Глава 16

Ноэми понимала: нехватка информации играет против нее, поэтому, когда стихли шаги де Асана, соскользнула с дивана и поспешила по его пятам. Рисковала? Безусловно, но ей и так пообещали пытки.

Как хорошо девушка придумала с замужеством! Выиграла время… и неожиданно получила новые сведения. Значит, Мэй де Асан вдов. Что же случилось с его женой? Ноэми никогда о ней не слышала, хотя при дворе обсуждали цвет белья самого захудалого барона. Однако королевский секретарь оставался неприкосновенной фигурой. Если Лукаш де Сард — Сумеречный граф, то кто тогда Мэй де Асан? Ледяной… герцог? Ноэми не удивилась бы, если голубоглазый мужчина оказался родственником короля.

И замок на границе — откуда, как? Ни один высокородный аристократ не жил на окраине Лиргии.

Ноэми приоткрыла дверь и выглянула в коридор: никого. Прижимаясь к стенам, девушка покинула убежище. Где хозяйский кабинет, она не знала, но старалась проявлять предельную осторожность. Вряд ли де Асану понравится, если он поймает Ноэми на горячем.

Приглушенный звук голосов заставил затаиться. Сердце мячиком запрыгало в груди. Двое мужчин. Приближаются.

Ноэми запаниковала. Спрятаться негде, придется возвращаться. Успеет ли? Девушка обернулась, глянула на дверь гостиной и приняла решение. Идти нужно всегда до конца. Она должна выяснить, чего добивается Мэй де Асан, и в соответствии с этим выстроить игру.

Девушка юркнула в нишу с оконным проемом и затаилась. Гость и слуга: голоса королевского секретаря Ноэми не слышала, не дошли до нее. Может, не заметят? Увы, удача не сопутствовала девушке. На плечо легла тяжелая рука, ухо обжег шепот: «Сидите в гостиной, леди Вард. Давайте решим наше дело по-хорошему». Де Асан помолчал и добавил:

— Я могу ударить женщину. И не только, миледи, но очень надеюсь, — он выделил голосом последние два слова, — не придется.

— Боитесь замарать руки? — Девушка дернула плечом. Увы, королевский секретарь держал крепко.

— Не хочу, — озадачил мужчина. В голосе скользнула брезгливость. — Неприятное занятие. Да и после приходится убивать.

У Ноэми на мгновение остановилось сердце.

Так буднично сказано! Значит, Мэй де Асан много раз пытал и лишал жизни. Кто же он на самом деле?

— Ваша должность… Я никому не скажу! — запинаясь, спросила девушка. — Вы ведь не секретарь его величества?

— Отчего же? — Де Асан отпустил пленницу. — И скоро вынужден буду вас покинуть. Вряд ли Виллем оценит, если не подготовлю бумаги к заседанию кабинета министров. Жаль, — по губам скользнула глумливая усмешка, — граф де Сард не сможет присутствовать. Но, если пожелаете, передам на словах короткое сообщение.

Владелец замка наслаждался положением победителя. Он целиком и полностью контролировал ситуацию, упивался страхом Ноэми, издевался над пленницей. Де Асан предоставил выбор, предупредил, девушка не услышала: ее решение.

Ноэми нашла в себе силы горделиво поднять подбородок и заглянуть в глаза королевскому секретарю.

— Отчего вы решили, будто нужно что-то передавать? — Она надеялась, голос предательски не сорвался.

Де Асан подозревает. Он слишком умный, догадливый, нельзя подставить Лукаша.

— Да так, обычная вежливость, — уклончиво ответил мужчина, лишь усилив подозрения.

Со стороны лестницы показался гость в сопровождении дворецкого. При виде него Ноэми охнула и прикрыла рот ладонью. Ноги задрожали, и если бы не де Асан, девушка бы рухнула на пол. Прямо к ней шагал любовник королевы, тот самый навсей, которого она застала в парке за пикантным занятием. И он узнал Ноэми, иначе бы так не улыбался — предвкушающе. Походка хищника, движения плавные, глаза едва заметно щурятся, между пальцами пляшет магия. Синие искорки то появлялись, то исчезали. Потом они и вовсе слились в жезл. Навсей остановился и картинно перебросил его из одной руки в другую.

— Потом! — помрачнев, бросил гостю де Асан, бегло осмотрел Ноэми, которая испуганно жалась к нему, как меньшему из зол, и поинтересовался: — Проводить до комнаты? Служанка принесет нюхательной соли.

Девушка разрывалась между двумя огнями. С одной стороны, хотелось спрятаться, с другой… В горле пересохло, и Ноэми хрипло прошептала:

— Пожалуй, нет. — И, смутившись, добавила: — Пить хочется.

— Выпить, — понимающе поправил де Асан и легко, будто девушка ничего не весила, подхватил на руки.

Ноэми не сопротивлялась. В конце концов, он не собирался убивать, во всяком случае, сразу, обещал подумать о браке, а навсей настроен устранить двуногую проблему здесь и сейчас. Пальцы девушки вцепились в ворот рубашки, сама она прижалась к похитителю, когда гость, нарушая все правила приличия, вплотную подошел к ним.

— Подожди в кабинете, — прошипел де Асан, удобнее перехватив девушку. — Сейчас вернусь.

— Быстро же управишься! — двусмысленно ответил навсей и скользнул взглядом по телу Ноэми, отчего у той покраснели уши.

— Она на ногах не стоит, — раздраженно буркнул де Асан и, повысив голос, повторил: — Подожди в кабинете и не вмешивайся. Хватит, намозолил глаза двору!

