Глава 8. Любовь и ложь, как в спину нож

Ему все больше нравилась эта игра. Определенно, определить Уайт на роль госпожи Фуриэ (которую на закате должны казнить где-то далеко от столицы) было хорошей идеей. Девчонка безупречно вжилась в роль, но, как ни странно, это сильно раздражало. Особенно, когда приходилось целовать ее. Князь Даррэй Эрн осознавал, что начинает зависеть от ее губ. Несмотря на форму и цвет, они по-прежнему оставались неискушенными и нежными и так кружили голову, что мужчина не мог отказать себе в удовольствии каждый раз продлить ласку. Уста Фуриэ говорили одно, но на деле имели ввиду совсем другое. Но самое главное то, что драконодознательница отвечала ему взаимностью. Поэтому Дарр чувствовал явное желание всячески оградить свою подставную фаворитку от внимания других мужчин. Особенно, от сального взгляда третьего советника. А сам… Он пока что не знал, как поступит, когда закончится эта охота. Во всяком случае, противиться желанием обоих, если таковые вспыхнут в пылу игры, не станет.

— А как же совет? — вовремя спохватилась я. — Разве вам не нужно к нему подготовиться?

— Это не я должен отчитываться, а они, — милостиво сообщили мне. — Но, признаться, Паул смог меня удивить. Посмотрим, что они откопали на старика Найта.

Проявлять сильную заинтересованность было чревато последствиями, поэтому я отстраненно уточнила у своего собеседника, сколько сейчас времени и взяла с него слово дотерпеть до вечера. Последнее оказалось весьма проблематичным, потому что кое-кто упертый совершенно не хотел идти по своим делам. Знай себе, играл поглупевшего, воспылавшего страстью знатного любовника. Нет, я, конечно, все понимаю… Но зачем же так пылко и, что еще более странно, правдоподобно признаваться мне в своих чувствах?

В довершение всего меня еще раз поцеловали. Не знаю, зачем Даррэй это сделал. Быть может, поблизости находился кто-то, кто мог усомниться в его актерских способностях. А, может, просто-напросто решил отомстить мне за неповиновение. Кто знает, что у этого мужчины на уме? Во всяком случае, мне казалось, что думал он совсем не о нашей основной задаче. И это пугало. Почему? Ответа на этот вопрос я и сама пока что не знала.

Спустя примерно полчаса я сидела в выделенных мне покоях на диванчике, что стоял у окна, и продолжала размышлять о недавнем поведении Сокола. Нервы были на пределе, и мне даже высказаться было некому. Слезы душили. Перед глазами все расплывалось, а мне еще предстояло снова с ним встретиться.

Внезапно я почувствовала, как на меня кто-то пристально смотрит. Тотчас откинув нахлынувшие переживания заозиралась по сторонам, пытаясь найти взглядом непрошенного гостя. Никого. Только сердце бешено бьется, а на уме лишь одна догадка.

— Сокол, — тихо проговорила я. — Это ты?

Само собой, мне не ответили. Но почему-то я точно знала, что это он. И осознание этого растревожило душу еще больше. Слезы, которые так долго сдерживала, ручейками побежали по щекам.

Даррэй Эрн в одиночестве сидел в своем рабочем кабинете и наблюдал за Уайт. За время обеда он приказал своему тотему присмотреть за девчонкой, и сокол охотно согласился на это. Каково же было изумление Дарра, когда он обнаружил, что Найта после их встречи удручена и подавлена. И ладно бы только это… В стремлении помочь, тотем раскрыл себя перед ней.

«Хорошо, что я уменьшил тебя, неблагодарная птица», — подумал про себя князь. — «И только попробуй сказать мне, что Уайт тебе понравилась».

Понравилась. Эрн уже прекрасно знал это. Им обоим драконодознательница идеально подходила в роли…

— Черт! — выругался мужчина и с силой ударил кулаком по столешнице.

Он еле успел подхватить потоком магии разлетевшиеся бумаги. Миррэй запаздывал. Ястреб вот-вот должен был прислать весточку о том, что готов к обыску. До заседания оставалось всего ничего.

Дарр прикрыл глаза, стараясь успокоиться. Но вместо этого опять разозлился. Потому что Найта, забыв обо всем, принялась бродить по покоям Фуриэ в поисках… сокола. И таким приятным голосом она звала его, что князь не сомневался, тотем скоро явит ей свой уменьшенный лик. Точнее, клюв.

Рывком встал со своего места и принялся ходить взад-вперед, стараясь мысленно достучаться до птицы. Однако, вместо того чтобы успокоить сокола, он сам стал потихоньку проникаться настроением Найты.

«Почему она заплакала?» — внезапно подумал Даррэй, заметив на щеках девушки две соленые дорожки. — «Что я сделал не так?»

— Все готово! — неожиданно провозгласила пустота голосом Миррэя, который продолжал изображать из себя стражника. — Можешь выступать. Только не переиграй!

Дарр резко остановился и с шумом набрал в легкие воздух. Потом также выдохнул. Он сделал свой выбор. И, судя по всему, тотем — тоже. Поэтому было бессмысленно продолжать медлить из-за той, кому князь плато Соколов был вынужден доверять, как себе. Раз уж свел свою птицу с Уайт, то следует идти до конца. Все равно за девчонкой сейчас больше некому присмотреть.

Но что будет, если она обманет или предаст?

Эту пугающую мысль Сокол откинул в сторону. Бессмысленно переживать о том, что на практике еще не случилось. Кто знает, что на уме у драконодознательницы? Особенно после того, как она узнала, что вина ее отца находится под вопросом.

«Бред», — подумал про себя Эрн. — «Я сам определил его магический след. Это совету подавай больше доказательств…»

Сегодняшние события показали, что в этом деле не все так гладко, как кажется. Иначе, с чего незадачливый убийца перешел в разряд подозреваемых, а его единственная дочь оказалась врагом народа?

Он так и не показался мне, вредный, невидимый птах. Интересно, какой он? Полагаю, что должен походить на реальную птицу. Ведь я еще ни разу в жизни не видела своими глазами тотем Даррэя Эрн.

Поиски затерявшегося в моих покоях пернатого отвлекли меня от поцелуев князя. Сейчас меня больше заботил тот факт, что мужчина зачем-то подослал ко мне сокола в то время, как сам нуждался в его обществе. С другой стороны, было приятно осознавать, что меня не оставили одну. Я не чувствовала себя птичкой в золотой клетке, которой и петь-то позволяли только тогда, когда требовалось хозяину.

