Глава 19

Служба в Пограничье с каждым месяцем давалась молодому магу все легче. Только вот сны с рыжей зеленоглазой ведьмой не давали покоя. Пока его отряд бродил в лесах и болотах или проверял окрестные деревеньки, Риордан был рад наличию артефакта Инел. Приток силы от молодой жены, подстраховка в тяжелых ситуациях и дополнительные щиты его только радовали, но стоило вернуться в безопасную крепость, и каждую ночь он просыпался от собственных стонов или бурного восторга, излитого на постель, как в четырнадцать. И ушлые маркитанки или застенчивые крестьянские дочки его проблему не решали.

Все изменилось ближе к осени. Щедрый урожай и довольно тихое лето, проведенное под боком у магов, дали свои плоды. Едва пожелтели листья, крестьяне засобирались в ближайший коронный городок – на ярмарку. Отряд Риордана должен был сопровождать небольшой караван из десятка телег. Вообще комендант крепости считал эту поездку наградой для магов и солдат, поэтому всем «отпускникам» было поручено множество дополнительных дел. Например, закупить товары для солдатской бакалейной лавки, подобрать подарки женам и дочерям военных, отправить бумаги в королевскую канцелярию, забрать почту, привезти парочку молодых магов, закончивших учебу в АМиК, завезти мастеру-часовщику несколько механизмов и раздобыть для доктора несколько пачек вкусного вишневого табаку.

Риордан так замотался со всеми этими поручениями, что три ярмарочных дня пролетели для него в один миг. Последний вечер в городе он, наконец, оставил вместо себя другого мага и двинулся на прогулку. Как это было непривычно! Просто идти по улице, не пытаясь высчитать, откуда может кинуться нечисть; не дергаться от света фонарей, ведь это не болотные огни, манящие запоздавшего путника в смертельную топь… Многие лавки уже закрылись, зато кабачки и увеселительные заведения распахнули свои двери. Отвыкший от шума и многоголосья маг неспешно проходил мимо, прислушиваясь и разглядывая посетителей, вышедших хлебнуть свежего воздуха.

В конце концов Риордан все же поддался соблазну – заглянул в большой трактир, из которого слышалась задорная музыка. Нет в крепости тоже были солдаты, умеющие играть на сопелках и горнах, были барабанщики, передающие сигналы и задающие ритм в бою. Да и офицеры не чурались приятного каждому благородному человеку умения перебрать струны гитары или мандолины, но здесь звучал небольшой слаженный оркестр, а мелодия так и звала в пляс.

Внутри оказалось очень светло и очень людно – все столики были заняты. Однако хозяин сразу приметил мага из Пограничья и, не чинясь, предложил ему присесть за маленький столик у самой стойки. Прямо за спиной Риордана находилась дверь в кухню. Оттуда тянуло жаром и резкими запахами, зато из этого уголка хорошо просматривалась сцена, на которой красиво изгибалась и потряхивала юбками невысокая гибкая девушка со смуглой кожей и манящими алыми губами. Стол мага располагался так, что он видел смоляную копну волос, золотую серьгу-кольцо, четкий профиль и длинную гибкую шею, увешанную монистами.

После зажигательного танца смуглянка обошла посетителей с бубном в руках, собирая монетки, а потом убежала за грубую занавеску, уступая место немолодому мужчине в пестром камзоле. Пока звучала длинная печальная баллада о влюбленных, разделенных злой судьбой, маг успел поесть, выпить вина и разговориться с трактирщиком. Тот заметил взгляды молодого мужчины в сторону каморки для артистов, подкрутил вислый ус и сообщил, что танцовщица по имени Сантана еще выступит этим вечером.

Заказав еще вина и цукатов, Риордан приготовился ждать нового выступления. Вскоре тягуче запела скрипка, и смуглянка вновь выпорхнула на сцену. На этот раз она была в черном платье с алым кантом и яркими шелковыми розами в волосах. Танец начался медленными, величавыми движениями, гибкие кисти мелькали в обрамлении пышных манжет, украшенные блестящими бусинками туфельки выглядывали из-под оборок длинной юбки. Все присутствующие завороженно смотрели на танец, который больше походил на величественное шествие. Однако музыка набирала темп, а вместе с ней менялись и движения. Уже не плавные наклоны, а резкие качания корпусом, не выверенные жесты, а быстрые хлопки в ладоши. Глаза танцовщицы сузились, строго сжатые губы расплылись в улыбке, и вскоре она уже кружилась под лихой перебор и громкие возгласы зрителей.

