Глава 6. Тренировка или танцы?

Как оказалось потом, спустя минут двадцать, за которые я успела и переодеться, и привести себя в относительный порядок, страж был назначен князем, как мой наставник по танцам. Уже одно то, что страж будет меня обучать, казалось странным. Из чего я сделала вывод, что это тоже не просто человек. Один из тех немногих приближенных, которым Сокол может доверять. Могу ли я точно так же довериться ему, как и правитель? Сомневаюсь. Поэтому расслабляться в присутствии незнакомца не стала. Тем более, он не удосужился представиться. При том, что сам уже знал, как меня зовут.

— Пройдемте в зал для тренировок, — молчаливо предлагая опереться о сгиб его локтя, сказал страж, когда я подошла к нему. — Именно там будет проходить наше обучение. Потом у вас будет немного времени на отдых. Вы сможете утолить голод. А затем, уж простите, снова будете заниматься.

— Ничего другого я и не ждала, — проговорила тихо.

Надеялась, что меня не услышат. Но страж, видимо, обладал отменным слухом. Хмыкнул, смотря на меня со смесью укора и любопытства. Потом сам, не дожидаясь, положил мою руку себе на сгиб локтя. И повел на выход из комнаты. За дверью никого не оказалось. Признаться, я думала, что тут будет крутиться еще хотя бы один стражник. Но коридор был пуст. Что ж, с одной стороны, это было вполне логично. Я ведь не настоящая госпожа Фуриэ. Она, скорее всего, не попадала в немилость к правителю.

— Прошу.

Проведя меня через весь коридор, страж остановился у дальней двери, которая была чуть шире остальных и, отворив ее, отошел в сторону, пропуская меня вперед. Как бы ни не хотелось никуда идти, я вошла в просторное помещение и… сразу почувствовала себя здесь чужой. И не только потому, что в зеркальной стене, что располагалась с противоположной стороны от входа, отражалась не привычная я. А еще и потому, что здесь сейчас находился… князь. И судя по удивлению, промелькнувшему на лице стража, он тоже не ожидал его здесь увидеть.

— Князь, — почтительно склонив голову, поприветствовал Сокола мой конвоир.

— Решил лично посмотреть, как будут проходить ваши занятия, — пояснил свое присутствие в зале правитель.

Думает, что я и на это не способна? Что ж, здесь могла его разочаровать. Пусть с этикетом у меня и были определенные проблемы, но вот танцевала я вполне сносно. Педагог у нас в школе был дотошный. И если сделаешь что-то не так, бил палкой по рукам. Было больно. По этой причине каждый из учащихся старался оттачивать свои движения.

— Конечно. — Страж снова склонил голову.

Я же стояла и ждала, когда по залу польется музыка и мой партнер соблаговолит пригласить меня на танец.

И вот я слышу первые аккорды, зарождающуюся мелодию… Страж встает прямо напротив меня и протягивает правую руку, раскрытой ладонью вверх. Приглашает сопровождать его. И я по понятным причинам, не отказываю ему. Касаюсь пальцами грубой кожи на ладони, слегка сжимаю ее. И после этого моего жеста, вторая рука стража ложится мне на талию. А в следующую секунду мы уже скользим по залу, завороженные мелодией.

Еще раз убедилась в том, что танцую я сейчас не с простым стражем. Он ни разу не запнулся, хотя я сама чуть было не наступила ему на ногу, задумавшись о том, кто же он такой. Знала ведь, что нельзя ни на что отвлекаться и что нужно быть сосредоточенной, но все равно допустила ошибку.

— Довольно недурно, — проговорил мой партнер, когда последние отзвуки музыки утихли. — Я, признаться, думал, что будет хуже.

— То есть, — я прищурилась, — вы хотите сказать, что я танцевала не хорошо, а так… сносно? Могло быть и лучше.

— Человек, при желании, может улучшить свои навыки.

— Тогда стоит продолжить, — сказала, отступая от мужчины на три шага. Это означало, что я готова к новому танцу. Но вместе с этим была бы не против, если бы меня пригласил кто-нибудь другой.

— Согласен с вами, — хмыкнул страж.

Он уже сделал шаг ко мне, намереваясь протянуть руку, приглашая тем самым на новый танец, но тут передо мной показалась другая. Не веря своим глазам, заскользила взглядом по конечности вверх. Широкая ладонь, сильное запястье, дорогая ткань камзола и…

— Простите? — выдавила из себя, смотря в глаза князя через стекла очков.

— На этот раз я буду твоим партнером.