Девушка навострила уши. Сейчас она чувствовала себя в безопасности — странно, но факт, — поэтому начала строить логические цепочки, обдумывать услышанное и увиденное. Выходило, Мей де Асан близко знаком с навсеем, тот не раз бывал у него. Более того, королевский секретарь — авторитет для врага. Всем известно, навсеи — народ гордый, приказов не терпят. Значит… Ноэми облизнула губы. Запах сюртука де Асана тут же стал синонимом опасности, а под ложечкой засосало.

— Забудьте, — вкрадчиво посоветовал виновник страхов и, будто заботливый муж, устроил голову девушки на плече. — И не переживайте без толку. Я вернусь завтра. Заседание заканчивается к часу или двум, поэтому в три мы сможем пообедать. И поговорить. Хорошенько все обдумайте и не пытайтесь бежать. Поверьте, отсюда до столицы очень далеко, а до Веоса — слишком близко, чтобы наш общий знакомый не поймал. Нравится вам или нет, но пока я ваша защита.

Ноэми судорожно вздохнула и промолчала. Ее сотрясала крупная дрожь. Девушка затылком ощущала взгляд навсея. Она не видела, но точно знала: тот улыбался — самодовольно, предвкушая месть.

Сердце ухнуло в желудок.

Девушка заерзала на руках де Асана. Он не отпустил, быстрым шагом вернулся в гостиную и, убедившись, что Ноэми ничего там не забыла, отнес ношу в гостевые покои.

— Вино и еду вам принесут. — Королевский секретарь уложил девушку на постель. — Думайте. Судя по всему, выводы вы делать умеете. Так сделайте правильные. До завтра!

Де Асан ушел. Девушка слышала, как повернулся ключ в замке. Клетка захлопнулась — Ноэми увидела слишком много.

Королевский секретарь прошел в кабинет и кивнул навсею.

— Рад видеть. Не поймали?

Гость мотнул головой и самодовольно усмехнулся. Он без спросу потянулся к граненому кубку на столе и материализовал из воздуха бутылку.

Де Асан неодобрительно покачал головой.

— Чужое лучше не брать. Или метишь на мое место?

Он прошел к креслу и по-хозяйски развалился, вытянув скрещенные ноги.

— Чем же оно так ценно, твое место? — не сдержал скептического смешка навсей. — Подлизывать задницу королю?

Де Асан не ответил и, вытянув перед собой ладонь, покачал камушком в форме сердца на тонкой цепочке. Глаза гостя загорелись, но владелец кабинета не позволил дотронуться до вещицы, жестом фокусника растворил в воздухе.

— Его ты столь топорно искал на кладбище?

— Но?.. — навсей озадаченно почесал переносицу и прошелся по комнате. — Откуда? — Остановившись напротив ухмылявшегося де Асана, он ткнул в него пальцем.

Навсей не любил проигрывать, а мысль, что какой-то полукровка сумел его обскакать, и вовсе приводила в бешенство

— Птичка в клюве принесла. — Секретарь и недоверчиво понюхал содержимое бутылки. — Что ты туда подмешал?

— Мэй, как ты можешь?! — картинно обиделся навсей, про себя же подумал: — Умный, гаденыш!

— Матушка многое нашептала, — туманно ответил де Асан и, подавшись вперед, выпрямился. — Неужели думал, будто не проверю, Сирил? — не мигая, гипнотизируя взглядом, поинтересовался он. — Потерял хватку в Веосе!

— Вот что ты делаешь в этой дыре? — не испытывая и подобия чувства вины, сменил тему навсей.

Он прошелся по кабинету, лениво подхватил бутылку со стола и выплеснул ее содержимое в окно.

— Следовало попытаться, — пожал плечами Сирил. — Вдруг бы повезло?

— Тебе титул не достанется, — отрезал де Асан и тоже встал. — Если продолжишь в том же духе, однажды проснешься плахе. Одно слово Сумеречному графу — и все, королева размазывает лживые слезы по лицу.

Гость помрачнел, а потом разразился скупыми аплодисментами.

— Браво, Мэй, мыслишь, как настоящий навсей!

— А я и есть навсей. — Голос королевского секретаря раскатами грома прокатился по кабинету, заставив Сирила напрячься: слишком много неприкрытой угрозы. — Если кто-то считает иначе, мир его праху. А теперь к делу. — Де Асан остыл и снова сел, хотя от былой расслабленности не осталось и следа. — Передай, артефакт почти в моих руках. Девочка все расскажет. Чуть запугать, чуть воззвать к разуму, и готово.

Сирил кивнул и, понизив голос, поинтересовался:

— Ты ведь не отдашь его, Мэй?

Королевский секретарь провел ногтем по ободку кубка и, не глядя на гостя, возразил:

— Отчего же?

Посвящать Сирила в свои планы де Асан не собирался. Как и оставлять в живых. Не сейчас, после, когда от навсея не станет проку. Он ходил по лезвию ножа, хотя пока не понимал этого, не догадывался, что мог Мэй де Асан: явно больше, чем открыть портал. Вот Жан де Вен знал. Жаль, ни с кем больше не поделится. Жадный, он не пожелал отдать артефакт добровольно, но Мэй де Асан все равно доберется до желанной цели.

Королевский секретарь бросил взгляд на гостя. Тот тоже смотрел на него: пристально, внимательно, будто подозревая. Или не будто: навсеи прозорливы. Только вот беда, хватка сильнее у тех, кому приходится постоянно быть начеку. Де Асан собой гордился: он выиграл все жизненные битвы. Порой мужчина со смешком представлял выражения лиц придворных — крыс, готовых сожрать друг друга, от которых ничего не скроешь, если бы они узнали правду.

