Глава 14

Ноэми застыла в сомнении: отпускать ли экипаж? Старый дворец, больше походивший на замок, пугал неизвестностью. Что притаилось за темными окнами и почерневшими стенами? Не лучше ли вернуться в дом де Вена и покориться судьбе? Лукаш сказал, она должна стать невестой герцога, но вряд ли тот обрадуется, не застав девушку в условленный час.

При мысли о де Вене по сердцу пробежал холодок, во рту появился горький привкус. Герцог все испортил. Если прежде она могла представить его в виде мужа, теперь… С другой стороны, что Ноэми знала о браке? Счастлива ли ее мать? Только отец наверняка не насиловал ее до свадьбы, не понуждал забеременеть.

Рука девушки непроизвольно легла на живот. Ноэми тут же ее отдернула. Нет, только не ребенок! Тогда все кончено, придется распрощаться с мечтами и покориться судьбе.

Ноэми приняла решение и махнула рукой.

— Можете ехать!

Свистнул кнут, заскрипели колеса, и девушка осталась один на один с громадой дворца, в котором некогда вершились судьбы государства, а теперь витали духи.

Ноэми задержалась в доме Лукаша до сумерек, чтобы незаметно выбраться на улицу. Герцог наверняка ищет сбежавшую невесту, и в интересах девушки, чтобы не нашел до утра.

Проводив экипаж тоскливым взглядом, Ноэми удостоверилась, письмо графа при ней, и, поправив шляпку, шагнула к воротам. Они напоминали проход в Безвременье, а то и вовсе Сумеречный мир. Массивные, обитые железными полосами, несоразмерные с миниатюрной женской фигуркой. Вокруг камень, покрытый мхом. Местами кладка отсырела и осыпалась.

Девушка взялась за бронзовое кольцо и постучалась. Лязгнуло смотровое окошко, ослепив ярким светом лампы. Ноэми зажмурилась.

— Кто? — глухо спросил стражник.

Он только-только пристроился с краюхой хлеба и головкой сыра, а тут принесла нелегкая! Еще и девицу.

Вместо ответа Ноэми протянула письмо:

— Вот, ознакомьтесь.

Стражник озадаченно почесал затылок и повертел в руках конверт. Печать с гербом и суровая надпись: «Коменданту, лично» заставили отодвинуть засов и впустить девушку. Та, зябко поведя плечами, скользнула между тяжелых створок и огляделась. Похоже на замок де Вена, даже сторожка точно такая же, в нише. Сразу и не заметишь, но стражник оставил дверь открытой, дав возможно рассмотреть обстановку. Комнатка маленькая, без окон, с закопченным очагом и кособокой мебелью. Ее немного: стол и два табурета. На скатерке — скромный ужин, сдобренный кувшином со сбитнем. Какая-то бумага прижата огарком в самодельном подсвечнике — не разберешь, долговая расписка или указания командира. На бумаге расплылось большое жирное пятно.

Над головой — темный свод арки ворот. Он изгибался так, чтобы враг всегда оставался начеку. Пусть решетки давно нет, ловушек тоже, но все равно неприятно, когда из пустых отверстий над головой капает вода или щерится паутиной амбразура.

— Идемте! — обреченно произнес стражник, отвлекая Ноэми от тягостных мыслей. Саму ему жутко не хотелось надолго покидать сторожку. Сбитень остынет, а с холодным ужин не такой вкусный. — Отведу к коменданту, если тот еще не спит.

Девушка кивнула, дождалась, пока провожатый надежно запрет ворота и растолкает сменщика, чтобы приглядел, и последовала вслед за прыгающим пятном лампы. Она покачивалась в руках стражника, будто лодка на волнах. Огонек опасно бился о стеклянные стенки, однако не вырываясь наружу.

Идти пришлось долго. Сначала они выбрались во двор, такой же темный и тихий, как все вокруг. Со всех сторон его обрамляли каменные стены. Тени сводили на нет попытки луны хоть как-то оживить заброшенный дворец. Ноэми насчитала восемь башен, и это только те, которые успела заметить. Как тут только жили? Однако жили ведь и пытались обустроить дворец под свои нужды. Вот и появились окна на первом этаже, возникли многочисленные пристройки, разобрали деревянную обходную галерею наверху, расширили дверные проемы и, главное, построили лестницу, чтобы не приходилось, как прежде, забираться в холл кружным путем. Сам холл тоже претерпел изменения, стал двухэтажным. Ради этого разобрали часть перекрытий. Выглядело величественно, только Ноэми не удалось полюбоваться личными гербами прежних монархов: солдат вел ночную гостью к боковому флигелю. Там на третьем этаже башни светились несколько окон.

