Глава 16

Следующий день резко отличался от предыдущего. Больше меня не мучили, не задавали вопросов, на которые я бы не захотела отвечать, и не пытались убить. Даже не стали запирать в комнате после обеда и позволили передвигаться по первому этажу.

Я тут же этим воспользовалась и принялась обшаривать комнаты на наличие предметов, похожих на артефакт. К сожалению, пока безуспешно. Зато заметила, что возле выхода из замка стоят два вооруженных стражника. Я сделала вид, что просто прогуливаюсь рядом, с трудом сумев скрыть досаду. Потом таких же стражников увидела у каждой лестницы, ведущей вниз или наверх.

Ощущение свободы оказалось ложным. Просто вместо клетки мне предоставили вольер. Наверное, я должна была испытывать благодарность к великодушному королю, но этого не произошло.

Я не заметила в замке ни одной женщины. Прислуга состояла из полулюдей-полурыб, которых презрительно называли грумами, но и они все были мужчинами.

Ассариен изъявил желание поужинать вместе со мной, и грумы накрыли нам стол на двоих. Я даже не была против, потому что это давало возможность внимательно рассмотреть короля в попытке найти нужную вещь. К тому же он больше не напоминал о моей роли здесь и относился как к гостье, как бы это смешно ни звучало.

Весь вечер я украдкой разглядывала его, пытаясь угадать, на нем ли сейчас амулет или надежно спрятан от чужих глаз в каком-нибудь тайнике. У себя дома он не носил ни лат, ни плаща, но одет был очень аккуратно. Плотная светлая рубашка застегнута до самого горла, и понять, скрывается ли под ней то, что я ищу, было невозможно.

– Ты знаешь, Чара, – обратился он ко мне, закончив трапезу. Удивительно, но я быстро привыкла к своему новому имени и ни разу не вздрогнула, когда он меня так называл. – Я не люблю грязь.

Я удивленно посмотрела на него.

– Кровь, страдания, боль, – пояснил он, делая глоток красного вина. – Можешь мне не верить, но это так.

Недоверчиво хмыкнула, невольно коснувшись своего лица. Он заметил мой жест, поставил бокал на стол и подошел ко мне.

– Иногда нужно чем-то жертвовать, – он посмотрел мне в глаза, вкладывая в свои слова куда больший смысл, чем я могла понять. – Это не значит, что я это одобряю. У каждого свои методы.

Ассариен протянул руку к моему лицу, и с его пальцев сорвался голубенький огонек, который тут же впитался в кожу, залечивая раны. Отек сразу спал, голова перестала болеть, а ссадины затянулись. Я робко ощупала скулы и глаза и подошла к большому круглому зеркалу, висящему на одной из стен.

Синяки тоже пропали. На меня смотрела худая темноволосая девушка с потухшим взглядом больших серых глаз. Не оживляло внешний вид даже ярко-красное платье, одетое сейчас на мне, поскольку предыдущее голубое стало похоже на лохмотья.

На секунду мне показалось, что на шее блеснула цепочка с чароитом. Я приложила руку к вырезу на груди, ища подвеску. Конечно, ее там не было, но ощущение присутствия осталось. Я почувствовала тоску по своему камню и острое желание вернуть его. Настойчивое, такое же навязчивое, когда я захотела дать камню имя. Неспроста…

Король подошел ко мне сзади и, глядя на мое отражение, произнес:

– Мне нравится, когда все гармонично. Я люблю красоту вокруг себя, поэтому Сайгер тебя больше не побеспокоит.

– До новолуния, – уточнила я с грустной улыбкой, смотря на отражение его глаз в зеркале.

– Да, – подтвердил он спокойно. – Зато ты умрешь достойно и не напрасно.

Не напрасно! Ради какой-то незнакомой мне идиотки, погибшей от его руки! Я подавила свои эмоции, начавшие бурлить где-то в районе горла, и отошла от зеркала.

– Просто прими это как должное, – донесся до моей спины его голос. – Тем более кусочек твоей души будет жить рядом со мной.

Я не желала слушать его планы на мое будущее и странные намеки, поэтому решила перевести тему, пока способна говорить спокойно.

– Я же не смогу выбраться отсюда? – спросила, резко повернувшись. Даже не спросила, а напомнила ему об этом.

– Конечно нет, – не стал он врать, но удивился вопросу.

– А я могу попросить кое о чем?

– Попробуй, – усмехнулся он. Думает, я буду умолять отпустить меня? Ну уж нет, злить его я не собираюсь. Унижаться напрасно – тоже.

– Я хочу обратно свое украшение, которое ты забрал. После моей смерти оно все равно вернется к тебе, а пока я поношу его, можно?

Он задумался ненадолго. Похоже, он ожидал чего угодно, но только не подобной просьбы.

– Украшение? – хмыкнул он, а я кивнула в ответ. Пусть думает, что для меня это просто симпатичная побрякушка. – Зачем оно тебе?

Я неопределенно пожала плечами, я и сама не знала, но мое отражение в зеркале настойчиво требовало вернуть этот кулон обратно на шею.

– Не знаю. Мне его не хватает. Здесь все чужое, незнакомое, даже одежда, – я брезгливо пощупала ткань платья. Никогда их не носила. – Мне будет не так одиноко…

Я с надеждой подняла на него глаза. Он снова посмотрел на меня, сверкнув неестественной синевой. Это он так проверяет: вру я или нет?

– Тебе принесут его вечером, раз ты так к нему привыкла, – ответил он после продолжительного молчания. – Только силы он тебе не придаст, не надейся.

