Глава 31

Янита очнулась не скоро. Вероятно, лорд Лайонел планировал увезти строптивицу к себе прямо во время карнавала, вот и перестарался со снотворным. Место было незнакомым, голова раскалывалась, а рядом на постели сопел муж. Придерживая руками болящую голову, девушка медленно поднялась и обнаружила на себе лишь сорочку. Платье аккуратно висело на плечиках, рядом стояли нарядные туфельки, лежали все украшения, кроме брачного браслета.

Убедившись, что она цела, ведьма бросила поисковый импульс, отыскивая жидкость – пить хотелось нестерпимо! На столе нашелся кувшин с кисленьким травным настоем, который быстро снял головную боль и слабость.

Шум, который устроила ведьма, бродя по комнате, разбудил мага. Он поднял голову, заметил обрисованный лунным светом силуэт у стола и хрипло сказал:

– Мистрис Тавита оставила на столе ужин и кошелек. Она просила передать, что предупредит Ваших подруг, матушку и прочих родственников.

– Предупредит, о чем? – голова все еще была тяжелой, хотя и не болела. В комнате было прохладно, так что Янита закуталась в плащ, забралась с ногами в кресло у стола и сняла крышку с подноса.

– Вы не помните? Мой дядя опоил Вас снотворным и попытался выставить неверной женой. Артефакт перебросил меня к Вам, когда лорд Лайонел готовился праздновать победу. Возвращаться в Академию было безумием, поэтому мы свернули к ближайшей гостинице.

– Значит, все-таки, он, – вздохнула девушка, выбирая остывший, но ароматный пирожок. – Я подозревала, что с приглашением не все так просто, но думала, это будет попытка похищения или шантажа.

– Он собирался увезти Вас в клановый дом и запереть в родовой башне, – Риордан поднялся с кровати, застегнул измятую рубашку, поежился и шагнул к почти погасшему камину, собираясь расшевелить пламя. – Поверьте мне, местечко отвратительное. – Моя мать провела там последние месяцы своей жизни. Дядюшка уверял, что это поможет ей сохранить ребенка, но, на самом деле, эти камни тянули из нее жизнь.

– Мне жаль, – Янита не знала, что сказать. Темнота, холод, незнакомая комната и мужчина, внезапно открывающий ей семейные тайны, – все казалось дурным сном. Теперь поездка на бал казалась по меньшей мере непродуманной авантюрой. Что, если бы лорд Лайонел добился своего? Где бы она сейчас встречала рассвет?

Словно уловив ее мысли, Риордан распрямился и серьезно сказал:

– Я рад, что артефакт уберег Вас от моего родственника, но попрошу в ближайшее время не покидать АМиК. Угроза Вашему благополучию – это угроза мне.

– Простите, – вздохнула ведьма и призналась: – я была слишком самонадеянна. Тут Янита вскочила и огляделась: – а где мой фамильяр?

– Спит в углу, – указал на лежащее в тени покрывало маг, – Вашего котика принес ведьмак, сказал нашел за портьерами в бальном зале. Судя по запаху, его напоили кошачьей травкой. Не беспокойтесь, проспится.

– Гад – Ваш родственник! – сжала кулачки Янита, за своего крылатого котика она готова была разбить Лайонелу Бриджу породистый нос.

– Еще какой, – вздохнул в ответ Риордан, поднимаясь. Ночная побудка вызвала у него аппетит, а сестра его жены оказалась очень практичной и заботливой дамой – поднос ломился от холодных закусок.

Сыр, пироги, буженина и соленые огурчики так и просились в рот. Они мирно поели, обсуждая дядюшку и способы «насыпать ему перца в штаны», а потом уснули рядом, ведь до рассвета было еще далеко, а кровать в номере была одна.

Ближе к утру Яните приснилось, что она горит, а перед ней плещет прохладный водопад. Желая унять горячку, девушка потянулась к воде, окунулась в ее прохладные струи, погрузилась в глубину, чувствуя, как тело наполняется легкостью, а проснулась в объятиях мужа и сомнений в том, что супружество свершилось, у нее не было – оба браслета мягко сияли, играя гранями камней.

– Ты! – ведьма вскочила с постели, обнаружив, что коварный маг даже сорочку с нее не снял.

– Я? – Риордан оглядел приспущенные штаны и распахнутую рубаху, потом заметил сияющий браслет и сгреб в горсти растрепанные волосы: прости, я думал это сон. Ты часто мне снишься.

Яните хотелось визжать и топать ногами. Кричать об обмане. Запустить в мужа проклятием или порчей. Вырвать пару прядей его светлых волос и бросить на пол! Вместо этого она прошипела, точно рассерженная кошка:

– Пять лет?

Риордан ее понял. Для развода требовалось подтвердить раздельное проживание супругов в течении пяти лет.

– Вчера на балу нас увидел король, – сказал он торопливо, опасаясь, что из глаз разгневанной жены посыплются искры. – Дядя пытался ему доказать, что мы вообще не встречаемся. Мне пришлось рассказать про встречу на тракте и обставить все так, словно мы регулярно… бываем вместе.

Ведьма зажмурилась и закусила губу, чтобы не устроить в комнате разгром, вот прямо сейчас. С одной стороны, стало легче – случившееся в постели не важно для будущего развода. С другой – она не помнит предыдущий вечер. Не знает, что там произошло, поэтому вынуждена верить. Впрочем, магу нет смысла лгать, он и так не сможет от нее избавиться следующие пять лет.