Огонь! Что еще тут можно было сказать. Музыка, вино и потрясающее зрелище воспламенили кровь молодого мага. Он вскочил, аплодируя, потом протолкался вперед и подал танцовщице руку, помогая спуститься в зал. Да, трактир – это не столичный театр, тут ухаживание происходит на глазах у всех. Несколько разочарованных возгласов, свист и утешительное:

– Оставь, Сержо, видишь, маг с Пограничья, через день-два уедет и снова будешь к Сантане клинья подбивать.

Девушка охотно оперлась на его руку, но вот столик в углу ей не понравился. Она взмахнула длинными черными ресницами, повела плечом и для них освободили места в центре. Все глазели на парочку, но Риордан не возражал: ужин с первой красавицей городка – тоже праздник, пир для глаз окружающих и острых языков сплетников. Ему не привыкать, да и сыт он уже, а вот танцовщица жадно набросилась на мясо, охотно запила красным вином и, слизнув с алых губ последнюю каплю, сказала ему, чуть протягивая гласные:

– Ты милый… Хочешь посмотреть со мной на луну?

Подхватив мага под руку, она потянула мужчину к неприметной лесенке, спрятанной за очередной расписной тряпкой. В след им снова свистели и выкрикивали советы, но Риордан не слышал – кровь стучала в висках, терпкий аромат духов пьянил, а шелест шелковых юбок манил сорвать их и утолить страстное желание! Как хорошо, что он предусмотрительно накрыл артефакт шейным платком! Никаких болевых ощущений, никаких будоражащих снов. Реальная теплая женщина рядом, аромат ее кожи и волос, и скоро он отведает вкус этих четко очерченных пунцовых губ…

Сантана привела его в небольшую комнатку на чердаке. Большая кровать, узкое окно, в которое действительно, вливались потоки лунного света, сундук в углу, плюс кувшин и таз для умывания – вот и вся обстановка. Маг нетерпеливо обнял девушку, прижался губами к груди, полускрытой корсажем, и тут же подтянул вверх юбку, собираясь добраться до стройных ног. Ощутив тепло и мягкость женских бедер, он застонал, шагнул вперед, подталкивая любовницу к постели, а потом инстинктивно развернулся, уловив за спиной магическое излучение.

Воронка портала. Зевающая, растрепанная рыжая девчонка шагнула вперед, огляделась, узнала Риордана и, махнув рукой, сердито сказала:

– Сгинь! Сколько можно сниться? Я спать хочу!

Сантана тотчас оттолкнула мужчину и открыла рот, чтобы закричать, но маг опередил, зажав ее губы широкой ладонью:

– Тихо. Я разберусь.

Благо инстинкты трактирной танцовщицы сработали – она замерла, словно статуя, пока маг присел на корточки, перед свернувшейся прямо на полу девчонкой.

– Янита, Яночка, – припомнил Бридж имя жены, – а где ты спать легла?

– Как гдеее… – не открывая глаз, протянула девчонка, – в палааатке… Мы же практику на Первой линии проходим… Весь день выров и шамов гоняли…

Маг оценил и темные круги под глазами ведьмы, и ее пустой резерв, который начал медленно пополняться, и потертую рубашку, заменяющую ночную сорочку. Пока она не перетянула его резерв целиком, нужно отправить ее обратно, благо окно портала еще немного сияет на грубом деревянном полу.

Уффф, все получилось! Ведьма, не просыпаясь, очутилась в своей постели, или где она там улеглась. Маг утер выступивший на лбу пот и перевел взгляд на танцовщицу – похоже, ночь страсти отменяется. Девица снова открыла рот, собираясь закричать.

– Тихо! – цыкнул на нее уставший Риордан и некстати добавил: – это моя жена!

* * *

Лето Янита вынужденно провела за стенами АМиК. Мать и сестры приехали к ней в гости, привезли домашних вкусностей, запас зелий и новенькую ведьмовскую юбку – прежняя обгорела при тушении торфа на практике. Чтобы не скучать в общежитии, ведьма напросилась на практику со старшими курсами. Тавита уговорила куратора, тот переговорил с мистрис Розалией и вот отряд пятикурсников пополнился шебутной рыжей «малявкой».

Юную ведьму берегли, в глубокие рейды не брали и, вообще, старались держать в лагере, но Янка умудрялась найти приключения на свою пятую точку буквально на ровном месте. В первый же день, когда ведьмы и ведьмаки прибыли на место практики, им указали опушку, на которой можно было разбить лагерь. Обязанности в группе давно были распределены, так что кто-то занялся охранным кругом, кто-то установкой палаток, а Яните, как самой младшей, поручили развести костер из сушняка, собранного тут же на краю леса.

