Часть 14
Алекс.
Клубы Ниццы всегда были моим спасением. Шик, блеск, роскошь, а еще и море на горизонте. Толпы танцующих полуголых девушек и мужчины, которые засовывают им в трусики пачки денег, даже не пытаясь считать, сколько там налички. Все это расслабляло, вводило в какой-то релакс и уносило далеко от реальности.
Раньше я бежал от себя, одиночества, работы и сестры, но сейчас… Сейчас мне хотелось забыть лишь одного человека — Розу ван Фольг. Она всегда была моим объектом восхищения, тайно я уважал ее и поддерживал, но… Только сегодня, когда она буквально упала мне на голову, все изменилось к чертям собачьим.
День испортил все: планы, надежды, мечты. Только она перед глазами, только она в мыслях, только ее запах слышу вокруг, только ее прикосновения ощущаются по всему телу.
— Алекс, как долго ты еще будешь смотреть на дам? — весело поддел меня Робб и указал пальцем на миловидную танцовщицу. — Как тебе? Думаю, вполне себе сносная, чтобы скинуть пар. Хватит уже сидеть как истукан.
Усмехнувшись, я мыслями опять вернулся к бассейну. Господи, этот поцелуй будет сниться мне! Простое прикосновение губ, способное снести крышу и лишить самообладания. Я почти забыл, кто я и что стоит за моей спиной. Почти взял ее там…
— И еще, — не унимался Робби, наливая мне полный стакан скотча и всучивая в руки с наигранной улыбкой до ушей, — забыл поблагодарить тебя за то, что не рассказал Стелле правду. Это наши с Розой дела. Ни к чему тебе в них лезть.
Подавив странный приступ ярости, активно толкавший свернуть шею брату Розы и сломать ему пару ребер, с трудом выдавил из себя измученную фразу:
— Еще сегодня утром ты просил меня поехать с Розой. Пытался втянуть в ваши дела.
— Уже не важно, — отмахнулся парень, и на его лице заиграла счастливая улыбка, заставившая насторожиться. — Раньше ее опорой была Стелла, теперь же Роза будет полностью в моей власти.
Стекло в моих руках треснуло, а кубики льда выскользнули на стол вместе с частью скотча. Злость закипала, сдерживать себя становилось все тяжелее, а язвительные мысли так и крутились в голове:
«Даже если я не могу быть с Розой, это не значит, что кто-то сможет навредить ей. Она под моей защитой, и такие сопляки, как ты, ей не помеха».
Но я молчал. Тихо выжидал, когда он, наконец, скажет, что именно хочет от девушки. Чем это Роза так сильно приглянулась Роббу? Именно поэтому я косвенно согласился на его план о поездке, желая выгадать время на раздумья.
— Жаль, что ты не получишь желаемого, — не унимался парень, всерьез засмотревшись на полуголый зад стриптизерши. — Моя сестричка вышла очень даже себе ничего… К сожалению, достанется это добро Роману, а не тебе, — стакан все же разбился в моих руках, и маленькие осколки разлетелись по столу. Но Робб не заметил этого, пуская слюни на шлюху из клуба. — Сам виноват! Я предлагал тебе план и поддержку, а теперь она едет на Замковую гору с этим хмырем…
Сердце упало в пятки, а душу словно отнесло за километр от тела. Я сделал глубокий вдох, но голос все же прозвучал с взволнованной хрипотцой:
— Она… что?!
— Отец разрешил Розе поехать с Романом в путешествие. А Роза упросила бабушку лететь сегодня, — парень усмехнулся и саркастично процедил: — Уверен, ей не терпится запереться с ним в номере и хорошенько…
Нет. Я не мог этого больше слушать. Музыка фонила в ушах, безысходность перерастала в панику, а кулаки сами потянулись к лицу Робба, чтобы разбить ему челюсть.
Только остановиться не получалось. Сев на него сверху, я наносил удар за ударом, не замечая ни крика близ сидевших дам, ни их кавалеров, ни приближавшейся охраны.
— Ты врешь! — прорычал я, словно не замечая, как лицо Роба превратилось в кровавое месиво. — Она не могла уехать с ним. Не могла! Роза… не могла!
Мне хотелось разрядки, и если до сегодняшней секунды я был уверен, что стоит оттрахать хорошенькую модель, и все пройдет, только в этот момент стало ясно — не хватает выплеска негатива.
Попускало медленно и неторопливо, словно весь ком гнили, что скопился за год, выскользнул в пропасть и открыл глаза. Я даже замер, когда посмотрел на ситуацию под другим углом, без беспроглядной черноты вокруг.
— Мне придется вас вывести, а парня госпитализировать, — мужская рука легла мне на плечо, и я усмехнулся, увидев позади охранника, который побоялся вмешаться. Все в клубе знали, кто я такой, и никто не посмел бы прервать самого Алекса Аддерли. Эта мысль позабавила, но вместе с тем и ужаснула. Роббу никто не помог. Он просто неподвижно сидел в кресле и пытался начать дышать ровно, без хныков и стонов.