– Я даже не думала об этом, – честно призналась я.

– Надо же, как интересно, – задумчиво произнес он, смотря в окно и упершись ладонями в подоконник. – Первая и последняя…

– Что? – не поняла я.

– Ничего, – резко развернулся он ко мне лицом. – Считай это своим последним желанием.

И он его исполнил. Перед самым сном один из слуг принес мне чароит. Мой, тот самый, все еще висящий на подаренной пирит золотой цепочке. Я легла в постель и долго разглядывала его.

– Ну и зачем ты мне сейчас? – спросила вслух. Камень возмущенно вспыхнул, я грустно вздохнула и повесила его себе на шею. Поняла, что день прошел бесполезно, и я ни на шаг не приблизилась к своему спасению. Может, завтра повезет? Не теряя надежды, свернулась калачиком и прижала подвеску к груди. От нее разлилось тепло по всему телу, и я сразу заснула.

* * *

Я опять иду босиком по выжженной земле. В свете заката иногда различаю мертвых людей, лежащих повсюду. Стараюсь не смотреть на них. У меня сейчас другая цель, более важная. Найти. Найти и отомстить ему за смерть близких, за сожжённый дом, за разбитую жизнь. Я знаю, он должен быть здесь. Он всегда приходит посмотреть на дело рук своих. На то, как подаренная его невестой сила не спасает людей от смерти…

Руки сжимают рукоятку кинжала. Только бы найти. Найти…

Меня резко хватают сзади чужие руки. Не глядя, наношу удар. Нож вылетает из ладони и падает на землю, не достигнув цели. Я издаю стон бессилия, а тот, кого я хотела убить, крепко держит мои запястья и с интересом меня разглядывает.

– Как самонадеянно, – усмехается он, не отводя холодный взгляд.

Я рычу в ответ и пытаюсь вырваться. Он зовет кого-то из своих воинов и приказывает меня связать, а сам наклоняется и поднимает с земли нож.

– Клинок из обсидиана? – удивленно приподнимает бровь, разглядывая черное лезвие. – Решила лишить меня силы? Смело. Только что ты стала бы делать с такой мощью?

Я снова рычу от бессилия и злобы.

– А ты знаешь, – он наклоняется к самому моему лицу. – Ты ведь подала мне идею. Я так не люблю всю эту грязь…

Яркий свет слепит глаза. Я стою в середине круга, из глубины которого и исходит это свечение. Обе мои руки привязаны над головой, я практически повисла на них. Спину холодит. Повернула голову вбок. Так и есть. Позади расположен огромный камень голубого цвета, отполированный до блеска. От земли и до самого его верха, где прикреплены цепи, удерживающие мои руки, он испещрен столбиками незнакомых символов. Как будто вертикальный алтарь. Я сразу попыталась вырваться. Безрезультатно, только запястья заболели.

– Наконец-то эта ночь настала! – произносит торжественный низкий голос, который недавно говорил «пора». Я уже ненавижу его обладателя, хотя лица еще не разглядела. Медленной походкой ко мне направляется высокий мужчина. Виден лишь его силуэт, потому что меня окружает яркий свет, а он появляется из темноты.

– Часть твоей души отныне будет принадлежать мне!

Я чувствую, как от звука этого голоса меня охватывает ужас, и вырываюсь сильнее. Тем временем он подходит совсем близко, передвигаясь все так же неторопливо, уверенный, что мне некуда бежать.

– Что же ты боишься? – его голос разливается по моим венам, и от этого кровь в них стынет. – Это своего рода бессмертие… И ты будешь первой…

Он шагнул внутрь круга. Мой взгляд приковала небольшая тарелочка из черного камня и поблескивающее острие выполненного из такого же материала кинжала. Это мой нож! Мой! Я много отдала за его создание, и он должен вонзиться в его сердце. Что он положит в эту ритуальную чашу? Мое сердце? Я не могла отвести взгляд от кинжала, ручку которого он нежно поглаживал. Это несправедливо. Это он должен умереть. А он подошел ко мне вплотную. Так, что я чувствовала его дыхание, и наклонился к моему уху.

– За все нужно платить, – шепнул он. – Цена за бессмертие – твоя жизнь, истинная! Твоя короткая жизнь…

Его последние слова потонули в моем крике. Острая боль пронзила мою грудь, я не могла дышать. Он не убил меня сразу, и я знала почему. Ему мало лишить меня жизни, клинок создан не для этого. Не только для этого. Я еще жива, но не могу дернуться, пошевелиться и даже вздохнуть.

Я приоткрыла зажмуренные веки и увидела, как он с довольной улыбкой наблюдает за тем, как из моей раны по кинжалу вытекает моя сила. Радужная, мерцающая искрами сила текла прямо в черную чашу и уплотнялась на ее дне. Он поднял на меня взгляд и улыбнулся.

– Я хочу сделать тебе прощальный подарок, – сказал он. – Только назови свое имя.

Пусть знает, кто желает его смерти больше всего на свете. Я найду, как отомстить даже с того света, и тогда он вспомнит…

– Чара… Чароиталь… – произнесла из последних сил, с ненавистью глядя ему в глаза.

Голубые прозрачные глаза смотрели на меня с ликованием, садистская улыбка делала его лицо еще страшнее, но я не отвела своего взгляда.

А моя сила уже перестала вытекать из раны. Ее больше нет. Совсем нет. Ощущение пустоты и безысходности затопило душу.

