Глава 23. Вика

— Куда? — спросила я, глядя на своего спасителя… Я начинала сомневаться, что он добро.

— В безопасное место, — ответил тот3 коротко, не глядя на меня, и указал на черный внедорожник за нашей спиной.

— Простите, — я замерла, не двигаясь с места. — Но я вас даже не знаю.

— Идем, — он сделал шаг, остановился. Медленно повернул ко мне голову. Его глаза были светлыми — ярко-голубые. Знакомый взгляд. Почти звериный. Но не страшный.

— Это правда, — кивнул он. — Но ты знала того, кто только что пытался затащить тебя в машину. И это не помешало ему сломать тебе руку, если бы я не вмешался.

Я сглотнула. Посмотрела на капитана Стрельцова, который прижал поврежденную кисть к груди и баюкал ее, как маленького ребенка.

— Кто вы? — повторила я, глядя прямо в лицо “спасителя”. — Почему вы вмешались?

— Я обязан. Альфа дал такой приказ.

У меня перехватило дыхание.

— Альфа? — переспросила я, почти шепотом.

— Альфа. Он просил не оставлять тебя одну, — объяснил мужчина. Спохватился и затараторил: — Но это не значит, что он следит. Он защищает.

Я медленно обернулась — мелкие капли дождя скользили по лобовому стеклу припаркованной неподалёку машины. Черная. Та самая. Оказалось, я всё-таки не ошибалась. За мной действительно следили. Всё это время.

— Значит, вы — его... кто? Друг?

— Не совсем, — он усмехнулся. — Я часть стаи… семьи.

Стая. Слово, которое в обычной жизни звучало нелепо. Но в последние дни моей жизни ничего обычного не оставалось.

— Значит, вы оборотень? — выдохнула я, вспоминая записи в книгах.

— Рыжая, ты бы завязывала с кефиром, — ответил он, хохотнув и плавным жестом широкой ладони, указывая на припаркованный внедорожник. — Или какими другими алкогольными напитками. Поехали. Я обязан доставить тебя домой в случае опасности. Опасность на лицо, — он указал пальцем на Стрельцова, спрятавшегося в машине.

— Я могу отказаться? — спросила я. — Не ехать.

Он кивнул. Без пафоса. Просто.

— Можешь.

— Но?..

— Но не откажешься. После того, что я сделал твоему другу, не стоит оставаться милой девушке одной. Про то, что я назвал тебя милой, будь любезна, не говори Тео и моей супруге. Невообразимо ревнивой ведьме.

Я опустила взгляд на мужскую руку. Мозг пытался найти подтверждения его слов. Раз у него есть супругу — значит должна быть и кольцо. Именно до этого дошла моя логика.

— Нас связывает куда больше, чем кусок металла, — сообщил он, явно поняв мои мысли. — Я без нее сдохну. Чувство неминуемой смерти привязывает куда сильней, чем несколько граммов золотистой проволоки.

— Вы же сейчас шутите? — спросила я, в очередной раз чувствуя хватку на своей локте.

— Да уж какие шутки. Шутить с женщинами опасно для мужского организма. Особенно если женщина — ведьма, — добавил он, криво усмехнувшись. — А вы все ведьмы. Один раз пошутил — полгода выл на луну. Не в поэтическом смысле.

Я всё ещё стояла, сжимая ремешки рюкзака, не решаясь сделать шаг к машине. Сердце билось неровно, не могло определиться: паниковать или, наоборот, выдохнуть.

— Ладно, — продолжил он, немного сбавив тон. — Я понимаю. Ты не обязана мне верить. Но давай так — ты сядешь в машину, я отвезу тебя туда, где тебя ждут. Тебя вкусно покормят. В этом я не сомневаюсь. Обогреют. Уложат… без уложат.

Я дернулась, чуть нахмурилась — не понимая, где именно проходит граница между его сарказмом и правдой. В нём было что-то… странное. Нет, не пугающее дикое, будто он вырос не в городе, а где-то в глуши, где люди всё ещё верят в приметы и говорят с духами леса.

Духами леса, которые подсказывают покупать ему дорогую одежду. Угу.

— Вы… кто вы вообще? — переспросила я тише, вглядываясь в мужское лицо. Молодой, но взгляд…

Он кивнул в сторону машины и сказал:

— Митир. Можешь звать Мит.

— Это настоящее имя?

— Да ничего более настоящего нет в нашем мире, — ухмыльнулся. — А если серьёзно — нам реально пора. Совсем скоро здесь будут друзья однорукого бандита, — он с издевкой помахал Стрельцову.

— Куда именно вы меня повезете? — спросила я, переборов себя и сделав несколько шагов к черному внедорожнику.

