит это имя, она говорила, что оно означает «сияние», «блеск». Моя мать любила все драгоценное. Наверное, она и меня таковой считала. Вернее, мое тело, которое собиралась в какой-то момент занять.

– Имя очень подходит вам, – сделал комплимент Терион, открывая дверь. Снаружи было прохладно. Прежде чем попасть в сад, им пришлось пройти через задний двор.

Алэйна с любопытством осматривалась, время от времени спрашивая о различных мелочах. Терион отвечал, стараясь смотреть вперед, а не на невесту. Он опасался, что в ином случае залюбуется и споткнется, выставив себя не в лучшем свете.

– Красивое, я не спорю, – внезапно она вернулась к прежней теме разговора. – Но его дала мне мать, – она со значением посмотрела на него. Ее серые глаза сверкнули на солнце, словно драгоценные камни. – Это ее имя, не мое. Она давала его с мыслью, что когда-нибудь займет это тело и будет носить это имя как собственное. Вы понимаете?

Терион остановился. Признаться, он никогда не смотрел на выбор имени с такого ракурса. Нежелание Алэ… Ники носить имя, дарованное матерью, носившей черные намерения по отношению к самой Нике, вполне законно и логично.

– Да, – ответил он.

Вероника рядом вздохнула и улыбнулась.

– Я рада, что вы смогли понять, ваше величество, – произнесла она тихо. – Говорят, имя может повлиять на судьбу, а некоторые и вовсе считают, что именно имя определяет судьбу. Я не знаю, правда ли это, но мне хотелось бы перестраховаться.

– Разумно, – Терион кивнул. В мире, где царила магия, нельзя легкомысленно относиться к подобных слухам. – Что значит ваше новое имя?

– Приносящая победу, – с широкой улыбкой ответила она.

Терион ощутил, как его сердце пропустило удар. Он не мог сказать точно, что стало причиной: значение имени или невообразимая красота Ники в этот момент.

Приносящая победу? Терион не мог не подумать сейчас о собственных бесплодных попытках спасти свою жизнь. Он пытался снова и снова, но ничего не выходило. Да, виноват оказался дядя, но тот всего лишь был рукой пророчества.

Принесет ли Ника ему победу? Станет ли той, кто спасет его от безумия тьмы, которое ему напророчествовала старая ведьма много лет назад? Он хотел в это верить.

Остановившись, Терион подхватил руку Ники, а потом наклонился и поцеловал тыльную сторону ладони.

– Мое имя Терион Эймос Даркан. Я девятнадцатый король Вилласии.

Девушка рядом с ним лучезарно улыбнулась и слегка присела в реверансе.

– Вероника, ваше величество, – представилась она в ответ. – Но вы можете звать меня просто Никой.

Сама Ника выдохнула. Ее план удался! Она совсем не ощущала себя Алэйной. Это имя принадлежало бедной девочке, которую погубила собственная мать.

Нет, Ника могла привыкнуть к новому имени, но оно действительно ассоциировалось у нее с предательством, горем и сильной обидой. Она не хотела, чтобы прошлое этого тела висело над ее головой, словно занесенный для удара топор.

Вероника не забыла и о родственниках. Она была уверена: как только те поймут, что умирать Ника не собирается, так сразу примчатся в столицу узнавать, что в этот раз пошло не так.

Вероника слегка опасалась за свою жизнь. И небезосновательно, учитывая, как сильно отец Алэйны боялся, что информация о Марель станет известна королю. Она должна была обезопасить себя с этой стороны.

Скосив взгляд, Ника тихо вздохнула. Она собиралась сделать все, чтобы король еще больше привязался к ней. Мужчины ведь по природе своей защитники, верно? Вот она и хотела сейчас пробудить в его величестве древний инстинкт защиты.

– Меня кое-что волнует, – начала она, рассматривая кустарники, росшие по обеим сторонам дорожки, по которой они продвигались вглубь сада.

Сад, к слову, здесь больше напоминал просто парк, но Нику не волновали такие мелочи. Ее мысли были заняты совсем другим.

– Что именно? – деловито поинтересовался король.

– Вы ведь не собираетесь меня убивать, не так ли? – на всякий случай уточнила она, притормаживая. Терион тоже остановился и с недоумением посмотрел на нее.

– Нет, я не собираюсь вас убивать. Мы ведь уже выяснили, что все слухи о смерти моих жен – ложь. Почему вы снова вернулись к этой теме? – он нахмурился, но руку Ники не отпустил, наоборот, подошел чуть ближе, вставая практически вплотную.

– Очевидно, потому, что ваше проклятие, мнимое или нет, все еще опасно. – Ника грустно вздохнула, а затем положила ладонь королю на грудь. Мужчина перед ней замер, явно не ожидав прикосновения.

Вероника подавила желание прильнуть к его широкой груди. Она слегка дрожала, но не от холода, а от эмоций и напряжения.

– Чем оно опасно? – глухо спросил Терион.

