Глава 12

Вживую Шувалова я видел впервые, в основном в интернете и пару раз в новостях по телевизору. Он практически не отличался от своей картинки, разве что черты лица немного мягче, но зато взгляд строже. Цвет глаз необычный — они у князя были даже не карими, а скорее черными.

Выглядел он моложе своих тридцати восьми, а вот костюм был не из самых дорогих. С его деньгами и статусом можно было позволить одеваться намного солиднее. Думаю, что если он этого не делал — значит такова была его принципиальная позиция по этому поводу. Демонстрировать статус одеждой ему явно необходимости не было, все и так знали, что он из себя представляет.

Рукопожатие твердое, уверенное… Ну разумеется, какое оно еще должно быть у этого человека?

— Рад с вами познакомиться, Владимир Михайлович. Вот, Его Императорское Величество, решил наконец устроить нашу встречу. Хотя я желал, чтобы это произошло несколько раньше.

— Говорят, все что не делается, все к лучшему, — ответил я.

— Это точно, — улыбнулся Николай Александрович и указал мне на третье свободное место за столом. — Присаживайтесь, граф.

Я сел за стол, расторопный слуга разлил нам вина по бокалам, а затем исчез из комнаты, будто в воздухе растворился.

— Прошу любить и жаловать, Максим Иванович Шувалов, — кивнул в сторону князя Романов. — Но, думаю, вам и без моего представления это прекрасно известно.

— Разумеется, — ответил я. — Наслышан.

— Воображаю себе… Никого не слушайте, граф, — посоветовал мне Шувалов. — Однажды мне доложили будто в народе говорят, что я по выходным я ем младенцев. Так вот — это наглое вранье, на самом деле я их ем по пятницам, да и то, если на этот день выпадает тринадцатое число.

— Хороша шутка, этого я еще не слышал, — рассмеялся Император и поднял свой бокал. — Ну, предлагаю для начала отужинать, а уж потом и пошутим, и всерьез поговорим.

За разговором ни о чем и в то же время обо всем понемногу, мы довольно быстро расправились с телячьими отбивными, которые подавали с засахаренным беконом и зеленой фасолью с голубым сыром. Затем пришел черед вкуснейших шоколадных пирожных с вишней, которых я съел аж три штуки. Я бы съел и больше — очень вкусные заразы оказались, но это было бы наглостью с моей стороны. Нужно же оставить хоть немного и Императору с князем.

Покончив с едой, мы вновь вернулись к вину, и Романов, как и полагается, повел разговор, который должен был прояснить цель нашей встречи. Начал он с вопроса ко мне:

— Ну, граф, теперь рассказывайте, что вам еще известно о князе кроме его своеобразных кулинарных пристрастий, которыми он с нами поделился?

— Нет, почему же. Слухов много, вот только не знаю каким из них стоит верить.

— А вы начните с какого-нибудь одного, который вам кажется вполне вероятным, — посоветовал Николай Александрович.

— Говорят, что Максим Иванович только официально министр юстиции, а неофициально глава всего сената и ваша правая рука.

— В этом смысле я многорукий и правых рук у меня много, так что князь не одинок, — улыбнулся Романов. — Но и преуменьшать его заслуги перед Империей не буду. Что еще?

— Еще будто бы вашей личной безопасностью заведует, — сказал я то, о чем слышал от Верховцева, который довольно уважительно отзывался о князе.

— Ну отчасти… В общем, я скажу так — все, о чем вы сказали, можно назвать правдой. Так или иначе Максим Иванович имеет отношение ко многим вопросам. Но вот в цель вы так и не попали, — сказал Николай Александрович и посмотрел на Шувалова, который внимательно слушал меня.

— Наверное этого мне знать и не положено, Ваше Императорское Величество, — пожал я плечами. — Тем интереснее становится для меня наш разговор. Я и до этого был достаточно сильно заинтригован, а теперь тем более.

— Да, и в самом деле не положено, — усмехнулся Романов. — Хотя, при большом желании выведать об этом можно было. Тот же Леонид Александрович, может быть, даже поделился бы по секрету с вами этой информацией. Хотя может и нет, не знаю. Вообще, Максим Иванович Шувалов в данный момент является главой Приказа тайных дел. Слышали о таком?

Вот значит как… Выходит, что такое ведомство в Российской империи все-таки существует. То-то Верховцев смутился, когда я ему сказал, что краем уха слышал это название от Владыкина на одном из наших застолий.