Страж на это ничего сказать не смог. Поклонился и отошел в сторону, к стене, освобождая нам побольше места в зале. А ведь, если так подумать, во время приема, этого самого места будет довольно мало. Как бы я ни на кого не налетела. Танцевала я может и неплохо, но вот при большом скоплении народа точно растеряюсь.

— Ты занервничала, — заметил правитель, подходя ко мне ближе.

Он повторил жест стража, приглашая меня тем самым на танец. И я, ожидаемо, ничего не могла ему возразить. Правителям чаще всего не отказывают. По крайней мере, в этом. Как только я коснулась своей рукой его ладони, по залу полилась тягучая мелодия. Постепенно она стала нарастать и вот когда звучание достигло пика, мы сорвались с места и быстро закружили по залу. Словно я пыталась отстраниться от мужчины, но он каждый раз меня настигал. В какой-то момент я на самом деле стала чувствовать себя жертвой, за которой гонится хищный зверь.

Хотелось закричать. Потребовать в очередной раз, чтобы меня оставили в покое. Вместо этого я продолжала кружить по залу, пристально смотря в глаза своего мучителя. Он навряд ли бы сейчас готовил очередную проверку. Да и убедился уже, что я не виновна. За это я, признаться, его почти возненавидела. Оттого и не понимала, что ему нужно. Зачем он пришел сюда. Только лишь для того, чтобы проверить, как я танцую? Сомневаюсь.

— Расслабься, — ворвался в мои мрачные мысли голос правителя.

Он, в отличие от меня, на самом деле выглядел спокойным и расслабленным. Что не удивительно, потому что ему было привычно танцевать вот так просто с девушкой. Я же не помню уже, когда в последний раз танцевала. Хорошо еще, что помнила движения. И, повторюсь, обучалась танцам у жесткой преподавательницы. Поэтому все-таки была уверена в своих силах и способностях.

— Это словно, князь, — растягивая губы в фальшивой улыбке, проговорила в ответ. — Вы рядом. Из-за этого я нервничаю.

— Тонкий намек, чтобы я поставил вместо себя стража?

Кажется, кое-кто чешуйчатый был неприятно удивлен моими словами.

— Что вы, — сразу пошла на попятный. — И не думала даже. Просто ваша близость будоражит и кружит голову.

Наглая ложь, но куда деваться. К моему глубочайшему сожалению, понял это и Сокол. Огромная удача, что он не стал на это ничего говорить. Иначе бы я не знала, как объяснить свое неприятие к этому человеку. В том смысле, что после моих слов он может снова заподозрить меня в чем-то незаконном.

— Что-то я не заметил, — все-таки решил ответить князь. Он крепче сжал мою руку, которую удерживал в свое ладони. А второй плотнее придвинул меня к себе. — Возможно твоя голова на самом деле закружится. И ты перестанешь говорить глупости, полностью сосредоточившись на новых для себя ощущениях.

Смутить меня ему все-таки удалось. И мысли странным образом начали путаться. Еще и жар к щекам прилил. Нет, ну это уже слишком.

— Ослабьте хватку, князь, — пробормотала, отворачиваясь от мужчины и смотря куда угодно, лишь бы не на него. — Все-таки не госпожу Фуриэ сжимаете в своих объятиях.

И о чем я говорю? Совсем страх потеряла.

— Я ни на секунду об этом не забываю, — ответили мне.

И все бы ничего, но рука, придерживающая меня за талию, потяжелела. Словно князь, если вдруг я вздумаю прервать танец, не позволит мне этого сделать. Удержит и силой поведет дальше.

Я честно пыталась взять себя в руки и полностью сосредоточиться на танце. Сделать этого никак не получалось. Напряжение между нами все нарастало. И в тот момент, когда музыка стихла, я первой рванула в сторону. Точнее, попыталась это сделать, убежав от правителя, словно от огня. Но он все еще меня удерживал. Если бы хотел, отпустил бы.

— Следующий танец, — смотря на меня, сказал Сокол.

Страж, что так и продолжал стоять у стены, кивнул. А в следующую секунду по залу снова полилась мелодия. На этот раз более плавная и спокойная.

— Этот танец не подразумевает столь тесный контакт тел, — пробормотала, упираясь мужчине рукой в плечо. Вторую мою многострадальную конечность он так и не выпустил из своей хватки. Как и не убрал руку с моей талии.

— Но он не запрещен, если между двумя людьми связь определенного рода, — уточнил Эрн.

