Глава 8. Платц и первые рекорды.

На четвёртый день домашнего ареста Яр наконец получила разрешение выйти на внутренний плац. Стражник, которому поручили её сопровождать, оказался молодым парнем по имени Тимофей — рыжим, веснушчатым и явно не ожидавшим, что заключённая попросится не на прогулку, а на тренировку.

— Вы серьёзно? — переспросил он, когда Яр в мужском костюме вышла во двор. — Вы будете... упражняться?

— А ты думал, я буду цветочки нюхать? — Яр размяла шею. — Показывай, где тут турник.

— Турник? — Тимофей не понял.

— Ну, перекладина. Где гвардейцы подтягиваются.

— Вон там, — он махнул рукой в сторону деревянной конструкции. — Но женщины у нас не тренируются. И вы — под домашним арестом.

— А император разрешил, — парировала Яр. — Или хочешь ему перечить?

Тимофей вздохнул и пошёл следом.

На плацу уже занимались гвардейцы — человек десять. Кто с мечами, кто бегал по кругу. Увидев Яр, они переглянулись и заулыбались.

— Джулия решила помахать шпагой? — хмыкнул один, высокий блондин. — Не сломай каблук.

— Во-первых, я не Джулия, — спокойно ответила Яр, подходя к турнику. — Моё имя — Яр. Во-вторых, на мне нет каблуков. А в-третьих, если ты такой смелый, давай посоревнуемся.

— Яр? — блондин ухмыльнулся. — Не слышал такого женского имени.

— А ты что, всему свету известен? — парировала Яр. — Спорим на десять монет, что сделаю больше пяти подтягиваний?

— С женщиной? Да ты даже два раза не подтянешься.

— Проверим. Считай.

Она взялась за перекладину. Раз. Два. На третьем мышцы заныли — тело Джулии было слабым, руки дрожали. Четвёртое — с трудом. Пятое — она повисла, переводя дух.

— Ну? — блондин ухмыльнулся. — Сдаёшься?

— Нет, — прошипела Яр и выжала из себя шестое. Седьмое. На восьмом она сорвалась, спрыгнула на землю.

— Восемь, — выдохла она. — Неплохо для первого раза.

— Я делаю пятнадцать, — похвастался гвардеец.

— Ты тренируешься каждый день, а я месяц просидела в кандалах. — Яр стряхнула пыль с камзола. — Дай мне неделю — сравняемся. А теперь покажи, как вы с мечом работаете.

— С мечом? — блондин опешил. — Вы и мечом владеете?

— Принципы те же, что с любым другим оружием, — сказала Яр. — Можно попробовать?

Гвардейцы зашептались. Тимофей уже хотел запретить, но Яр взяла учебный клинок, взвесила в руке.

— Лёгкий, — прокомментировала. — Но сойдёт.

Она сделала несколько выпадов, проверяя баланс. Движения были непривычными — тело не слушалось, координация хромала. Но в глазах гвардейцев она увидела не насмешку, а любопытство.

— А ну давай, — блондин тоже взял учебный меч. — Посмотрим, чему тебя учили.

Они встали в стойку. Яр не стала нападать первой — ждала. Гвардеец рубанул сверху, она ушла в сторону, но не удержала равновесие — поскользнулась на мокрой от росы траве и шлёпнулась на зад.

— Ой! — раздались смешки.

— Ничего смешного, — Яр встала, отряхнулась. — Покрытие плохое. И соперник тяжелее на сорок килограммов.

— Отмазки, — ухмыльнулся блондин.

— Хочешь, покажу приём без оружия? — Яр подошла ближе. — Дай руку.

Он протянул ладонь — Яр перехватила его за запястье, шагнула вперёд, развернулась и в одно движение бросила на землю. Гвардеец крякнул от неожиданности.

— Что за чёрт?! — он попытался встать, но Яр уже отошла.

— Дзюдо, — сказала она. — Видели? Силой не берут, а техникой.

Гвардейцы притихли. Потом один из них, пожилой, с сединой в усах, усмехнулся:

— А ведь и правда, Джулия такой не была. Та бы и пальцем не пошевелила, только брови подводила.

— Поэтому я и попросила называть меня Яр, — ответила она. — Джулия осталась в прошлом. А теперь, если никто не против, я хочу побегать. Круг? Два?