Девушка ступала осторожно, чтобы ненароком не споткнуться. Опасения были не напрасными: мощение двора оставляло желать лучшего.

Но вот, наконец, они остановились перед добротной дубовой дверью. К ней вели три ступеньки. Высокие, в узкой юбке не заберешься. Стражник поднялся первым и требовательно забарабанил в дверь. Звук гулко раздавался под небольшим каменным козырьком, призванным защитить от непогоды.

Дверь открыла женщина. По одежде Ноэми поняла: служанка. Судя по всему, она уже собиралась ложиться: женщина распустила волосы и сняла фартук.

— Гости к коменданту. — Немногословный стражник покосился на спутницу.

— Принес же ветер! — с досадой пробормотала служанка и недобро глянула на Ноэми. — До утра не обождет?

— Письмо у нее. Нужно, Анна.

Анна скривилась, будто съела лимон, и посторонилась.

— Ну, проходите, что ли, — сделала она одолжение.

Ноэми вошла и, обернувшись, хотела поблагодарить стражника, но тот уже исчез в темноте. Сбитень ждать не станет, остынет.

Прихожая оказалась крохотной, они со служанкой едва развернулись. Зато следующая комната, заменявшая холл, уже больше соответствовала размерам флигеля. Вдоль стен стояли непонятные сундуки. Ноэми разбирало любопытство, но спросить она не решалась.

Убрав верхнюю одежду гостьи, Анна повела ее наверх. Лестница оказалась крутой — сразу видно, ноги королей по ней никогда не ступали — и узкой. Ноэми привыкла совсем к другим, поэтому не сразу приноровилась. Ступени завивались вокруг столба; если долго смотреть на него, голова закружится.

Служанка привела ее на третий этаж. В отличие от остальных, он выглядел обжитым. Первоначальную планировку тоже изменили, чтобы отгородить комнаты. Прежде весь этаж наверняка занимали один-два зала.

Анна попросила немного обождать и постучалась в одну из дверей. Та распахнулась, явив хозяина флигеля с кружкой чего-то горячительного в руке. Судя по всему, комендант готовился ко сну: рубашка расстегнута, ни жилета, ни сюртука, ни куртки.

— К вам госпожа, — неловко сделала книксен Анна и поспешила удалиться.

Комендант проводил ее недоуменным взглядом и перевел его на Ноэми. Та без лишних слов шагнула вперед и протянула письмо. Мужчина нахмурился, повертел конверт в руках и в лоб поинтересовался:

— Как оно к вам попало?

Похоже, комендант не верил, будто Лукаш де Сард поручил девушке что-либо передать, да еще в такой час.

— Из рук первого министра, разумеется. — Немного наглости не повредит. Если коменданта называли господином, он незнатного происхождения, церемониться не стоит. — Вы ведь узнали печать?

Мужчина хмуро кивнул и попросил подождать. Он не собирался пускать Ноэми, не узнав, кто она и не прочитав письма. Оно озадачило. Лукаш просил приютить леди и оказать ей всяческую поддержку. В конце граф недвусмысленно намекал: о визите дамы лучше не распространяться. Комендант сразу смекнул: не просто так. Имя тоже не указано, только титул.

Взвесив все за и против, мужчина решил выполнить указания. Он не подчинялся первому министру, но ссориться с ним не желал. Да и что за малость — дать переночевать женщине!

— Прошу!

Комендант и не думал извиняться за прежнее поведение. Ноэми и не надеялась. Все, о чем она сейчас мечтала, — тепло очага, ванна и мягкая постель. Ну и отсутствие герцога де Вена.

Комната, где комендант наслаждался крепким сидром перед сном, оказалась гостиной. Приоткрытая дверь вела в спальню. Ноэми стыдливо избегала смотреть в ту сторону.

Очаг горел. Несмотря на лето, каменный дворец плохо прогревался, и по ночам здесь нередко царил холод. Прибавьте сквозняки, и без огня точно не обойтись.

— Желаете чего-нибудь? — Комендант уступил даме кресло.