Девчонка, пыхтя, сложила шалашиком тонкие ветки, щелкнула пальцами, выбивая искру, раздула огонек и стала подкладывать ветки покрупнее. Когда пламя занялось, решила добавить в него обрубок кривой сухой сосны, который валялся как раз на месте будущего кострища. Легкое зеленоватое свечение на фоне зеленой летней листвы заметили не сразу, а когда заметили, Янита уже отбивалась от целой стаи некро-жуков, с воем гоняющихся за ней по лагерю.

Ведьму изловили, жуков упокоили, к огню приставили ведьмака. Когда поспел кулеш, практиканты все еще косились по сторонам, да и наставники вокруг поглядывали. Однако горячее сытное варево всех расслабило, а уж крепкий ягодный взвар с капелькой хмельного заставил студентов вынуть виолу, чтобы отметить прибытие на место дружным пением и танцами. После нескольких задорных песенок усталый бард протянул инструмент Яните:

– Сыграй рыжая, если умеешь!

Янка мужчин не боялась и не стеснялась, а играть на виоле умела и любила. Практики было маловато, но пять-шесть популярных баллад она знала. Поэтому девушка взялась за гриф и, старательно зажимая струны, начала наигрывать мелодию модной песенки. Студенты одобрительно прихлопывали и притопывали, даже преподаватели расслабились, решив, что ночь пройдет штатно.

На звуки музыки и веселья налетели ночные феи – крохотные существа, похожие на зверьков с крыльями. Они кружили, имитируя танец, пока ведьма играла, но стоило ей опустить виолу, как мелочь с писком кинулась вниз, на головы другим ведьмам и ведьмакам. От неожиданности девушки подняли крик, кто-то ринулся в огонь, кто-то в лес, в общем, случилась паника. Благо ведьма-куратор успела бросить заклятье на охранный контур, и студенты не смогли разбежаться, а просто разнесли лагерь.

Порядок наводили до утра. Ночных фей, одурманенных желанием танцевать, выперли за пределы купола. Сгребли угли костра, потушили вспыхнувшую палатку, заполнили водой котел для утренней каши и уселись на траву, чтобы залечить царапины, ожоги, вывихи и пару переломов. Янита пряталась в палатке для ведьм. Очень уже ей не понравился взгляд руководителя практики. Кажется, немолодой маг собрался отправить ее назад в АМиК!

Утром все бродили мрачные и сонные, как мухи. Прочесывать лес в таком состоянии преподаватели запретили, а вот обойти село, предложить местным жителям амулеты, наговоры, изгнание насекомых и крыс было можно. Оживившись, ведьмы припомнили цены, договорились, какими продуктами выгоднее взымать плату и двинулись к домам. Янку оставили в лагере под присмотром дежурного ведьмака и немолодой мистрис Фуллз – ведьмы-врачевательницы.

Первокурснице быстро наскучило сидеть у огня, так что она решила пособирать дикой малины, незаметно углубилась в лес и через короткое время вылетела обратно, крича как баньши, швыряясь файерболами и заклятьями окаменения. Пятикурсник и лекарка вскочили, не понимая, что творится, и только увидев, что вслед за девчонкой тянется белый дым, который любят оставлять деревянницы, кинулись на помощь. На шум и всполохи подтянулись другие студенты. И до самой ночи отряд браво гонял по роще выров и шамов – мелкую нечисть, способную лазить по деревьям.

Вечером Янита без сил рухнула на спальный мешок, едва стянув с себя «сбрую». Разодранная юбка улетела в угол, сапоги упали у кровати… Ведьма осталась в рубашке и нижнем белье и, сочтя это достаточным, провалилась в сон. Снился ей Риордан, жадно целующий незнакомую яркую брюнетку. Поскольку такие сны уже были, она и внимания не обратила – отмахнулась и свернулась калачиком, чтобы крепче спалось.

Проснулась девушка на том же спальнике. Резерв полностью восстановился, самочувствие было прекрасным, только еловые ветви, подложенные под спальное место для тепла и гигиены, почему-то пожелтели по краям, словно рядом телепорт открывали. Но думать об этом было некогда – руководитель практики звякнул ложкой по котелку, собирая всех на завтрак.