— Три, — бросил кто-то.

— Легко.

Она побежала по периметру плаца. Тело протестовало — каждый шаг отдавался в слабых мышцах, лёгкие горели. Но она бежала, считая круги. Один, второй, третий. На третьем её шатало, но она не остановилась, прошла шагом последние метры.

— Я... справилась, — выдохнула она, уперев руки в колени.

— Неплохо, — раздался спокойный голос со стороны.

Яр подняла голову. На краю плаца стоял мужчина — высокий, темноволосый, в дорогом, но строгом костюме. Она узнала его: Эрман Каспиев, герцог, глава сыскного ведомства, муж Софьи.

— Ваша светлость, — гвардейцы вытянулись.

— Вольно, — сказал Эрман. — Я просто смотрел. Продолжайте.

Он подошёл к Яр.

— Вы умеете больше, чем показываете, — тихо сказал он. — Я наблюдал из окна. Бросок — отличный. Но тело слабое.

— Знаю, — ответила Яр, выпрямляясь. — Работаю над этим.

— А император знает, что вы уже боретесь с гвардейцами?

— Он разрешил тренировки. О бросании речи не было, но я не нарушила правил.

Эрман усмехнулся.

— Вы не похожи на Джулию. Это и хорошо, и плохо. Хорошо — потому что Джулия была предательницей. Плохо — потому что её родители ожидают увидеть дочь. А вы не сможете её изобразить.

— Я и не собираюсь изображать, — пожала плечами Яр. — Я — это я. А кто ожидает другого — пусть ждут. И прошу называть меня Яр. Старое имя мне не нужно.

— Софья мне уже сказала, — кивнул Эрман. — Я передам остальным.

Он помолчал, потом продолжил:

— Я пришёл не только наблюдать. У меня есть новости: ваши родители — граф и графиня Столбины — вернулись в столицу. Они требуют встречи с вами. Император пока не дал согласия, но долго отказывать не сможет.

— Они знают, что я просила называть себя иначе? — спросила Яр.

— Пока нет. Но вы им объясните сами, когда встретитесь. Скажете, что после тюрьмы решили начать новую жизнь.

— Ладно, — нехотя сказала Яр. — Если они начнут меня обнимать и называть доченькой — я потерплю. Но врать, что я их узнаю, не буду.

— И не надо. Им нужна дочь, пусть даже изменившуюся. А нам нужно, чтобы они не мешали расследованию.

— Расследованию чего? — Яр прищурилась.

Эрман оглянулся — гвардейцы отошли подальше, делая вид, что тренируются.

— Заговора против императора, — тихо сказал он. — Софья рассказала мне о вашем сне. Вы правы: кто-то из приближённых готовит покушение. Но кто — неизвестно. Мои люди ищут, пока безрезультатно.

— А ваше сыскное ведомство на что? — Яр скрестила руки на груди.

— На то, что я не могу подозревать каждого, кто входит в тронный зал. Нужны улики.

— Так добудем, — пожала плечами Яр. — Дайте мне доступ к информации, и я помогу.

— Вы — под домашним арестом, — напомнил Эрман. — Ваше дело — тренироваться и не привлекать внимание. А искать буду я.

— Скучно.

— Зато безопасно. — Эрман развернулся. — Завтра в это же время жду вас на плацу. Проверим прогресс.

Он ушёл, оставив Яр с мыслями.

«Интересный тип, — подумала она. — Умный, сдержанный. И муж Софьи — значит, можно доверять. Наверное».

Она сделала ещё несколько упражнений на растяжку, потом вернулась в свою комнату. Тимофей шёл следом, но на этот раз — с уважением.

— Вы правда хотите, чтобы вас называли Яр? — спросил он, когда они зашли.

— Да. Джулия — имя предательницы и трусихи. Я не хочу с ним жить. Яр — коротко, жёстко, по-военному.

— А император знает?

— Император не против, — сказала Яр. — Главное, что герцог и герцогиня в курсе и не возражают.

Тимофей кивнул, явно удовлетворённый ответом.

Она закрыла дверь, рухнула на кровать.

— Отлично, — прошептала она. — Родители на подходе, заговор не раскрыт, а я должна изображать аристократку и при этом набирать форму. Ну, спасибо, Многоликий, удружил.

Она закрыла глаза и провалилась в сон без сновидений.