– Спасибо, – ухмыльнулся он и вогнал кинжал в мое сердце до конца. Я попыталась закричать от ужаса и боли, но не смогла, крик застрял в горле вместе с дыханием. Вместе с последним вдохом по лезвию кинжала пробежал зеленый огонек, превратился в зелененькую капельку и упал на дно ритуальной чаши, в которой уже все плотнее сжималась моя сила…

Сжималась, сжималась, сверкнула вспышка, и на дне теперь лежал невзрачный сиреневый камушек. Он слегка пошевелил подставку, и он забренчал, подпрыгивая.

– Так вот ты какая, Чара…

Положил камушек на ладонь, рассматривая.

– Я обещал подарок, – улыбаясь, проговорил он и сжал камень в кулаке. – Теперь твое имя будет известно в веках. Им будут называть всех твоих сестер. Теперь никто не узнает, откуда я взял чароит…

А я сама не поняла, как так оказалось, что я смотрю на это словно со стороны, и не могла произнести ни слова. Только в последний раз посмотрела на тело девушки, прикованной к алтарю. Хрупкая фигура, одетая в белое платье, залитое кровью. Голова безжизненно болтается, потому и не видно лица. Но я уже поняла, что это не мое тело… Волосы были рыжими… Так, может, для меня еще не все потеряно?..

– Теперь у тебя мое имя, а у меня твое, и мы теперь одно целое, – услышала я знакомый женский голос у себя в голове перед тем, как проснулась в холодном поту. Мой? Этот голос мой?! – А значит, я свободна и могу мстить…

* * *

Я открыла глаза. Уверена, в них до сих пор отражался пережитый ужас. Сердце бешено колотилось, а в голове эхом стучали последние слова: «Мстить… мстить… мстить…» Как хорошо, что уже рассвет! Ложиться спать снова было страшно.

Я села на кровати и в первых розово-золотистых лучах солнца внимательно посмотрела на свою подвеску. Камень как камень. На вид – ничего примечательного. Он даже не похож на драгоценный. Если бы такой валялся на земле, а я шла мимо, то даже не заметила бы его. Но теперь, когда я узнала… Он вызывал в моей душе трепет, боль и… уважение.

– Ты была живой, – задумчиво произнесла я вполголоса, разглядывая чароит. – Ты не камень, ты концентрированная сила и душа девушки…

Чароит коротко вспыхнул, по-видимому, соглашаясь. И что мне теперь с этим знанием делать?

– Вот тебе и единственное в мире месторождение… – вздохнула я. – Интересно, где он держит остальную коллекцию?..

Конечно, Чара ответить не могла. Да, теперь я знала и ее полное имя, но очень уж привыкла к старому сокращенному. Тем более раз она сама его приняла, я продолжала называть ее так.

Постаравшись выкинуть все лишние мысли из головы, я оделась и вышла из комнаты. Куда именно собиралась пойти в такую рань, еще не решила, но надеялась никого не встретить по дороге. Целью прогулки как всегда был артефакт.

До самого завтрака я плутала по замку. Изредка мимо проходили грумы, но они меня не волновали. Я так ничего и не нашла. И днем не нашла. И вечером.

За завтраком Ассариен рассуждал на философские темы относительно важности и ценности человеческой жизни. Я почти не слушала, вспоминая свой сон. Потом не выдержала и спросила:

– Правда ли, что чароит можно найти только на дне этой реки?

– Правда, – если он и удивился вопросу, то вида не показал. – Даже искать не надо, он весь в одном месте.

– Разве это возможно? – прикинулась я ничего не понимающей.

– О да! – в голосе зазвучало самодовольство. – Я потратил много времени, чтобы собрать все экземпляры. Каждый стал для меня чем-то особенным…

Я поежилась от охватившего меня озноба. При обладании знанием об истинном происхождении камней его слова звучали ужасно.

– А… – охрипла даже, пришлось сделать паузу и прокашляться. – А… Их у тебя много?

– Тысячи! – Король не скрывал гордости, а я с трудом подавила волну ненависти. Тысячи жизней невинных! Он чудовище!

Он не заметил перемены в моем состоянии и продолжал рассказывать. Видимо, собеседников обычно у него не наблюдалось.

– У каждого камня своя роль. Своя, только ему характерная сила. А вместе – непобедимая мощь, неограниченный источник энергии. Это идеальный… – он запнулся, подбирая слово. – Минерал… Я его ценю. Для каждого свое место в моей коллекции, а этот мне особенно дорог.

Он подошел и коснулся моего кулона.

– Я не мог не заметить его пропажи. Он и привел тебя ко мне. Это очень необычный камень… – голос его стал жестким. – Благодаря ему я всегда знаю, где ты находишься, поэтому прекращай обыскивать мой дом. Все равно ничего не найдешь, кроме проблем. Ты же помнишь условия, на которых я забрал тебя у Сайгера? Или ты по нему соскучилась?

– Н-нет… – торопливо сказала я, судорожно сглотнув. – Не соскучилась…

– Думаю, мы друг друга поняли, – согласился Король и оставил меня одну, удовлетворенный моим перепуганным видом.

Я обессиленно опустилась на кресло и закрыла глаза руками. Так глупо попасться, он наверняка догадался, что я ищу. Вдохнула, выдохнула. Успокоилась и приняла решение. Буду играть по его правилам…

С тех пор на поиски артефакта я стала выходить без кулона на шее. Он оставался в комнате под подушкой, а я выкраивала ото сна часы перед рассветом и продолжала свое дело, только стала осторожнее и не попадалась на глаза слугам.