— Все хорошо, — внезапно сказал Робб, а затем вытянул из кармана внушительную пачку евро и сунул в руку ближайшему охраннику. — Мы просто немного повздорили, а мой друг выпил лишнего. Позвольте нам остаться.
Забрав пачку, мужчина, совсем не скрываясь, откланялся и направился в другой конец зала к владельцу — моему давнему должнику. Он бы и так не посмел выгнать нас из «Замка», а теперь еще и подзаработал на малыше Робби.
— Ты ненормальный, Алекс, — привлек мое внимание к себе парень, сталкивая со своих колен и вставая с места. — Одно упоминание о Розе, и ты вспыхиваешь, как чокнутый. Не думал, что ты так уязвим.
Парень послал мне многозначительную улыбку, а затем, прикрывая лицо полотенцем, скрылся в уборной.
Я и сам не понимал, что происходит. Меня носило из крайности в крайность, гормоны гуляли, а здравый смысл уступал эмоциям. А теперь еще и мысли о Романе сводили с ума.
«Молодец, придурок! Ты отпустил свою девочку с каким-то малолетним парнем, который наверняка воспользуется ситуацией и…»
Даже про себя я не смог продолжить фразу. Тяжко, горько, невыносимо.
«Все это не твои эмоции, нет. Не может бесчувственное бревно за один день превратиться в оголенный провод!» — проскальзывал здравый смысл. Но я его не слушал! Меня тянуло к ней.
И тут, словно во тьме ночной, я услышал голос Розы. Тихий, хриплый, заплаканный и растерянный. Обведя взглядом сидения и ВИП — кабинку, заметил на полу телефон Робба. Это звонила Роза, и ей нужна была моя помощь. Сейчас.
Роза
Светало. Я лежала и смотрела на небо не в силах пошевелиться. Нет, ничего не сломала и даже не повредила. Просто стресс дал о себе знать, и как только телефон отключился, жизненные силы отключились вслед за ним.
Тогда я посмотрела на Джейн, полную надежд, и тихо прошептала:
— Это Алекс… Он поможет.
Девушка кивнула и зашипела от боли. Ища спасения, она глянула в небо и расплакалась. Как ребенок или человек, потерявший что-то безумно дорогое.
— Тебе интересно знать, чем закончился миф? — тихо прошептала она, а я нехотя ответила:
— Твоя нога не в лучшем виде, а охранников с Чаком не видно даже на горизонте. Может, не стоит?
— Я не могу молчать, схожу с ума от неизвестности, — призналась она и тут же продолжила: — Паронамэ прожила во дворце лишь год, а затем сбросилась со скалы от одиночества и тоски. Арром, узнав об этом, едва не потерял рассудок.
— Едва? — зачем-то уточнила я, сама не понимая, почему древний миф воспринимается мною как что-то личное.
— Едва, — вторила моим словам девушка. — Однажды ночью в покои короля кто-то пробрался. Он спал один, отдельно от новой жены, но всегда держал с собой клинок, ведь имел много врагов. Арром сделал вид, что спит, а когда женская рука коснулась его предплечья, тут же повернулся и зарубил нежданного гостя на месте.
— Это была Паронамэ, — утвердительно прошептала я. — Но почему он сделал это? Неужели в комнату не мог войти друг?
— Не мог. На пути в покои царя Паронамэ усыпила парами из сонной травы двадцать охранников, — едва слышно, с хрипотцой, пояснила девушка и, когда я решила, что та уже отключилась, сонно добавила: — Арром узнал ее мертвое тело сразу и в тот момент сошел с ума окончательно. Его жена была беременной, и в тот день, когда на свет родился наследник престола, он спрыгнул с Замковой горы и разбился о скалы.
— Почему это место называют символом любви и верности? Ведь ее не было у Аррома и Паронамэ… — ноги не держали, и я легла на песок рядом с Джейн, на секунду прикрыв глаза.
— Что ты знаешь о любви, милая? Многие любят эгоистично. Берут, что дают. Трахают все, что движется… Арром же в первую очередь думал о ближних и Паронамэ. Он знал, что одной ей туго, но жизнь с ним во дворце, где каждый презирает его любимую, будет для нее большим адом. Он принес себя в жертву ради нее. А она похоронила прежнюю жизнь ради него. Говорят, что в море их души соединились в одну и теперь они вечно вместе. На небесах…
— Так странно, Джейн… — медленно ускользая в мир Морфея, я почему-то улыбнулась: — Знаешь, чему научила меня эта история? Что, если любишь, нужно держать человека, уважать и доказывать свою любовь каждый день. Потому что завтра может не быть… А встретимся ли мы на облаках, черт знает.
Джейн не ответила, а я и не ждала. Сон сморил меня, и я очнулась только на рассвете. Джейн спала и ворочалась. Явно сломанная нога давала о себе знать, но я, увы, на голом пляже ничем не могла ей помочь.