Возразить на это мне было нечего. Вся-таки с госпожой Фуриэ у него на самом деле связь. Не стоит об этом забывать. Для всех я являюсь фавориткой князя. Если буду на балу вести себя зажато, это вызовет подозрения.

— Да, вы правы, — проговорила тихо и уже сама прильнула к мужчине.

Провела рукой по его плечу, улыбнулась, надеюсь, обворожительно и томно вздохнула, всем своим видом показывая, что да, общение у нас самое тесное, какое только можно придумать. Кому какое дело, что на душе при этом так погано, что я чувствую горечь, застрявшую в горле.

Соколу перемена во мене явно не понравилась. Он насторожился еще больше. И как итог, танец мы заканчивали, будучи оба в напряжении. И отстранились друг от друга, будто ошпарились. Он от меня, я от него.

— Думаю, на этом можно закончить, — сказал Эрн, отходя от меня подальше. Он подошел к стражу, что не прекращал за нами следить, и снова заговорил: — Дальше она под полным твоим попечением.

— Вы еще придете? — спросил страж, почтительно склоняя голову. Прямо на князя он старался не смотреть.

— Посмотрим, — неопределенный ответ.

На меня Сокол больше не смотрел. Выходя из зала, он бросил лишь один короткий взгляд и то не на меня, а на стражника, который уже подходил ко мне, чтобы продолжить прерванное обучение. Не назвала бы таковым два танца с Эрном. Это больше напоминало изощренную пытку.

— Вы готовы продолжить? — спросил молодой человек, протягивая мне руку.

Машинально вложила в нее свою ладонь и позволила вновь увести себя в танце. Как можно вообще о чем-либо думать после столь «теплой» беседы с правителем? Прошла ли я очередную проверку? Навряд ли. Вообще казалось, что будь это сейчас во власти Сокола, он бы наложил личину своей любовницы на кого-нибудь другого. Я просто-напросто стала жертвой обстоятельств. Игрушкой в руках опытного кукловода. Который не будет жалеть, если меня вдруг не станет по его вине.

— Не стоит терзаться ненужными мыслями, — внезапно заговорил страж. Я, признаться, и позабыла уже, что танцую. Ну надо же… — Вероятно, все не так уж и плохо, как может показаться на первый взгляд.

Непонимающе посмотрела на мужчину. О чем он? Не так уж и плохо… Понятно, что могло быть и хуже. Я могла потерять себя в конце-то концов. Однако, в последний момент меня кем-то заменили. Кем-то, кого было не жалко. А меня теперь заставляют играть роль фаворитки. Вот она цена моей жизни — чужое тело, прошлое и… чужой мужчина.

Почему-то последняя мысль стала мне особенно неприятна. Заниматься еще большим самокопанием не собиралась. Так я точно ни до чего хорошего не додумаюсь. Сделаю себе только хуже.

— Вы все поймете в свое время. Сейчас еще слишком рано, — непонятно к чему, снова заговорил страж.

Раньше я думала, что от танцев человек должен получать удовольствие. Иначе зачем танцевать. Но сейчас, кружа по залу в компании довольно симпатичного молодого человека, я вообще никаких положительных чувств не испытывала. Лучше бы провела это время в обнимку с учеником по этикету. С другой стороны, я так давно не танцевала, что практика не была лишней. Пусть мои движения оставались такими же отточенными, как и раньше, я могла что-то забыть.

Несмотря на мои опасения, остаток занятия прошел более-менее спокойно. Страж не делал замечаний. Я, впрочем, и так знала, что ошибок не было. Как и чувств, эмоций и легкости. На моем лице застыла маска безразличия ко всему происходящему. А ведь будь я светской барышней, лучилась бы счастьем и подсчитывала в голове, насколько этот представитель мужского племени подходит для роли мужа. И насколько крепкими и здоровыми будут наши дети. Ведь именно об этом они и думают, правда?

— На этом можно закончить, — останавливаясь, произнес страж.

Он отошел на два шага от меня и поклонился. Я тоже слегка слонила голову. Все-таки, настоящая госпожа Фуриэ не стала бы приседать даже в книксене. Передо мной ведь как-никак просто страж, а не равный по статусу. А будь он выше, пришлось бы мучиться с реверансом.

После выматывающего занятия, меня проводили до покоев. Страж входить внутрь не стал. Остановился у входа и не отошел, пока я не закрыла за собой дверь. Я еле передвигала от усталости ноги, но, увидев на столике напротив камина поднос с едой, сразу ожила. Есть хотелось ужасно. Сегодня у меня пока не было возможности даже выпить травяного чаю. Поэтому на еду я набросилась, особо не различая даже вкуса. Мне было все равно, вкусно это или нет. Лишь бы тошнота, вызванная долгой голодовкой, исчезла.