Так, проходя мимо зеркала, я нечаянно увидела свое отражение. И засмотрелась на странную, истеричную особу с потекшей косметикой на лице. Я не сразу поняла, кто передо мной стоит. Даже сначала подумала, что это неведомая врагиня залезла в мое зазеркалье. Но спустя долгих десять-пятнадцать секунд промедления, до меня все-таки дошло, что в зеркале отражаюсь я. Точнее, Равилла Фуриэ, которая почему-то раскисла и превратилась в потрепанную жизнью бабочку-однодневку.

«Так дело не пойдет», — сказала мысленно сама себе и решительным шагом направилась в уборную.

Из спальни раздался одобрительный «курлык». Я резко обернулась, но никого не увидела. И чего он скрывается от меня? Все равно рано или поздно придется с ним познакомиться. Так хоть буду знать, как выглядит, чтобы в случае чего защитить. Не сомневаюсь, тот, кто хочет обить наследного князя, имеет виды и не его тотема.

По моим подсчетам, совет уже должен был идти полным ходом. И я начинала нервничать. Что с моим отцом? Паул и остальные ведь правда нашли способ его оправдать? Или это только повод для того, чтобы вытащить из Дарра информацию иного рода?

Я сама не заметила, как стала мысленно обращаться к князю на «ты». После того, что между нами произошло, в моих глазах он перестал быть такой уж важной персоной. Его жизнь зависела от меня. И, как ни крути, мне доверяли. Иначе бы, опять же, не доверили самое дорогое, что у него есть — сокола.

— Кр-ры… — раздалось нетерпеливое, когда я стала полностью смывать косметику с целью нанести новый слой грима с нуля.

— Да-да, — машинально ответила. — Я тоже не в восторге.

Одернула себя тут же. Не нужно расслабляться в отсутствие кого бы то ни было. Я не должна ни на минуту забывать о своем предназначении.

— Кр-р-р! — словно подслушав мои мысли, возмутился сокол.

Нет, ну это уже слишком. Если этот птах залез ко мне в голову… Нет, это исключено. Птицы не умеют такое проделывать с мозгом человека. Хотя, что я знаю о тотемах трех князей нашего мира? Да ничего, собственно.

Чего уж скрывать, присутствие сокола сильно отвлекало. Поэтому я никак не могла решить, какой помадой накрасить губы: красной или малиновой. По большому счету, первая идеально подходила к образу фаворитки правителя. Однако, вторая мне нравилась гораздо больше. Но с ней бы я выглядела более романтичной, что ли. Нет, определенно сражать наповал мужчин стоит в алом.

И снова последовало недовольное «кры!», как только я выделила губы ярким цветом. Потом еще пару раз, когда подводила глаза и красила ресницы. Если честно, в какой-то момент мне показалось, что сокол ревнует меня к людям — так явно он выказывал недовольство моими действиями. Еще бы увидеть его и понять суть этой милой пташки, и я бы совсем успокоилась перед свиданием с господином Джорджем Паулом, который явно был не прочь поразвлечься с Рави где-нибудь на нейтральной территории. Кстати, мне так и не сказали, на какой именно. В отличие от князя, Паул не был конкретен в своих желаниях.

Еще где-то через час советник таки соизволил сообщить мне, что время встречи переносится на три. Мол, Даррэй Эрн сейчас не способен ни на что, поэтому вот-вот уже выложит им всю информацию касаемо расследования. Чуть попозже Аргу прислал скупую выжимку из доклада Дарра: пока держится. Просит, чтобы старика казнили. Одно ясно: сокола с ним нет. Значит, дело совсем плохо.

А проверяли? И вообще, откуда они знают, что тотем именно пропал, а не спрятался в каких-нибудь покоях? Как бы там ни было, нам это было на руку. Но я отметила про себя, что

надо будет самой как-то расспросить об этом третьего советника на свидании.

В три часа ровно мне пришло приглашение-портал, ведущий в какой-то малый зал, который якобы был предназначен для приватных бесед. Стоило коснуться рукой причудливого, сероватого завихрения, и я бы оказалась там, где ждал меня мой «кавалер».

Потерянно осмотрелась вокруг. Тишина, такая обманчивая и подозрительная. Будто-бы мой невидимый, пернатый гость специально затаился от чужеродной магии.

— Ладно, — напустив на себя побольше высокомерия и надменности, проговорила. — Раз вы зовете меня…

И решительно поднесла ладонь к магическому завихрению. В теории я хорошо знала, что должно сейчас произойти. Однако, на практике никогда не пользовалась такими вот приглашениями-порталами.

Меня стал окутывать страх. Казалось, даже волосы на голове в какой-то момент зашевелились и зажили собственной жизнью. Правда, это наваждение очень быстро прошло. Едва я переступила порог лазурной комнаты.

Широкий. Черный диван, два кресла и круглый, низкий столик. По-видимому, какая-то гостиная. Причем довольно большая и неприветливая. Шкафов не наблюдалось — только изящный сервант из лакированного, черного дерева. В нем стояли бокалы, фужеры и чайный сервиз. Белые, ажурные тюли на окнах контрастировали с темно-синими шторами. Люстра… Большущая, из хрусталя, она хорошо освещала помещение. И вот здесь будет происходить наше с Паулом свидание? Я на такое не подписывалась!

При дальнейшем рассмотрении я обнаружила три двери. Вероятно, одна из них вела на выход. Но тогда что скрывалось за двумя другими? Этого я не знала, однако, идти и смотреть самой тоже не возникало особого желания.

— Рави, детка, что с тобой такое? — послышался прямо у меня за спиной тихий голос третьего советника.

Вовремя одернула себя, чтобы не скрипнуть зубами. Надо улыбаться ему так, чтобы он ничего не заподозрил. Черт дернул меня согласиться на эту авантюру. В прямом смысле слова.

— Джордж! — я резко повернулась к мужчине и оказалась под прицелом ласкающего взора. Липкого и противного. У меня тут же возникло желание как следует помыться. — Как все прошло? Наш план сработал?

