Глава 23

Первые столкновения магов и нечисти начались в лесах. Тропы, которыми дозорные обходили территорию, оказались под контролем леших, полевиков и пескорылов. Прежде маги выжигали лес, чтобы удалить опасность, но теперь, пользуясь ведьминскими приемами: переодевали одежду на левую сторону, кидали через плечо монетку или пряник, посыпали тропу сухой полынью или золой.

Вскоре с деревьев начали сыпаться деревянницы, здыхлики и кураты. От этих напастей помогали маски со множеством глаз, иголки в одежде и крупа. Отлов этой мелкой нечисти, как и простое уничтожение, было невыгодно – истратишь файерболы на деревянниц, а на серьезного противника и сил недостанет. Так что с ними мирились, учились обходить да беззлобно посмеивались над молодым Бриджем – мол, солдат уже в знахарей превратил.

Постепенно маги добрались и до старого тракта. Здесь нечисть клубилась особенно густо. Лорд Луран обошел обочину тракта, на которую они вывалились, преследуя стаю шишиг, ковырнул траву, понюхал листву и выругался.

– Что такое, наставник? – Риордан не спал ночь, но старался быть в курсе всего, что происходило вокруг.

– Нечисть сюда приманили, – буркнул маг, – видишь, трава-кровянка цветет голубым? Она так реагирует на кровь. И кусты вот эти, не помню, как по учебнику, но крестьяне зовут их «кладбищенскими свечами», потому что растут они только там, где есть свежие трупы.

– Зачем? – Риордан внимательно осмотрел то, на что указал учитель, и нашел еще несколько отметин: – взгляните, видите на ветвях потертости? Похоже на следы веревки.

– Думаешь, тут кого-то повесили? – Луран вынул из кошеля черный амулет – потемневшую от времени косточку, частично оплетенную черным шелком. Походил по обочине, покачал, глянул на срез и снова ругнулся: – драный шарг! Ты был прав, Бридж! Здесь побывал некромант.

Остальные бойцы мрачно схватились за амулеты. Маги-некроманты были огромной редкостью. Обычный темный дар мог возникнуть в любом роду, но отмеченные смертью, ходящие по грани миров, рождались не чаще раза в поколение. Точнее, не рождались, а становились. Некромантом мог стать маг жизни, заглянувший за грань и вернувшийся. Обычно Смерть помечала своих адептов – у кого-то белели волосы, у кого-то на лице и теле оставались шрамы, но были еще более пугающие знаки. Например, один из знаменитых некромантов всю оставшуюся жизнь после обращения к Смерти ходил со скелетированной рукой, на которой одним пассом зажигал мертвый огонь.

Но боялись некромантов не за внешность и даже не за умение поднимать трупы. Боялись их потому, что маги, помеченные миром мертвых, легко сходили с ума, погружаясь в темноту разума. Не сразу, но через десять-пятнадцать лет они пренебрегали живыми, ради исследований, ради увеличения силы или кормления своих внутренних демонов. Редкие сохранившие разум поцелованные смертью трудились на Корону, давая клятву никогда не убивать живых ради мертвых.

– Некромант приманил нечисть на Старый тракт? Зачем? – раздались недоуменные голоса других магов.

Лорд Луран поднял щепотку пыли с того места, где кровянка цвела особенно пышно, попробовал на язык и сплюнул:

– Кладбищенская земля! Здесь точно проводился какой-то ритуал, но без некроманта мы не разберемся.

– Что нужно сделать в первую очередь? – спросил Риордан, – закрыть место ритуала куполом? Или отправить вестника Его Величеству?

– Вестника отправлю я, – решил старый маг, – у меня допуск выше, а вы все ставьте купол.

Пока маги делали свою работу, сопровождающие их солдаты устраивали лагерь подальше от нечистого места. Неторопливо разводили костер, ставили палатку, варили кулеш. Ночи были еще холодными, да и ночевать на голой земле опытные солдаты не любили.

Ответ от короля пришел быстро. Отряду надлежало оставаться на месте и ждать прибытия некроманта. Сообразив, что из столицы даже самый сильный маг прибудет не скоро, воины устроились надолго, не поленившись обвести бивак защитным кругом из трав, горячих углей и наговоренной воды.

Пока шло благоустройство опушки, стемнело. У огня велись негромкие разговоры, по кругу почти незаметно прошлась фляжка с крепким бальзамом, потом кружка с горячим чаем из трав. Когда со стороны тракта раздалась вдруг красивая мелодия, вздрогнули все. Маги вскочили, солдаты сунули на угли парочку заранее приготовленных факелов, чтобы в их неверном свете разглядеть, откуда идет звук.