После позднего завтрака, приступила к изучению этикета при дворе. Тут за изучением время тянулось медленно. Будто издеваясь. И с каждой прочитанной мной страницей я все меньше верила в то, что у меня все получится. Это напоминало театр абсурда какой-то. Как возможно из обычной девушки, которая не имела никакого отношения к элите плато, за короткий срок стать настоящей леди? Никак. Это невозможно. Меня не раскусят только в том случае, если я буду хорошо импровизировать и не стану лезть на рожон.

Еще я все сильнее хотела видеть родителей. Поговорить с матерью, спросить у отца, почему он поступил так опрометчиво. Кто толкнул его на все это. Но вместо этого продолжала сидеть в четырех стенах и зубрить правила.

Очнулась лишь когда за мной пришли. Не сразу поняла, кто это. Подняв взгляд, еще пару секунд пыталась сфокусировать зрение. Перед глазами кружили мелкие, витиеватые буквы.

— Правитель, — пролепетала, вставая с диванчика, на которым устроилась с книгой. Место это было удобное. Один минус — в сон клонило все больше.

— Переоденься, — скользнув по мне взглядом, приказал князь. — У нас запланирована прогулка. Буду ждать тебя здесь.

И не спросишь, с чего вдруг. Сказав все это, Эрн перестал обращать на меня внимание. Прошел к камину и стал изучать стоящие на полки фигурки. Снова. Будто ему прошлого раза не хватило. Если эта комната на самом деле принадлежала раньше госпоже Фуриэ, то он должен был изучить их вдоль и поперек.

Бросила на князя последний быстрый взгляд и заторопилась в комнату. Сказал переодеваться, значит, буду переодеваться. И снова без помощи служанки. Потому как обычные повседневные наряды надевались довольно просто. Это с вечерними была огромная проблема. Чего стоило затянуть корсет… А ведь мне придется проходить в нем целый вечер. Впрочем, до бала еще дожить нужно.

Роул говорил, что Фуриэ часто просила помощи у служанок. Что и помыться самостоятельно нормально не могла. Как по мне, это было связано с тем, что она была довольно избалованной. Я же не могла заставить себя как что сразу звать слуг. А ведь придется в дальнейшем это делать. Иначе, опять же, вызову подозрения.

Так я размышляла, пока выбирала себе новое повседневное платье. Оно должно было быть не слишком пышное и удобное одновременно. Что если мне придется убегать? Я бы не удивилась, если бы наша с князем «прогулка» закончилась именно так.

Платье было нежно-желтого цвета без каких-либо излишеств в виде оборок, кружев и яркой вышивки. Да и декольте довольно приличное. Значит, девушка носила не только вызывающие наряды. Я заметила парочку красных платьев. Что ж, первое впечатление обманчиво. Настоящая хозяйка этих покоев была довольно своеобразной. С одной стороны нежные девичьи платья, с другой — страстные наряды, приковывающие взгляд.

Я ничей взгляд приковывать не собиралась, поэтому к князю вышла именно в нежно-желтом наряде. Прическу поддерживали магические шпильки, косметику я почти не использовала. Зачем? Если на лице, казалось, совсем нет проблемных зон, которые хотелось бы скрыть. А для того, чтобы подчеркнуть достоинства, достаточно было улыбнуться и похлопать глазками.

Когда вышла, снова посмотрела на правителя и нахмурилась, не понимая, как расшифровать его напряженный и вместе с тем, удивленный взгляд.

— Я готова.

Коснулась рукой шеи, опустила взгляд. Не знала, что еще сказать. Чувствовала себя неловко. Меня рассматривали… странно. Показалось, что именно так мужчина с интересом смотрит на понравившуюся девушку.

Точно показалось. Потому что интерес князя, если и был, то исчез уже через пару секунд. На его лице застыла маска безразличия. Словно ему было скучно и все это порядком надоело. Про себя могла сказать то же самое. Мне надоело играть роль любовницы правителя. Пусть и прошел всего день. Я уже так сильно устала, что просто хотелось упасть на кровать и забыться сном. А проснувшись понять, что все это мне почудилось.

— Тогда, — мужчина протянул мне руку, раскрытой ладонью вверх, — пойдем.

Неторопливо подошла к Соколу и вложила свою ладонь в его. Меня вывели из комнаты и уже там, в коридоре, я скользнула пальцами выше, устраивая руку на сгибе локтя.