Перед глазами все был Алекс. Почему именно он взял трубку? Как и говорила Стелла, они с Роббом поехали в клуб. Обычно в такие дни брат возвращался домой к жене, а незамужний холостяк развлекался с моделями неделями.
— Готов ли ради меня ты перенести свои развлечения на потом, Алекс? — вслух спросила я, а затем зажмурилась от едких мыслей:
«Возможно, Аддерли был пьян и вообще не услышал твоих слов. А ты тут ждешь помощи, как идиотка!»
Солнце уже подпекало, когда я снова уснула. В этот раз так крепко, что даже снились сны. Словно Алекс сел около меня на колени в помятом грязном костюме, кажется, даже испачканном кровью, а затем быстро поднял на руки, нашептывая под нос, словно умалишенный:
— Теперь все будет хорошо, маленькая. Все будет хорошо…
Он поднес меня к машине, бережно уложил на медицинскую кушетку, а сам сел рядом, бросив что-то людям вокруг:
— Девушку-гида в больницу, двух охранников на перевязки, а пилота продолжайте искать. Скорее всего, он приземлился где-то за городом. Ветер ночью был сильным.
Теплая ладонь коснулась лба, и я улыбнулась, хватаясь за нее обеими руками и обнимая так крепко, что могла раздавить.
— Роза, вернись ко мне… — шепнул он на ухо, а затем его губы коснулись моих, заставляя их гореть адским пламенем. После были щеки и, наконец, лоб. — Почему я не поехал с тобой? Почему?..
— Кхем, кхем… — раздался настойчивый стук позади, и Алекс слегка отстранился. — Я доктор Вэйн, позвольте мне осмотреть девушку.
Не прошло и пяти минут, как старик отошел в сторону и радостно сообщил:
— Все хорошо! Как я и думал, ее организм испытал сильный стресс и сейчас нуждается в отдыхе. Пусть она спит, сколько хочет. Я, конечно, отправлю ее анализы в лабораторию, но первичный осмотр показал, что девушка родилась в рубашке.
— О, поверьте, это не так! — саркастично пометил мужчина, а затем я ощутила его губы на своей ладошке: — Моя девочка спотыкается даже на ровном месте, ее семья — адское отродье, а еще она любит плохих парней.
— Понимаю, — усмехаясь, заметил доктор, а затем тут же добавил, заставив Алекса сжать мою руку сильнее и замереть на месте: — Дочь ваша? Красавица… Уколю-ка я ей лекарство, которое поможет отдохнуть быстрее. Что скажете, а?
Следующее, что помню, как что-то острое врезается в вену и я падаю со скалы. Тихо, мирно, без страха и боли. Алекс стоит на краю и смотрит вниз… На его губах застыла улыбка и тихая фраза: «Мы не пара, маленькая. Не пара».
***
Проснулась я утром, на удивление, с легкой головой и диким желанием перекусить. Быстро сев на кровати, ощутила головокружение и желание тут же лечь обратно и заснуть долгим, беспробудным сном.
— Двадцать четыре часа. Чего ты хотела? — раздался голос Алекса совсем рядом, а затем кровать справа прогнулась, и его рука нежно коснулась моего лба. — Как ты, Роза? Ты напугала меня до язвы в желуде.
Облизав сухие губы, я не смогла побороть желание накрыть ладонь мужчины своей. Его пальцы тут же вздрогнули, а потом нерушимо замерли на месте, словно окаменели.
— А что собственно случ… — не успела я договорить, как в памяти всплыло все: поездка, трагедия и мой сон на пляже. Я открыла глаза, полные слез, и глянула в глубокие глаза мужчины, чтобы, не веря себе, прошептать: — Господи… Кто-то умер, пострадал, ранен? Но ты… Алекс! Как ты меня нашел?!
— Это было сложнее, чем я думал. Сперва нашлась твоя охрана, которая вырубилась на пляже в пяти метрах от тебя. Затем осколки вертолета на берегу, а после и тебя с гидом, — прошептал он, продолжая изучать мое лицо своими руками. — Гид уже очнулась с гипсом, два охранника косвенно в норме, а вот Чак пропал без вести. Мои люди ищут его.
Аддерли смотрел на меня внимательно, так цепко, словно хотел запомнить навечно. Из его глаз пропала обычная отчужденность, а появилась жажда, которой я не видела раньше.
— Боже, Роза… Как приятно видеть тебя с открытыми глазами, не могу передать словами! Как я мог позволить тебе уехать куда-то одной? — отчаянно прошептал он, а затем его губы прижались к моей ладони. Алекс облегченно выдохнул и закрыл глаза, словно это его успокаивало и дарило умиротворение.
— Ты прогнал меня из своей жизни. Заставил сесть в этот долбанный вертолет своими словами, — зачем-то сквозь затаенную боль резанула я словами, а затем вспомнила свой сон и прошептала: — Скинул со скалы…