А мелодия приближалась. Вскоре на тракте показалось бледно-зеленое пятно, а через полминуты все сумели рассмотреть высокого мужчину в потрепанной одежде менестреля. Он неторопливо шагал, перебирая струны, и, казалось, просто гулял по ночной дороге, окруженной густым лесом.

Добравшись до охранных кругов, незнакомец остановился, снял шляпу, обнажая абсолютно белые волосы и вежливо произнёс:

– Прошу прощения, господа, телепорт был выстроен приблизительно, пришлось прогуляться. Показывайте, зачем вы хотели видеть королевского некроманта?

Первым опомнился лорд Луран. Он шагнул вперед, коротко поклонился и указал в сторону второго купола:

– Мои маги обнаружили это сегодня днем, милорд, и позаботились о сохранности. Если Вам удобно работать сейчас, мы снимем купол.

Белоголовый отпустил мандолину, и она повисла в воздухе, продолжая наигрывать мелодию. Некромант шагнул к малому куполу, дернул рукой и многослойное творение отрядных магов лопнуло, точно мыльный пузырь. Медленно, светящийся, как гнилушка, некромант обошел круг, попробовал траву и землю, постучал по деревьям, даже жука какого-то поймал, а потом сделал пасс, и на заросшей травой земле вспыхнули неровные зеленые линии.

– Что это? – спросил шепотом кто-то из молодых магов.

– Некромантская печать, – так же негромко ответил Риордан. Он видел подобное в… Сердце стукнуло. В кабинете отца. В который ему запрещалось заходить! Но разве что-то может остановить любопытного мальчишку? Он забирался туда довольно часто, сидел мышонком за драпировкой, или под чайным столом и видел вот такие же ломанные линии на столешнице перед отцом. Сейчас вдруг все совпало – ночь, полумрак, ломкие линии печати и… ощущение потустороннего от высокого блондина в длинном плаще. Выходит, лорд Бридж был некромантом?

Додумать мысль Риордан не успел. Белоголовый вынул что-то из поясной сумки, посыпал землю, накапал крови из порезанной руки, жестом угомонил мандолину и, наконец, ударил что-то невидимое, сжав руки в замок. Земля всколыхнулась, встала дыбом и опала, а неровные зеленые линии налились красным и лопнули. Где-то очень далеко раздался грохот, темное небо озарила долгая вспышка света, а белоголовый оперся на свою мандолину, утер со лба пот и хрипло сказал:

– До рассвета из круга лучше не выходить. Нечисть будет держаться возле печати еще несколько дней.

Потом, размазав ладонью вытекающую из носа кровь, некромант бросил на землю кольцо телепорта и растворился в пронзительной вспышке. Пораженные люди и маги еще какое-то время смотрели на опустевший тракт, а потом быстро назначили дежурных и улеглись спать, боясь лишний раз взглянуть в сторону печати.

* * *

Караван пополз дальше, Янита мерно покачивалась на телеге, поглядывая вокруг, и совсем не ожидала, что на мешок с зерном рядом с ней вдруг неизящно плюхнется леди Кормэк. Окинув дочь мага внимательным взглядом, дочь семьи Инел вновь вернула свое внимание дороге. Йинэнн, смирно лежащий под хозяйской рукой, вдруг потянулся, зевнул, распахнув розовый рот, полный острых белых зубов, а потом, точно обычный кот, выгнул спину и, соскочив с телеги, умчался к передним повозкам.

– Хотела поговорить? – негромко спросила Янита.

– Да, – Люция закусила губу, помялась, а потом сказала: – я помню, ты еще на первом курсе увлеклась тем магом, который приезжал в башню Смерти. Скажи, вы были… близки?

Леди Бридж не отводила глаз от обочины. Раскрывать все секреты было неразумно, но аура напарницы полыхала такими огнями, что…

– Да, мы были близки, – подтвердила ведьма. – Ты же знаешь, ведьм считают распущенными, но это не так. Наша магия, наша сила она очень женская, а что может быть более женским, чем плотская любовь?

– Но ты замужем, разве твой супруг не будет разгневан тем, что ты изменила ему?

Янита усмехнулась и все же приоткрыла подруге маленький секрет:

– Наш брак – вынужденная мера. Помолвку скрепили из-за кровной клятвы. Я не хотела смерти матери, а Риордану было все равно на ком жениться, он уезжал в Пограничье. Думаю, через четыре года, когда брак можно будет расторгнуть, не нарушая клятвы, мы радостно пойдем каждый своей дорогой. А пока я не вижу смысла хранить верность незнакомцу, с которым произнесла несколько слов над храмовой чашей.