— Более чем, — довольно заулыбался мой собеседник. — Яд на него подействовал идеально. Он выдал нам много ценной информации. И еще выдаст, потому что с сегодняшнего дня его мозг будет работать так, что мы первыми будем все узнавать. Чего уж там, он уже стал доверчивым и очень сговорчивым.

Мне совершенно не понравилось его заявление. Что же это за порошок был такой, что Даррей должен был плясать под их дудку? Дурман? Вряд ли. Такие отравы имеют временный характер. И в этом случае у меня закрадывается нехорошее подозрение. Меня скорее всего обманули.

— Неужели никто ничего не заподозрил? — скептически поинтересовалась.

— А что тебя так удивляет, моя радость? — проговорил Паул. — «Драконий яд» практически никак нельзя распознать. Ты не знала об этом?

— Я не о том, — покачала головой. — А о его поведении. Оно очень резко переменилось. Пока обедала с ним увидела это четко и ясно. Всегда собранный, скрытный Даррэй Эрн вдруг стал говорить то, что обычно держал при себе. Не странно ли это?

— Если бы ты не была причастна к этому маленькому недоразумению, — Паул шагнул ко мне, — то и сейчас бы ничего не заметила. Уверяю тебя.

— А если его братья наведаются на плато Соколов? — продолжила гнуть свое. — Они точно ничего не заподозрят?

— В последнее время ты стала слишком подозрительной, — вздохнул мужчина. — Расслабься и получай удовольствие. Дальше я действовать буду сам.

— Я сегодня очень рисковала, — поморщилась. — Он чуть было меня не поймал.

— Как раз сегодня ты была на высоте, — рассмеялся Паул. — Госпожа Фуриэ, да будет вам известно, что вы поразили не только меня и Аргу, но и весь совет.

Признаться, такого я совсем не ожидала. Ну, ладно, двое безумцев мечтают занять место нашего правителя. Но чтобы весь совет так рьяно выступал за его смещение… Было бы, за что от него избавляться.

— Спасибо, — взяв себя в руки, самодовольно поблагодарила Джорджа. — Но ты мне так и не рассказал, что удалось вытянуть из этого… идиота.

Паул выдержал театральную паузу. Потом жестом пригласил меня присесть на диванчик и уже на словах возвестил о том, что собирается выпить вина. Я была против, но показывать свое отношение к дегустации алкоголя, не имела права. Пришлось согласиться и повторно стребовать с мужчины рассказ. В обмен на поцелуй.

— Только не забудьте о своем обещании, — лукаво подмигнул мне третий советник. — А то в последнее время вы все чаще оказываетесь в объятиях Эрна.

Его лицо тут же посерело. Надо же, а он, оказывается, умеет ревновать! И это при том, что ему, кажется, особо ничего и не обещали в плане отношений.

— Я не отказываюсь от своих слов, — надменно произнесла. — Вы мне не верите?

— С удовольствием получил бы свою награду раньше, чем вы — информацию, — откликнулся Паул.

— Ну, уж нет, — праведно возмутилась. — Я поцелую вас, а вы мне скажете, что Даррэй Эрн так и не раскололся.

— О, вы мне тоже не верите… — немного даже с горечью заметил Джордж. — Что ж… Я заслужил такое отношение.

Сказано это было с таким подтекстом, чтобы заставить меня подспудно испытывать вину. И вид у него сразу стал таким жалким, подавленным, что любая другая на моем месте наверняка бы начала вымаливать прощение. Или полезла бы целоваться, чтобы поднять настроение себе и своему кавалеру.

Неужели он думал, что госпожа Фуриэ купится на подобные уловки? Это совершенно не в ее характере. В таком случае имеет место быть очередная игра. Только вот каковы ее правила?

— Не верю, — безапелляционно заявила. — Ни единому вашему слову. Так что не прибедняйтесь и выкладываете все, как есть. Сейчас же!

Постаралась распрямить плечи, а вышло, что еще больше выпятила грудь. Впрочем, это возымело еще больший эффект на третьего советника.

— Равилла! — воскликнул он, пытаясь достучаться до моей совести. Которая под личиной фаворитки князя решила ненадолго вздремнуть. — Как можно? Ты совсем плохого мнения обо мне.

Я говорила, что понятия не имею, как буду с ним целоваться? Нет? Так вот, я не только не знаю, как это произойдет, но и всячески не желаю такой платы. Это не Даррэй, губы которого могут свести с ума. Это противный, скользкий тип, который плетет целый заговор против князя Эрн. И именно по вине последнего мне пришлось временно забыть о гордости и стать той, которая может разрушить всю мою дальнейшую жизнь, растоптав честь и гордость одним своим существованием.

Я сделала вид, что мне больше не интересен наш разговор. Однако, все равно продолжала следить за советником. Вот, он берет новую бутылку дорогого вина. Вот, откупоривает ее и начинает разливать рубиновую жидкость по бокалам. И все это в тишине. Даже удивительно, как мужчина, который еще сосем недавно требовал от любимой (или вожделенной, что более соответствует действительности) поцелуй, может запросто от всего отказаться. Думал, что кроме него мне все равно никто ничего не скажет? Возможно… Да только все равно рано или поздно правда всплывет на поверхность.

Кажется, кто-то рассчитывал на романтическое свидание. Но должна была его разочаровать — Равилла Фуриэ расхотела проводить свое свободное время с этим интриганом. Тем более, он не захотел рассказывать ей о том, что было на совете с князем Даррэем Эрн.

— Одно дело проявлять недоверие к тому, кто постоянно обманывает, — все-таки нарушила я молчание. — Но совсем другое — быть неоткровенным с любимым человеком.

У меня было два варианта: либо я сейчас рискую всем и целую этого мерзавца, но после того, как узнаю что-то, что бы заинтересовало меня. Либо поднимаюсь и ухожу. И как бы меня ни прельщал второй вариант, первый был предпочтительнее.

— Рави-Рави, — покачал головой третий советник. — Что ты со мной делаешь?

Без ножа режу, я знаю. Эта женщина имела на него поистине разрушительное влияние. Но мне самой лучше об этом не думать. Чтобы ненароком не выйти из образа из-за зародившегося в душе страха.

Думаю, если бы мне дали больше времени на подготовку к игре при тесном контакте с другими мужчинами, я бы быстро выдала себя из-за паники, которая к тому времени уже затопила бы душу. Сейчас же я не сильно перепугалась, потому что была вынуждена сразу действовать и импровизировать. Как говорится, глаза боятся, а в это время руки делают.