В одно не очень прекрасное утро я и нашла эту комнату. Странно, что она оказалась не запертой, видимо, у себя в замке королю некого опасаться. Я мышкой прошмыгнула за невзрачную дверь и оказалась в длинной светлой комнате, стены которой от пола до потолка были усыпаны сиреневыми камушками с зелеными вкраплениями. Солнце играло на их неправильных гранях, и вся комната переливалась. Здесь не было ни единого предмета мебели, только чароитовые стены.

Я прошла по всей комнате, касаясь ладонью этих стен. Даже сквозь браслеты, сдерживающие силу, ощущалось, как под моими пальцами пульсирует энергия камней. Ассариен поскромничал. Здесь не тысячи, здесь десятки тысяч, если не больше! И каждый камушек – чья-то оборванная жизнь, чьи-то несбывшиеся мечты, чья-то томящаяся в неволе душа…

И в этой комнате пустовали только два места рядом – одно в центре самой длинной стены: углубление, повторяющее формой мой чароит и покрытое золотом, было видно издалека. А другое, обычное – по соседству. Если брать за точку отсчета первый пустующий паз, то второй замыкал круг. И он был приготовлен для меня.

Скоро я умру, а от меня останется только безликий камень, из которого король будет тянуть силу для путешествия в царство мертвых. Вот оно, мое будущее. С этой мыслью я опрометью вылетела из комнаты и долго приходила в себя, сидя на своей кровати.

* * *

Время неумолимо шло вперед, а результатов я никаких не добилась. Ничего не нашла. Ничего! Я уверена, что он всегда держит амулет при себе, но проверить никак не могу, а сегодня уже новолуние…

Весь день прошел как обычно, но только все знали, как он должен закончиться. Я украдкой прижимала к себе кулончик крепче и шептала:

– Чара… Чара.

Я ведь почти угадала ее настоящее имя…

Чувствовала, как внутри камня накапливается сила с приближением новолуния. Чувствовала, но воспользоваться ей не могла…

Вечером грум принес мне платье. Белое, свободное, как саван. Вообще-то для меня оно им и было.

Я покорно надела его, кулон спрятала под одежду, ощущая его тепло и нарастающую вибрацию… Посмотрела в зеркало на свой бледный вид и стала нервно метаться по комнате, надеясь, что меня внезапно озарит светлая идея своего спасения.

Позже заявился Сайгер. Он был необычайно сосредоточен, немногословен и торжественен. Ни жалкого вида, ни садистского взгляда, лишь уверенность и предвкушение чего-то очень важного.

– Пей, – протянул он мне чашу с дымящимся отваром и приторным запахом.

Наверное, что-то одурманивающее, чтобы я не сопротивлялась и бодреньким шагом сама побежала на алтарь… Мне сегодня нужны незамутненные мозги, но Сайгер не спускал с меня пристального взгляда, и пришлось выпить все до капли. Лишь после этого по его лицу скользнула знакомая мерзкая ухмылка, и он вышел из комнаты, заперев дверь на замок.

Я стрелой побежала в маленькую примыкающую к комнате уборную и избавилась от содержимого желудка. Даже если это очень сильное средство, мне будет легче думать. Села на кровать и попыталась принять расслабленный и отрешенный вид. Это было очень сложно: нервы на пределе, сердце колотится, низ живота сводит, но я справилась, и лицо стало похоже на бесстрастную маску. Главное, не поддаться панике и не выдать себя раньше времени. Если у меня и будет возможность спастись, то только одна.

Ассариен пришел за мной лично, едва стемнело. Замер в дверях и одобрительно на меня посмотрел. Подошел ближе и поправил чароитовый кулон на моей груди.

– Да, – кивнул он сам себе, уверенный, что я не воспринимаю происходящее. – Это будет символично замкнуть круг смертей в присутствии первой. Первая и последняя.

Опять взял в руку подвеску и долго ее рассматривал. Потом отпустил и снова посмотрел на меня. Я попыталась сделать взгляд пустым.

– Мне даже будет тебя не хватать, – признался он и, взяв меня за руку, повел за собой. Я еле передвигала ногами, словно пьяная, все-таки зелье оказалось очень сильным, но зато я немного успокоилась. Ровно настолько, чтобы с легкостью сохранить видимость спокойствия и безмятежности и унять дрожь в руках.

А вот и знакомый алтарь… Кто бы знал, каких трудов мне стоило не начать истерику при виде его! Я еле заметно закусила губу и встала к нему вплотную, коснувшись спиной прохладного камня.

– Сайгер, – услышала властный голос и затаила дыхание. Неужели сейчас все закончится? – Принеси все необходимое.

Увидела удаляющийся черный силуэт и чуть перевела дух. Несколько минут я еще поживу…

Ассариен взял мои руки и не торопясь снял с них браслеты… Конечно, ему же нужна моя сила, а они ее блокируют. Обхватил запястья одной рукой и поднял их над головой, чтобы зафиксировать.

Я не сопротивлялась, и со стороны могло показаться, что безучастно наблюдала, как он пытается справиться с металлическими кандалами. На самом деле я ждала, когда он отвлечется или ослабит хватку, чтобы воспользоваться моментом. Как взведенная пружина. Но внешне сохраняла вид полной отрешенности.

Руки его чуть увлажнились, наверное, от предвкушения. Еще бы! Совсем немногое отделяет его от достижения цели. Остался последний шаг, последняя жертва… Его лоб уже покрыли бисеринки пота, а он все не мог одной рукой открыть защелку. Она не поддавалась и непослушно выскальзывала из пальцев.

Король выругался и нервно дернул ворот своей одежды, оторвав несколько пуговиц, разлетевшихся в разные стороны. Ткань разошлась в стороны, обнажив грудь, и я увидела висящую на его шее прозрачную звезду, в центре которой светится голубой камень.