Я посмотрел на Шувалова и сказал как есть:

— Кое-какие слухи доходили, Николай Александрович, но уж слишком все покрыто мраком. На самом деле я думал, что здесь больше слухов, чем правды, а оказывается нет. Если такое ведомство имеется, то я не очень понимаю чем оно занимается.

— Имеется, даже не сомневайтесь. Дыма без огня не бывает, верно? — подмигнул мне Романов. — Если уж слухи среди народа ходят, значит и основания для этого какие-то должны быть. Так что Приказ тайных дел существует, просто таблички с названием ведомства вы не найдете. Слишком специфическими вопросами они занимаются.

— Я думал у нас «специфическими вопросами» Бестужев занимается, — сказал я. — Вместе со всей тайной канцелярией…

— Шувалов с Бестужевым часто по своей работе пересекаются, это факт, — кивнул Император. — Но вот вопросы у них все же разные, да и задачи соответственно… Георгия Васильевича каждая собака в России знает и от его фамилии трясется. Так должно быть — он страх нагонять должен и мысли глупые отбивать у всяких дураков. Ну а Максим Иванович… Пусть он сам разъяснит, все-таки его епархия.

— Да чего тут объяснять, Ваше Императорское Величество, Соколов парень умный, сразу сообразит. Но если покороче… — князь на пару секунд задумался, а затем сказал мне так. — Владимир Михайлович, основная разница вот в чем: Бестужев борется с угрозами внутри Империи, ну а мы занимаемся опасностями внешними. Хотя всякое бывает, конечно… Когда нужно, то и здесь зубы обламываем всяким шакалам, если Николай Александрович посчитает нужным нам это дело поручить. Но главное отличие вот в чем — от парней из тайной канцелярии шарахаются в страхе, а вот моих ребят даже в лицо никто не знает. Понимаете?

— Кажется да… — кивнул я, пытаясь упорядочить и немного осмыслить полученную информацию.

— Только не пытайтесь додумывать самостоятельно, — посоветовал мне Шувалов. — Лучше задайте мне интересующий вас вопрос прямо.

— Когда вы говорите про внешние опасности, что именно вы имеете в виду, князь?

— Разные вещи. Иногда мы можем помочь нашему министерству иностранных дел, когда они не в силах найти с кем-нибудь общий язык или им нужно срочно устранить какую-то проблему… Бывают моменты, что дипломаты сказали все, что хотели, и мы выступаем вместо пушек… В этом мире всегда есть чем заняться, — пожал плечами Максим Иванович. — У нас столько интересной работы находится, что сами удивляемся. Вот недавно хлопнули господина Юрьевского, теперь его дружков нужно срочно ликвидировать, а Бестужеву такого не поручишь… На ровном месте хлопот нам прибавил, гадина…

— Да, князь все время мне на нехватку людей жалуется, — сказал Император. — Говорит, с толковыми кадрами у меня проблема, Ваше Императорское Величество…

Сказав это, Николай Александрович замолчал и в это момент я понял, что оба они внимательно смотрят на меня.

Так… Ну хорошо же сидели, разговаривали… Вот что сейчас началось?

Нет, я намеки отлично понимаю, не дурак, слава Богу, но мне что заняться больше нечем?

У меня вон барон де Линьола в подвале сидит, господина Морозова нужно на чистую воду выводить, после него за Болотова браться. До этого момента еще какая-нибудь собака нарисуется…

Кроме того, я ведь еще и на службе нахожусь, и она от меня никуда не денется… Командировки одни сколько времени занимают, вздохнуть некогда. Меня же Гринев с потрохами съест, если я ему скажу, что в еще одну военно-спортивную секцию записался… Очень секретную, правда…

Только, насколько я понимаю, в данном случае работает два правила, где первое следует из второго.

Во-первых, отказывать Императору в данному случае будет плохой приметой.

Во-вторых, дважды никто такого предложения делать не будет, это совершенно точно.

— Вы поняли намек Императора, Владимир Михайлович? — спросил у меня Шувалов через пару минут.

— Да понял он все, Максим Иванович, дайте молодому человеку время, — широко улыбнулся Романов. — Здесь нужно ответственно решение принять. Он ведь не глупый, понимает с какими сложными задачами столкнуться может, так что нужно все тщательно взвесить.