Я молчала. Ждала, когда третий советник окончательно сдастся и выложит мне хотя бы часть правды. В том, что моим отцом они просто-напросто прикрылись, чтобы заманить Дарра в ловушку, я теперь не сомневалась. Тут назревал другой вопрос: что стало бы, если бы Эрн оказался свергнут? Всем известно, что тремя плато правят три брата. Как повели бы себя Миррэй и Каррэй, если бы их брат оказался не у дел? И, да, совет не мог не осознавать этого.

Он постоял еще немного, а затем все же сел на диван, рядом со мной. Внимательно посмотрел в глаза и… мне стало его действительно жаль. Это же как надо настолько сильно воспылать чувствами к такой вертихвостке, как «Рави». Стоял на своем, упирался, хотел скрыть от нее подробности разговора с Даррэем, и все равно сдался. Что его так покорило в ней, хотелось бы мне знать?

— Даррэй Эрн рассказал, что готовит с братьями тайную операцию, — тяжело вздохнув, принялся говорить Паул. — Они пока работают на расстоянии. Хотя, вечером сюда прибудет Миррэй Эрн. Он оставит свой трон жене ради того, чтобы помочь Даррэю с заклинанием поиска. Они собираются просканировать дворец и прилегающие к нему территории еще раз. Ястреб сильный маг, так что вдвоем они обязательно отыщут убийцу.

Князь Ястребов прилетит сюда специально, чтобы «поискать» предателя? При этом, оставит жену и детей одних в такое не спокойное время. Нет, Паул, ты что-то не то мне опять говоришь.

— А как же придворные маги? — насмешливо уточнила. — Они уже не в состоянии создать какой-нибудь артефакт?

— Женщина, зачем ты перебиваешь? — шутливо отмахнулись от моих слов.

— А чего бы мне не перебивать? — обиженно надула губы. — Смотрю, ты не спешишь делиться со мной подробностями дела. Как я смогу вам помочь, если не знаю самого важного?

— Твоя правда, — теперь уже совершенно серьезно кивнул Паул. — Да только я решил вывести тебя из игры. Прости… Ты и так сегодня сильно подставилась. Так что пока будет лучше, если ты будешь вести себя тихо.

Его глаза лихорадочно забегали, и я поняла, где и с кем я в его мыслях уже затихла. Мерзость. Как можно одновременно пользоваться и испытывать чувства? Подвергать опасности и носиться, как с единственным сокровищем?

— Но я все равно хочу знать правду, — с нажимом проговорила. — Не важно, воспользуюсь ли я ей или нет в дальнейшем.

В дверь постучали. Мы замерли, боясь проронить хоть слово.

Стук повторился (и зачем, спрашивается было вообще стучать). Затем дверь резко растворилась, и на пороге показался Дарр собственной помятой персоной. Он так плохо выглядел, что я чуть было не сорвалась к нему навстречу. Вовремя осознала, что я не должна этого делать. И что меня в упор не видят.

Медленно скосила взгляд на советника и обомлела. Он немигающим взглядом гипнотизировал Даррэя и что-то шептал.

— И тут его нет… — покачал головой князь и пошел прочь, магией прикрыв за собой дверь.

— Вы считаете это нормальным? — осведомилась спустя несколько томительных секунд. — Говорите, вас не поймают из-за его странного поведения?

— Не поймают, — утвердительно кивнул Паул. — Те, кто может заподозрить неладное, сидят и молчат.

Значит, совет целиком и полностью выступает за помешательство нашего правителя? Почему же? Неужто сомневаются в его силах? Но в таком случае дело попахивает государственным переворотом. И кого же они посадят на трон, если Дарр уйдет?

— Я остаюсь при своем мнении, — покачала головой. — Уж кто-нибудь…

— Пускай только попробует, — кровожадно улыбнулся мне третий советник. — И он отправится на казнь быстрее, чем Даррэй Эрн узнает обо всем. Тем более, это для общего блага, Равилла.

И вот про что он сейчас говорит? Про то, что сам может быть причастен к последнему покушению или про то, что ему всего лишь нужна информация? Ох, я совсем запуталась!

С другой стороны, они бы не стали использовать настолько грязные методы, чтобы узнать о тайном расследовании Даррэя и его братьев. Кстати, надо будет потом самой его обо всем расспросить.

— Я все поняла, — сказала, неожиданно для самой себя. — И надеюсь, вас ждет успех в ваших делах.

А потом я взмахнула рукой и «открыла» себе входную дверь. Опять же на одних инстинктах (пока Паул не опомнился) направилась в коридор. А далее монстры Запретной зоны меня дернули скрыться в тайном проходе, который находился прямо в картине. Я приложила ладонь к раме и просто-напросто вошла внутрь изображенного художником летнего сада. Вслед мне понеслось:

— Равилла, куда ты?!

Потом все звуки стихли, а я очутилась в собственных покоях. Так и стояла с широко распахнутыми глазами посреди спальни. И все взирала на наглющего Даррэя, который разлегся на моей постели, делая вид, что смертельно устал. Единственное, выглядел он не в пример лучше, чем когда «искал» своего советника.

— Чего так долго? — лениво осведомился князь, не открывая глаз. — Я думал, ты там и правда решила одарить его своим теплом.

Вы посмотрите на него! Даже очки снял, чтобы не мешали. Еще и смеет меня в чем-то упрекать… Между прочим, я как лучше хотела. Думала выпытать из него что-нибудь интересное, а потом рассказать Эрну. А тут на тебе, скатился до банальной ревности.

— Мечтай, — сказала прежде, чем успела сообразить, что и кому говорю. — Простите…

— Не прощаю, — наигранно обиженно фыркнул Дарр. — Девчонка, ты что себе позволяешь?

— Больше такого не повторится, — поспешила заверить. — Еще раз прошу меня извинить.

— Нет, — припечатали в ответ. — Сначала пообещай мне больше не проходить через порталы этого ненормального.

— Обещаю, — с готовностью ответила ему.

Мужчина соизволил надеть очки и сесть. Лицо его при этом было предельно серьезно.

— У меня во дворце бунт, — неожиданно горько усмехнулся князь Эрн и резко поднялся с насиженного места. — Пятеро советников из семерых находятся под воздействием темного артефакта, который хранится у каждого из них в личных покоях. Еще двое предатели. С твоим отцом вообще ничего не ясно.