Это его амулет! Всегда скрытый от глаз, сейчас он едва ли не касался моего лица, вывалившись из-под рубашки… Вот он – шанс! Больше его может и не быть.

Я резко вырвала обе руки, заехав ему по носу. Это было не сложно. Он ведь не ожидал от меня решительных действий, думал, что я под влиянием их зелья. А я быстро содрала с короля амулет, оцарапав при этом кожу на его шее, и одновременно подло пнула между ног.

Он согнулся с воем, а я выбежала из круга, на ходу надевая цепочку с поблескивающей звездочкой себе на шею. Что теперь? Куда бежать? Где выход? Я знала, что его нет, но все равно бежала прочь от смерти.

Спиной почувствовала удар магии, но успела поставить защиту. Ого! Ассариен еще и отлетел от отдачи, интересно, это заслуга его же «звезды» или чароита, накопившего силу?

– Ты все равно не выберешься отсюда, – летит мне вдогонку. Его голос опять почти спокоен, но это «почти» настолько чувствуется, что режет слух.

Я невольно обернулась. А вот теперь я увидела его в гневе по-настоящему! Это страшно, правда. Он стоял, не шевелясь, а глаза его сузились и светились ярким голубым светом. Водяная стена перестала быть прозрачной, она вспенилась, забурлила, из нее начали появляться его подданные. Целая армия. Сотни разномастных существ с чешуей, перепонками, плавниками надвигались прямо на меня одну. Ощерившись острыми клыками, вооруженные копьями, они шли в бой, зажимая меня в кольцо.

– Не убивать!!! – раздался его предупреждающий рык.

Конечно, зачем я ему мертвая? На это и понадеялась при сопротивлении. А сопротивлялась я отчаянно. И где сил столько взяла? Один за другим посылала пульсары в окруживших меня рыбообразных.

Они сгорали на месте, но не пытались увернуться, а плотной стеной шли вперед. Такие же зачарованные, как и тролли… Идущие на верную смерть по воле господина… Вокруг меня уже образовалась выжженная черная пустыня, а они не заканчивались…

Я только и успевала хаотично бросать фиолетовые шары, мечась из стороны в сторону, чтобы не подпустить никого из них к себе. Влево, вправо… Не оборачиваясь, запустила пару шаров себе за спину. Уже голова кружится от этой пляски. Я не сдамся, ни за что, но они все равно окажутся сильнее. Это лишь вопрос времени… Отчаяние захлестнуло меня… Что делать, Чараааа?

Камень вспыхнул, и его яркий фиолетовый луч указал в небо. Это сигнал?

Действительно, как по команде раздался нарастающий гул. Я не увидела источник этого странного шума, потому что отвлеклась, чтобы уничтожить подошедших слишком близко воинов короля. Он без жалости разменивал их на последнюю каплю силы. То есть на меня. С трудом нашла секунду времени и посмотрела наверх. А там как раз начиналась нешуточная схватка.

Драконы. Настолько много, что они заполонили небо. Красные, черные, золотые огнедышащие против бирюзовых и темно-синих водяных. Все смешалось – вода и пламя. Темное небо разрывало цветными красками, рев стоял в ушах. Я даже удивиться как следует не успела, а меня ждал новый сюрприз.

Земля стала сходить с ума. Трескалась, разваливаясь на части, каменные глыбы поднимались в воздух и закручивались, а после обрушивались на головы моих врагов, хороня их под собой. Узнаю эту магию… Татиана! Она здесь, только я ее не вижу. Эта мысль придала мне сил, и я встретила очередных противников широкой смертоносной волной, оскалившись безумной улыбкой. Я теперь не одна!

– Она украла амулет! – услышала я сзади дикий возглас Ассариена, а, обернувшись, увидела, кому он об этом сообщил. Сайгер, с перекошенной от злобы рожей, стоял рядом с алтарем и с ненавистью сжимал в руках кинжал. Черные дымчатые тени окутали его запястья и ползли вверх до локтей, клубясь и становясь все гуще.

Он маг. Сайгер – маг! Эта мысль внушила мне ужас, я думала, что он просто кровожадный и жестокий человек, но маг… Это меняет многое.

А темнота вокруг его рук стала вытягиваться и превратилась в две плети из черного тумана. Они извивались, словно живые, и тянулись в мою сторону. Он сделал шаг ко мне и взмахнул ими… Я не знаю, как отражать такие удары! Кстинар не успел меня этому научить, но я откуда-то знала, что нельзя, чтобы эта чернота схватила меня.

Уверена, что даже амулет Ассариена не поможет. В любом случае проверять не хочу. Я отпрыгнула в сторону, одновременно очистив себе путь от морских монстров несколькими пульсарами. Плети глубоко пробороздили землю, заставив взлететь в воздух камни и тех воинов, что находились рядом. Он только примеривался и остался доволен.

– Не убивай ее! – напомнил король. – Я сам…

– Что вы, ваше сиятельство, – не сводя с меня улыбающийся взгляд, ответил он, замахиваясь посильнее. – Я буду рад помочь, но умрет она на алтаре… Как подобает истинной.

Снова удар, и земля пошла крупными трещинами… Я опять увернулась, но это было сложнее. Приходилось обороняться от кишащих повсюду королевских воинов, и я не могла найти время, чтобы атаковать Сайгера, который уверенно и неторопливо подходил все ближе, со свистом рассекая воздух резкими ударами плетей.

