Глава 24

Проснулась я от какого-то непонятного шороха.

- Ма, на, ша, ши…

Я замерла, еле внятный шёпот доносился со стороны окна. Плотная штора чуть колыхалась, словно там кто-то возился.

- Лапушка! – я подорвалась с кровати, кидаясь спасать свою любимицу от неведомого шептуна.

Схватив со стола тяжёлый бронзовый подсвечник, с ним наперевес подскочила к окну, чуть не сорвала штору, резко отдёргивая её в сторону, и замерла.

Горшок с Лапушкой стоял на её излюбленном месте – посередине подоконника, усики мандрагоры торчали в разные стороны и постоянно шевелились. Заметив меня, они пришли в ещё большее движение и общими усилиями повернули цветочный горшок так, чтобы глазки растения смотрели прямо на меня.

- На-ся!

- Ох! – я чуть не села прямо на пол. – Лапушка, ты разговариваешь?!

- Нася! – с гордостью повторил мой цветочек.

На пухлом стволике, чуть ниже глаз, темнела поперечная, светло коричневая щель, которая забавно шевелилась, издавая звуки, похожие на лепет маленького ребёнка.

- Удивила, так удивила! – я с улыбкой коснулась пушистых листочков. Палец тут же обхватил ближайший усик, ещё один потёрся об руку, словно котёнок. – Теперь будет мне с кем поболтать!

А ещё мне срочно нужно разузнать всё об уходе за мандрагорой. В голове не укладывалось, что тут могут существовать говорящие цветы!

Как бы мне не хотелось побыть с Лапушкой ещё чуть-чуть, но нужно идти.

- Солнышко моё, мне нужно в город – дела. Но завтра мы вместе подберём тебе новый горшок. Сама выберешь то, что тебе больше понравиться.

Мандрагора вздохнула, ещё раз погладила меня усиками по руке и отпустила.

Натянув спортивный костюм, я направилась в кухню. Завтрак уже ждал меня на столе: несколько оладий с мёдом и чай. Я поблагодарила Алёну и спросила, приготовила ли она список того, что нужно купить в городе.

Девушка замялась.

- Что такое? Говори.

- Мяса бы, я бы и похлёбку наваристей готовила, но весной мало кто скотину забивает. Если только кур. Вот бы их живьём купить, тогда и мясцо и яйца были бы!

- Но за курами нужно ухаживать.

- Да какой там уход, что осталось со стола, в загон кинул, да воды свежей налил – вот и весь уход, - махнула она рукой.

- Хорошо, я подумаю об этом. А где Иван?

- К сараям пошёл, тележку готовить.

- Он позавтракал? Ты ему воды в дорогу налей, жарко сегодня будет, да перекусить ещё что собери.

Поев, я через чёрный ход вышла в сад, направляясь к теплице. Нужно было проверить мои посадки и приоткрыть дверь для проветривания.

Весь стеллаж зеленел дружными всходами, а на тех, что были посажены днём раньше, появились первые настоящие листочки. Невероятно! Надо бы завести дневник и записывать все свои наблюдения, возможно, они пригодятся мне в будущем.

Приоткрыв дверь, чтобы молодые растения не перегрелись на ярком весеннем солнышке, я вышла из теплицы. Возле неё уже стояло несколько вёдер с водой. Иван постарался. Сам парнишка копошился возле тачки, на которой мы возили землю для теплицы. Я подошла ближе, узнать, всё ли готово в дорогу.

Иван деловито осматривал мешки, кучей сваленные возле тележки, проверяя их на прочность. Я пересказала ему просьбу Алёнки про кур. Он кивнул, добавив в тележку ещё два мешка.

- Я переодеваться и жду тебя у ворот. Там тебе сестра в дорогу узелок собрала, не забудь захватить.

Махнув рукой я пошла к дому. Вернувшись в свои покои, переоделась в длинное платье, натянула ботиночки и прошлась по комнате, прислушиваясь к ощущениям. Обувь нигде не жала и сидела точно по ноге. Сегодня придётся много ходить и удобство обуви для меня очень важно.

Заплела косу, няпялила на голову шляпку, пообещав себе, что сегодня обязательно куплю что-нибудь поприличнее. Положила несколько монет в кошель, сунув немного мелочи в карман, решив, что держать все деньги в одном месте не стоит. Накинув на плечи плащ, я помахала Лапушке рукой.

- Пока, пока! Я ушла!

- Нася! Скусяю!

- Я тоже буду очень-очень скучать! – послав мандрагоре воздушный поцелуй вышла из комнаты.

Иван ждал меня возле крыльца, Алёнка вышла провожать братца и сейчас совала ему в руки небольшой узелок.

- Готов?

Паренёк кивнул и взялся за ручки тележки, та, загромыхав, покатилась по выложенной булыжником дорожке.