Письмо не вернул, спрятал за пазуху. Такие вещи лучше сохранить. Мало ли.

Ноэми задумалась и кивнула. Жутко хотелось есть. Голод подкрался незаметно, до поры приглушенный волнением, а теперь слюнки потекли при воспоминании о головке сыра стражника.

Выслушав просьбу, комендант кивнул и крикнул служанку. Та подсуетилась и накрыла тут же скромный ужин. На Ноэми не рассчитывали, поэтому пришлось довольствоваться холодными закусками.

Девушка ела и посматривала на коменданта, изучала. Солдат — даже новая должность не изменила выправки. Немолод. Судя по всему, вдовец: на пальце кольцо, а хозяйничает Анна. Либо супруга с детьми осталась в деревне, в одном из скромных поместий, которые давали за выслугу лет и верность короне. Крепко сбитый, коренастый, чем-то напоминал медведя. Комендант не внушал доверия, но выбирать не приходилось. Не в телохранители Ноэми его нанимает, потерпит. От еды ее немного разморило, но девушка помнила: впереди вылазка в часовню. Раз так, не стоит переусердствовать с ломтиками ветчины. Только вот как бы в ванне не заснуть!

— Я привыкла гулять перед сном. — Надо же как-то объяснить интерес к архитектуре и кладбищу? — Милорд граф обмолвился о чудесных витражах в часовне. Могу я взглянуть? Служанка бы пока подготовила постель и согрела воду.

Комендант подозрительно глянул на девушку.

— Бродить по часовне ночью? — нахмурился он. — Только привидений дразнить!

— А тут водятся привидения? — ужаснулась Ноэми.

Она не горела желанием встретиться с призраком.

— Случается, — туманно ответил мужчина и вернулся к прежней теме разговора: — Так зачем вам в часовню?

— Витражи смотреть, — с легким раздражением повторила девушка и, скомкав салфетку, сложила руки на груди. — Послушайте, господин, — она говорила медленно, чеканя слова, — я не обязана отчитываться перед вами. Покажите мне молельню и свободны. Или рассказать графу де Сарду, как некой леди мешали изучать искусство? Подозреваю, вам не поздоровится.

Комендант шумно втянул воздух и согласился.

Ноэми торжествовала. Она не ожидала от себя такой прыти. Откуда что взялось!

Мужчина вызвался проводить девушку и прихватил лампу. Он успел застегнуть рубашку и теперь не бросал вызов приличиям. Для достоверности легенды Ноэми попросила перо и бумагу, чтобы якобы копировать сюжеты.

— Отчего не рисовать при свете дня? — ворчал комендант, спускаясь по лестнице.

— Оттого, что я сюда вряд ли вернусь, — не стала скрывать Ноэми.

Мужчина засопел. Он по-прежнему не одобрял странных желаний гостьи, но промолчал. У дворян свои причуды, пусть кормят ночных тварей, если хотят.

Ночная прохлада после тепла гостиной показалась морозцем. У Ноэми даже застучали зубы, но она не жаловалась, понимала, другого шанса отыскать "подарок из прошлого" от Жана де Вена может не представится. Поэтому она мужественно терпела и, пользуясь тем, что шла позади, обхватила себя руками. Дрожь постепенно унялась. Если разобраться, ночи еще теплые.

Комендант обогнул флигель и пошел по выложенной плитами тропе. Он шагал быстро, широко размахивая руками, но просчитался, девушка не думала отставать. Краем глаза она заметила характерную ограду. Такую делали на кладбищах. Всего краешек мелькнул за очередным уступом служб дворца, но Ноэми запомнила, куда после идти. Впрочем, она полагала, кратчайший путь на кладбище ведет через часовню, и не ошиблась. Попетляв, они вышли к полукруглому выступу с привычной каменной вязью над входом. Девушка догадывалась, существовал и второй, из дворца. Не стали бы короли бегать молиться через двор! Комендант загремел ключами и отпер скрипучую дверь. Шум спугнул летучую мышь, которая с писком унеслась прочь. Хорошенькое начало!

Ноэми боязливо оглянулась. Интересно, работает ли в часовне магия? Пусть девушка ей не владела, наличие чар успокоило бы.

Провожатый пристроил лампу на скамью у входа и оставил Ноэми одну, обещав вернуться через три четверти часа. Хотелось бы верить, что времени хватит!