— Это ведь была очередная их ложь, — кивнула и сделала шаг навстречу. — Повод, чтобы выманить вас на совет.

— Уже догадалась, — тихо рассмеялся оборотень.

— Также я думаю, что Паул наврал мне про ваш разговор, — решив пойти до конца, продолжила озвучивать собственные наблюдения. — Вы ведь все слышали, я знаю. Скажите, что вы наговорили Совету. И что Совет поведал вам.

— Найта-Найта… — выдохнул Даррэй. — Ну, зачем тебе все это?

Говорит прямо, как и Паул. Вот, почему все мужчины такие? Как что случится, так бегут геройствовать. И при этом считают нормальным отмахиваться от женской помощи. Как превратить в легкодоступную женщину — это они первые. А как проявить снисходительность в настоящем деле, то сразу «Зачем тебе это?»

— Я уже говорила, — сложив руки на груди, скептически хмыкнула. — Правда не вам, а…

— В отсутствие третьих лиц разрешаю обращаться ко мне на «ты», — неожиданно перебил меня Эрн.

Сейчас он видел во мне не свою фаворитку, а горе-драконодознательницу, которой не посчастливилось оказаться в самом центре дворцовых интриг. Неожиданно поймала себя на мысли, что такое внимание мне приятно. Значит, ему не безразлична моя судьба.

— Хорошо, — коротко кивнула.

Тем не менее, никто не спешил отвечать на мои вопросы. Из чего я сделала вывод, что мне не дозволили лезть в детали расследования. Второй раз за день. А вот это совсем не порадовало. Почему? В общении с Джорджем Паулом мне ведь было безразлично, доверяют мне или нет. Почему же теперь меня задели слова князя?

— На сегодня ты свободна, — озвучил первую радостную новость за день Дарр. — Но завтра будь готова к тренировкам. И постарайся не попадаться на глаза придворным магам и советникам.

— Поняла, — снова кивнула.

Не знаю, что отразилось на моем лице в тот миг. Эрн криво усмехнулся и порывисто обнял меня. Опять же, не как любовницу, а как простую девушку. Возможно, друга.

— Совет не поведал мне решительно ничего нового, — тихо проговорил мне на ухо маг. — А я наврал им с три короба. Теперь они думают, что я снова собрался к братьям, на плато Ястребов. Но перед этим заскочу в Мун и опрошу там одного свидетеля. Сказал даже имя.

— И пока вы… то есть, ты будешь добираться до города, свидетеля убьют по приказу кого-нибудь из совета, — подытожила я. — Мне кажется, зря ты подставил невинного человека.

— На его совести сотрудничество с советником Аргу и два грабежа по приказу Паула, — усмехнулся Даррэй. — Так что жалеть его или нет, вопрос спорный.

Это уж точно. Но получается, если Сокол будет «отсутствовать» на плато, то его действительно не должно быть видно и слышно.

— Я затаюсь на время и посмотрю, что будет, — словно прочитав мои мысли, проговорил мужчина. — На тебя снова ляжет задача быть на виду и открыто взаимодействовать со всем, что начнет происходить во дворце.

— А как насчет бала? — вспомнив об еще одной важной детали, уточнила я. — Он должен состояться уже послезавтра.

— Я перенес его на пару месяцев вперед, — выпуская меня из своих объятий, ответил Дарр. — Надеюсь, меня поймут.

— Не сомневаюсь в этом, — постаралась улыбнуться.

Ага, особенно, если учесть, что люди даже и не догадываются о том, что тут творится. Но ведь князь придумал себе какое-то оправдание? Он ведь хорошо подкован в подобных вещах, так что обязательно выкрутится.

— Совет недоволен, — передернул плечами Эрн. — Хотя, всячески показывает, что поддерживает мою идею.

А потом мы вспомнили, что хотели прогуляться по зимнему саду. Признаться, мне туда совсем не хотелось идти. Это было нормально, если учесть то, что я уже была в курсе, чем там может заниматься уединившаяся парочка. А вот Дарр… Как ни странно, он тоже не горел желанием наведываться в это место.

— Я уверен, что мне подстроили какую-то ловушку, — неохотно сознался он после того, как я одарила его полным мольбы взором. — Роул доложил, что Аргу и Паул договорились о встрече у зимнего сада незадолго до запланированного нами появления.

— Ты и драконодознателя втянул в это дело? — живо представив себе наставника, следящего за всякими подозрительными личностями, спросила у Сокола.

— Пришлось, — развел руками князь. — Вокруг меня остается все меньше тех, кому бы я мог доверять.

— А как насчет меня? — невесело усмехнулась. — Я ведь…

— Ты не умеешь обманывать, — отмахнулся оборотень. — По крайней мере, меня.

Его холодные глаза пожелтели, на миг становясь драконьими, с вертикальными зрачками. Впрочем, Даррэй сразу же вернул им человеческий вид.

Он выглядел не лучшим образом, поэтому я сжалилась над ним и позволила вздремнуть немного, пока не настанет время нашей прогулки. Интересно, он ночью хоть спал? А то такое ощущение, что все это время ему было не до этого.

Чтобы не терять времени, отправилась в уборную, приводить себя в порядок. По-хорошему, я должна была вызвать служанку. Но, как я поняла, последняя не особо горела желанием мне помогать. Со своей же стороны, мне следовало настоять на ее обществе. Все же госпожа Фуриэ это не Найта Уайт. Она не привыкла обходиться своими силами даже в таких мелочах, как принятие горячей ванны.

Само собой излишне увлекаться водными процедурами не стала. Мне нужно было только освежиться, переодеться и поправить прическу. Кто бы знал, как мне не хотелось рассматривать свое отражение в зеркале… Но, к сожалению, все вышеперечисленное требовало моего непосредственного контроля. Поэтому пришлось собрать всю волю в кулак и перестать думать о том, насколько за эти дни мне стал ненавистен временный облик фаворитки князя плато Соколов. Я соскучилась по своему родному лицу, но ничего поделать с этим не могла. Все думали, что я умерла. И все свято верили в то, что настоящая Равилла Фуриэ активно ухлестывает за Даррэем Эрн.