— Туда, где тебя ждут.

— Кто именно?

Он повернулся.

— Тот, кто заботится. Кто просил… не оставлять тебя одну.

Я поняла. Альфа. Он снова был рядом, хоть и не показывался.

— Значит, вы работаете на него?

— Как бы тебе сказать, — Мит почесал затылок. — Скажем так: он мне как брат. Как… Да не как, а брат. Юродивый. В семье всегда есть кривенький. Косенький. Самый неудачный.

Митир уводил меня, неся откровенную чушь.

— И он… правда… заботится? — я вцепилась в эту мысль и не могла ее отпустить.

— Он сожрёт любого, кто причинит тебе вред, — невозмутимо ответил Мит. — А я не хочу, чтобы он начал с меня. Так что, считай, мне тоже выгодно твое благополучие.

— Хорошо, — согласилась я, прекрасно понимая: после его выходки мне нельзя оставаться одной.

Подошла к машине, села в салон. Запах внутри был неожиданно приятный — не освежитель, не бензин, не мята. А что-то… теплое. Родное.

Он захлопнул за мной дверь, сел за руль и тронулся с места. Мы выехали со двора.

Я смотрела в окно, пока за стеклом проносились улицы. Серый город, мокрый асфальт, редкие прохожие. Всё привычное.

— А как ваша фамилия? — спросила я запоздало, держа в руках телефон и собираясь перестраховаться. Только вот я не знала, кому могу отправить подобную информацию. Но ведь блеф никто не запрещал.

— Рокотов.

Я набралась смелости и сфотографировала мужской профиль.

— Теперь мои друзья знают с кем я уехала, — сообщила я громко.

Митир усмехнулся и покачал головой, кажется, совершенно не веря в мои слова.

Мы ехали уже минут двадцать. За это время я успела: проверить, не похищают ли меня; убедиться, что Митира не разыскивает полиция; съесть половину батончика, найденного на дне рюкзака (он был несвежий, но стресс — лучший соус).

Машина уверенно свернула на выезд из города. Асфальт был влажным, фары выхватывали редкие дорожные знаки и лужи, в которых отражались уличные фонари и деревья.

— Куда мы едем? — спросила я, изо всех сил стараясь сохранить интонацию "Я не паникую", хотя хотелось кричать: "Стоп, я передумала!" — В безопасное место, — невозмутимо повторил Мит, словно был запрограммирован отвечать только так. — Вы как навигатор, у которого сломан дисплей. Всё говорите, но ничего не показываете.

Он усмехнулся. — Зато с характером. И с функцией самоуничтожения, если нажать не на ту кнопку.

На несколько секунд повисло молчание, пока я в уме перебирала «кнопки», которые уже могла ненароком нажать.

Наконец впереди замаячила указатель с названием коттеджного поселка. Ну, конечно. Куда же ещё? Знаменитое место, где живут богачи, которых обычные смертные видели только в телепередачах про успех и инвестиции. По слухам, за высоким забором они ели чёрную икру на завтрак, тренировались стрелять по мишеням в форме налоговой декларации и дышали отфильтрованным воздухом, которым не пользовался никто беднее директора банка.

Я уж подумала, что нас ждет скромный домик в глубине, но Мит не свернул. Он проехал мимо всего этого глянца и пафоса, даже не снизив скорости.

Дорога сузилась, асфальт сменился гравием, потом утоптанной землёй. Мимо проносились деревья и редкие фонари, словно мы ехали в тайное убежище. — Вы точно не маньяк? — уточнила я, крепче вцепившись в ремень безопасности. — Маньяк бы уже поставил музыку из триллера. Такую нагнетающую. А я джентльмен. Не пугайся раньше времени.

И вот, когда я уже начала строить планы побега в стиле "Выпрыгнуть и бежать в лес", мы въехали на просторную ухоженную территорию, окружённую высоким забором.

Особняк.

Он не просто был большим. Он был большим с претензией на огромный. Двухэтажный, с колоннами у входа. С фонарями вдоль дорожки, которые мягко светили, будто специально ждали моего прибытия. Всё это выглядело как загородная резиденция кого-нибудь с титулом. Или с парой скелетов в шкафу. Или и то и другое.

— Добро пожаловать, — сказал Мит с нарочито важным видом. — Прямо в логово. У тебя два пути: вперёд — к… людям, которые хотят тебе помочь… или назад — к капитану с гипсом и сомнительной карьерой.

Я не ответила. Посмотрела на особняк. В окнах отражалась небо, черепица поблёскивала от дождя, на пороге уже стоял кто-то. Тень, силуэт. Мне стало не по себе. Но… Какой у меня был выбор?