Секретарь отставил кубок и вытянул руку. Ее тут же окутало тончайшее облачко, напоминавшее траурную накидку. Глаза Сирила изумленно расширились. Он нахмурился и замотал головой. Невозможно, полукровки лишены на-ре! Де Асан же, наслаждаясь, лениво позволил облачку вырасти и отделиться от хозяина. Навсей занервничал и отшатнулся, едва не опрокинув стул. Даже мысли не возникло призвать свое на-ре, настолько сильным оказалось потрясение.

— Боишься? — Голос владельца кабинета сочился самодовольством. — Вот и запомни. Как и то, что не стану тебя вытаскивать, если сделал королеве ребенка.

— Мария беременна не от меня, — заверил Сирил.

К нему вернулось былое спокойствие. Решив тоже продемонстрировать силу, навсей вновь материализовал жезл. Де Асан никак не отреагировал. Он подошел к двери и резко распахнул ее. Не успевший отскочить слуга очутился лицом к лицу с хозяином. Тот поджал губы и склонил голову набок.

— Я… — проблеял слуга и попятился. Руки дрожали, глаза лихорадочно бегали по сторонам в поисках спасения. — Я всего лишь хотел спросить, что делать с леди.

Де Асан продолжал молчать.

Лицо застигнутого врасплох бедолаги посерело. Он порывисто бухнулся на колени и молитвенно простер руки к королевскому секретарю.

— Пожалуйста, умоляю, милорд, пощадите! — Голос срывался на фальцет.

— Кто? — Пальцы де Асана впились в плечо провинившегося. Тот вскрикнул от боли.

— Миледи кольцо дала. — Слуга десятки раз успел пожалеть о проявленной алчности.

Королевский секретарь требовательно протянул руку, и мужчина, порывшись в карманах, вложил в нее украшение. Де Асан отпустил жертву и рассмотрел кольцо: простенькое, фрейлинское. Отдала последнее, чтобы выведать планы владельца замка.

Слуга, воспользовавшись обстоятельствами, попятился. Он так и не поднялся с колен: настолько испугался.

— Куда? — Де Асан заступил жертве дорогу и вернул кольцо. — Дама дала его тебе, держи.

Предчувствуя подвох, мужчина не спешил забирать оплату, королевскому секретарю пришлось насильно сжать его пальцы.

— Вот так, — довольно кивнул он. — Мне чужого не нужно. Каждому по заслугам.

Замерший неподалеку от двери Сирил хмыкнул. Он слишком хорошо знал родственника, чтобы не понять скрытый смысл его слов. Сирил поступил бы точно так же.

— Я м…м…могу идти? — робко спросил слуга.

— Конечно, — кивнул де Асан.

Рука на мгновение коснулась шеи мужчины. Тот дернулся, захрипел и повалился вперед, разбив лицо о пол. Владелец замка наклонился и вытащил из-под кожи слуги тончайшую иглу. Повертел в пальцах и сломал: все равно второй раз не используешь.

— Ловко! — скупо похвалил Сирил.

Де Асан равнодушно пожал плечами и предложил вернуться к разговору.

— Боюсь, вино придется принести самому, — извинился он и на пару минут оставил навсея одного.

Однако, вопреки словам, королевский секретарь направился не в подвал, а в гостевые покои.

Ноэми сидела на кровати. Когда щелкнул замок, девушка вздрогнула и в предвкушении обернулась. При виде владельца замка зрачки Ноэми расширились, но больше она ничем не выдала страха. Видимо, девушка уже привыкла бояться. Де Асан притворил за собой дверь и остановился против пленницы. Та терпеливо ждала, стиснув руки на коленях.

— Вы не настолько богаты, чтобы разбрасываться последним, леди Вард. — Королевский секретарь мельком глянул на Ноэми и перевел взор на окно. Казалось, пейзаж волновал его больше девушки. — Заберете потом. Или мне вынуть из холодных пальцев и передать вам?

— Что именно? — Ноэми облизнула губы.

— Кольцо. Смерть того человека на вашей совести.

Девушка охнула и прижала ладонь ко рту. Она вцепилась в подол платья и замерла в ожидании наказания. По коже будто пустили грозовые разряды. Ноэми всем существом осязала присутствие де Асана, каждое его мимолетное движение. Она напряглась, будто струна, даже дышать перестала.

— Напрасно. — Тихий звук голоса де Асана показался хлестким ударом бича: настолько натянулись девичьи нервы. — Отдыхайте и больше не играйте чужими жизнями. Кольцо верну завтра. Чужого не держу.

Вновь щелкнул дверной замок, и девушка осталась одна. Из нее будто вынули позвоночник, и Ноэми тряпичной куклой рухнула на кровать. Нет, она не плакала, просто лежала, уткнувшись носом в пахнущее лавандой постельное белье. Затем резко приподнялась на прямых руках и замерла. Выпала пара шпилек, и на лицо упала темная прядь, защекотала нос.

Замкнутый круг. Зверь в клетке. Лукаш далеко и ничем не сможет помочь. Отец… Наверное, он уже в столице, только вот не увидит дочь. Ноэми горько усмехнулась. А хотел ли лорд Сулин вновь встретить причину своих бедствий? Вряд ли. Отец всегда больше любил Бьянку, если это чувство вообще ему знакомо.

Герцог де Вен? Он получил лакомство, теперь занят собственной судьбой. Маленькая Ноэми Вард одна против опасного хищника. Нужно решить, рассказать ли ему о тайне дневника, отдать ли пластину, или с гордо поднятой головой ступить в камеру пыток. Разумеется, Ноэми гдагдй боялась боли, не желала увечий, только вот разум подсказывал, их не избежать.