— Ведь именно так у вас принято? — прошептала, убедившись, что кроме нас в коридоре больше никого нет.

— Да, — последовал короткий ответ.

Мы неторопливо шли, будто уже гуляли. И со стороны могло показаться, что мы мило беседуем. О чем? А кому какое дело. У фаворитки правителя во дворце особое положение. Пусть и не княгиня, но уже близко. Госпоже Фуриэ оставалось совсем ничего для того, чтобы стать правительницей целого плато.

— Куда мы идем? — это спросила, когда мы уже спускались по лестнице.

И я бы полюбовалась местными красотами, восхитилась искусству живописи, рассмотрела как следует лепнину на потолке, но… На самом деле меня это не волновало. Вся эта дворцовая красота вгоняла меня в скуку и уныние. Здесь не было уютно. Я не могла чувствовать себя в стенах дворца защищенной. Словно пришла в исторический музей плато Соколов, чтобы полюбоваться тем, какую красоту раньше создавали наши предки. И что создают сейчас.

— В парковую зону, к беседкам, — пояснил мужчина.

Я смотрела на него и пыталась понять, зачем ему это. Впрочем, он преследует одну цель — найти предателей. И каждое его действие сейчас — это исполнение уже составленного плана. Я на самом деле пешка, которой, если придется, готовы пожертвовать. А что… Для родителей я уже мертва.

Пока мертва. Потому что сделаю все возможное, чтобы выжить и вернуться домой.

— Как вам будет угодно, — тихо проговорила, смотря уже прямо перед собой.

Глаза бы мои не видели этого мужчину. Никогда. И не сталкивала бы нас с ним судьба. Тогда бы я жила себе спокойно. А он… Игрался бы с какой-нибудь другой девушкой. Хорошо ли это? Нет. Но и себя в обиду я давать не собиралась. Да, магии во мне немного. Зато удар поставлен. Где не поможет магия, на помощь придет грубая сила. Ведь никто не ожидает от хрупкой девушки того, что она может впечатать кулак в лицо.

Мы прошли просторный светлый холл и вышли из дворца, пройдя через распахнутые двустворчатые двери. Спустились по белоснежным ступеням и пошли по дорожке, что змеей вилась слева от основной дороги, по которой к дворцу подъезжают кареты.

— Обворожительно выглядишь, дорогая, — сказал Сокол и наклонился, чтобы поцеловать меня в щеку.

Я было уже отстранилась, но вовремя смогла взять себя в руки. Губы коснулись моей кожи, вызывая толпу мурашек, вмиг побежавших по спине. Этого еще не хватало. Определенно, во всем виноват ветер, что сейчас так и норовил растрепать прическу, а никак не прикосновение князя. Я не наивная барышня. Прекрасно знаю, что ничем хорошим моя симпатия для меня не кончится. Поэтому не стоит таять, словно воск под натиском пламени.

— Благодарю, — мило улыбнувшись, пролепетала. Как самая настоящая неженка, боящаяся мышей, честное слово. Впрочем, мышей я на самом деле боялась. Но не настолько, чтобы вопить и падать в обморок. — Сегодня чудесная погода, не находите?

Мы медленно брели по дорожке, слушали, как ветер играет листвой деревьев, растущих по обе стороны от нас. Вдыхали пьянящий аромат цветов, которых здесь тоже было в изобилии. А потом я услышала тихий шелест. Фонтан? Не знала, что он здесь есть. Дальше ангаров с драконами я не ходила.

— Да, погода вполне сносная.

Типичный ответ мужчины, которому не очень-то нравится проводить время подобным образом.

— Конечно, — продолжила беседу, хотя и сама не горела желанием. — Если бы вовсю шел дождь, мы бы с вами не вышли на эту замечательную прогулку.

— Переигрываешь, — снова наклоняясь ко мне, прошептал на ухо Даррэй.

— Стараюсь, как могу, — тоже шепотом. — Вы не объясняли, как конкретно я должна себя с вами вести.

Князь остановился напротив большой клумбы. Цветы здесь показались мне особенно шикарными и яркими. Фиолетовый, сиреневый, нежно-розовый и белый цвета гармонично сочетались между собой. С противоположной от клумбы стороны виднелась первая беседка. Красиво здесь… И как странно, что я еще ни разу сюда не забредала. Была полностью поглощена работой, общением с драконами. И времени на прогулки у меня не было.

— Плохо стараешься, — проговорил князь, разворачивая меня за плечи к себе лицом.