— Я уже все взвесил, Ваше Императорское Величество, — ответил я. — Разумеется, я бы с удовольствием присоединился к команде князя Шувалова, вот только боюсь как бы не подвести вас на службе в Департаменте.

— Вы мне нравитесь все больше, граф, — кивнул Шувалов. — Если честно, я подумал вы сейчас начнете задавать множество самых разных вопросов. Обычно так и происходит.

— С этим я еще успею, — заверил я его.

— Вот видите, князь, не зря я вам в свое время советовал присмотреться к Владимиру Михайловичу, — отсалютовал мне бокалом Николай Александрович. — Ну а почему, граф, вы думаете, что подведете Гринева, если начнете службу в Приказе тайных дел?

— Насколько я понял, предполагаются частые поездки за границу, а они отнимают столько времени, — пояснил я свои слова. — Не мне вам рассказывать сколько дней у нас занимает каждая поездка по делам Департамента, когда приходится куда-то лететь. Вон, в Бухарском Султанате вообще считай неделю торчали.

— Да уж, Мухаммадкарим мужчина гостеприимный, это у него есть, — согласился Романов. — Но вы за это не переживайте. В случае с Шуваловым у вас таких проблем не будет, у этих ребят перемещения много времени не занимают.

— Это как? — не удержался я от вопроса.

— Владимир Михайлович, мы организация очень особенная, так что всяких секретов и тайн у нас очень много, — ответил мне Шувалов и в его глазах появился огонек. — Так что в свое время я обязательно удовлетворю ваше любопытство. Это произойдет гораздо быстрее, чем вы думаете.

Вот как? Это хорошо — терпеть не могу мучиться вопросами.

— Ну что же, Максим Иванович, я могу вас поздравить с появлением в рядах Приказа нового перспективного сотрудника, — сказал Романов.

Мы чокнулись бокалами, допили вино, а затем Император неожиданно сменил тему нашего разговора.

— Скажите, граф, что там у вас опять приключилось этой ночью? Мне доложили, будто бы у вас в имении снова какие-то беспорядки?

— Совершенно верно, Ваше Императорское Величество. Какие-то ублюдки вновь пытались убить меня. Как видите, их попытка не увенчалась успехом, но к сожалению, они убили троих моих людей, — сказал я и сокрушенно покачал головой.

— Как им удалось проникнуть в Ясные Горки? Если мне не изменяет память, они прекрасно защищены. Высокие заборы, лес, река…

— Вот как раз со стороны реки они и зашли, Николай Александрович. Мне кажется, использовались эликсиры водного дыхания или что-то типа того, — высказал я наше с Верховцевым предположение. — Сегодня там целый день были жандармы и люди из ведомства Бестужева, так что я думаю, скоро получу ответы на эти вопросы.

— Ну да, мне тоже интересно будет узнать… Вы знаете, у меня складывается такое впечатление, что когда вы не находитесь в отъезде, то вас обязательно кто-то пытается убить. Странно, не правда ли?

— Я тоже заметил, Ваше Императорское Величество, — кивнул я. — Думаю это оттого, что я слишком много времени трачу на личную жизнь и наживаю себе таким образом кучу врагов. Надеюсь, что после нашего сегодняшнего разговора у меня будет еще больше работы и мне просто некогда будет заниматься глупостями типа бизнеса.

Романов с Шуваловым переглянулись и дружно расхохотались.

— Что же… Желаю вам успеха в благом начинании… — сказал Николай Александрович вытерев слезы с глаз. — Но мне почему-то кажется, что в вашем случае это не сработает. Вам еще хоть десять работ дай, вы со своим неуемным темпераментом все равно найдете чем себя занять.

В ответ я промолчал. Что тут скажешь?

— Но вы, пожалуйста, будьте поаккуратнее и с дуэлями не частите, — он улыбнулся. — Все же, граф, пора бы немного остепениться.

— Да я, можно сказать, практически миротворец, Ваше Императорское Величество, иду себе своим путем потихоньку. Вот только он что-то не всем по нраву, — сказал я. — Но ваш совет непременно возьму на вооружение, дуэлей постараюсь избегать.

— Ладно, господа. Чертовски приятно было отужинать в такой приятной компании, но у меня еще масса дел на сегодня…

Николай Александрович начал вставать из-за стола, мы с Шуваловым вскочили чуть раньше. Затем попрощались и вскоре нас проводили во двор.