— Надеюсь, там есть кофе, — пробормотала я. — И пирожки, — подтвердил Мит. — И суп, и котлеты, и… ой, да много всего, судя по запаху.

Я не уточнила, шутит он или нет. Просто вышла из машины.

Фигура у двери становилась всё чётче, и, когда я наконец смогла разглядеть лицо, сердце чуть не ушло в пятки. Это была женщина. Молодая. Невероятно красивая. Из тех, кто выглядит так, будто даже просыпается с укладкой, лёгким сиянием кожи и идеально подобранной пижамой, без единой складки. У неё были тёмные волосы, собранные в аккуратный пучок, и прямая спина, словно она занималась балетом.

Она шагнула вперёд с лёгкой улыбкой на губах. Это не была дежурная улыбка, а более… личная. Мит заговорщически хмыкнул: — Шоу маст гоу он. Сейчас будет сцена номер один: "Я так волновалась!"

Но шоу едва началось, когда по въездной аллеи зашуршал ещё один чёрный внедорожник — чуть скромнее, чем у Мита, но всё ещё из серии: "У этого автомобиля больше мозгов, чем у меня в понедельник утром".

Машина остановилась. Резко открылась дверца.

Альфа.

Секунда — и он уже на ногах, идёт быстрым шагом, почти рывками, словно не может сдержать себя. Волосы растрёпаны, полы куртки развеваются, взгляд сосредоточенный, напряжённый. Он ищет меня?.. Или… нет. Не меня. В следующую секунду к нему направилась та самая женщина.

Она пошла прямиком к нему. Быстро, уверенно, почти на грани бега. И когда подошла — не сказала ни слова. Просто обняла. Обняла легко, привычно, с привкусом близости, которую не купишь и не подделаешь. Её пальцы скользнули по его руке. Мягко. Заботливо. И что-то она ему тихо сказала.

Альфа чуть склонил голову. Не отстранился. Не напрягся. Просто стоял, позволяя ей быть рядом.

Я застыла. О, великолепно. Прекрасно. Меня похитили (ладно, "спасли"), привезли в загадочное место с особняком из сериалов про миллионеров, и в качестве вишенки на этом психоделическом торте — я наблюдаю, как главная угроза моей жизни и моего спокойствия позволяет какой-то идеальной богине гладить его руку.

— Это… кто? — спросила я, повернувшись к Миту и чуть не хлопнула себя по губам, когда поняла, что всем было прекрасно слышен вопрос. Митир посмотрел на меня и явно понял, что именно я пытаюсь спросить. — Это Вела, — ответил он почти с почтением. — Мать.

— Чья мать?! — переспросила я не моргая.

— Разве это не очевидно? Моя, естественно.

— Не очевидно, — произнесла я растерянно, глядя на молодую женщину и её “сына”. Что за бред? Они не могли быть матерью и сыном. Они выглядели как ровесники. Гладкая кожа, блестящие волосы, грация в каждом движении. Она могла быть актрисой. Или моделью. Но точно не матерью взрослого мужчины.

Я несколько раз перевела взгляд от него к ней и обратно. Потом на мужчину, что вышел с водительского сиденья внедорожника. Я уже видела его. Он представлялся отцом Альфы. Лео. Расслабленная походка, заинтересованные взгляды на меня. На лице ни тени раздражения. Выдержка и скрытая сила. Редко встретишь в жизни таких людей.

А я оказалась в их окружении.

Тем временем женщина — мать, подруга, кто бы она ни была — вновь подошла к Альфе и легко обняла его.

Альфа чуть наклонился, будто позволял. Не сопротивлялся. Но и не отвечал. Его глаза скользнули мимо неё… на меня. Мгновение. И я задержала дыхание. Его взгляд слишком прямой. В нем тень облегчения, будто он рад, что я цела. Тень боли, будто ему было стыдно.

Только таким людям не бывает стыдно, — напомнила я себе.

Альфа задержал взгляд на мне, а потом всего на секунду отвёл его. Лицо у него стало жёстче. Он что-то коротко прошептал женщине, и она чуть нахмурилась, но отступила, не проронив ни слова. Только коснулась его плеча, как бы прощаясь или напоминая о чём-то.

— Я всё понял, — сказал он ей вслух.

Он подошёл ко мне и остановился в шаге. Близко. Гораздо ближе, чем стоило бы. Но в этот раз я не отшатнулась. Он медленно поднял руку, как будто спрашивал разрешения, и, не встретив сопротивления, взял меня за запястье. Осторожно. Пальцы тёплые, сильные.

— Пойдём.