Ника могла поклясться, что король слегка наклонился. Она не знала точно, так как ее взгляд находился на уровне груди его величества. Какие занимательные пуговицы! Кажется, они выточены из дерева. Довольно искусная работа, надо сказать!

– Тем, что другие все еще верят в него, – выдохнула она и все-таки мельком посмотрела наверх.

Ее сердце дрогнуло, когда она поняла, как близко лицо короля находилось к ее собственному. Невольно Ника облизнула пересохшие губы. Воздух между ними стал горячее. Вероника пыталась вернуть самообладание, но от близости короля мысли покинули ее голову. Она пыталась, действительно очень сильно пыталась вспомнить, о чем они говорили, но ничего не выходило. Когда сильная рука Териона легла ей на талию, Ника непроизвольно вздрогнула всем телом, а потом все-таки прильнула к королю и задрожала.

– Нам нужно что-то с этим делать, – глухо и чуть хрипло произнес Терион.

– Да, да, – голос Ники был едва слышен.

Она сама не знала, с чем соглашалась. Все, что ее сейчас волновало, это невообразимые ощущения, которые дарила ей близость с Терионом. Она ощутила, как вторая рука короля ложится ей на шею сзади. Чувство, пронзившее тело в этот момент, заставило Нику застонать.

И так темные глаза его величества стали полностью черными. Он выдохнул, а потом наклонил голову и буквально впился в ее губы. Ника прикрыла глаза и отдалась поцелую, забывая в этот миг обо всем на свете.

Когда от поцелуя начали слегка болеть губы, Ника немного отстранилась. Терион потянулся за ней, но почти сразу опомнился и отступил.

– Ваше величество…

– Простите, я…

Заговорили они одновременно и замолчали.

– Вы первый…

– Можете говорить…

Они снова сказали это в одно мгновение, а потом замолчали и неловко посмотрели друг на друга. Ника рассмеялась. Она прижала больную руку к своей груди и сделала шаг назад. Терион легко улыбнулся, а потом тоже рассмеялся.

Вероника замерла с улыбкой на губах, глядя на короля. Интересно, подумала она, слышал ли кто-нибудь когда-нибудь, как он смеется? Причем смеется вот так – открыто, свободно, словно нет в мире ничего, что могло омрачить его мысли?

Заметив ее взгляд, Терион оборвал смех и замер. Широкая улыбка исчезла, но смех не пропал полностью, он затаился в уголках губ и в темных глазах.

– Что вы хотели мне сказать? – спросил он.

– Я хотела? – Ника моргнула. Она едва могла сейчас вспомнить свое имя! – Ах, я хотела. Но что я хотела?

– Я не знаю, – король приблизился, снова нависнув над ней, как скала.

Протянув руку, он нежно провел пальцем по ее нижней губе. Дыхание Ники снова сбилось. Она подняла взгляд и застыла. Нет, нет, они ведь говорили о чем-то важном! Надо вспомнить! Немедленно вспомнить!

– Вы нравитесь мне, – внезапно признался Терион.

Причем, если судить по застывшему лицу и изумлению во взгляде, он сам от себя не ожидал чего-то подобного. Впрочем, пару мгновений спустя черные глаза загорелись уверенностью и решительностью.

– Да, вы нравитесь мне. Как никто никогда ранее не нравился…

– Ваше величество, – пискнула Ника, ощущая, как сердце в груди трепещет от радости и нахлынувшего волнения от слов короля.

Она и не подозревала, что ей будет так приятно узнать, что ее симпатия взаимна. Это было восхитительное чувство, от которого кружилась голова!

– Нет, послушайте, – настоял король, а потом снова приобнял ее. И Ника была благодарна, ведь сама она ровно стоять была не в состоянии. – Вы ворвались в мою жизнь как вихрь. Все время дразнили, бежали, отталкивали. Ваши слова, глаза, губы – я не могу перестать думать о вас. Вы заполнили собой мой мир. Внезапно я забыл обо всем, кроме вас. Это так мучительно, но восхитительно. Скажите мне, что я не одинок в этом безумии. Прошу вас, скажите.

Ника едва дышала от слов короля. Никто и никогда не признавался ей в любви столь страстно. И это было самым удивительным, ведь король, по сути своей, не был болтливым человеком! И тем восхитительнее было слышать такие слова!

– Ах, я… – выдохнула Ника, пытаясь взять себя в руки. Ее мысли путались, а тело тряслось. Ее бросало то в жар, то в холод. Все внутри замирало и сладко тянуло. Она была счастлива. Боже, как она была счастлива в этот момент! Подняв взгляд, Вероника замерла. Ее мир внезапно остановился и сосредоточился на короле. – Вы не одиноки в своем безумии, ваше величество, – выдохнула она.

Терион глубоко вздохнул. Он выглядел потрясенным, но постепенно в его глазах разгорелся огонь. Снова обняв ее, король наклонился, явно желая поцеловать, но в последний миг остановился.

– Вы станете моей женой? – спросил он внезапно.

Сердце Ники запнулось.

– Да, – прошептала она единственный ответ, пришедший ей в голову в этот момент.