— Сделка, я заключу с ним сделку. — Девушка дала себе мысленную пощечину и выпрямилась. — Тайна взамен на жизнь и благополучие. Придется стать женой: иначе погибну. Молодую супругу просто так в могилу не отправишь, слухи пойдут. Как женщина я де Асана не интересую, может, даже без брачной ночи обойдемся. Горько, зато живая. А потом, — утешила себя девушка, — всякое возможно. Лукаш поправится, поможет.

Мысль о Сумеречном графе вызвала мечтательную улыбку. Ноэми прикрыла глаза и представила его лицо, нос, губы, руки. Вспомнила запах и голос и до боли захотелось увидеть, почувствовать и услышать все это воочию.

* * *

Герцог де Вен насупился. Он прошелся по кабинету, заложив руки за спину, и пытливо, исподлобья глянул на замершего в полупоклоне слугу.

— Ну? — де Вен не расщедрился на полноценный вопрос.

Подчиненный сглотнул, предчувствуя тяжесть господского гнева. Как известно, страдает не виновник, а гонец, принесший дурную весть. Вот и герцог не станет разбираться.

— Ее нигде нет, ваша светлость, — чуть слышно ответил слуга.

Хотя мог бы и в полный голос: меча от шеи не отвести.

— Вот как? — заломил бровь герцог и с глубокомысленным видом уставился на фарфоровую статуэтку на камине, будто та представляла неимоверную ценность.

Однако показное спокойствие господина не обмануло слугу. Казнь откладывалась и только. Эх, сбежать бы под благовидным предлогом, но, увы!

— Да, — бледнея на глазах, промямлил козел отпущения и с тоской покосился на дверь. — Мы везде искали…

— Со стражей? — обманчиво равнодушно уточнил де Вен.

Теперь герцог смотрел на стол, на письменный прибор из яшмы. Руки расцепились. Пальцы правой коснулись подбородка в задумчивом жесте.

— Так точно. Описание роздано, леди Вард ищут всем Ушгом…

— Дурно ищут. — Тяжелый взгляд вновь остановился на слуге, заставив поежиться. — Пш-ш-шел отсюда! — неожиданно рявкнул герцог. — В порошок сотру, если к утру не найдете. Лично на дыбу вздерну!

Слуга икнул и, испуганно кланяясь, попятился к двери. Та, как назло, не желала отворяться, де Вен же не желал ждать, и беднягу магией вышвырнуло в коридор.

— Что скажете? — Герцог всем корпусом обернулся к пристроившемуся в уголке Витусу Хойлу.

Во время разговора маг благоразумно хранил молчание, да и теперь ограничился неопределенным движением плеч.

— Жива? — теряя остатки терпения, рыкнул де Вен и шагнул к Хойлу, будто собираясь его встряхнуть и выбить правду.

Похоже, в голову магу пришла та же мысль. Во всяком случае, он предпочел встать и уйти с дороги метавшего молнии герцога.

— Несомненно.

Де Вен тихонечко взвыл и заметался по кабинету.

Вот тебе и помолвка, ночь любви и сладкая девочка в постели! Он прождал до десяти и начал искать. В итоге везде натыкался на стену. Вроде, вот она, ниточка, и тут же обрывается. Была во дворце — уже нет. Покупала шляпку — ушла. Крутилась возле нового аристократического квартала — и сгинула. В голову обезумевшего собственника, потерявшего новую игрушку, с которой толком не успел натешиться, даже пришла шальная мысль обратиться к де Сарду. И вот теперь Хойл утверждает: "Жива", хотя вряд ли знаком с Сумеречным миром.

— Откуда вы знаете? — хрипло уточнил де Вен.

Он взял себя в руки и сел. Руки тут же потянулись к выпивке. За прошедшую ночь герцог опорожнил не одну бутылку, но сон не шел. Его снедало беспокойство за Ноэми. Пусть не любовь, но определенные чувства де Вен к ней испытывал, иначе бы не стал говорить о детях. Если уж жениться, пусть даже на молодой и красивой, то на той, которой хочешь сделать ребенка.

Маг медлил с ответом. Ему не хотелось признаваться в сомнительном деянии. Формально закон не запрещал, но и не поощрял. Коллеги могли начать сторониться, если бы узнали о визите к некроманту. Маги смерти всегда балансировали на острие ножа. Их частенько казнили и редко поощряли, но позволяли селиться на окраинах городов. Люди боялись властителей магии смерти, частенько не без основания. В Ушге нашелся один. Он за соответствующую плату проверил душу Ноэми Вард и заверил: Грань не забирала.

— Ну? — поторопил с ответом де Вен.

С минуту на минуту прибудет начальник городской стражи, герцог не собирался беседовать с Хойлом при нем. Лучше не рисковать и не упоминать магию. В связи с недавним заседанием, на котором де Вену пришлось отбиваться от нападок первого министра, у него прибавилось недоброжелателей. Все стремятся оказаться под солнцем, стоит на лицо соседу упасть тени, бывшие друзья ищут способ оттолкнуть его во мрак.

Де Вен сжал кулаки.

Ну что стоило Лукашу де Сарду сдохнуть! Герцог расцеловал бы неведомого отравителя, если б его дело увенчалось успехом.

По губам скользнула злобная усмешка. Герцог разжал пальцы и погладил сукно. Губы все еще едва заметно улыбались, но жестко, холодно, в предвкушении мести.

Завтра де Вен разберется с новой партией товара и займется Сумеречным графом. Хочет отправиться к эшерам с проверкой? Пусть едет, хоть порталом идет. Магический фон частенько искажается, одна маленькая магнитная или энергетическая буря — и все, даже тела не найдут. Горы и вовсе полны опасностей. То лавина сойдет, то камень увлечет в бездну, то стенки шахты обрушатся. Похоронят де Сарда под алмазами со всеми почестями.