Убедившись, что комендант ушел, Ноэми нерешительно двинулась по периметру часовни. Лампа бросала скупые блики на плиты пола, до потолка свет вообще не доставал.

Стены, глухие стены. Ни резьбы, ни статуй, ни реликвариев. Ну да, часовня старая, тогда не принято было заниматься украшательством. Да и после переезда монарха наверняка вынесли все самое ценное.

Рука скользнула по подоконнику стрельчатого узкого окна, сквозь которое в часовню смотрелась ночь. Пыльно. А еще холодно.

Поставленная на подоконник лампа мигала. Только этого не хватало! Ноэми не собиралась оставаться в кромешной тьме рядом с могилами. Раз так, нужно отогнать страхи и искать дальше.

Девушка попыталась представить себя на месте Жана де Вена. Он маг, но делал тайники так, чтобы их могли найти. Значит, никаких чар. Куда можно положить бумажку или предмет? Вариантов не так уж много.

Ноэми терпеливо простучала все стены, но тайного хода не нашла. Далее — мебель, вернее, скамьи. Алтаря давно нет, вместо него — пустое место. Девушка собрала всю пыль, пока ползала по полу. Увы, напрасно старалась.

Витражи. Красивые, даже в скупом свете лампы. Может, они подскажут? Например, чья-то рука укажет или цветной луч упадет на нужное место. Если и там ничего, Ноэми не знала, где искать. Разве Вседержители на ухо шепнут.

Девушка присела на длинную, тянувшуюся до противоположной стены, скамью и уставилась на окно. Женщина. Стоит, широко разведя руки. У ног — корзины с плодами. Ноэми нахмурилась. То или не то изображение? Но все-таки проверила. Женщина не помогла.

Следующий витраж оказался занятнее: охотник с луком. К радости Ноэми, стрела направлена в пол. Стрела — это указатель. Ну же, помоги, Великая Мать!

Сначала девушка расстроилась. Казалось, ее вновь постигла неудача, но чуть ли не в последний момент нога нащупала бугорок. Ноэми надавила на него, затем пнула… и едва не угодила в подвал. Плита отъехала так быстро, что девушка замерла, балансируя на грани.

Снизу пахнуло сыростью.

Ноэми поднесла к открывшемуся провалу лампу и осветила покрытую паутиной деревянную лесенку. Она выглядела надежной, несмотря на то, что потемнела от времени. Несомненно, лестницу принесли значительно позже, нежели построили часовню. Жан де Вен, если это был он, позаботился, чтобы его послание нашли.

Поколебавшись, девушка подобрала юбки и спустилась в темноту подвала. Лампу, разумеется, взяла с собой. Она мешала, приходилось одной рукой одновременно придерживать одежду и освещать себе дорогу. Но обошлось.

Ступив на пол, Ноэми чихнула. Затем еще и еще. Сколько же тут пыли! Глаза постепенно привыкли к полумраку, и девушка прижала ладонь ко рту, чтобы не закричать. Гробы, много гробов! Их тут десятки, часть с табличками, часть безымянная.

Проклиная покойного мага, Ноэми сделала пару глубоких вдохов и выдохов.

Гробы? Подумаешь! Покойники ведь не восстанут. Ох, лишь бы не обмануться!

Рука с лампой дрожала, однако девушка крохотными шажками двигалась вперед. Она надеялась, Жан де Вен не припрятал подарок в гробу. Это уж слишком! Хотелось бы знать, где он сам похоронен. Наверное, в родовом замке. И уж точно не держит в руках очередной камушек. Тело обмывали перед погребением, да и убийцы десятки раз обыскали труп.

Вновь помог свет. Краем глаза Ноэми уловила яркий блик. Повернувшись, она увидела отполированную медную табличку. Девушка наклонилась, потрогала и поняла, под ней что-то есть. Немного повозившись, Ноэми вытащила тонкий лист непонятного металла. Он походил на серебро, только гораздо пластичнее и холодил руки. Девушка легко свернула лист в трубочку и спрятала в самом надежном месте — декольте. Потом покажет Лукашу, он разберется.

Оставаться в подземелье посреди гробов не хотелось, да и комендант мог вернуться в любую минуту, и Ноэми поспешила к лестнице. Страх подгонял, девушка выбралась из подвала гораздо быстрее, нежели спустилась. Отряхнувшись, Ноэми огляделась и плюхнулась на скамью возле одного из витражей. Так, нужно быстро зарисовать того пастушка, иначе комендант раскусит уловку.