Запрокинула голову, непонимающе смотря на мужчину. Кто же знал, что сделала это зря. Потому что в следующую секунду меня поцеловали. Сжали пальцами плечи чуть сильнее, притянули к себе ближе. Попыталась возразить, слегка приоткрыв рот. И это была моя очередная ошибка, потому что Сокол сразу начал целовать более настойчиво и страстно.

Я находилась в замешательстве. Была растеряна и… напугана. Сложно было поверить в происходящее. Князь меня целует. Прямо сейчас, совершенно не заботясь о том, что…

— Ох, простите, — послышался тихий девичий лепет. Затем последовало шуршание юбок.

Князь перестал меня целовать. Отстранился и что-то проговорил. Слов я не разобрала. В ушах как-то противно звенело, а перед глазами кружили черные точки. Нет, мне не было плохо. Я была в бешенстве. И сейчас делала все возможное, чтобы не скатиться до банального рукоприкладства. А ведь пройтись по холеному лицу правителя очень хотелось.

Он просто-напросто воспользовался мной. Специально поцеловал, чтобы нас увидели именно в такой момент. И окончательно, судя по всему, удостоверились, что ловить нечего.

— Зачем вы это сделали? — набралась смелости, чтобы спросить.

Смотреть на мужчину не хотелось, однако я смотрела. Прожигала его ненавидящим взглядом и ждала ответа. Он мог отправить меня в тюрьму, казнить, обвинить в чем угодно. Но именно сейчас я совершенно перестала его бояться. Даже странно. Надо же было произойти такой глупости, которая вывела меня из себя.

— По-моему, все и так понятно, — спокойно проговорил князь.

Он по-прежнему не отпускал меня. Удерживал за талию, прижимая к своему телу. А я не могла отстраниться. Потому что со стороны за нами все так же могли наблюдать. Устроить скандал? Как бы ни хотелось этого сделать, я не могла позволить себе такую роскошь.

— Конечно, — согласилась, — очередная игра с вашей стороны. Но могли хотя бы предупредить. Я бы не была так напугана.

— Напугана? — последнее сказанное мной слово, кажется, удивило Сокола.

Еще бы… Не часто, видимо, от его поцелуев девушки в стороны шарахаются. Вероятно, я вообще такая одна. Но и меня понять можно. Мне поцелуй с князем и в страшном сне привидеться не мог. И тем не менее, это все происходило на самом деле.

— Да, — подтвердила вышесказанное. — От вас я такого поступка не ожидала. Мне кажется, что настоящая…

— Довольно, — перебил меня Даррэй. — Ты слишком много болтаешь не о том. Хочешь, чтобы нас подслушали и все поняли?

— Я не…

— Тогда, я обещаю тебе, ты снова окажешься в тюрьме.

Сказано это было зло. И я уверена, что злость была вызвана не тем, что я тут стою и болтаю. А тем, о чем я говорю. Понять бы еще, почему мои слова так задели мужчину. Неужели смогла задеть его самолюбие? Или он ожидал, что я паду к его ногам, пораженная его мастерством в поцелуях и обольщении девушек? Могла разочаровать еще больше — я ни на секунду не забывала, с кем целуюсь. Точно так же, как и невозможно было забыть, что целовали меня специально, а не спонтанно, потому что на самом деле этого захотелось.

— Да, я уже запомнила, что вы всегда держите свое слово, — холодно заметила. — Вы отпустите меня? Или мы так и будем стоять и ждать, когда…

Меня снова поцеловали. Нетерпеливо, жестко, не заботясь о том, что мне может быть больно. Но нет, больно мне не было. Да и, чего скрывать, на этот раз я… ответила на поцелуй. Хотела таким образом дать понять, что не боюсь князя. Что сама могу быть жесткой. И для меня в поступке Сокола не было ничего странного. Я была к этому готова.

Однако, все полетело к монстрам Запретной зоны. Слишком быстро у меня закружилась от близости мужчины голова. Можно было списать это на то, что второго поцелуя я не ожидала еще больше, чем первого. И это была бы глупость с моей стороны. Просто сам поцелуй изменился. И эмоции, которые князь испытывал на этот раз — изменились.

Я почему-то не сомневалась в том, что госпожу Фуриэ он так не целовал, даже когда они находились наедине. А нас здесь, в парке, могли заметить. Увы, я ни на секунду не забывала, кем сейчас являлась. И не собиралась поддаваться эмоциям, в надежде, что в данную секунду он, целуя фальшивку, думает о настоящей мне, а не о красивой блондинке, на которую я ни капельки не была похожа.