Провёл меня через холл особняка, мимо, статуэток, зеркал в тяжёлых рамах, и почти не дыша, я шла за ним, как загипнотизированная.

Мы поднялись на второй этаж. Широкий коридор. Тёмные двери. Каменный пол, запах дерева, пряностей и чего-то, что я не могла определить. Его запах. Тот самый, что преследовал меня во снах.

Альфа открыл одну из дверей.

— Это моя комната, — сказал он спокойно. — Здесь ты в безопасности. И не только тут. На территории особняка и на всей территории стаи.

Я сделала шаг внутрь. И только тут осознала, что всё моё тело дрожит не от страха. От перегрузки. От всего, что копилось внутри: недоверия, боли, гнева, одиночества… и того, что я не хотела признавать.

Альфа закрыл за собой дверь.

— Сядь, — тихо предложил он. — Или ляг. Я могу уйти, если хочешь. Но не стану оставлять тебя одну, пока ты сама не попросишь.

И вдруг мне стало так невыносимо страшно быть одной, что я села на край огромной кровати и не отпустила его руку.

Альфа слегка наклонился, не вырывая ладони из моей. Бережно перевернул мою кисть, поднял её к свету. Замер.

На запястье уже начинал проявляться синяк. Фиолетово-серая полоса, как напоминание о том, как сильно капитан сжал мою руку. Я и сама не заметила, что болит. До этого момента. Но теперь боль вспыхнула.

Альфа провёл пальцем чуть выше ушиба — не по самой коже, а рядом. Трепетно. Осторожно. Даже его дыхание стало тише, будто он боялся сделать мне больно.

Но в темных глазах полыхнуло. Что-то хищное. Пугающее.

— Он тронул тебя, — сказал почти беззвучно.

Я кивнула. И тут же, будто оправдываясь. Перед кем? Перед ним? Перед собой?

Произнесла:

— Я пыталась уйти. Стрельцов держал меня. Я закричала, и… появился Митир.

Альфа закрыл глаза на миг, сжав губы в тонкую линию.

— Больше к тебе никто не подойдёт, — сказал он с угрозой.

— Ты ведь не… — я запнулась. — Девушка, она же погибла, — было глупо напоминать об этом в десятке километров от города в чужом доме за высоким забором.

Мужчина посмотрел прямо в меня.

— Назови меня по имени, — попросил надломлено.

Внутри всё сжалось. От тревоги, от волнения… и капли жалости.

Он снова посмотрел на мою руку. И, не спрашивая, взял вторую — ладонью вверх. Осмотрел. Пальцы мягко обвили мои, и мне вдруг захотелось, чтобы он не отпускал.

— Назови меня по имени, — спросил он, уже почти шёпотом.

Я отрицательно покачала головой.

— Это так сложно? — спросил он, и голос его стал тише, словно боялся задеть меня даже интонацией.

— Нет. Если я назову тебя по имени, всё изменится. Ты перестанешь быть просто Альфой.

Он медленно отпустил мои руки, но не встал с кровати. Остался рядом.

— Тогда нам не избежать непонимания, — хмыкнул он. — Альфа я для людей, — упал на спину и закинул руки за голову, вынуждая меня повернуться и посмотреть на него. — А здесь Альфа — мой отец. И я бы хотел слышать, как ты называешь меня по имени.

— Я… не уверена, кто ты, — прошептала я.

— У тебя есть право не верить. Из двух зол ты выбрала меньшее, — спокойно сказал он. — Я сам дал тебе слишком много поводов для сомнений. Но ты в моей комнате. На моей кровати.

Последнее уточнение заставило произнести очередную глупость.

— Та женщина… Вела… Она кто?

В его глазах промелькнуло удивление, потом лёгкая усмешка.

— Ты ревнуешь?

— Нет! — вспыхнула я. — Просто… вы были близко. И…

— Вела моя тётя, — спокойно сказал он. — Сестра моего отца.

Он не лгал. Я почувствовала это так же отчётливо, как жар на своих щеках.

Я отвернулась. Захотелось спрятаться. Смотрела куда угодно, только не в глаза Альфе.

Стыд жёг кожу. Он поднимался от шеи, к щекам, к ушам. Во рту пересохло. Хотелось найти оправдание, отшутиться, сделать вид, будто ничего не было. Но язык отказывался подчиняться.

— Прости, — выдохнула я.

Он снова взял мою руку. Осторожно. Медленно. Потянул на себя.

— Не извиняйся. Побудь рядом.

— Я… и так рядом, — я вытянула руку и осталась сидеть.

— Как же было просто в клубе. Пока я не понял, кто ты. А теперь я ощущаю себя сапером. Одно слово — и ты постараешься сбежать.