Ноэми схематично, не заботясь о точности, переносила на бумагу сюжеты витражей. Линии ложились неровно, местами едва не прорывая бумагу. Сделав пару набросков, девушка отложила листы и бросила опасливый взгляд на дверь. Успеет или нет? Нужно рискнуть, когда еще судьба занесет в Старый дворец?

Девушка шагнула в ночь, будто в пропасть. Чуть ли не бежала, чтобы не передумать, не поддаться панике.

Вот и кладбище. Тут пахло ночными цветами, которые обильно разрослись между склепов. Стрекотали цикады, чуть шелестела трава.

Ноэми перешла на шаг. Кладбищенская ограда сыграла с ней злую шутку. Стоило миновать ее, как ноги начали дрожать, за каждым кустом мерещились ожившие мертвецы.

Главная аллея, по правую сторону. Высокий столб с полумесяцем. Вот он, уже виден.

Ноэми полной грудью вдохнула прохладный воздух, сделала шаг и замерла. Не закричала только потому, что онемела. Там кто-то есть! Сгусток темноты двигался, копошился возле последнего пристанища звездочета. Опомнившись, Ноэми побежала. Затем спохватилась: обронила лампу! Если ее найдут, то… Возвращаться нельзя: умертвие схватит. Однако девушка вернулась, ухватилась за железное кольцо и со всех ног кинулась прочь. Страх огнем лизал пятки. Мнилось, будто преследователь близко, вот-вот схватит за рукав.

Девушка влетела в часовню и, задыхаясь, захлопнула дверь. Сердце выпрыгивало из горла. Ее трясло, ноги не держали, и Ноэми кулем повалилась на скамью. Ребра болели, воздуха не хватало. Изнутри обжигало невидимым пламенем.

Вседержители, что с ней будет! Приведение просочится сквозь стены и утащит к себе. Или взломает дверь зомби, разорвет на кусочки. Неудивительно, что когда в дверь требовательно постучались — девушка заперлась на засов, — Ноэми едва не умерла. Сжалась в комочек, забилась в дальний угол и терпеливо ждала смерть. Вместо нее пришел комендант. Он, подтянувшись, заглянул в витражное окно и позвал Ноэми. Сердце рыпнулось и второй раз чуть не остановилось. На этот раз от облегчения.

— С…с…с-с-сейчас открою! — не с первого раза смогла вымолвить девушка.

Щеки раскраснелись.

Ох, что подумает комендант?

"Да привидение ты встретила, только и всего", — неожиданно ожил внутренний голос, вернув спокойствие. Действительно, мужчина предупреждал, их тут в избытке, спишет мертвенную бледность гостьи на тесное знакомство с одним из них.

Комендант… Как его зовут-то? Ноэми запоздало вспомнила, мужчина не представился. Беспокойство снова засвербело в груди. В голову полезли разные мысли. Например, честен ли комендант, не убьет ли ночью, не продаст ли охотникам за тайнами Жана де Вена?

Открывать или нет?

Ноэми прижалась щекой к двери. Шумное дыхание заглушало все звуки.

Поздно отказываться, она уже обещала впустить коменданта. Лучше открыть и изображать, будто ни о чем не догадывается. Да и вдруг девушка ошиблась, а комендант — всего лишь невежественный мужлан?

Засов лязгнул. Неохотно, дрожащими руками Ноэми отодвинула его и посторонилась, пропуская коменданта. Тот одарил ее взглядом исподлобья, обвел глазами часовню и буркнул:

— Ну, и что вас тут напугало?

— Духи.

Ноэми повернулась к нему спиной и, крепко обняв себя, прошлась вдоль скамьи. Постояла немного и сжала пальцы в кулаки. Нужно успокоиться, принять ванну и лечь спать. Завтра предстоит сложный день. Даже если страхи имеют твердую почву, паника приведет к верной гибели. Бессонница и вовсе притупит реакцию.

— Я предупреждал! — укоризненно буркнул комендант и покосился на рисунки Ноэми. Как хорошо, что она успела сделать наброски!

— Ничего, уже прошло, — слабо улыбнулась девушка, самой себе, потому как мужчина не видел, и обернулась. — Ванна готова?