Когда вернулась в спальню, увидела спящего Дарра. Умиротворение поселилось на его побледневшем от усталости лице. Очки он снял и положил рядом с подушкой. В какой-то момент поймала себя на мысли, что откровенно любуюсь мужчиной. Тогда-то еще больше пожалела о том, что не могу быть самой собой.

— Не стой столбом, Уайт, — сонно пробормотал Сокол, не открывая глаз. — А то я начинаю думать, что ты боишься меня.

Вообще-то, да, побаиваюсь. Но озвучивать этого не стала. Меня тут охраняют, спасают, в детали расследования худо-бедно посвящают, а я еще чем-то недовольна.

— Я только переоделась, — попыталась возразить, живо представив себе, что станет с моим нарядом, если я сяду или даже лягу на постель. — Не хочу помять платье и прическу.

— Это приказ, — уже намного строже отчеканил князь.

Я вздрогнула от разительной перемены настроения князя. Странно, только что чуть ли не мурлыкал во сне, а теперь, словно ежик, покрылся колючками и показал острые зубки. Милое существо, до тех пор, пока его все устраивает.

Не стоит лишний раз говорить, что я сразу же выполнила его… приказ. И как только я это сделала, меня пододвинули ближе к себе и устроили широкую ладонь на талии. Едва Даррэй успел это проделать, тихо растворилась входная дверь и прозвучало насмешливое:

— Это я, не беспокойтесь.

Голос принадлежал стражу, который учил меня накануне танцевать. И вот что удивительно: вошел он в покои Фуриэ настолько непринужденно (но практически бесшумно), что я было подумала, что передо мной не простой стражник. Хотя почему подумала? Я уже давно об этом догадываюсь. Потому что князь общался с ним, как с родным братом. И наоборот.

— А я и не беспокоюсь, — прошипел Даррэй. — Быстро скрылся и замолчал. Рави, собралась и приняла гостя.

Я сначала опешила от такого заявления. Меня ведь только усадили рядом с собой. А тут, выходит, надо снова встать и принять…

— Рави! — воскликнул вошедший в гостиную, а затем и в спальню советник Паул. — Ты не знаешь, куда подевался твой… то есть, наш правитель?

— В смысле? — тут же превратившись в надменную стерву, вопросила я.

К слову сказать, ни Даррэя, ни его стража в покоях не наблюдалось. Они будто испарились в воздухе. Правда, я продолжала ощущать конечность Сокола на своей талии. И она напряглась, когда третий советник обратился ко мне, используя сокращенное имя «Рави».

Моя поза была расслабленной. Я не спешила менять положение тела, чтобы ненароком не выдать правителя. А то мало ли вслед за мной кинется с кровати, чтобы встать. Или станет источником шума, который привлечет внимание нашего врага.

— Да так… — поморщился Паул. — Думал, этот мерзавец у тебя. Не бери в голову.

— А почему он должен быть у меня? — нахмурилась. — Я что, бесплатное средство утешения и развлечения для одиноких мужчин?

Зря я это сказала. Потому что взгляд Джорджа говорил, что таки да, я доступное, бесплатное развлечение для любого мужчины. Особенно, для него самого. Печально, но ожидать другого ответа от очередного любовника Фуриэ не приходилось.

— В таком случае, идите, господин Паул, куда шли, — зло процедила я, давая понять, что еще немного, и между нами будет все кончено. — И не мешайте мне самой устраивать свою жизнь.

Уже прочувствовав его отношение к любовнице Даррэя, я понимала, что только что коснулась больной темы. И, да, я специально решила вывести его из себя. Мало ли, чего еще наговорит мне (а заодно и правителю) в пылу возмущения.

— Без моего ведома? — неожиданно проговорил третий советник. — Равилла, опомнись! Неужели ты хочешь вернуться к тому, с чего начала?

— А с чего я начала? — удивленно переспросила. — По-моему, все было очень даже неплохо. До той поры, пока сегодня меня чуть не подставили.

— Это была случайность, — зло выплюнул Паул. — Мироздание, как же я ненавижу эту сволочь!

Рука на моей талии напряглась еще больше. Вот такое, оказывается, отношение у совета к наследному князю Даррэю Эрн. Не понятно только, какую роль в их спектакле играет мой отец. Его заточили в темницу, заклеймили всю нашу семью позором… Но продолжают сохранять жизнь. Монстры запретной зоны, для чего?!

— А мне какая разница, — пожала плечами. — Не я это все начала.

Это я так жирно намекала на то, что не я сама вышла из игры. И что не я не стала слушать рассказ о том, что задумал совет, руководствуясь той информацией, что предоставил им Дарр.

— Поэтому хочу снова попросить тебя об одолжении, — Паул блеснул своим изучающим и, я бы даже сказала, препарирующим взором.

— Что такое? — Я нахмурилась. Ничем хорошим наш разговор точно не закончится.

— Окажи мне небольшую услугу, дорогая, — советник приблизился ко мне и практически навис сверху. — Приведи князя в зимний сад и сделай так, чтобы он захотел тебя.

— Если я захочу, он сделает для меня все, что угодно, — в тон ему ответила. — Но что ты задумал? Какой подвох меня ожидает, если исполню твою просьбу?

— В этом положись на меня, — усмехнулся Паул. — Как только его накроет, я вытащу тебя оттуда.

— Ты собрался его убить?

Я не поверила собственным ушам. Кажется, моими руками собрались совершить еще одно покушение. Но что же это получается, Даррэй по их задумке не попадет в скором времени на плато Ястребов, как великодушно имел честь сообщить на совете. И последние не могли об этом не знать. В таком случае, остальные князья прилетят сюда, чтобы выяснить настоящее положение дел. Что ждет их тогда? Смерть или очередной обман?

— А чего тянуть? — искренне удивился Паул. — Мы и так долго ждали. А тут такой подходящий момент. Сначала уберем Даррэя. Потом — его братьев. Будем надеяться, что они, как и в прошлый раз, не заметят подмены. Нам останется только найти подходящие кандидатуры на троны плато Ястребов и Беркутов. И все, три птички улетят на небеса и больше никогда не вернутся оттуда.

У меня перехватило дыхание. Как же он ужасен!

— Надо же, — задумчиво пробормотала. Пришлось заставлять себя делать вид, что все нормально. И ничего странного в происходящем нет. — План не дурен.

— А ты сомневалась во мне? — с сарказмом изумился советник.