Только Ноэми мешала. Как не вовремя пропала девчонка!

Герцог со сладострастным вздохом вспомнил мягкость нетронутого тела. Он тогда поспешил, поддался порыву, но впредь станет растягивать удовольствие. Де Вен опробует ее всю, не оставит не одного потаенного местечка и заставить молить о ласке. Дальше же — воля Вседержителей. Если понесет, станет герцогиней, нет — приятным дополнением к спальне. Заодно и уши при Генриетте не помешают. Де Вен женит на ней сына — дело решенное, но правда всплывает в будуаре, а не на супружеском ложе. Ноэми поможет контролировать принцессу. Для начала герцог займется ее любовниками. Что бы ни говорил потенциальным женихам король, сестра давно рассталась с девственностью. Де Вена опытность будущей снохи не смущала: он покупал титул, а не невинность.

Поколебавшись, Хойл признался в неблаговидном поступке. Вопреки опасениям, герцог сразу успокоился, кивнул и разрешил поспать. Маг с радостью воспользовался щедрым предложением и, пожелав господину доброго утра — за окном разлилась серая дымка рассвета, — удалился. Де Вен проводил его мутным от недосыпа, выпивки и бушевавших внутри эмоций взглядом. Тряхнул головой и взболтал содержимое бутылки, чтобы залпом влить в горло.

Может, пришло время самому воспользоваться магией? Хойл слишком неповоротлив, как все люди его возраста, раздобревшие на господских харчах. Хороший маг, но в быту, не на войне. Да и себе всегда веришь больше.

Стук в дверь возвестил о приезде капитана. Тот выглядел помятым и всеми силами пытался скрыть недовольство, но оно упрямо рвалось наружу складками возле губ, выражением глаз. Дамиан де Вен лишил начальника городской стражи нет, не сна, а приятного общества. Похоже, у герцога это входило в привычку. Помнится, в прошлый раз де Вен тоже оторвал капитана от общества куртизанок. Этак девочки решат, будто он их избегает или того хуже разорился.

Де Вен не предложил сесть, и капитану пришлось стоять перед вальяжно, показывая, кто здесь хозяин, развалившимся в кресле герцогом. Тот специально принял вызывающе расслабленную позу. Но видимость обманчива: точно так же нежился бы на солнце тигр. Тронь за хвост и узнаешь, как остры зубы.

— Результаты? — де Вен начал с главного и покосился на окно, сквозь которое в комнату проникали первые серо-розовые тени. — Уже утро, пора бы.

Последние два слова он выделил особо.

Капитан мысленно ругнулся и впервые недобрым словом помянул добытую по знакомству должность. Прежде она приносила одни лишь приятности, теперь же вылилась в череду нервотрепки. Сначала покушения, исполнителя до сих пор не нашли, теперь пропажа секретаря герцога. Определенно, жизнь повернулась к капитану спиной.

— Есть кое-какие, — откашлялся начальник стражи и тайком зевнул. Тяжело целую ночь работать, а не веселиться. — Нашли извозчика, который доставил леди Вард к новому аристократическому кварталу, и того, кто отвез ее к старому дворцу. С комендантом сейчас беседуют, но один из часовых подтвердил, похожую девушку видел.

Де Вен нахмурился и пожевал губы. На лбу залегла глубокая складка.

Ездила в новый квартал, значит? Лукаш де Сард живет там же. А после в старый дворец. Вот уж загадка! Если первый визит объясним, и де Вен еще вырвет из Ноэми признание, то второй ставил в тупик. Девушке решительно нечего делать в давно заброшенной резиденции.

— Едем! — Герцог привык принимать быстрые решения. — Я лично допрошу коменданта. После же, — губы де Вена сложились в жесткую улыбку, — нанесем визит его сиятельству графу Лукашу де Сарду. Давно мечтал справиться о его здоровье.

Де Вен дышал яростью, словно дракон. Все внутри клокотало. Если Ноэми у Сумеречного графа, он заставит ее пожалеть о предательстве. Лишение дворянства и родовой фамилии покажется цветочками. Наложницей — вот кем он ее сделает. Мертвой для всего мира и безотказной в спальне. Никакой пощады! После, если выживет и наскучит, продаст.

Но, может, де Сард заманил Ноэми? Он хитер и ведет собственную игру. В первый раз девушка выкрутилась, сумела ли теперь? В любом случае, разгадки найдутся только в особняке Лукаша де Сарда.

Герцог порывисто, раньше замешкавшего привратника, распахнул входную дверь и гаркнул: "Коня!" Падая с ног, запыхавшийся конюшенный подвел гнедого жеребца. Лошадь капитана расседлать не успели, и она, понурив голову, терпеливо ожидала хозяина у крыльца. Натянув перчатки, де Вен вскочил в седло и принял от слуги хлыст. Глянул через плечо на начальника городской стражи: тот с пасмурным выражением лица занес ногу в стремя.

— Время! — напомнил герцог и, махнув охране, стегнул коня.

Лукаш де Сард сонно щурился, пытаясь понять, что нужно от него камердинеру. Тот битых пять минут пытался достучаться до сознания хозяина.

— Гости, ваше сиятельство! — страдальчески повторял он, косясь на дверь спальни. По приемной расхаживал очень злой герцог и не менее злой капитан городской стражи, что сулило крупные неприятности. — Вставайте, прошу вас!

— Если это не король, гони в шею! — перевернувшись на другой бок, пробурчал де Сард.

— Почти король, — таинственным шепотом сообщил камердинер.