Комендант кивнул.

— Вы так и не назвались, — указала Ноэми на грубейшее нарушение приличий.

Кажется, ей удалось его смутить. Мужчина замялся, нахмурился, а затем склонился в поклоне. Как и думала девушка, комендант оказался представителем второго сословия. Уже не боевой вояка, но еще не личный дворянин.

— А кто это бродит по двору? — спросила Ноэми, когда они покинули часовню. — Я видела отблеск фонаря.

Здесь, в темноте ночи, девушка вновь ощутила себя беззащитной и поневоле держалась как можно ближе к коменданту.

Мужчина задумался и бросил взгляд в сторону погоста. Странно.

— Часовой, наверное.

Ответ Ноэми не понравился, но она не стала уточнять.

Анна постаралась, достала и душистого мыла, и воды не пожалела, и полотенце принесла. Комендант же расщедрился на отдельную комнату со всеми удобствами. Она находилась по соседству с гостиной, но Ноэми не пугала близость к мужчине. Комендант доказал, как женщина, она его не интересовала.

Страх постепенно отступал, девушка уверилась, незнакомец с кладбища, живой или мертвый, не придет убивать. То ли не заметил, то ли не счел нужным преследовать.

Ноэми вздохнула. Наконец-то она чистая! Наконец-то смыла с себя запах Дамиана де Вена!

Девушка лежала в ванной, пока вода не остыла. Затем встала, насухо вытерлась и задумалась. Ночной рубашки у нее нет, чистого белья тоже. Просить неудобно, придется надевать грязное.

Ноэми не спалось. Она ворочалась в кровати, припоминая события минувшего дня. Найденную пластину девушка спрятала под подушкой. Так и подмывало ее достать и тщательно рассмотреть. В итоге Ноэми не выдержала, затеплила свечу и вытащила пластину. Та по-прежнему холодила пальцы. Девушка медленно провела по ней ладонью, поднесла к губам и согрела дыханием. Просто так, по наитию. На пластине на мгновение проступили письмена и тут же исчезли. Окрыленная, Ноэми подержала пластину над пламенем свечи. Письмена вновь появились. Какая-то нелепица, девушка не знала этого языка. С другой стороны, вряд ли Жан де Вен стал бы тратить время на ерунду. Значит, заклинание. А раз заклинание, то Лукаш разберется.

Ноэми охладила пластину и убрала обратно под подушку. Сон по-прежнему не шел, и девушка решила подышать свежим воздухом. Всего лишь выйти на крыльцо и немного постоять. Главное, не упасть с лестницы. Девушка с трудом по ней поднялась, а спускаться в темноте… Но желание побороть бессонницу пересилило страх.

Девушка ступала осторожно, стараясь не разбудить коменданта и служанку. Но, вроде, обошлось. Ноэми глубоко вздохнула, нащупала железные перила и начала медленно, шаг за шагом, спускаться. Лестница казалась бесконечной. Девушка уже пожалела, что не посидела у окна. Но возвращаться поздно, нужно идти вперед.

В холле пахло сыростью и отчего-то яблоками. Ноэми даже решила, в таинственных сундуках Анна держала припасы. Дверь оказалась заперта на засов. Наловчившись, девушка отодвинула его и шагнула в ночную прохладу. Она мурашками разбежалась по коже. Ноэми плотнее закуталась плащ и замерла на пороге. Мысли сами собой вернулись к кладбищу. Кто или что бродило возле склепа астронома? Может, он сам? Тогда стоило попробовать побеседовать с привидением. Безрассудно? Конечно, но куда страшнее копаться в склепе в кромешной темноте.

Ноэми колебалась. Благоразумие советовало подняться в комнату, авантюризм толкал к поиску очередного кусочка головоломки. Девушка металась между двух огней и в итоге решила пройтись до ограды. Просто пройтись и ничего не делать. Если встретит часового, вернется. В глубине души Ноэми надеялась с ним столкнуться, однако судьба повернулась к ней спиной, не послав никого навстречу.

Кладбище казалось еще более зловещим, нежели пару часов назад. Закат окончательно догорел, тени заполнили не только пространство между могилами, но, казалось, все вокруг. Ноэми поежилась и замерла. Может, вернуться? Да, определенно, лучше вернуться. Зачем дразнить Сумеречный мир? С другой стороны, наследство Жана де Вена. Девушка обязана успокоить духа, спасти его тайну.