— Признаться, уже немного начала, — хитро проговорила, осознавая, что некоторые мужчины пусть и умны, и изворотливы, а все равно уступают в присутствии красивой, уверенной в себе женщины.

И тут мой незваный гость неожиданно распрямился и направился прочь. Не трудно было догадаться, что, а точнее, кто, заставил его это сделать.

— Надоел, — выдавил из себя Даррэй, как только за советником закрылась входная дверь. — Слишком много болтает.

Я обернулась и увидела помрачневшего князя. Его взор метал молнии.

— А он ничего не заметит? — я с опаской снова посмотрела на дверь.

— Нет, — покачал головой стоящий там же страж.

От всего этого безумия меня начинало потряхивать. Хотелось взять и рухнуть на постель, рядом с Дарром. Но я прекрасно понимала, что не имела права на эту слабость. Тем более в присутствии постороннего человека. Так что пришлось подавить в себе глухой стон разочарования. День еще не окончен. Вечером предстоит решающий бой.

— Какой активный у тебя совет, — тем временем прокомментировал ситуацию страж. — Вот бы мне таких себе на плато.

— Тебе жить надоело? — усмехнулся Даррэй. — Совсем скучно стало во дворце?

— Нет, что ты, — отмахнулся мужчина. — Не дай Мироздание мне заиметь подобный серпентарий.

Странный у них выходил разговор. Как будто Сокол на самом деле общался с кем-то их своих братьев. Но ведь это невозможно! Миррэй и Каррэй находятся далеко отсюда. Разве не так?

И тут их взгляды устремились в мою сторону. Само собой, я слышала их разговор. И не по своей вине. Просто кое-кто забылся и решил обменяться впечатлениями прямо тут, в моих покоях.

— Я ничего не слышала, — соврала я. — Вопросов нет, меня тут не было. И вообще, у меня амнезия.

Постаралась слиться с окружающей обстановкой. Насколько это было возможно в моем положении. Сидела себе в непосредственной близости от симпатичного мужчины, который возлежал на постели и даже не пытался что-либо изменить. А тем временем я была готова сгореть со стыда. Просто со мной еще никогда такого не происходило. Я имею ввиду, настолько тесного сближения с мужчиной. Который, кажется, видел во мне не свою любовницу, а настоящую меня.

— Да уж, мы оба виноваты, — переглянувшись с Даррэем, подытожил один из князей соседних плато.

— Это когда-то должно было произойти, — кивнув каким-то своим мыслям, проговорил Сокол.

Он быстро убрал руку с моей талии и нацепил на нос очки. Затем принялся подниматься с постели, всем своим видом показывая, что то, что только что произошло, для него не имеет никакого значения. А вот его брат искусно прятал улыбку, которая так и рвалась наружу.

Да уж, ситуация вышла неоднозначная. И как после такого относиться к нему, как к великому и ужасному правителю нашего плато? Нет, он, вовсе не упал в моих глазах и не сделался более легкомысленным и мягким. Просто трепета перед князем я больше не испытывала. Он такой же человек, как и я. Тоже может ошибаться, переживать, хотеть есть и спать. Несмотря на то, что у него больше власть и выше положение в обществе. А еще он может позволить себе все, что хочет.

— Пойдемте в мой кабинет, — сухо проговорил Даррэй и… направился в сторону уборной.

Понятно, а представить мне своего брата никто не хочет. Оно и не удивительно. Кто я такая, чтобы меня удостаивали подобной чести? И, да, почему меня это так волнует?

— Миррэй уже, наверное, заждался, — хмыкнул, судя по всему, Каррэй. — Он уже должен был закончить с уликами.

— Да, — выдавил из себя Сокол.

Кто бы мог подумать, что шкаф с халатами и полотенцами скрывает за собой нишу с порталом. Который, правда, слушался только хозяина дворца. Никто больше не мог им воспользоваться. И вот мне интересно, а госпожа Фуриэ знала об этом?

— Не знала, — безэмоционально откликнулся Дарр.

И тут я поняла, что рассуждала вслух. И вот, что самое интересное: меня никто за это не упрекнул.

— Как чуял, что любовница окажется с душком, — сказал неожиданно Беркут.

У его брата начался приступ кашля. У меня — тошноты. Просто сразу представила себе эту нелицеприятную картину. Шикарная леди, от которой разит… Нет, хватит. Нечего думать о всяких глупостях.

— Ну ты и сказал, — проговорил Даррэй Эрн, выжидательно посматривая то на портал, то на нас с князем. В итоге его взгляд остановился на мне. — Надо быстрее заканчивать этот маскарад. — Его лицо внезапно исказила гримаса брезгливости. — Не могу больше видеть эту иллюзию.

Вот так просто у него это происходит. Прошла любовь — завяли астры. А с чего вдруг? Да с душком оказалась. Мироздание, и надо же было мне принять участие в театре абсурда?

— Сам себе удружил, — развел руками Каррэй Эрн. — Но ты не отвлекайся, братец.

В мои покои снова постучали. Демоны запретной зоны! Кому опять понадобилась сладострастная личность Равиллы Фуриэ?

— Найта, — сказал Сокол и без предупреждения ухватил меня за руку. — Быстро и тихо.

Мог бы и не приказывать. Я сама бы догадалась, что нужно делать. Я не домашнее животное, чтобы исполнять команды своего… хозяина.

Момент, когда мы прошли через портал и оказались в кабинете князя, я проморгала. Задумалась настолько, что шагнула вслед за мужчиной, который потянул меня за собой. Очнулась только когда внезапно впечаталась в его спину. Просто кое-кто резко затормозил, и я не успела вовремя остановиться.

— Осторожнее, — проговорил Эрн, расцепляя наши руки и отходя в сторону.

— Я не нарочно, — вяло ответила.

Портала как не бывало. Уборной и покоев фаворитки правителя — тоже.

Но это быстро отошло на второй план, потому что я поймала на себе тяжелый взор Роула. И чего, спрашивается, ему не нравится? Я в образе светской, богатой дамы смотрюсь вроде как убедительно. Чего уж там, сам князь оценил мои старания. Негативно, правда. Но оно даже и к лучшему.

— Ну, наконец-то, — нарушил молчание «страж» под номером два. Под его личиной, вероятно, прятался князь Ястребов. — А я думал, вы там заснули уже.

— Было дело, — ввернул шпильку Беркут. — Если бы я не пришел, эти двое бы действительно залегли спать.