Выйдя за ворота, я вспомнила слова Анны про бродивших за оградой чужаков, внимательно осмотрелась, но ничего подозрительного так и не заметила. Дорога тоже была пустынна.

Стоило нам сойти с каменной дорожки, как дребезжание тележки стало намного тише.

- Дай-ка я покачу! – я протянулась к ручкам тележки.

- Я сам! – Иван упрямо мотнул головой.

- Сам он. Сам назад повезёшь, а сейчас дай мне немного покатить, скучно же, а так хоть какое-то развлечение!

Мальчишка недоверчиво покосился в мою сторону, видимо развлечение показалось ему явно сомнительным. Но я сунула ему в руки свою корзину, отбирая тележку, та, подскакивая на кочках, покатилась дальше.

Некоторое время мы шли молча, пока я не стала расспрашивать его о жизни в деревне, заодно разузнав чему мать успела его научить. Как и все ведьмы, она отлично разбиралась в травах. Раньше, в городе, у неё была аптечная лавка с лицензией на составление лечебных сборов и зелий, а после того как семья перебралась в сельскую местность, она продолжила лечить людей и скотину. Деревенская знахарка, но за глаза все кликали её ведьмой, боялись, недолюбливали, но как случалась беда – шли на поклон.

Помимо этого мать Ивана знала несколько бытовых заклинаний. Они сильно облегчали им жизнь, особенно после того, как семья потеряла главного кормильца. Без отца всем пришлось туго, выручала дававшая молоко коза и лес, открывавший для ведьмы свои заповедные тропы к грибным полянам и ягодникам. Иногда сельчане в оплату за зелья приносили кусок сала или пяток яиц – так и жили.

Имея лицензию на составление зелий, ведьма легко могла вернуться в город и устроиться работать в аптеку – такие специалисты всегда нарасхват, но она упорно скрывала в деревне своего сына, мечтая о том, что он вырастет свободным ведьмаком.

В словах Ивана слышалось столько горечи, он явно винил себя в гибели матери.

- Это был её выбор, она сама так решила, ты ни в чём не виноват. А ты… сделай так, чтобы её мечта сбылась!

Я хотела хоть немного облегчить душевные терзания этого так рано осиротевшего мальчишки.

- Давайте тележку.

- Что?

- Город уже, не нужно, чтобы вас видели с тележкой в руках.

Я остановилась. Действительно, за разговором я даже не заметила, что мы уже дошли до мостика, за которым начинались первые городские дома.

Перейдя по деревянному настилу, Иван остановился у крайнего дома и постучал в ворота. У выглянувшей на стук хозяйки он поинтересовался, нет ли на продажу семенного картофеля или кур-несушек.

Тут нам не повезло, медленно, двор за двором, мы пошли дальше. Кто-то пытался всучить нам прошлогоднюю капусту или свеклу, другие отсыпали ведро мелких сморщенных клубней с торчащими в разные стороны ростками. Мы бережно перекладывали их в мешки и шли дальше.

С курами было ещё сложнее, но всё же, нам удалось приобрести целых четыре штуки, а в одном из дворов нам торжественно вручили разноцветного голенастого петуха. Иван перевязал птицам ноги бечёвкой и тоже сложил их в мешки, загрузив на самый верх тележки.

Вместе с петухом нам продали с полведра зерна – кормить птицу. Предлагали больше, но я побоялась, что тележка будет слишком тяжёлой, пообещав вернуться за остальным зерном через несколько дней.

- Думаю, достаточно. Сам домой доберёшься? Только не спеши, почаще останавливайся отдохнуть. Перекуси по дороге.

Отправив Ивана в обратный путь, я уже знакомой дорогой вышла на одну из главных улиц, где поймав извозчика, отправилась в контору «Карлов и Ко». Надеюсь, Степан на месте.

Секретарь Давида Генриховича сидел, уткнувшись в бумаги. Судя по внушительной стопке – дела у конторы шли неплохо. Увидев меня, Степан вскочил с места, кланяясь и лепеча слова приветствия.

- Вот, проходила мимо, решила заглянуть. Вижу, работы у тебя много, - я кивнула на стопку бумаг.

- Да, - кивнул он, - последние дни словно с ума посходили, всем срочно потребовались услуги поверенного. А ведь идут со всякой ерундой и все непременно интересуются новой хозяйкой Роуз–Холла.

- О, так благодаря мне у вас клиентов поприбавилось! Есть кто-то новый или все те же из прошлого списка?

- Господин Воронин снова об вас справлялся.

- Расскажи мне о нём.

