Глава 32. Вика

Я едва успела сделать шаг за порог аудитории, как навстречу вышел декан.

Он шёл неторопливо, расправив плечи, при этом его лицо было на удивление мягким — совсем не таким, как в тот день, когда он вполголоса, но весьма убедительно угрожал мне отчислением.

Я остановилась, не зная, бежать или извиняться. Но он опередил меня:

— Виктория. Доброе утро.

— Доброе… — пробормотала я. В горле пересохло.

Мужчина остановился напротив и внимательно посмотрел на меня. А потом неожиданно улыбнулся.

— Не волнуйся. Никаких проблем с учебой не будет.

Я моргнула, решив, что ослышалась.

— Простите?.. — обернулась, взглянув на вышедшую за мной старосту.

— Всё улажено. Что же ты раньше не сказала, что в семье сложности? — он по-отечески коснулся моего плеча. — Мы бы разобрались без лишнего шума.

Я чуть отпрянула, ощущая, как невидимая волна тревоги поднимается по спине. Какая семья? Какие сложности? Кто ему вообще это сказал?

— Я… не совсем понимаю, — прошептала я. — А что именно…

— Всё хорошо, — мягко перебил он. — Не переживай. Главное продолжай появляться на занятиях и, если вдруг понадобится помощь, обратись сразу. Договорились?

Я кивнула.

— Идём, — сказал декан. — Пара вот-вот начнется. Я тебя провожу.

Он небрежно развернулся и пошёл вдоль коридора, и мне ничего не оставалось, кроме как послушно последовать за ним.

Мы шли рядом. Я краем глаза отмечала, как студенты в коридоре расступались, уступая дорогу. Естественно, они шептались за спиной.

Я же шла гадая. Альфа? Или отец? Или… кто-то третий помог мне?

Мы остановились у аудитории. Декан на удивление галантно придержал перед нами с Настей дверь, и я почувствовала, десятки взглядов на себе. Одно дело просто прийти на пару после прогулов, и совсем другое — явиться в сопровождении самого декана.

— Хорошего вам дня, девочки, — сказал он и кивнул, отпуская дверь.

— Спасибо… — выдохнула я, не зная, куда девать руки и куда смотреть.

Настя шла рядом. Как только за нами закрылась дверь, она ехидно прошептала, склонившись к моему уху:

— Ну ничего себе. Ты теперь с деканатом на "ты"? Или просто спишь с кем-то, у кого связи?

Я почувствовала, как щеки вспыхнули. Мне захотелось развернуться и уйти. Или закричать. Или ударить. Но я не сделала ни того, ни другого, села на своё место и открыла тетрадь, уставившись в пустую страницу.

«Кто это устроил?» — стучала мысль в голове.

Отец? Но он только вчера злился, угрожал, кричал. Вряд ли он позаботился о моей учебе. Альфа? Я посмотрела в окно. Отсюда не было видно стоянку. Зачем ему это нужно?

***

Пары были невыносимыми.

Я сидела, словно в аквариуме, ощущая каждое движение, каждый взгляд. Слова преподавателей разлетались, не успевая осесть в голове. Писать было бессмысленно, пальцы то и дело сводило от напряжения. Я просто смотрела в тетрадь, не видя строчек.

Настя время от времени бросала на меня косые взгляды, шепталась с соседками, а потом демонстративно отворачивалась, будто я заразная. Пару раз мне показалось, что она вот-вот скажет вслух очередную колкость, но ограничивалась только презрительным фырканьем.

Часы шли мучительно медленно. Каждая пара превращалась в пытку: я не могла сосредоточиться, не могла уйти, не могла понять, что делать дальше. Домой не хотелось. Не после утреннего разговора. Мысли возвращались к флешке, к отцу, к тому, как он стоял в дверях, вынуждая меня написать Альфе.

Когда последняя пара наконец закончилась, я вышла из аудитории почти первой. Тело казалось ватным, ноги деревянными.

Я остановилась у выхода из университета, на мгновение прикрыв глаза. Вдох. Выдох. Что дальше? Возвращаться домой, где меня ждёт отец с его безумными идеями? Делать вид, что всё в порядке?

— Виктор-р-рия.

Я вздрогнула.

На нижней ступени стоял Альфа.

— Ты… всё ещё здесь? — спросила я, не веря своим глазам.

— У меня сегодня удивительно свободный день, — хмыкнул он, ссутулив огромные плечи. — Подвезти домой?

Мне захотелось заплакать. От неожиданности, от усталости, от того, что Альфа… действительно ждал все это время.

Я медленно спускалась по ступеням.

— Я не знаю, куда идти, — призналась я тихо.

Альфа не удивился.

— Поехали ко мне. Боишься?

— Да.