Шаг, еще шаг… Взмах. Плети, сотканные из черного тумана, врезались в почву совсем рядом со мной. Я успела отскочить в сторону, уходя от их удара, но неудачно потеряла равновесие и растянулась на земле. Увидев торжество на лице Сайгера, попыталась встать и пустить в него пульсар одновременно… Плотная чернота успела обхватить меня за ногу, а другая плеть обездвижила руку, обжигая и разрывая кожу…

Он начал подтягивать меня к себе, а я свободной рукой все-таки смогла отправить в него сгусток энергии, от моей злобы такой же черный, как и его магия. Ему пришлось отпустить мою ногу, чтобы отмахнуться от пульсара плетью. Шар тут же растекся и впитался в нее, а Сайгер нетерпеливо дернул плеть, обвивающую мою руку, сильнее, так, что я упала на землю. А сам обвил магией мое второе запястье и быстрым шагом пошел в сторону алтаря, не давая мне встать и унизительно волоча за собой. Видя, что я в ловушке, воины оставили меня в покое, но битва вокруг продолжалась.

Так же взлетали и падали булыжники, так же ревели драконы, откуда-то появились люди или маги, котэи или оборотни – кто свои, кто чужие, я разобрать не могла, все напоминало кипящую кашу.

Ассариен стоял неподвижно, раскинув руки в стороны, окутанный голубоватым свечением, и никто не мог приблизиться к нему. Даже без амулета, в состоянии высшей концентрации он был очень силен и управлял своим войском. К тому же его верноподданные не давали даже возможности подойти к нему. Стояли насмерть и все прибывали и прибывали из толщи воды.

– Отпусти! – знакомый хриплый голос, как музыка для моих ушей.

Огненная плеть обхватила черную и прожгла ее пополам, освободив меня. Не веря своим глазам, я вскочила на ноги и кинулась к Кстинару, который схлестнулся с удивленным Сайгером, обвив его плети огнем и удерживая их на месте.

Огонь и тьма сплелись, словно вьюнки, слышался надрывный треск магии, но никто из магов не сдавался. Я добежала до Кстинара, по пути пульсарами разгоняя пытавшихся помешать мне или ему, и прильнула всем телом и щекой к его спине, обхватив сзади. Всего на секунду, но этого хватило, чтобы ощутить жар его тела, чтобы понять, что он здесь, настоящий, живой.

– Спрячься, – шепнул он, не оборачиваясь ко мне. – Подальше отсюда.

– Здесь негде спрятаться, – также шепотом ответила я, зная, что он все расслышит, даже несмотря на шум вокруг. – Я останусь с тобой.

Прижалась своей спиной к его и продолжила начатое. Как же их много! Но теперь я не одна, увидела и Тосса, и Адриана, и… Марьям?! Она-то что здесь делает? Ничего себе целительница! Если можешь лечить, то, оказывается, можешь и калечить, какое простое правило… Под прикрытием Натаруэль, которая управляла зелеными лианами, вылезающими из земли и разрывающими жертв на части, моя подруга перенаправляла жизненную силу противников, которые падали замертво, лишившись ее… В данный момент чья-то жизненная сила перешла на меня, потому что все порезы затянулись прямо на глазах, тело перестало болеть и стало легким, а Марьям хитро мне подмигнула, поймав изумленный взгляд. Ничего себе там наставники! Быстро обучают… Понятно, почему Кипаву боятся… Ассариен подписал себе смертный приговор, связавшись с ней, сам того не зная…

– Я думал, ты тогда сдох, – присмотревшись к магу, сказал Сайгер и скривился.

– А я надеялся, что это ты сдох, – не остался в долгу Кстинар. – Ну, ничего, сейчас исправим это досадное недоразумение.

Огненные потоки внезапно стали ярче и обхватили Сайгера за руки, заставив его взвыть от боли.

– Ах ты!.. – он-таки вырвал руки из кольца огня и взмахнул опять туманными хлыстами. Кстинар не стал уворачиваться, просто перехватил их своими и направил в сторону. Следующими в мага полетели черные тонкие извивающиеся нити, на которые он не обратил внимания, а ударил огненной волной в Сайгера. Тот бросился на землю и увернулся, хоть и опалил себе одежду, но быстро вскочил на ноги.

– Ты избавился от моей привязки, – растерянно пробормотал он, увидев, как нити скользнули по телу мага, не причинив вреда.

– Как видишь, – усмехнулся Кстинар, с наслаждением угощая его еще одной порцией огня.

Так эта скотина сделала из мага чудовище? Вот урод! Сама убью, собственными руками! Не удержалась и высунулась из-за Кстинара, посылая два темно-фиолетовых шара. Не успела разглядеть, попала ли, потому что меня вернули на место легким движением руки. Похоже, что, да, попала, судя по реву Сайгера и легкой усмешке Кстинара.

Ох, зря я решила еще раз выглянуть и посмотреть на результат, потому что со спины на меня тут же напала какая-то дрянь и отбросила в сторону, навалившись сверху мокрым склизким телом. Вцепилась мне в горло липкими руками и принялась душить. Я ударила ладонью ей в грудь, прибавив к удару магию. Тело разорвало на куски, сама не ожидала такого результата.

Поднявшись, я поняла, что случилось страшное – на моей шее больше не было украденного у Короля амулета. Где он – я могла только догадываться. Наверно, эта гадина стянула, пока меня по земле валяла. Теперь я была гораздо уязвимее, чем раньше, и Ассариен мгновенно на это отреагировал.