– Но как же твой браслет? – Люция ткнула пальцем в украшение, которое и сейчас немного светилось.

– Немного жжется, иногда тянет силы или насылает странные сны, но в целом – ничего особенного. Когда я хочу поцеловать красивого мужчину, я просто заматываю его косынкой.

Дочь мага помолчала, а вот командир тринадцатой группы перешла в наступление:

– А с чего такие вопросы? Неужели, ты заметила, что Его Высочество не сводит с тебя взгляда?

К чести наследника надо было сказать, что все тяготы пути он делил вместе с ведьмами. И под телегами спал, и питался в сухомятку. Магический «поводок» с принца уже сняли, но магичить, привлекая внимание, ему запрещалось.

– Нет, ничего подобного! – Люция покраснела, – я вчера веселилась в таверне, танцевала, выпила много и… в общем, проснулась на сеновале… Рядом принц… И я в одной рубашке… В его рубашке! И не помню ничего!

– И что же Его Высочество? – полюбопытствовала Янита, любуясь зардевшейся шептуньей.

– Не знаю, я убежала к себе. Оделась и больше к нему не подхожу. А он все вокруг ходит… – тут ведьма ткнула пальцем в фигуру наследника, неторопливо подбирающегося к телеге, на которой расположились девушки.

– Так чего ты испугалась?

– Нууу, вдруг мы ночью…

– А если и было, тогда что?

Люция залилась малиновым цветом и прошептала:

– Тогда он был прав, и я, действительно, такая, как он подумал в нашем замке…

– Фу! – Янита дернула подругу за косу, – во-первых, Его Высочество не касается моральный облик ведьмы. Любой ведьмы. Мы живем чувствами, эмоциями, любовью. Во-вторых, Его Высочество, конечно, гад первостатейный, но женским вниманием не обижен, как и мастерством. Так что думаю, пьяная девушка на сене ему не слишком была нужна, а если бы все-таки понадобилась, то утром ты бы все помнила.

– Думаешь? – робко спросила шептунья, и ведьма решительно закивала.

Люция еще повздыхала, покрутилась, а потом спросила:

– И что теперь делать? Как узнать? Было или нет?

– Ничего, – усмехнулась Янита, – хотя… можешь вернуть ему рубашку с шепотком. Пусть носит и радуется.

– А почему он тогда за мной ходит? – фигура в плаще подобралась уже совсем близко, так что ведьма спрашивала совсем тихо.

– Понравилась, – предположила Янита, – или рубашки не хватает. А может, просто хочет узнать, как будут звать ваших детей.

– Что? – хором воскликнули принц и шептунья.

Янита картинно развела руками:

– Снимайте уже маску, Ваше Высочество, я по ауре вижу, что проклятие с Вас снято.

Принц досадливо тряхнул головой и стянул с лица шарф. Приятное чуть побледневшее лицо, обычный породистый нос, яркие голубые глаза и темные брови – внешне наследник был весьма привлекательным мужчиной, особенно сейчас, когда его физиономия отражала легкую досаду и растерянность.

– Снято? – шептунья подала голос, высказывая не то удивление, не то недовольство.

– О каких детях Вы говорили, сударыня? – строгим тоном, словно подражая кому-то, спросил принц.

– О Ваших, разумеется, Ваше Высочество.

– Я не женат, и детей у меня нет…

– Через девять месяцев будут. И сразу двое, – успокоила его ведьма.

Молчаливое недоумение мужчины сменилось осознанием, а лицо шептуньи исказилось гневом. Однако стоило ей открыть рот, как Янита запечатала ее губы ладонью:

– Погоди, опять проклянешь и полгода потом будешь каяться! Да, я тебе соврала. Да, у вас было. Да, ты беременна. Нет, принц не знал. А теперь я пошла. Разбирайтесь сами! – спрыгнув с телеги, Янка вспрыгнула на метлу и унеслась к началу каравана.

Сначала на телеге было тихо. Потом полетели искры, следом платочки с шепотками, потом полыхнул огонь, а следом один из платочков вдруг взлетел повыше и накрыл телегу, словно палатка, отсекающая все, что творилось под ее белоснежным куполом.

На закате Его Высочество объявил о своей помолвке и грядущей свадьбе с леди Кормэк. Под ворчание мистрис Розалии ведьмы дружно поздравили подругу и даже подлили в чай кое-что покрепче, правда, совсем чуть-чуть, ведь беременным женщинам нельзя спиртное, даже ведьмам, носящим под сердцем огненных магов.