— Не надо… — когда князь прервался на секунду, смогла выдавить из себя.

Уперлась ладонями в грудь мужчины и слегка надавила, давая тем самым понять, что эту игру стоит прекратить. Я и так была слишком смущена и подавлена всем происходящим.

— Запомни, — спустя долгие пару секунд, заговорил князь. Отпускать меня он все так же не собирался, — если я захочу тебя поцеловать, я это сделаю. И не буду спрашивать твое разрешение.

— Почему бы вам не вернуть ту, кого вы на самом деле хотите целовать? — прямо смотря на Сокола, спросила. — Тогда бы мне не пришлось мучиться.

Губы Эрна искривились в усмешке. Если его и задели мои слова, он не подал виду. Казалось, ему совершенно безразлично все, о чем я только что говорила.

— Ты болтлива, — заметил Сокол. — И это может быть опасно. Возможно, я не буду ждать повода, чтобы снова посадить тебя в тюрьму. Как тебе такая перспектива?

Прикусила себе язык, дабы не сболтнуть лишнего. Если так подумать, он же не к близости меня склоняет. Что значит поцелуй для того, кто и так купается в женском внимании?

— Простите, — посчитала нужным извиниться за свою вспыльчивость. — Впредь я буду относиться к этому более спокойно.

Потому что это для вас ничего не значит. Тогда почему должно значить хоть что-то для меня?

Мы наконец-то отошли от клумбы, у которой нас застали какие-то девушки. То, что это была не одна представительница местной аристократии, я не сомневалась. Уж слишком много было вздохов и тихого хихиканья, когда нас увидели целующимися. И если одну девушку это сильно задело, то остальным, казалось, было от этого весело. Пусть я и не видела ничего, зато проблемами со слухом никогда не страдала.

Парк уже не вызывал того живого интереса, как в те мгновения, до злосчастного поцелуя. Первого или второго, роли не играло. Состояние было паршивое. И единственное, чего сейчас хотелось, это как можно скорее оказаться в покоях и, заперевшись на все замки, углубиться в изучение этикета. Когда я пыталась понять, что написано в учебнике, в голову реже лезли глупые мысли.

Мое извинение было проигнорировано. Я не знаю, о чем в этот момент думал сам правитель, но мои сердце и душа были не на месте…

Все шло не совсем так, как запланировал Эрн. Да, он специально повел девчонку в парк. И у той злосчастной клумбы остановился тоже не спроста. Чего уж там, и поцелуй был не случайным, а запланированным. Но вот чего Даррэй не ожидал, так это того, что захочет поцеловать девчонку снова. Даже когда, казалось бы, все, что он запланировал, уже случилось. И придворные дамы видели их вместе. Одна так вообще потеряла контроль над эмоциями. Он знал, что многие были бы не прочь занять место на троне подле князя. И их совершенно не волновало, что Сокол обладает скверным характером. Помимо этого, является перевертышем. Но об этом, наоборот, никто не знал. И лучше бы так и оставалось. Но Эрну пришлось открыться перед Уайт. И теперь она так же является хранительницей его секрета. И если проболтается, за Соколом может начаться настоящая охота. А на его пути и так было достаточно фанатиков, верящих в то, что если вернуться на землю, туда, где обитают монстры, ничего не случится. Глупцы, считающие, что вместо обычной крови по их венам течет эликсир бессмертия.

— Я своими глазами видел, — хмыкнул Каррэй, смотря на старшего брата поверх бокала с вином. — Он поцеловал ее два раза. Целых два, прошу учесть. Это уже о кое-чем говорит.

— Да, это было очевидно, — подал голос Миррэй.

Он сидел в глубоком кресле, вытянув перед собой ноги. После дня беготни, он порядком устал. В добавок ко всему, соскучился по жене. Подобные эмоции испытывал и Каррэй. Но у них не было другого выбора. Возможно, Ваар был не главным. И даже его действиями кто-то руководил. А возможно тот, кто охотился за Соколом, действовал сам по себе. Об этом можно было узнать только у того, кто был во всем этом замешан. Узнать бы еще, кто это.

— Долго еще будете зубоскалить?

Сокол отвернулся от окна, в которое смотрел до этого. Лучше бы продолжал сверлить взглядом дерево. Потому что братья взирали на младшего из рода Эрн с укором. Если не сказать больше — с осуждением.

— Что? — Даррэй не выдержал напряжения, возникшего в кабинете.

Миррэй и Каррэй переглянулись между собой. Потом посмотрели снизу вверх на младшего брата. Он на самом деле не понимает, какую ошибку допустил сегодня?