Его глаза в упор посмотрели на меня. Ярко-голубые, сверкающие, без белков и зрачков, они вспыхнули еще сильнее, и весь мир словно замер вокруг. Звуки стали доноситься как будто издалека, а сам король оказался перед моим лицом. Только что был далеко, метрах в ста от нас, а сейчас пытается заломить мне руки.

Я от удивления даже не взвизгнула, а про сопротивление и вовсе подумать не успела, так что он с легкостью скрутил меня и потащил к алтарю, до которого было всего с десяток шагов. Опомнилась и принялась барахтаться, но против крепко сжимавших мужских рук оказалась бессильна, и создаваемые мною пульсары били мимо цели, потому что как тут прицелишься, если выворачивают руки?

Зато безрадостно заметила изменения в обстановке. Мы теперь находились внутри ледяной сферы, сквозь толщу которой с трудом можно было разглядеть сражающихся людей и нелюдей. Помимо меня, алтаря и Ассариена, здесь оказалась только сцепившаяся в магическом поединке парочка из Кстинара и Сайгера. Жаль, что Сайгер снаружи не остался…

– Сайгер, мне нужен нож! – прошипел Ассариен, подтаскивая упирающуюся меня к голубому камню.

Тот отбросил Кстинара мощным ударом и кинул кинжал под ноги Королю.

– Подожди, пока я с ним разделаюсь, – попросил Сайгер, снова поднимая мага в воздух черными щупальцами и обрушивая его уже безвольное тело на ледяную стену. Мое сердце больно при этом сжалось, но понять, жив ли он еще, не удалось.

Ассариен молча прикрепил мои руки над головой к камню алтаря.

– Я и так ждал предостаточно, – сказал он негромко, пальцем скользя по острому лезвию.

Слегка прикрыл глаза и стал бормотать что-то непонятное. Изредка я слышала свое имя. Точнее, имя Чары, но ведь он думает, что мое? Я извивалась и пыталась освободиться, но тщетно. С запястий сочилась кровь от врезавшихся в кожу цепей, но я не оставляла надежды и билась всем телом о камень, невольно заставляя цепи еще глубже впиваться в нежную плоть.

А Король закончил свое неясное бормотание и, открыв глаза, преодолел последний, разделяющий нас шаг. Коротко замахнулся и вонзил острие мне в грудь.

Как же больно! Гораздо больнее, чем во сне! Я даже не смогла закричать, лишь застонала, прикусив до крови губу… Каждый вдох был мучением, и я дышала мелко и часто…

– Скоро все закончится, – прошептал он побелевшими губами, наблюдая, как радужная энергия покидает мое тело, стекая по рукоятке кинжала в черную чашу…

– Это точно, – раздался позади него ехидный голос, и на руках Ассариена защелкнулись уже знакомые мне черные витые браслеты. Он начал поворачиваться, но темные гибкие щупальца опутали его ноги и руки и заставили упасть на колени.

Я с ужасом смотрела на Сайгера, сжимавшего в руке точно такой же обсидиановый кинжал, как и тот, что сейчас торчал из моей груди.

– Ты, – не веря своим глазам, прохрипел Ассариен, взирая на довольного слугу снизу вверх. Увидев кинжал, он зарычал и попробовал ударить магией, но тут же упал, под действием контролирующих браслетов, задыхаясь от магической отдачи.

– Ну как? – издеваясь, спросил Сайгер. – Я помню, они тебе сразу понравились, наслаждайся…

– Тебе конец, Сайгер! Ты отсюда не выберешься! – угрожающе проговорил Король и покосился на кинжал в его руке. – Едва мое сердце остановится, магия перестанет сдерживать стихию, и все здесь снесет водным потоком!

– Ой, что ты! Не стоит беспокоиться! Мне это только на руку – избавлюсь от набежавших паразитов одним махом, – указал он на битву снаружи, криво усмехнувшись. – А этот ледяной купол я усилил своей магией, так что он нас всех защитит от обрушившейся воды. Только в живых к тому времени останусь только я, очень жаль, что вы не увидите столь прекрасного зрелища…

Он подошел к чаше и заглянул в нее.

– Ты умрешь, едва последняя капля ее силы опустится на дно, – сказал он поверженному Королю, не отрывая взгляда от струящейся энергии. – И тогда вся твоя накопленная мощь и сила перейдут ко мне. Ты все равно собирался глупо ей распорядиться…

Он повернулся к с ненавистью глядящему на него Ассариену, любуясь его беспомощностью.

– Убийца умирает вместе со своей последней жертвой… – медленно протянул Сайгер, растянув губы в пакостной улыбке. – Забавно, правда? Есть в этом какая-то… красота, как ты и любишь… Все свидетели окажутся похоронены под водой, и никто даже не догадается о моем могуществе, пока я не доведу до конца дважды проваленное дело. Первым будет Камирхей! Или нет… – он задумался. – Как же твои подданные без короля? Хм… Пожалуй, для начала я займу твое место. Хорошая идея, правда?

– Чтоб ты сдох! – со злостью прошипел Ассариен.

– Это произойдет не скоро, – улыбнулся Сайгер, кровожадно сверкнув глазами.

Мне было все сложнее наблюдать за ними, краски вокруг становились размытыми, холод начал сковывать конечности, а боль от груди разгоралась по всему телу. Вот и все. Последняя зеленая капелька уже ползет по лезвию и как только покинет его, я лишусь своей силы, и меня добьют…

Сайгер уже занес нож над королем. Со смертью короля погибнут все: Тосс, Марьям, Адриан, Татиана, Натаруэль и остальные, кого я даже не знаю. Сейчас я хотела, чтоб он жил, хотела как никогда…

Мой взгляд уловил движение за их спинами, и я увидела волка, несущегося ко мне с бешеной скоростью. Кого он будет спасать и так понятно, но если Сайгер вонзит в сердце правителя нож, погибнут все. Моя жизнь или чужие? Что важнее?

