Глава 11

– Докатился, – бурчал Тосс, недовольно пыхтя. – Кот на себе собаку несет.

Остановился, переводя дыхание, и довольно бережно поправил съехавшее с плеча серое тело.

– Так это же вроде волк, – заметила я, искоса глянув на него.

– Так и я ВРОДЕ не домашний любимец, – то ли усмехнулся, то ли огрызнулся он.

Передохнув совсем чуть-чуть, мы продолжили путь. Тосс утверждал, что недалеко живет его старый друг, который, возможно, поможет нам. Что такое «недалеко» в его понимании, я не знала, но шли мы уже несколько часов.

Как я и ожидала, тропа скоро закончилась, и пришлось самим прокладывать себе маршрут по скользким камням. Немудрено, что котэй всю дорогу ворчал.

– А он живой? – поинтересовалась я, с беспокойством поглядывая на вывалившийся из пасти язык и закрытые глаза.

– Пусть только попробует сдохнуть! – зло рыкнул котэй, обхватывая волка крепче, но в глазах тоже виднелась плохо скрытая тревога. – Я что, зря его нес в такую даль?

– Так выкини, – предложила я невинным тоном, чтобы он не заметил, как я переживаю за этого… Как теперь его называть? Кто он?

– Если выкину, так вместе с тобой! – пригрозил он как можно более строго. – Вместе пришли – вместе и уйдете!

«Ну-ну», – подумала я про себя. Вот если бы это сказал Кстинар, я бы испугалась… А так… Как-то неубедительно.

В ответ решила просто улыбнуться. Улыбка получилась грустной и натянутой. Котэй хотел что-то еще добавить, но коротко глянул на меня и передумал, отвернувшись.

Мы уже забрались довольно высоко, поэтому я старалась не смотреть вниз. Поднявшись на одну из вершин, не самую крутую, между прочим, попали на ровную каменную площадку, упирающуюся в скалистую стену. С одной стороны площадки был обрыв, уходящий в небытие, а с другой пологий склон, по которому мы сюда и добрались. Я остановилась. Похоже, тупик. Придется возвращаться и делать крюк. Посмотрела на неподвижного волка и совсем упала духом. Котэй мои настроения разделять не собирался. Вместо этого с самым радостным до тошноты видом остановился.

– Вот и пришли, – беспечно улыбнулся Тосс, сваливая с себя полумертвого зверя. Только глаза по привычке настороженно стреляли по сторонам.

Очевидно, не зря. Сверху нас накрыла тень приближающегося с гулким хлопаньем крыльев красного дракона, жизнерадостно сверкнувшего в солнечном свете золотым брюшком. Я устало закатила глаза. Опять! Да сколько можно уже?

Тосс в мгновение ока превратился в опасного хищника и зашипел, вскинув морду вверх и по-кошачьи выгнув спину. Я сразу выпустила свои темно-фиолетовые пульсары, целясь по крыльям, поскольку подозревала, что именно они слабое место рептилии. Он лихо увернулся. Несколько дней в обществе мага не прошли даром. Я разразилась такой матерной трелью, что даже Тосс заслушался, а дракон еще больше покраснел. В ответ он обиженно пустил в нас струю огня.

Тут-то я и ощутила в полной мере предусмотрительность Кстинара, с упорством создающего и проверяющего надежность амулетов, которые, к слову сказать, он благородно отдал мне и коту. Сам маг с надменным видом сообщил нам, что лично ему родная стихия и так зла не причинит. Подозреваю, что соврал, но Тосс и не стал проверять его честность, самоотверженно накрыв волчару своим телом.

Красный дракон оказался куда более маневренным, чем тот, что унес нас из Кипавы. Наверное, потому что этот был меньше. Я опять промазала. А он нет. Но… С каким разочарованным криком он обнаружил, что нам от его огненного дыхания хоть бы хны! Даже жаль зверюшку. Но не настолько, чтобы встать и расслабиться, ожидая повторного нападения.

Я, уже не целясь, повторила порцию пульсаров и обнаружила, что этот дракончик никем не заговорен, и они ощутимо обжигают ему плоть. Совсем обидевшись, что мы не отдаемся ему на съедение добровольно, он широко раскрыл зубастую пасть, выставил заостренные когти и полетел прямо на меня, оттесняя к обрыву.