Он встал и решил прибегнуть к радикальным мерам: раздвинул шторы.

Скрипнула дверь гардеробной, глухо стукнул ящик комода: слуга неспешно готовил одежду для господина. Может статься, его заберут в тюрьму: недаром же извечный враг де Сарда пожаловал вместе с капитаном на рассвете. Раз так, встретить их нужно при полном параде, а не в ночной рубашке и шлафроке. Вряд ли графу позволят переодеться, когда арестуют.

Лукаш выплюнул неразборчивое ругательство: свет резал глаза. Сон прошел, оставив после себя глухое раздражение. Де Сард собирался выплеснуть его на камердинера.

— Уволен! — все вылилось в одно, но емкое, а, главное, неприятное слово.

Слуга тяжко вздохнул и покосился на стопку белья. Вот так, стараешься, а в итоге на улицу ни за что, ни про что. Обидно до желудочных колик!

— Воля ваша, — ворчливо ответил камердинер, — только его светлость и господин капитан никуда не денутся.

Лукаш нахмурился и приподнялся на подушках.

Его светлость? В Лиргии не так много герцогов, а уж тех, кто пожелал бы испортить ночной отдых больного, еще меньше. Нужно узнать, что понадобилось визитерам.

— Одеваться! — хлопнул в ладоши де Сард.

— Так уволили ж… — виновато напомнил слуга.

— Обратно взял! — огрызнулся Лукаш.

Как не вовремя покушение, как не вовремя! Хотя подобные вещи всегда не к месту. Только вот слабость показывать нельзя: съедят. Посему Лукаш оденется, даже запонки велит подать и выйдет к гостям. Как выйдет, если ноги плохо слушаются? Средство примет, лекарь на крайний случай оставил. Побочных эффектов — море, зато голова на плечах. Без нее уж неважно, болен или здоров.

— Подать гостям лафита или чего попросят, — отдавал распоряжения де Сард, попутно натягивая чистую рубашку. — Стражу поднять по тревоге. Пусть будут готовы ко всему. Возможно, гостей придется задержать. Как их имена? — поздно спросил, потому как уже догадался.

Разум не подвел, парочка оказалась той самой. Значит, точно нужно выйти на своих двоих.

Ровно через десять минут граф Лукаш де Сард возник на пороге приемной, одетый в привычную "тройку", причесанный и надушенный. Будто и не спал, не мучился от боли и слабости. На лице — вежливое безразличие и фальшивая гостеприимная улыбка.

Камердинер тенью маячил за спиной хозяина, готовый поддержать. Пару раз пришлось: Лукаш опасно покачнулся. Однако в целом де Сард с задачей справился, добрался до дивана и тяжело рухнул на мягкое сиденье.

Герцог, пристально наблюдавший за владельцем дома, удовлетворенно подметил: на будущем заседании кабинета министров Лукаш присутствовать не сможет. В голову закралась соблазнительная мысль о ненадежности печных заслонок. Ночи прохладные, пусть днем и тепло, можно разжечь камин, а дальше нерадивые трубочисты и халатные печники ответят перед законом. Чисто, и де Вен вне подозрений.

Капитан же уделил внимание лафиту — хоть какая-то компенсация за испорченную ночь!

— Чем обязан? — после коротких приветствий перешел к делу Лукаш.

Ему хотелось лечь, скорее выпроводить незваных гостей.

— Леди Ноэми Вард.

Герцог выразительно глянул на соперника. Тот и бровью не повел, сидел, как сидел.

— Ваш секретарь? — со старательно разыгранным удивлением переспросил де Сард. — Что с ней?

Колючий взгляд на мгновение обжег де Вена. Больше Лукаш пока ничего не мог, но копил на счету все претензии, чтобы потом предъявить с процентами. Изнасилование Ноэми дорого встанет герцогу.

— Это бы я хотел узнать у вас, — язвительно заметил де Вен. — Именно тут несчастную девушку видели в последний раз. Верно, капитан?

Он обернулся к начальнику городской стражи, и тот с готовностью кивнул.

Лукаш внутренне напрягся, хотя внешне по-прежнему хранил ледяное спокойствие.

И не расспросишь слугу, которого де Сард послал в Старый дворец, узнать, как устроилась девушка. Граф не дождался его возвращения, уснул, теперь жалел. Кто владеет информацией, тот правит миром, а Лукаш добровольно отдал бразды правления де Вену.

— Меня в чем-то обвиняют? — сухо осведомился де Сард и положил руку на колокольчик для вызова слуг.

Капитан городской стражи мысленно застонал. Первый министр его вышвырнет, сделает так, чтобы даже комендантом захудалой крепости не назначили, а герцог де Вен лепешкой размажет по мостовой. Не ту, не ту должность мужчина себе выпросил!

— Эм… — неуверенно вмешался в разговор капитан. Как-никак, именно он, а не герцог представитель власти. — Мы разыскиваем леди Вард и были бы благодарны за любую помощь.

— Чем же? Разыскиваете? — Лукаш придерживался выбранной линии поведения и всем своим видом показывал: пустые разговоры утомили. Де Сард мастерски пустил в голос нотки раздражения, хотя тут практически не пришлось играть. Уж кого-кого, а Дамиана де Вена он видеть в приемной не желал. — Извольте выражаться яснее.

Герцог заскрежетал зубами. Он чувствовал: хозяин что-то скрывает, но доказать ничего не мог, поэтому пошел ва-банк:

— Ноэми Вард здесь? Попросите госпожу выйти. Она моя невеста, и ее место в моем доме.

"Моя" и "моем" де Вен чуть ли не выплюнул, произнес отрывисто, выделив интонацией.

Уголок рта Лукаша дернулся.