Вторая мысль была более пугающей – девушка схватилась за живот, судорожно вспоминая день цикла. Если у этой ночи будут последствия – брак не расторгнут без суда. Заметив ее жест Риордан побледнел и уточнил:

– Когда станет ясно, есть ребенок или нет?

– Через пару недель, – сдавленным голосом ответила Янита.

– Напиши мне, я должен буду знать, – твёрдо сказал мужчина.

– Учеба… – чуть не плача, протянула ведьма.

– Если будет ребенок, – Риордану нелегко давались эти слова, – я уйду в отставку. У меня есть земля и камень для замка, а учиться можно заочно или взять отпуск, пока малышу не исполнится три года.

Янита вздохнула, прикрыла глаза, понимая, что это, наверное, самое смелое высказывание, которое она могла услышать от мужчины и мага в подобной ситуации. Ведьмы редко выходят замуж, зато очень любят и ценят детей. Маленькие ведьмочки, как и маленькие маги не выживали без материнской ауры и молока. Точнее, выжить могли, но магию теряли. Иногда младенцев спасали отцы – привязывали новорожденного к себе и носили на теле, словно сумку лет до пяти.

По сути, Риордан сказал, что готов нести все обязательства, которые взял на себя в часовне. Вот только ей, романтической дурочке, хотелось другого – чтобы обнял, сказал, что будет рядом, поцеловал в конце концов! Смешно сказать, но тот поцелуй в свадебной часовне был единственным в ее жизни. Эту ночь она не помнила, а некромант во время их бешеных соитий в Белой башне предпочитал прикусывать ее плечи или шею, игнорируя губы.

Чтобы отделаться от дурных мыслей, ведьма решила умыться и пока плескалась над простым фаянсовым тазом, вспомнила разговор, который состоялся у них с матерью не так давно. Матрона Инел мало что запрещала дочерям, но считала, что они должны знать причины и последствия своих поступков. Поэтому юные ведьмы знали все о лунном цикле, умели подбирать травы для «женских» нужд и владели десятком заклинаний, исцеляющих дурные болезни. И были научены определять беременность в первый цикл.

Мать и бабушки навещали Янку в Академии. Привозили домашние сладости и зелья, приветы от старшей, ждущей дочку и смешные фигурки от нынешнего мужчины второй сестры. Новости, семейные шутки, смех, и…пристальный взгляд матери на ауру младшей дочери. Она тогда уже поняла, что Ард Ришш не станет отцом ее дочери, но еще таила надежду на новую встречу. Марита улучила минутку и напомнила рыжей ведьме, что семья принимает всех детей. Да, мальчишки не наследуют дело рода, но все равно получают поддержку, возможность учится и начальный капитал. Девочкам непременно найдется место в лавке или в лаборатории.

– Мы всегда поддержим, – темные глаза матери смотрели ласково, – во всем!

Это воспоминание притушило злость и непонятную Яните обиду на Риордана. Из-за ширмы девушка вышла уже спокойной. Погладила сопящего во сне йинэнна, нашла прикрепленный к поясу прародительницы гребень и села к огню разбирать косы. Маг, убедившись, что жена спокойна, быстро привел себя в порядок, выглянул в коридор и заказал завтрак в номер.

– Это гостиница? – ведьма с любопытством оглядела комнату при дневном свете. Все, что угодно, лишь бы сохранить спокойствие. Мистрис Розалия советовала читать про себя список врагов. Мистрис Ульш – ингредиенты зелий. Сайбур перечисляла имена предков, а Люция цвета шелковых ниток для вышивки…

– Ближайшая ко дворцу, – подтвердил Риордан. – Я думал уйти в гарнизон на рассвете, но вчера Его Величество распорядился зайти в Канцелярию, забрать приказы для полковника.

Янка сдержала вздох и протянула руки к огню. Гнев плохой советчик. Она чувствовала, что супруг бросает на нее вопросительные взгляды, но упорно рассматривала комнату. Беленые стены, плотные синие занавески, сберегающие тепло, широкая кровать с коричневым шерстяным пологом, камин, стол, два кресла и ширма для умывания.

Стук в дверь – принесли еду. Белая крутая каша с лужицей желтого масла, молоко, булки… Риордан ел жадно и жмурился от удовольствия, нюхая сдобу. Янита едва пощипывплп румяный бочок рогалика, а вот молоко пила с удовольствием – оно поможет быстрее выветриться зельям, которые, как ей чудилось, все еще гуляли в крови. Они оба молчали, а потом быстро собрались, словно их что-то гнало прочь. Платье казалось слишком роскошным и ярким для туманного осеннего утра, пояс тяжело лег на бедра. Алые чулки привлекли внимание мага, и ведьма вдруг вспомнила, что рыжие легко краснеют и смущаются.

Да что с ней такое? Она командир боевой группы! Третьекурсница! Уговоры помогли слабо. Последний взгляд на комнату, тяжелый сопящий йинэн на руках и мужчина за спиной, затворивший тяжелую дверь. Пролетка. Академия. Знакомая комната с двумя узкими койками и слезы, много-много слез, доверенных тощей подушке.