Не доставайся же ты никому? Я против! Я так и не научилась летать, извини, дракоша!

Плашмя шлепнулась на каменную поверхность, спасаясь от него. Тоссу такой маневр делать не пришлось, поскольку он так и не отлипал от волка, героически прикрывая его от периодических попыток красного нас поджечь.

Дракон громко взвизгнул и развернулся с самыми серьезными намерениями, желая похоронить меня под собой. Его красная туша надвинулась сверху, а мне даже откатиться некуда – рядом обрыв! Увидела радостный блеск в золотых вытянутых зрачках и приготовилась с достоинством умереть. Ну… или подпустить поближе и ударить сразу двумя пульсарами ему в чувствительные глаза.

– Рыжик! Фу! – раздался звонкий девичий голос.

Дракон тут же спрятал когти и самым натуральным образом МУРЛЫКНУЛ! Морда приобрела максимально невинное выражение. Чуть ли не улыбаясь, он приземлился в шаге от меня, довольно аккуратно сложив крылья, на которых виднелись черные следы моих пульсаров. Потоптался на месте и сел, любопытно меня разглядывая. Даже голову наклонил по-птичьи. И хлоп-хлоп глазками… Я – не я, чешуя не моя…

Я в шоке посмотрела на Тосса, который уже в человеческой ипостаси с достоинством отряхивался.

– Татиана! – посмотрел он за мое плечо с радостью и укором. – Разве так встречают друзей? Это что еще за тварь?!

– Не обижай Рыжика! Он добрый! – миниатюрная девушка с сине-зелеными вьющимися волосами подошла к дракону, послушно протянувшему морду ей навстречу, и ласково погладила его по носу. Рептилия довольно зажмурила глаза и вздохнула, пустив из ноздрей две струйки дыма.

– Что вас сюда привело? – почесывая подбородок млеющему и едва подрагивающему хвостом от удовольствия Рыжику, спросила она, оглядывая нас пронизывающим взглядом. Глаза девушки показались мне удивительно глубокими и мудрыми, что никак не вязалось с ее остальной внешностью. Радужка была живой и собственного цвета не имела. Вместо этого хороводом меняла желтый, синий, зеленый, красный, фиолетовый, черный, серебристый, переливаясь и вспыхивая искрами.

Я довольно невежливо открыла от удивления рот, вызвав ее искреннюю улыбку.

– Никогда не видела пирита? – спросила она миролюбиво.

Потрясенно кивнула. Я их представляла каменными и тупыми великанами, а уж никак не хрупкими красавицами.

– Татиана! – с надрывом обратился Тосс, обрывая наш обмен взглядами. – Мы за помощью…

– Вижу, – она сама заметила полуживого волка и опустилась перед ним на колени. – Кстинар… Мальчишку опять ранили.

Она ласково погладила его по морде, отчего я почему-то напряглась. Хотя внутренне усмехнулась – вот так, у оборотней, оказывается, друзей больше, чем у меня за всю жизнь близких знакомых, а ведь считается, что этот мир принадлежит людям.

– Плох совсем, – пробормотала девушка, коснувшись ладонью прикрытых век.

Я внутренне сжалась и украдкой посмотрела на его слабо трепыхающуюся грудную клетку.

– А… – начал Тосс и споткнулся на полуслове. Потом собрался с духом и выдал: – Ну хоть что-то сделать можно?

– Одна я не справлюсь, – покачала она головой. Без особой грусти покачала. Просто поставила перед фактом.

Я опустила голову, стряхнув с глаз предательскую влагу. Неужели все?.. Прикрыла лицо волосами, чтобы не было видно красных глаз.

Тосс громко вздохнул и умоляюще посмотрел на пирита.

Она растеклась в неуместной улыбке.

– Ну… Неси давай, – распорядилась, поднимаясь с холодных камней. – Если не попробуем, то так и не узнаем.

Котэй поспешно взвалил на себя раненого.

– Осторожней! – вырвалось у меня.

Татиана заметила мой испуг и улыбнулась, подмигнув.

– Не боись! – весело хлопнула она меня по плечу, отчего я подпрыгнула. – Ты-то мне и поможешь, истинная!

– Я не целитель! – выкрикнула я случайно, с болью в голосе. – Совсем даже не целитель, – пробормотала я уже осторожней и смущенно опустила глаза, испугавшись, что она откажет в помощи.