После еды удар по котелку повторился:

– А теперь, – немолодой маг поднялся с удобного бревнышка, чтобы видеть всех студентов и преподавателей, – мы должны решить важный вопрос!

Пауза повисла в воздухе. Многие ведьмы и ведьмаки поежились.

– Кто будет охранять …леди Бридж?

Поднявшийся гул маг укротил одним жестом:

– Уже понятно, что вокруг этой девушки все время что-то происходит, так что оставлять ее одну просто опасно. Больше того, я признаю, что все, что случается рядом с леди Бридж, является для вас отличной практикой. А ещё все мы должны быть благодарны леди Бридж. Только благодаря ей уцелели местные жители.

Студенты снова зароптали. Тогда вперед выступила ведьма, ведущая спецкурс по бытовой магии:

– Ну-ка, умные вы мои, – одернула она самых шумных, – кто мне скажет, что начинается через два дня?

– Русалья неделя? – неуверенно вспомнила одна из молодых ведьм.

– Верно! – подбодрила ее преподавательница. – А что селяне делают на этой неделе?

– Первый мед сливают, гулянку устраивают, – облизнулся ведьмак.

– Тоже верно! – опытная ведьма лучилась энтузиазмом. – А теперь представьте, что на эту гулянку вылетел рой лесных фей? А потом еще выры и шамы полезли? А на закуску деревянницы в прятки поиграли? Что от деревни останется?

Все тихо приоткрыли рты.

– Вот! – припечатала ведьма. – А ведь если бы не леди Бридж, мы бы этого всего и не заметили. Прошлись бы по домам, оглядели разруху, собрали уцелевших, если бы такие вдруг случились, похоронили погибших и уже сегодня были бы в другом селе. Так что я вместе с магистром Траутом спрашиваю вас – как будем охранять леди Бридж?

В результате бурного обсуждения были назначены дежурные, которые должны были бдеть за невезучей ведьмой круглосуточно, сменяясь каждые четыре часа. Конечно, девушке это не слишком понравилось, но мистрис Каруда отозвала ее в сторону и сказала:

– Не вешай нос, мелкая. Просто так сошлись звезды. Подозреваю, что твоя невезучесть – часть брачного благословения.

– Откуда? – Янка подавилась воздухом. Ее семья никому не рассказывала об обмене поясами с прародительницей.

– Жизненный опыт, – усмехнулась в ответ ведьма. – Ты замужем, но не беременна, и муж не крутится рядом с такой красоткой. Значит, дело либо в браке, либо в муже, либо в благословении. Иногда бывает и в том и в другом, и в третьем, но редко. Просто прими это. Если бы не ты, в этой деревне многих пришлось бы хоронить. А так ночку по лесу побегали и все!

Этот разговор немного примирил юную ведьму с постоянной охраной. К тому же, руководитель практики не давал ей скучать, распределяя на задания, как и других студентов.

Через сутки практиканты двинулись дальше. Им полагалось объехать несколько деревенек, возобновить договоры с мелкими домашними помощниками, приструнить распоясавшуюся нечисть, собрать травы, ингредиенты для лаборатории и, по возможности, подтвердить или опровергнуть данные для своих дипломных работ. Большую часть ритуалов приходилось проводить по ночам, так что отсыпались пятикурсники днем в самую жару, за что селяне часто называли практикантов лежебоками. Ведьмы не обижались, хихикали и маскировали мешки под глазами тут же изготовленными снадобьями. Объяснять всем и каждому специфику своей работы было опасно – а ну, как любопытные полезут на «ведьмин круг» в полночь посмотреть?

За четыре недели скитаний Янита прожгла новенькую юбку кислотой дикого шварга, разорвала по шву, когда убегала от одичавшего единорога, ободрала подол на ожившей каменистой осыпи, ползущей к очередной деревеньке, и, наконец, разорвала пояс, провалившись в колодец с живой водой.

За последний подвиг ей объявили благодарность. У этих колодцев был скверный характер – убегали они постоянно, так что найти их можно было только случайно. А после падения в него замшелый каменный сруб, легко маскирующийся под заросший пригорок, целые сутки стоял на месте, позволяя начерпать редкой и весьма ценной жидкости. Мокрая с головы до ног Янита стучала зубами в ответ на поздравления и радовалась тому, что не угодила в колодец с мертвой водой. Те нагло охотились на животных и смертных, пополняя запасы тягучей черной жидкости, которая заменяла им воду. Впрочем, две полные фляги живой воды, плюс рыжая коса, вдруг за ночь выросшая до колен, немного компенсировали ведьме неудобства и простуду.