— Что? — процедил Роул. — Найта…

— Да знаю я, — отмахнулся Даррэй. — И, поверь, я не собирался ее трогать.

— Он просто очень устал после совета, — решила поддержать своего якобы любовника. — Вот мы и подумали, что пару часов он может поспать у меня.

Наверное, именно на этом моменте Миррэй с Роулом осознали, что происходит что-то странное. И что я нахожусь отнюдь не на своем месте. И вообще, подобные фамильярности как-то лихо стали сходить мне с рук. Признаться, последнему я была удивлена не меньше своего наставника.

— Она все знает, — неохотно пояснил Дарр. — Так что…

— Замечательно, — покачал головой князь Ястребов, выдающий себя за стража. — А по какому случаю?

— По дурости, — ответил за брата Каррэй.

— Помолчи, — огрызнулся Сокол. — И лучше давайте перейдем к тому, что удалось разузнать по поводу одурманенных советников, — он посмотрел на Роула и Миррэя. — И в библиотеке. — А тут внимание уделили Беркуту.

— Что можно было найти в библиотеке… — сделал вид, что задумался Каррэй. — То, что мы уже и так знаем. Но подзабыли.

Он щелкнул пальцами, и в следующий миг перед ним появилась увесистая книга с обычным на вид названием. Для того, кто просто проходил мимо и знать не знает о том, что творится в княжеском дворце.

— Обороты, создание иллюзий, личин, оболочек, — вслух прочитал Даррэй. — Где ты это нашел?

— На полке, где же еще? — усмехнулся его брат. — Корешок немного торчал и был не таким пыльным, как у остальных книг. Ну, и одна страница на поверку оказалась вырвана. Как думаете, что там?

Повисло непродолжительное молчание. Не трудно было догадаться, что кто-то на время прикидывался князем плато Соколов. А потом опять стал собой.

— У Паула и Аргу в комнатах, как ни странно, чисто, — заговорил Миррэй. Затем он полез в потайной карман в своем камзоле и извлек оттуда сложенный в четверо листок бумаги. — У первого советника Жадо я нашел это.

— Что с остальными? — принимая из рук своих братьев находки, хмуро вопросил Дарр.

— Норберр, Овил, Рокк и Дашту хранили у себя ингредиенты, которые необходимы для этого «милого» зелья. — Ястреб кивнул на листок бумаги, который уже вовсю изучал Даррэй. — С трудом удалось вскрыть их тайники. И вообще, найти оные.

— Неужто здесь поработал кто-то из придворных магов? — зло протянул Дарр. — Убью гада.

— А почему ты думаешь, что они сами не могли хорошенько поработать над собственной конфиденциальностью? — уточнил у него Беркут.

— В состоянии подавленной силы воли? — задумчиво проговорил Мирр. — Возможно, так оно и было.

— То, что с ними сотрудничает кто-то из магов — это ясно, как день, — проворчал Даррэй, поднимая на нас свои уставшие глаза.

Сначала перед мысленным взором пронеслось воспоминание о том, что в Запретной зоне я имела честь познакомиться с его драконом. Мне показали вертикальные зрачки и свою суть. Но сегодня я впервые увидела уставшего, сбитого с толка князя.

— Постой-ка, — совершенно позабыв о субординации, я обратилась к Соколу на «ты». — Ты помнишь, как заходил сегодня в покои советника Паула и якобы искал там меня.

— Это были не его покои, но я это прекрасно помню, — довольно благосклонно отозвался мужчина. — А что?

— Ты помнишь меня? — задала новый вопрос, не обращая внимания на то, как напряглись остальные участники разговора.

— Конечно, — меня одарили непонимающим взглядом. — Этот идиот слабее меня и само собой не смог нормально скрыть твое присутствие.

— А есть кто-то из придворных магов, кто хотя бы приблизительно также силен, как и ты? — осторожно у него уточнила.

По глазам видела, что ему не понравился мой вопрос. Конечно, какая-то драконодознательница усомнилась в его мощи. Но вопрос был действительно важным. Потому как если нас таки смогут обнаружить вся наша авантюра с переодеванием окажется под угрозой.

— Есть, — наконец, выдавил из себя Эрн. — Лорд Вайру. Но это точно не он.

— Почему?

— Потому что именно он поймал твоего отца и сдал под стражу, — последовал прямолинейный ответ. — Лорд Алекс Вайру не предатель. Я доверяю ему, как себе.

— Тогда почему его сейчас здесь нет?

Каюсь, это было уже лишним. Но, глядя на остальных, я могла поклясться, что озвучила общую мысль. Кто такой этот Вайру? Почему я о нем ничего не слышала?

— Сейчас я тебя, возможно, удивлю, — медленно начал говорить Миррэй Эрн. — Но Вайру умер еще десять лет назад.

— Это был его отец, — с жаром возразил Сокол. — И звали его Лекс.

— Алекс… Лекс… Мне уже хочется навести справки, — заинтересованно сказал Беркут.

— Я уже навел справки, — процедил Даррэй. — Это отец и сын. Последний сейчас служит мне верой и правдой.

— Но я бы все равно проверил его на вшивость, — заметил Миррэй. — Тем более, что ты утверждаешь, что это единственный маг во дворце, кто смог бы с тобой потягаться.

— Ну, еще ты, — неохотно признал Даррэй.

— Это само собой, — невозмутимо кивнул Ястреб. — Ну, так что, ты даешь мне дозволение «пообщаться» с его магией?

— Да, — проговорил Сокол. — Только осторожно. Я не хочу потом перед ним оправдываться.

— И все же, я согласен с Найтой, — неожиданно поддержал меня Беркут. — Почему при всем своем доверии ты не ввел Алекса Вайру в детали нашего расследования?

Кажется, кто-то все же не может доверить собственную жизнь этому достопочтенному лорду. Почему? Вопрос уже был озвучен. Они оба соперники.

— А лорд маг знает, где расположен этот кабинет? — задала наводящий вопрос. — Он знает о существовании прямого перехода сюда из моих покоев?

— Надеюсь, что нет, — одними губами ответил мне Даррэй Эрн. — Это тайное место. Так, на всякий случай.

Что и требовалось доказать. Правитель плато Соколов доверяет только своим братьям, Роулу и мне. И… в таком случае, это странно. С чего двум драконодознателям оказана подобная честь?