– А это и не важно. Я сказала – ты мне поможешь, а чем – я сама решу, – твердо заявила она и потопала вперед с горделивым видом.

Я в замешательстве посмотрела на Тосса.

– Ей виднее, – пожал он плечами, устремляясь следом со своей серой ношей, и уже тише добавил: – Не первую тысячу лет на свете живет, знает, что говорит.

– Тысячу? – громче желаемого переспросила я.

– С хвостиком, – невозмутимо уточнил он, не сбавляя шага. – Только тсссс… – понизив голос, прошептал кот еле слышно: – Она не любит, когда говорят о возрасте…

Тем временем пирит подошла вплотную к скалистой стене, коснулась ее ладонью, и камни расступились перед духом гор.

– За мной! – скомандовала она, на мгновение обернувшись. И шагнула в темноту.

Последовав за ней, мы оказались в каменной пещере с высокими потолками и горящим очагом.

– Сюда, – указала она на выстланный мехом пол.

Тосс послушно опустил на шкуры серого волка.

Своими хрупкими на вид пальчиками девушка с легкостью разорвала самодельную повязку, отбросила в сторону багряную ткань, от которой сладковатый запах крови распространился по всей пещере. Осмотрела рану, тяжко вздохнула и отправилась вглубь пещеры. Я даже не удивилась, когда стена перед ней открылась, а сама она скрылась внутри другой «комнаты». Впрочем, вернулась почти сразу, неся в руках большую серую сумку.

Бросила ее у огня, а сама плюхнулась рядом с ней, по-детски подогнув под себя ноги.

Пирит увлеченно начала доставать и выставлять ровным рядочком всевозможные пузырьки, тщательно рассматривая каждый на свет. Когда возле нее выстроилась внушительная батарея, она вспомнила о нашем существовании. Точнее, о моем.

– Кольцо свое тебе отдал… – прикусив губу, прошептала она.

Я отстраненно посмотрела на клубящийся внутри дым. Ну, отдал. Эка важность. Не обручальное же.

– Это хорошо, – добавила она, подумав. – Значит, хотел вернуться.

Если бы все было так, как хочется нам – тогда вряд ли бы я стояла коленопреклоненная перед очагом хранителя гор, тайно вымаливая у богов жизнь для вредного мага.

Татиана закатила глаза и провела двумя ладонями над серой шерстью. Затем пропела густым голосом что-то невнятное, касаясь кровоточащей раны.

Тело волка еле заметно вздрогнуло под ее прикосновениями.

– Это хорошо, – повторила она, оценив его реакцию.

Я немного расслабилась, но, как оказалось, рано.

– Питай его, – коротко приказала она, резко схватив меня за запястье, и без промедления погрузила мою руку прямо в зияющую рану.

Пальцы облепила кровь, и я отшатнулась назад, в ужасе пытаясь вырвать свою конечность, которую она, несмотря на мои протесты, все глубже погружала внутрь.

– Ему же больно! – выкрикнула я, сопротивляясь.

– Я что тебе сказала! – отпустив руку, прорычала она и наотмашь ударила меня по лицу так, что искры из глаз полетели.

В ответ захотелось хорошенько приложить ее об стену, чтобы тысячелетняя пирит собирала потом свои кости по всей округе. Но я должна была спасти умирающего мага, и ее удар напомнил мне об этом. Поэтому, подождав, когда от пощечины перестанет гореть щека, проглотила окровавленную слюну и свою гордость и ледяным тоном поинтересовалась:

– Что мне делать?

– Самоучка, – презрительно сжала губы девушка.

– Нет, его ученица, – кивнула я в сторону зверя, выдержав взгляд духа гор с завидным самообладанием. – Целых несколько дней.

Интерес блеснул в разноцветных глазах. Но через секунду пропал.

– Найди источник и отдай его энергию мальчику, – спокойно объяснила она и снова накрыла рану моей рукой, но уже не стала так сильно вдавливать ее в плоть. – Ты истинная. Ты должна это уметь.

От ощущения холода вместо ожидаемого тепла крови, обволакивающего мои пальцы, я даже не сразу сообразила, что мальчиком она назвала Верховного мага Кипавы… Но быстро взяла себя в руки, заставив себя не отвлекаться на подобные мелочи.