Словно в пропасть, Ноэми шагнула за ограду. С одним лишь свечным огарком она чувствовала себя неуютно, но с лампой рисковала стать жертвой таинственного нечто.

До склепа астронома недалеко, бегом так и вовсе пару минут. Девушке и вовсе показалось: мгновение. Она кожей ощущала взгляды, мнимые ли или реальные, неизвестно, слышала шорохи, каждый из которых ударами крови отдавался в ушах. Ноэми облизнула губы и прижалась спиной к холодному камню. Тот оказался шершавым.

Прошла минута, другая. Ничего не происходило.

Девушка выровняла дыхание и огляделась. Итак, вон он, склеп. Где же тайник? Ноэми подняла дрожащую руку и осветила надпись над входом. Так, выше карниз. По идее, подходящее место. А еще траурные вазы. Помнится, самую первую находку девушка обнаружила именно в полой части скульптуры. Ноэми собиралась проверить, не повторился ли Жан де Вен, но не успела. Страх обострил слух, девушка явственно уловила чьи-то шаги. Хрустели ветки, шуршала листва — слишком громко для ночной тиши. Неизвестный шел уверенно, как хозяин. Значит, не боялся духов. Впрочем, Ноэми пока на кладбище ни одного не встретила и надеялась не встретить.

Девушка отступила в склеп. Сердце норовило выпрыгнуть изо рта, билось где-то в гортани. Ноэми вцепилась в каменную облицовку входа и гадала, не за ней ли пришел незнакомец. Все же она совершила большую глупость, когда вылезла из уютной постели. Пусть она твердая, пусть в комнате прохладно, но зато безопасно.

Шаги между тем приближались.

Ноэми перестала дышать и вся обратилась в органы чувств.

Остановился.

"Великая Матерь, — беззвучно слетело с губ, — защити!"

Теперь девушка понимала, укрыться в склепе — плохая идея. Если неизвестный ищет то же, что она, непременно обнаружит ненужную свидетельницу. Ноэми порыскала глазами по сторонам в поисках второго выхода и запоздало задула свечу. Лишь бы еще не поздно! До того, как пламя, мигнув, погасло, девушка успела разглядеть окно по ту сторону саркофага с небесными сферами. Оно показалось достаточно широко, чтобы выбраться наружу. Стекол нет, переплет широкий. Нужно рискнуть.

Спотыкаясь, стараясь не думать о могиле под боком, Ноэми двинулась к заветной цели. Края мраморной верхней плиты оставили синяки, но девушка справилась, нащупала заветное окно. Дело за малым — выбраться.

Порой страх придает силы. Вот и теперь Ноэми, задрав подол до самой шеи, выбралась наружу, тяжело рухнула на землю, хотя в обычной ситуации запуталась бы в юбках. Девушка не стала разлеживаться и поспешила укрыться в ближайших кустах. Вовремя! Упавший наискось отсвет фонаря подтвердил, Ноэми не напрасно торопилась. Обливаясь холодным потом, прикусив язык, чтобы не закричать, девушка терпеливо ждала.

Из склепа послышались непонятные шорохи, затем раздался скрежет. От неожиданности девушка сильнее сжала зубы. Рот наполнился привкусом железа.

Незнакомец недовольно сопел. Ноэми казалось, он стоит за спиной, даже проверила — нет, конечно.

Ноги приросли к земле, но разум твердил: лучше уйти. Пока неизвестный занят осмотром склепа, девушка может сбежать. Одним шорохом больше, одним меньше, он и не заметит. Ноэми попятилась. Полшага, шаг. Затем приподнялась и, прижимая руки груди, кинулась прочь.

Девушка не знала, каким образом умудрилась не упасть, как не расшибла лоб, не сломала ногу. Кладбище казалось бесконечным. Ноэми бежала и бежала, а оно все не кончалось. Петляя не хуже зайца, девушка юркнула к воротам, но оказаться по ту сторону не успела. Потом она благодарила Вседержителей за то, что задержалась. Дальше начиналось открытое пространство, девушку бы непременно увидели.

В отчаянье сжимая пальцы, Ноэми наблюдала за тем, как к воротам приближалась высокая фигура с фонарем в руке. А навстречу ей… Девушка едва не умерла от страха, быстро шел еще один человек.