Вот, значит, как! Лжет и не краснеет! Какая невеста, Ноэми все рассказала. С другой стороны, герцог по закону обязан жениться: он обесчестил дворянку. Только вот мысль об этом вызывала рвотные позывы. Де Сард не сомневался, девушка невеста только для виду, на самом деле — любовница, хорошо, если свободная. Нужно вытащить бедняжку, устроить к себе. "В постель, — хмыкнуло подсознание. — Признайся, с большим удовольствием пожал бы плоды и посеял новые". Может, и так, но уж точно бы не насиловал и ни к чему не принуждал. Ноэми нравилась Лукашу и не только на уровне ниже пояса. Но все потом, сейчас Дамиан де Вен. Он не должен узнать о сближении злейшего врага и собственного секретаря.

— Вас дезинформировали, — пожал плечами Лукаш. — Можете обыскать дом, — кивок на капитана, — а после удалиться. Разумеется, король сегодня же узнает о вашем произволе.

Герцог заскрежетал зубами. Однако он не собирался сдаваться. Если Ноэми здесь, де Вен ее получит.

— Боюсь, милорд, королю придется выслушать вас. — Герцог пылал гневом, но держался отстраненно вежливо, снизойдя только до яда в голосе. — Похищение — серьезное преступление.

— Похищение? — де Сард разыгрывал недоумение. — Кого же?

— Моей невесты. Кончайте балаган! — сорвался де Вен. — Если понадобится, капитан под каждую простыню заглянет, но найдет леди Вард. Сомневаюсь, будто скандал поможет сохранить должность первого министра.

Герцог подал знак начальнику стражи, и тот неохотно выступил вперед. Принимать огонь на себя не хотелось, но львы не спрашивали моську, хочет ли она решать чужие проблемы.

— Ваше сиятельство, — официальным тоном начал он, рисуя в мозгу безрадостные картины будущего среди гусей в деревне, — сожалею, но вам придется ответить на мои вопросы. Леди Ноэми Вард, секретарь его светлости герцога Дамиана де Вена, пропала вчера вечером. Вы последний, кто предположительно ее видел. Именем его величества…

— Хватит! — Лукаш поднял руку и раздраженно оборвал капитана. — Достаточно! Я понял. Понятия не имею, каким образом указанная леди связана с моим домом.

Де Вен сжал кулаки и метнул на соперника уничижительный взгляд. Ему хотелось ухватить де Сарда за грудки и хорошенько встряхнуть. Гаденыш лгал и даже не пытался скрывать! Издевался и обращался, как с мальчишкой. Ничего, звезда Сумеречного графа скоро закатится, герцог позаботится.

— Что-то хотели сказать? — вкрадчиво поинтересовался Лукаш.

Взбешенный Дамиан де Вен стоит любой болезни, даже боль отступила. Де Сард выпрямился и улыбнулся гостю. Так, наверное, улыбалась бы кролику змея перед обедом.

— Безусловно, — принял удар герцог и оперся бедром о боковину дивана — неслыханная дерзость! — Но не здесь. Ноэми, — напомнил он.

— Не видел, — не моргнул глазом владелец дома и, покосившись на капитана, с ехидцей поинтересовался: — Так леди Вард для вас Ноэми?

— Как любая невеста для любящего жениха. — Вот чего-чего, а нежности в голосе мужчины не слышалось.

— Поздравляю! — сухо ответил Лукаш и, опершись о спинку дивана, поднялся, давая понять: разговор окончен. — Господин капитан, — от взгляда первого министра тот поежился, — попрошу нанести визит позже.

Начальник стражи щелкнул каблуками и кивнул. На лбу выступил пот, и он тайком потянулся за платком.

Однако герцог не собирался отступать. Казалось, потеряв всякий интерес к Лукашу, он отступил в центр комнаты и замер, будто собака при виде дичи. Взгляд расфокусировался, радужка слилась со зрачком. Де Сард понимал, де Вен прибег к магии, но не собирался мешать. Если герцог попытается применить не только следящие чары, граф почувствует и пресечет. Лишь бы сил хватило! Хотя ради врага Лукаш расстарается.

Де Вен же пытался почувствовать Ноэми. Он мысленно тянулся к ней, скользил по коридорам и комнатам. Бывать в доме прежде ненужно: герцога интересовала аура, а она либо есть, либо нет.

Капитан недоуменно наблюдал за аристократами. Он никак не мог взять в толк, отчего один стоит, не двигаясь, а второй пристально за ним наблюдает.

— Действительно нет, — разочарованно протянул герцог, вернувшись в бренный мир. — Но признайтесь, — не отступал де Вен, позволив кривой улыбке исказить лицо, — Ноэми Вард заходила к вам?

— Попробуйте поискать у его величества, — равнодушно парировал Лукаш. — Слышал, Виллем заинтересовался девушкой.

— Вы слишком осведомлены для больного, — поддел де Вен.

Он чуял подвох, но никак не мог поймать оппонента. Неудача еще больше злила, сопровождавших герцога людей ждала незавидная судьба.

Владелец дома не ответил и потянулся к колокольчику. На зов явился заспанный дворецкий. Новый, не тот, которого подкупил Сирил.

— Проводи, пожалуйста, господ, — распорядился Лукаш и обратился к гостям: — Доброго утра и удачных поисков!

Герцог кивнул. Была здесь Ноэми или нет, он разберется после. Сейчас нужно найти девушку, Сумеречный граф никуда не денется.

Лукаш терпеливо выжидал, пока гости скроются в рассветной полумгле, даже велел проверить, не устроил ли де Вен где засаду. Первый министр ни на мгновение не сомневался, герцог верховодил слугой закона, значит, мог пойти на такое. Еще бы солдат использовал и отчитываться себе велел!