– Где взять источник? – спросила я с подчеркнутым спокойствием в голосе и замиранием сердца внутри.

– Где увидишь свет, – непонятно отозвалась пирит. – Закрой глаза и смотри.

С этого момента я для нее перестала существовать. Она продолжила петь что-то бессвязное, глядя на каменные своды пещеры и положив свою маленькую ручку поверх моей.

Я зажмурилась и попыталась увидеть мир вокруг другим зрением, сосредоточившись на собственных ощущениях. Какое-то время перед глазами стояла темнота, а потом… Может, мне помогла пирит, может, само место было необычным, может, подстегнуло желание вытащить Кстинара, не единожды спавшего меня, с того света… Мне не узнать, как это получилось, но… Цветовая гамма сменилась, из черноты проступили очертания предметов вокруг, и я поняла, что готова.

Не открывая глаз, повернула голову в одну сторону, в другую. Я видела, я действительно видела! Каждую трещинку в скале, каждый волосок на расстеленных мехах, каждое трепетание ресниц Татианы. Только все вокруг было тускло серым. Даже горящий огонь казался мертвенно-синим вместо красного. Ничего похожего на источник. Что мне делать? Он умирает с каждой секундой промедления. Моего промедления.

– Поторопись, – услышала я чей-то голос.

Я заволновалась. Время уходит. Слабо светился только силуэт тела волка. Нет, источник точно не он…

– Свет только от Кстинара, – опасливо прошептала я все же. – Тусклый.

– Да? – в голосе пирит прозвучало удивление. – Ищи другой источник, истинная, пока его свет не погас навсегда.

Отчаяние затопило сердце. Я мысленно просила помощи, звала, обращаясь ко всем богам, молила, умоляла…

Яркий свет ослепил внезапно. Близко, очень близко… Я машинально сжала в кулаке его источник. Он немилосердно слепил мое, ставшее вдруг чувствительным, зрение даже через ладонь и закрытые веки. Чароит, появившийся как всегда в неподходящий момент, нагло сиял своей энергией, и я распахнула глаза.

– Как удачно, – прошептала Татиана, увидев камень в моей дрожащей руке.

Обычно Кстинар реагировал на него по-другому. Видимо, что-то да отразилось в моих глазах. Потому что спокойно сидевший Тосс на раз превратился во взъерошенного кота, прижался своим лохматым телом ко мне и украдкой прошипел:

– Выброси его, найди другой источник! Король этого точно не простит! Ни тебе, ни нам, никому! Чароит принадлежит только ему, как и каждая капля его силы! Маг Огня, даже выжив, не смирится, если ты превратишь нас всех в…

Он замолк, не в силах продолжить. Я посмотрела в разноцветные глаза причине его внезапно наступившей немоты.

Пириты сильны.

– В рабов? В должников? В горы трупов? – равнодушно продолжила я за него и заметила ужас в кошачьих зрачках.

Он попятился.

– Все же попробую, – надменно вскинула я взгляд. Показная уверенность… Пусть хоть кто-то будет думать, что я знаю, что делаю… Эфемерный король пугал меня намного меньше, чем вполне реальная смерть мага.

Единственное, что я понимала, так это то, что другого выхода нет. Другого источника тоже.

Подчинившись чему-то необъяснимому, я взяла в одну ладонь сияющий фиолетовым светом чароит, а другой стиснула раненое плечо. Я не хотела причинять ему боль, но теперь знала, что так надо.

Пирит обняла меня свободной рукой и шептала на ухо какие-то слова, которые я повторяла, не вдумываясь. Вторая ее рука по-прежнему накрывала мою ладонь, лежащую на волке.

Фиолетовый свет яркой дорожкой побежал по моему телу от камня к волчьей плоти. Я снова увидела свою энергию. Она смешивалась с силой чароита и стекала в раскрытую рану.

Я внезапно осознала, что делаю то же самое, что и маг со мной. Вливаю в него свою силу и силу камня. Зеленые незнакомые дорожки, слегка уколов кожу, пробежали по моей ладони. Я проследила взглядом за их источником. Значит, еще и силу пирита.

Невольно ужаснулась. Он вообще выживет после такой солянки?!