— Леди Вард, — тот, второй остановился в проеме ворот, — вылезайте! Я знаю, вы где-то тут, выходите.

Ноэми не сдвинулась с места.

Мэй де Асан! Но что здесь делает королевский секретарь?

Девушка метнула взгляд на вторую фигуру, ту, которая копошилась в склепе астронома. Она исчезла. Значит, незнакомец не собирался встречаться с де Асаном. От сердца отлегло.

— Миледи, мы за вас беспокоимся. — Королевский секретарь махнул рукой, и кладбище наводнили солдаты. — Тут небезопасно.

Нет, она не выйдет. Де Асан настроен враждебно, при их последней встрече даже угрожал. С чего вдруг бросился спасать? Видимо, Ноэми случайно угодила в гущу чужих интриг.

Девушка провела рукой по кровоточащей губе.

Сердце билось с перебоями. Видимо, устало трепыхаться.

— Леди Вард! — Это уже голос коменданта.

Значит, он заодно с де Асаном.

Кладбище заполнилось светом. То там, то здесь мелькали фонари, солдаты методично прочесывали склепы и могилы. Рано или поздно Ноэми найдут. Таиться дальше казалось глупым, и девушка выпрямилась. Колени дрожали. В уголках рта запеклась кровь — последствия страха.

— Вот вы где! — Ноэми вздрогнула, когда на плечо легла рука де Асана. — Неосмотрительно гулять по ночам, миледи.

Ледяной голос обжигал. В голубых глазах ни капли сочувствия, хотя разве разглядишь в темноте?

— Я… Мне не спалось, потом я увидела человека…

Язык не подчинялся. Девушку била крупная дрожь. Меньше всего Ноэми ожидала, что де Асан расстегнет пряжку плаща и накинет ей на плечи.

— Идемте! — Секретарь увлек девушку к комендантскому флигелю. — Заберете вещи и отправитесь домой.

Ноэми подавила судорожный вздох. Куда-куда, а к герцогу де Вену совсем не хотелось.

— Можно мне переночевать здесь? — с надеждой спросила она.

Де Асан остановился, задумался.

— Хорошо, я готов приютить вас, — мужчина говорил так, будто делал большое одолжение. Даже скривился, как от зубной боли. — У главного фасада стоит экипаж. Ваши вещи?..

— В квартире коменданта.

Королевский секретарь кивнул и отпустил локоть Ноэми. Дождался, пока к нему подойдет солдат, и попросил проводить даму к экипажу.

— Можно я сама заберу багаж? — Девушка вспомнила о пластине. Нельзя, чтобы она попала в руки чужим!

Де Асан пожал плечами. Пожалуйста, его не волновали подобные глупости.

— Хорошо, проводи, куда захочет леди. Головой отвечаешь.

Мужчина величественно удалился. Признаться, Ноэми вздохнула с облегчением.

Спустя пять минут девушка шагала через двор к экипажу королевского секретаря. За ней семенила служанка, причитая насчет неизвестных злодеев, нарушающих покой мирных людей. Ноэми не слушала. Она не сводила взгляда со спины шагавшего впереди солдата. Пластина снова холодила грудь. Рядом притаилось письмо Лукаша. Девушка совершила дурной поступок: выкрала его из гостиной. Ноэми решила не оставлять улик. Может, глупо, но вдруг письмо повредит де Сарду?

Экипаж королевского секретаря оказался каретой. Окна зашторены, четверка лошадей переминается с ноги на ногу. Поневоле уверишься, де Асан скрывает истинный титул. Никаких гербов. Черная карета с новейшими, значительно увеличивающими плавность хода и скорость движения рессорами. С умелым кучером может перегнать двуколку.

Молчаливый слуга в безликой серой ливрее спрыгнул с запяток и распахнул перед Ноэми дверцу, откинул ступеньку. Девушка забралась внутрь и устроилась на сиденье.

Де Асан заставил себя ждать. Девушка успела задремать, когда он соизволил устроиться на соседнем сиденье и велел кучеру трогаться.

— Устали? — Он спрашивал ради формальности, не из интереса. — Вздремните, я разбужу. Путь неблизкий.

Ноэми лениво кивнула. На краю сознания мелькнула мысль: "Что значит, путь неблизкий? Разве де Асан не живет в Ушге?" И пропала, смятенная сном.