— Владимир Михайлович, вы не против немного прогуляться в моей компании? — спросил Шувалов, когда мы оказались с ним на улице.

— Конечно нет, ваше сиятельство. Прекрасный прохладный вечер, почему бы не пройтись?

— Вот и хорошо.

Мы медленно шли по тротуару, а позади нас катили наши машины охраны.

— Теперь, когда мы остались с вами вдвоем, я хотел бы поговорить начистоту. Может быть вам будет не очень приятно услышать это от меня, но тем не менее… Скажите правду, вы и в самом деле хотите работать в Приказе тайных дел?

Ого, какой любопытный разговор князь затеял. Что это, интересно знать, проверка или он и в самом деле ждет от меня честного ответа?

— Почему вы спрашиваете меня об этом, Максим Иванович?

— Ну хорошо, не спешите с ответом. Давайте для начала я сам начну. Вы ведь понимаете чем нужно будет заниматься? Дела разные и, как правило, чистыми их не назовешь…

— Так вроде бы не маленький мальчик, ваше сиятельство. Что поделать, если жизнь так устроена. Политика, деньги, власть… какое из слов не возьми, любое плохо пахнет, разве нет?

— Есть такое дело, — кивнул князь, затем остановился и посмотрел мне в глаза. — Но у нас ведь не только грязно, а еще и рискованно…

— Но я думаю за это хорошо вознаграждают или я ошибаюсь? — спросил я и встретил его взгляд.

Спустя несколько секунд он улыбнулся и мы продолжили путь.

— Не ошибаетесь, граф, вот в чем, а в скупости Императора упрекнуть сложно. Хотя у каждого ведь свои запросы… Кому-то всегда мало… Ладно, мы сейчас не об этом. Я все-таки хотел бы получить от вас окончательный ответ на свой вопрос.

Мы прошли пару десятков шагов молча, а затем он продолжил говорить.

— Видите ли, в Приказ никто и никогда не попадает без ведома Николая Александровича. Перед этим всегда следует примерно такой вот разговор, которой состоялся сегодня вечером у нас с вами. Люди часто соглашаются под влиянием авторитета Романова, хотя на самом деле не хотят этого, понимаете?

Князь сделал еще несколько шагов и вновь продолжил свою мысль.

— То есть хотят понравиться Романову, но не хотят заниматься грязными делами ради процветания Российской империи…

— Он и есть — империя, Максим Иванович.

— Сегодня — да, — он бросил на меня быстрый взгляд. — Я просто хочу, чтобы бы вы понимали это и знали, что не нужно идти наперекор себе. Если не хотите — откажитесь сразу. Не нужно пытаться угодить Романову или еще кому-либо. Скажите мне сейчас — нет и я найду как ему это объяснить… Просто скажу, что во время ужина вы мне не понравились в личной беседе и, поверьте, вопрос будет немедленно закрыт. Если хотите, я вам дам время до завтрашнего утра, например. Хотите?

— Нет, этого не нужно, ваше сиятельство, — ответил я. — Все, что меня беспокоило, я уже озвучил. Если у вас и в самом деле нет никаких проблем с перемещениями, то я скажу, что рад сделанному мне предложению.

— Что же, очень достойно. Примерно такого ответа я от вас и ожидал, граф, — сказал Шувалов и остановился. — В таком случае, ждите моего звонка завтра утром, а на послезавтра ничего не планируйте — вас ждет масса всего интересного.

— Сюрпризы? Надеюсь, для начала приятные? Или в Приказе тайных дел сразу начинается всякая ерунда?

— Не сразу, — улыбнулся Шувалов. — Всему свое время. И вот еще что… Насчет Верховцева… Все-таки он у вас начальник службы безопасности и должен быть в курсе обо всем для нормального исполнения своих служебных обязанностей… Я сам с ним поговорю, хорошо? Так будет лучше.

— Хорошо, Максим Иванович.

— До завтра, Владимир Михайлович. Рад был с вами познакомиться. Добро пожаловать в Приказ тайных дел.

Он развернулся и быстрым твердым шагом пошел к своей машине, из которой выскочил охранник и услужливо распахнул перед ним заднюю дверь.

Я поднял голову, посмотрел на небо и вдохнул прохладный летний воздух. Вечер и в самом деле классный, погулять еще что ли немного?