— Ну, я бы мог сказать, что не кусаюсь, — сказал он, глядя на меня.

— Ты кусаешься, — произнесла я, улыбнувшись, а потом вспомнила кадр видео с флешки.

Мужчина поднял взгляд мне за спину. По закону подлости из универа вышли одногруппники.

— Пока, Вик, — крикнул кто-то.

— Пока, — ответила я.

— Ну так что? — спросил Альфа, глядя на меня исподлобья. — Домой или ко мне?

Я стояла перед ним, чувствуя, как под ногами покачивается земля. Казалось бы, обычный вопрос, но для меня он звучал как вызов. Домой — это значило снова войти в ту квартиру, где стены дышат тревогой, где отец превращается в странного фанатика.

Альфа. Тео. Он, по крайней мере, был честен. Страшный — да. Загадочный — безусловно. Но не врал. Не притворялся. Я очень на это надеюсь. Его голос не звучал, как у декана елейно и заискивающе: «Не переживай, всё улажено». Он не касался моего плеча, как отец, притворяясь заботливым, лишь бы добиться своего. Он просто стоял передо мной и ждал. Без давления. Без принуждения. Просто… ждал.

— Поехали к тебе, — сказала я и удивилась самой себе.

Я боялась признать и загоняла тревожную мысль далеко-далеко - сейчас я согласилась на нечто большее, чем просто поездку за город.

Мужчина приподнял брови. Тоже не до конца поверил.

— Правда? — переспросил он.

— Правда, — подтвердила я. — Только... не молчи всю дорогу. Мне надо о чём-то думать, кроме того, что я делаю глупость.

— Тогда готовься. Я расскажу тебе, как в шестом классе подрался с учителем химии.

— Это должно быть интересно, — усмехнулась я, позволяя себе хоть на секунду забыть о гнетущем весе кармана, где лежала флешка.

Он кивнул в сторону стоянки.

— Я тебя увезу в лес.

— Очень ободряюще, — я скованно отреагировала на шутку, уговаривая себя, что поступаю действительно правильно. У меня будет возможность узнать правду.

***

Несколько минут я просто смотрела в окно, наблюдая, как проносятся мимо улицы, витрины, редкие прохожие. Снаружи всё выглядело обычным. Город, в котором никто не подозревал, что внутри меня шла тихая война. Я периодично прикасалась к флешке. И снова и снова слышала в голове голос со записи: «Зачистим всех». А рядом со мной сидел человек, о котором это говорили.

Он был не просто спокоен, а доволен. Это читалась по расслабленному лицу, по движениям.

— Когда мне было семь, — вдруг сказал Тео, не отрывая взгляда от дороги, — я спрятался в кладовке, чтобы не идти на тренировку.

Я повернула голову к нему, удивлённая неожиданным началом.

— У нас всё было серьёзно. Распорядок, дисциплина. С моим отцом трудно вырасти сорняком. Самому по себе.

Он мельком посмотрел на меня и усмехнулся.

— Я просто не хотел идти. Был дождь, холодно, лениво. И мама налила мне горячее какао и разрешила спрятаться у неё в кабинете. Никому не сказала. Просто села рядом и сказала: «У каждого в жизни должен быть один день, когда он может быть слабым». Это сейчас я понимаю, что все знали, где я.

Он замолчал на секунду.

— Я тогда не до конца понял, но запомнил. Сегодня у тебя может быть такой день, Виктория. Просто слабый день. Это нормально.

— Надо запомнить. Твоя мама хорошо придумала.

В кармане завибрировал телефон. Я вздрогнула, словно услышала выстрел. Достала его. Экран мигнул. Сообщение от отца:

«Где ты? Альфа тебе ответил?»

Прикусив губу, я повернула телефон экраном вниз и снова уставилась в окно.

Через несколько минут мы выехали за город. Я уже видела впереди знакомые сосны, а за ними был дом, где начиналась моя новая реальность.

— Отец? Ты ему не ответишь? — негромко спросил Тео, не глядя на меня. — Или кто-то другой?

Я отвела взгляд. Телефон жег ладонь.

— Подруга спрашивает, что сегодня было на парах, — выдохнула я ложь и потёрла пальцами висок, сложив телефон в сумку. — Лучше скажи… это ты?

Альфа бросил на меня короткий взгляд.

— Я?

— Ты устроил это с деканом? — уточнила я. — Проблемы с учёбой. Их… внезапное исчезновение. То, что он вдруг стал таким добрым и заботливым.

Машина плавно свернула на узкую дорожку, ведущую к особняку. Колёса зашуршали по гравию. Молчание затянулось, я уже приготовилась услышать «нет», когда он заговорил:

— Это было несложно. И я же обещал. Отец гонял не только по лесу под дождем, но и научил держать слово.