- Вообще-то Тимофей Ильич не местный, купил разорившуюся усадьбу лет пять назад. Говорят - он в столице большой учёный, всякую редкую магию изучает, а сюда приехал, услышав о Белой ведьме. Поначалу на вашу усадьбу глаз положил, да кто же ему её продаст? Вот он и приобрёл соседнюю. Первое время всё возле ограды с какими-то приборами ходил, да местных о ведьме расспрашивал, а потом запритих. Тут вы появились.

- А кто ещё снова приходил?

- Сыромятин наведывался, спрашивал, бываете ли в городе и где можно вас встретить. Вообще, Алексей Николаевич человек нелюдимый, всё дома сидит, его матушка уж больно печалится, что он до сих пор не женат и с девицами общаться не желает, а тут аж второй раз пришёл.

Я задумалась: если интерес Воронина мне был понятен, то тот, другой, несколько настораживал. Что ему-то от меня нужно?

- Кто ещё приходил?

- Да всё больше дамы, интересуются, не будете ли вы возрождать старый сад.

- Буду, так можешь и передать. А ещё разузнай-ка мне всё о том, как можно открыть торговую лавку, что для этого нужно? Во сколько обойдётся аренда помещения, налоги, лицензия. Ну, ты же умный, сам всё знаешь.

- Сделаю в лучшем виде!

Я уже собиралась уходить, когда мне в голову пришла ещё одна мысль.

- Слушай, а чужих никого не было? Того, кого ты в городе раньше не видел?

- А вы откуда знаете?

- Били, значит?

- Приходили два господина, заключали между собой договор. Пока я бумаги заполнял, принялись спорить, есть ли в городе сильные ведьмы или маги. Я тогда не придал этому значение, а теперь думаю – неспроста это.

Неспроста! Неужели уже узнали, что Иван у меня? А может просто совпадение? Я старалась гнать от себя плохие мысли.

Распрощавшись со Степаном, я вышла на улицу. Куда дальше? Мне нужна одежда, желательно не очень дорогая – деньги таяли с потрясающей скоростью, и новая шляпка!

Центр пестрел разноцветными вывесками, но, боюсь, эти магазинчики мне пока не по карману. К тому же на многих вывесках было указано имя модистки, а значит, вещи тут делались на заказ. Меня же пока устроит лавка готового платья, что-нибудь для среднего класса. Может, возле рынка посмотреть?

Я направилась к уже знакомому переулку и вскоре оказалась на шумной прибазарной улице, внимательно разглядывая названия магазинчиков и выставленный на витринах товар. Обошла несколько лавок, в некоторых из них продавали уже ношенные вещи, одно ателье практиковалось в пошиве одежды для прислуги, я запомнила его, пообещав себе вернуться сюда с Алёной, девушке нужно пошить форму горничной.

Наконец мне повезло и я наткнулась на магазинчик женского платья. Часть вещей тут тоже были немного бэу, но они были вполне приличными, часть были совсем новыми. Кажется, это что-то вроде комиссионки – поняла я.

Так и оказалось. Хозяйка рассказала, что господа могут принести сюда платье, которое уже надевали на какое-то торжество и второй раз в нём появляться уже моветон. Часть нарядов попадали сюда совсем новыми, что-то разонравилось своей хозяйке, что-то банально стало мало.

Вместе мы подобрали мне платье на выход и домашний наряд, который хозяйка магазина назвала утренним платьем, а также длинный шёлковый халат, расшитый большими яркими цветами. У меня было только одно требование – чтобы всё было новым, покупать ношеные вещи я брезговала, хотя торговка этого явно не понимала, ведь эти наряды продавались буквально в полцены.

Ещё одной моей покупкой стала шляпка и перчатки в тон выходному платью, а так же лёгкий летний плащ. Я присмотрела ещё несколько вещей, но решила, что вернусь за ними в следующий раз, когда получу от Степана следующую выплату из моего наследства. Как оказалось, выделенных мне денег действительно хватает только на самое необходимое, особо не пошикуешь.

Мои покупки завернули в несколько бумажных пакетов, а шляпку запаковали в круглую коробку, крепко перетянув её тонкой бечёвкой. Что-то из этого я сумела запихнуть в корзинку, но она была слишком маленькой и теперь у меня все руки были заняты свёртками.

Выйдя из магазинчика, задумалась – куда теперь? В принципе, я сделала всё, что хотела, если только ещё забежать в библиотеку, может там я больше узнаю обо всех, кто интересовался моей персоной. Думаю, в этом мне поможет летопись библиотекаря. Помниться, там даже портреты были, а уж потом можно возвращаться домой. Но сначала выпить чая. С коврижкой!

Я поискала глазами вывеску ближайшей чайной и вскоре уже сидела за столиком, наслаждавшись горячим напитком и свежей выпечкой.

- Анастасия Павловна! Рад вас видеть! – раздалось совсем рядом.

Я подняла голову, встречаясь взглядом с чуть прищуренными карими глазами.