Поймав мой взгляд, Татиана вместо ответа крепче стиснула мою руку. Она считает, что выживет. Тысяча лет. С хвостиком. Надеюсь, она не зря жила на свете и понимает в этом побольше моего…

Дыхание под моей ладонью стало глубоким и спокойным. Холод из раны ушел. Девушка отпустила меня, и я, задыхаясь, отползла в сторону. Не знаю, сколько прошло времени, сколько потратила я своей силы, сколько чужой, но расплата не заставила себя долго ждать. Я скорчилась на каменном полу, и никто не пытался облегчить мои мучения.

Сквозь туман в глазах видела, как Татиана обрабатывает ему раны, что-то ласково при этом мурча.

Боль отпустила одновременно с последней наложенной на тело зверя повязкой.

Тосс забился в угол и злым взглядом наблюдал за мной.

– Нужно было позволить ему умереть? – поднимаясь, грубо спросила я.

Он сверкнул глазами и отвернулся. Ах да. Он пока не может говорить. Пусть тогда подумает.

– Ты ведь дала камню имя? – спросила пирит, приблизившись вплотную.

– Да.

Напряглась, приготовившись выслушивать нотацию в стиле Кстинара – с оскорблениями, унижением и злостью.

– Умничка моя, – улыбнулась она, прижав меня к себе и поцеловала в лоб, специально привстав для этого на носочки.

Не такой я реакции ожидала! Недоверчиво нахмурилась, подозревая издевку. Но она улыбалась искренне.

– Обычно меня за это ругали, – призналась я.

– Я их понимаю, но этим ты спасла ему жизнь.

Вопросительно посмотрела на нее.

– Позже объясню, – засмеялась она и погладила пальцами по-прежнему зажатый в кулаке камень. – Храни его, он теперь лишь твой и может спасти не только твою жизнь, но и чужие. И от Короля защитит, если посчитает нужным.

Я хотела обложить ее вопросами, но она не позволила.

Отстранила меня в сторону, а сама не торопясь подошла к недовольному Тоссу, погладила его уши.

– Она сделала правильный выбор.

Он отвернулся.

Татиана достала лимонно-желтую настойку, села рядом с ним и стала осторожно втирать в его шкуру. Он и не пытался сопротивляться. Вместо этого послушно лег перед ней и позволил намазать себе даже нос густым слоем. Глаза закрылись и через мгновение котэй уже спал.

– Что это? – потянула я носом воздух. Знакомый запах заставил посмотреть в ее разноцветные глаза. – Это же…

– Валерьянка, – как ни в чем не бывало улыбнулась она.

– Так он же сейчас… – я не договорила, так и не придумав, что именно должен делать котэй под валерьянкой. Если брать пример с домашних котов, то точно не спать.

– Утром немного поболеет и все, – она заметила раненую подушечку на его лапе и тут же обработала ее другой мазью. – А пока пусть расслабится. Отдохнуть сейчас ему важнее. Да и тебе тоже. Хочешь, помогу? – поднимаясь с колен, предложила пирит.

И твердо направилась ко мне, уже сжимая в кулаке какой-то бутылек.

В гробу я видала такую помощь.

Поэтому я быстро сделала шаг назад и выставила руку перед собой, преградив ей путь.

– Спасибо, я сама.

– Как знаешь, – согласилась она, пожав плечами, и подошла к очагу.

Под моим настороженным взглядом Татиана собрала все свои пузырьки обратно в сумку и подошла к проему в расступившихся скалах.

– Спокойной ночи, – обернулась в последний момент ко мне.

Я рассеянно кивнула.

– Спокойной. Да.

Она хмыкнула и, легко улыбнувшись, скрылась в скале.

Я приблизилась к лежащему на полу волчьему телу. Помедлила, робея, но потом все же погрузила руку в его пушистую шерсть. Теплая. Мягкая. Потрогала нос – горячий. Но выглядел волк значительно лучше, чем совсем недавно. Дыхание ровное. Зрачки под веками не бегают. Кровь не сочится сквозь повязку. Может, и правда хорошо?

Тем не менее уснуть я так и не смогла.

Положила голову волка к себе на колени и просидела так всю ночь, прислушиваясь к его дыханию. Были моменты, когда он начинал поскуливать и перебирать лапами, как будто пытаясь вырваться. Я неизменно пугалась и успокаивающе гладила его, прижимая к себе. Только бы выжил…