– Нет! – беззвучно шевельнула я губами, собрав силы. – Не дай его убить!

Кстинар, не сбавляя шаг, удивленно покосился на Ассариена. Понял, что я сказала, но не понял зачем.

– Спаси его! – неслышно повторила я, пока зеленая капелька медленно подползала к кончику рукоятки. А Сайгер уже начал опускать нож, сжав зубы.

Волку оставалось два прыжка, и целью была я.

– Поверь мне… – прошептала с полными слез глазами. – Пожалуйста…

Он взвыл, но все-таки в последний момент изменил траекторию и вцепился зубами в горло Сайгеру, который в мечтах уже убил короля и занял его трон, не дав кинжалу опуститься в смертельном ударе. Они кубарем покатились по земле, но Сайгер воспользовался магией и отбросил волка в сторону. Вскочил и поднял кинжал с земли, чтобы закончить начатое. Но не успел. Зеленая капелька сорвалась с рукоятки и летела вниз… Мир застыл.

Камень на моей груди разлетелся на части, и в чашу опустилась зеленая капелька души. Но не моей, а первой истинной… А моя застыла в полете на полпути, как и время вокруг.

Я увидела ее. Хрупкая, с тоненькими ключицами и шеей, белой кожей и зелеными глазами. Она гордо стояла передо мной, и рыжие волосы не трепал ветер.

– Ты меня освободила, – улыбнулась она. – У нас одно имя на двоих. Он назвал его во время заклинания, а уйти может только одна. Это буду я, мое заточение кончилось… Мне есть, чем тебя отблагодарить, – прими мой дар… И знай, что отныне у тебя есть хранительница за горизонтом.

Она коснулась моей руки, и я увидела, как сила течет обратно по кинжалу в рану на груди. А последней втянулась зеленая капелька моей души, и время вновь продолжило свой бег.

Боль снова вернулась. Сквозь её пелену я и увидела окружающую реальность.

Волк вскочил и сбил Сайгера с ног. Кинжал выпал из его рук и покатился по каменному полу. Маг попытался схватить волка черными извивающимися щупальцами, но тот ловко отпрыгнул в сторону. Оба тяжело дышали и не спускали друг с друга ненавидящих взглядов. Сайгер не торопился нападать.

«Выжидает», – догадалась я. Ждет, когда Кстинар перестанет сопротивляться сущности и потеряет рассудок, обезумев. Тогда-то он его и убьет. Или подчинит, как других своих созданий.

Кстинар, обнажив клыки, плавно обходил его по кругу. Тот стоял с застывшим в напряжении лицом, а потом резко пустил с двух рук черное пламя. Камень, куда пришелся удар, оплавился. Волк увернулся и бросился к нему на грудь, заваливая на землю. Сайгер упал на спину, но ударил Кстинара магией. Раздался крик, и в воздухе запахло паленой шерстью. Волк пролетел через всю огороженную льдом площадку, и я тоже закричала. Он не встал на ноги, а остался лежать. А потом наступила звенящая тишина.

И в этой тишине я услышала предсмертный хрип. Повернула голову и увидела захлебывающегося кровью Сайгера. А над ним на коленях стоял по-прежнему связанный по рукам и ногам черной магией Ассариен и, глядя в глаза умирающему, двумя руками держал торчащий из грудины бывшего помощника черный кинжал. А из рукоятки стекала и развеивалась по воздуху, не находя пристанища, клубящаяся черная мгла.

Дождавшись его последнего вздоха, Король обессиленно выдохнул, разжал руки и упал рядом на спину. Черные путы исчезли, но он так и лежал, смотря наверх и не пытаясь ни бежать, ни снять сдерживающие браслеты, ни убивать. Ему было уже все равно. Тысячелетиями накопленная сила ушла вместе с Чароиталь. Весь его труд и все жертвы оказались напрасны. Он проиграл.

Я не увидела момента, когда Кстинар обратился в человека. Заметила его только тогда, когда он, шатаясь, подошел к мертвецу, брезгливо залез к нему в нагрудный карман, достал оттуда свое кольцо и надел его. Живой! Я радостно улыбнулась, когда он посмотрел на меня, и забылась.

Через раз приходя в себя, чувствовала его почему-то трясущиеся руки, когда он вынимал из моей груди нож и освобождал от оков. Я только тяжело дышала, сил не хватало даже на стон. Мое белое одеяние стало от крови совсем красным, я глупо испугалась, что испачкаю мага с головы до ног. Он осторожно взял меня на руки и вынес из ледяного купола, просто растопив лед на своем пути легким взмахом ладони.

– Давай помогу, – раздался чей-то голос рядом.

– Сам, – коротко сквозь зубы ответил маг, не сбавляя темпа.

– Не упрямься, тебе нужно восстановиться, – другой взволнованный голос. – Дай её мне.

– Сам! – рявкнул маг, крепче прижимая меня к себе.

Нес он меня недолго. Куда, я не видела. Так и не нашла в себе силы открыть глаза. Лишь почувствовала, как потом он положил меня на мягкое. Я слышала голос Марьям, которая ломилась ко мне, её руки и успокаивающий шепот. Постепенно тепло вытесняло боль и холод из моего тела. Дыхание стало ровным и спокойным. А в глазах наоборот заплясали яркие разноцветные искры, которые увлекли мое сознание за собой, кружась хороводом.