— Роул был прав, — заметил Миррэй. — Девчонка любит тебя. Пусть сама еще этого не понимает. Готов играть чувствами той, в чьих руках может оказаться твое спасение?

— Она ведь всего лишь пешка, — проговорил Каррэй. — Или нет?

Перед глазами Сокола предстало настоящее лицо Найты Уайт. Странно, но именно в тот момент он вспомнил не колдовской облик девушки в образе любовницы. Судя по всему, уже бывшей. Ибо госпожа Фуриэ перед своим отъездом успела совершить непростительную ошибку — она захватила с собой фамильное колье рода Эрн, наивно полагая, что никто ничего на заметит. Конечно, оно ведь якобы пропало еще в прошлом году… На самом же деле бриллианты хранились в тайнике Даррэя Эрн, который из-за тесного общения со своей фавориткой (и нежелания обзаводиться женой в ее лице) был вынужден скрыть с глаз общества символ супружеского счастья правящей четы. Откуда тогда Фуриэ прознала про маленькую хитрость своего господина? Это еще только предстояло узнать в ходе тщательного расследования. Да, Рамила давно охотилась за фамильной драгоценностью, но тем не менее, ей явно кто-то подсказал, что колье некуда не пропало. Чего уж там, любовница и раньше проявляла не здоровый интерес к нему. И все бы ничего, да только в одном из камней была спрятана магическая составляющая — элемент, который можно было использовать там, где нет магического источника. Само собой, в пределах плато Соколов.

«Найта Уайт…» — подумал Даррэй. — «И какое мне дело до этой девчонки? Захотел и поцеловал — что с того?»

В душе всколыхнулась волна протеста. Но мужчина сразу же ее подавил.

— Что-то ты сильно задумался, — наблюдая за братом, усмехнулся князь Беркутов.

Под напряженным, злым взором Сокола Каррэй не стал продолжать свою мысль. Подумаешь, слабость появилась. Главное, чтобы Дарр вовремя научился с ней управляться.

— Так, ладно, — прервал затянувшееся молчание Ястреб. — С девчонкой, кажется, разобрались. Осталось дело за малым: откуда начать поиски?

Даррэй на мгновение прикрыл глаза, стараясь успокоиться. Потом медленно перевел взгляд на старшего брата и ответил:

— Роул сейчас занимается опросом тех, кто общался с моим двойником во время моего отсутствия. Под личиной старика Рубби, разумеется.

— Кто такой этот Рубби? — нахмурился Мирр.

— Конюх, которому уже давно пора на покой, — отмахнулся Дарр.

— Но не вызовет ли подозрений тот факт, что ты так поздно спохватился об этом, — нахмурился Ястреб.

— Так я опрашивал, под своей настоящей личиной, — откликнулся Даррэй. — И Роул — тоже. Само собой, нам никто ничего не сказал.

— У тебя не дворец, а рассадник мусора и предателей, — заметил Даррэй.

— Это еще почему?

— Потому что все всё знают и тщательно это скрывают.

— Не скажи, — покачал головой Сокол. — На людях было определенное магическое вмешательство. И оно рассеивается со временем.

— Тогда почему ты над своим драконодознателем решил так поиздеваться? — поинтересовался Беркут.

— Над двумя драконодознателями, — с улыбкой поправил его Ястреб.

Дарр сделал вид, что не заметил шпильки.

— Тем более, что теперь у тебя нет конюха Рубби, — подтолкнул к объяснению младшего брата Каррэй.

— Настоящего я действительно отправил на покой, — лениво отозвался Дарр. — А вот Роул помогает мне внушить врагу, что я уверовал в то, что народ частично потерял память.

— Думаешь, что враг где-то поблизости наблюдает за нашими действиями? — скорее утвердительно вопросил Миррэй.

— Уверен в этом, — кивнул Дарр.

— Как насчет Рамилы Фуриэ? — уточнил Мирр.

— Она там, где и должна быть, — пожал плечами Сокол. — Хотела продать колье какому-то магу, но не успела. Впрочем, стража тоже хороша. Маг скрылся, и мы даже его имени не успели узнать.

— Но колье матери вернули? — взволнованно проговорил Каррэй.

— Да, — быстрый кивок. — Но, признаться, этот случай задел меня за живое.

Со стороны могло показаться, что князь переживает из-за предательства собственной фаворитки. Но нет, на самом деле ему на нее было глубоко плевать. Даже облик ее более не возбуждал в князе прежних желаний. Да и не ее облик теперь стоял перед мысленным взором.