Хрустнув пальцами, напряженно глядя в одну точку, де Сард мысленно поблагодарил камердинера. Если бы не его смелость, мог потерять драгоценные часы. Жаль, не удалось расспросить капитана об исчезновении Ноэми, но заводить разговор при герцоге — самоубийство. Лис и так подозревал неладное, нужно забрать у него девушку, а после позаботится о вечном упокоении души врага. Дамиан де Вен не угомонится, пока не убьет, значит, нужно убить первым, в данном случае, отправить на рудники. Подобная участь хуже смерти, зато не менее надежная.

Лукаш самодовольно улыбнулся. Его бюро хранило много секретов, а уж на герцога набралась пухлая папка. Напрасно тот затеял аферу с алмазами! Обман государства карался строго, тут речь и вовсе шла о безопасности страны. Поездка на рудники покажется милостью. Можно ведь повернуть дело так, что Дамиан де Вен потешит толпу отрубленной головой. Однако граф не жаждал крови, всего лишь избавиться от соперника.

Когда слуги доложили об отъезде гостей, Лукаш мигом сорвал маску сонливого спокойствия. Он залпом выпил двойную дозу укрепляющего средства и велел через час подать завтрак в кабинет. До еды де Сард собирался заняться делами и приказал не беспокоить.

Нетвердой походкой, страхуемый камердинером, Лукаш добрался до нужной двери и отпустил слугу. Дальше сам.

Охранные чары опали, ключ повернулся в замке, и первый министроказался в святая святых особняка. Зажег свечи и тяжело рухнул в кресло. Проклятая слабость, когда же она пройдет!

Мысли Лукаша занимали трое: Ноэми, герцог де Вен и веоский любовник королевы. Откуда тот взялся при дворе, куда делся после маскарада? Навсея искали, но он будто под землю провалился. Ушел порталом? Возможно, только наверняка возвращался, раз ему отчитывался прошлый дворецкий. После нажима в застенках слуга охотно поведал и о месте встреч, и о сути разговоров, и о щедрой оплате. Увы, в назначенное время навсей на кладбище не явился, не иначе, прознал об облаве. Но как? С другой стороны, может, проявил банальную осторожность. Королева Мария целую неделю оправдывалась перед супругом, пытаясь объяснить, отчего связалась с врагом, глупо было остаться в Ушге. Лукаш краем уха слышал об охоте Мэя де Асана. Королевский секретарь на пару с королевским же магом вздумали решить проблему Виллема. Увы, навсей оказался умнее. Что ж, не так обидно. Если уж де Асан не сумел, парень действительно удачлив и хитер.

Граф уважал и побаивался королевского секретаря. Пусть последний относился к де Сарду нейтрально и в большинстве случаев оставался в стороне от дворцовых интриг, он давно стал неизменной фигурой на политическом поле Лиргии. Кукловод, дергающий Виллема за ниточки, выходец из ничем не примечательной семьи с манерами герцога, рукой воина и магией преподавателя академии. Человек, спорить с которым не следовало. Вечный наблюдатель, который помнил и знал все.

Лукаш поддерживал с де Асаном хорошие отношения. Если бы не веское слово королевского секретаря в своей время, граф не получил бы пост первого министра. Соперник де Асана посмел прилюдно указать на незавидное происхождение собеседника, за что и поплатился. Герцог де Новел уже мысленно занимался перестановкой в новом кабинета, а в итоге вообще удалился от двора, не выдержав унижения. Еще бы, всего пять минут назад король в приватной беседе отдает ему должность первого министра в обход самого Дамиана де Вена, все поздравляют герцога, но тут появляется Мэй де Асан и объявляет совсем другое имя. На праведный гнев де Новела секретарь ответил презрительной улыбкой и хлесткой пощечиной: "Такова воля его величества".

Лукаш урок усвоил и проявлял предельную вежливость в отношениях с королевским секретарем. Тот отвечал взаимностью, то есть не мешал заниматься прямыми обязанностями и не чинил препятствий в получении высочайших аудиенций. Увы, к герцогу де Вену королевский секретарь относился так же, привлечь его на свою сторону не удастся. Жаль! Однако правилам Мэй де Асан не изменял: сам по себе, над всеми, вне политических лагерей, но в курсе событий при дворе.

Мысли снова вернулись к Ноэми. Лукаш задумался, не поможет ли ему Сумеречный мир. Духи порой знают больше живых. Нужно же оправдывать прозвище! Де Сард усмехнулся. Кем только его ни считали! Некоторые и вовсе шептались, будто навсей: только среди них рождаются маги, способные видеть, слышать и чувствовать незримое, и страшные изгои Шепчущие, питающиеся душами. Помнится, четыре года назад нового Первого министра упрекали именно в этом грехе, но обвинения рассыпались в пыль после проверки. Лукаш сознательно настоял на ней, чтобы избежать проблем в будущем.

Но связь с Сумеречным миром имелась, факт. Видимо, досталась от далеких предков: поговаривали, будто род матери де Сарда восходил к веоской знати.

Лукаш тяжко вздохнул и постарался сосредоточиться. Может, от него сейчас зависит жизнь Ноэми. Нужно побороть слабость, дотянуться до магии. Руки дрожали от напряжения, но де Сард не сдавался и добился своего. Взгляд остекленел, тело подернулось дымкой, а Сумеречный мир распахнул объятия. Всего на пару минут: дольше опасно для жизни. Только сильные маги с особым даром, да некроманты могли бродить по его просторам, Лукаш и вовсе остановился на пороге: одна нога здесь, другая там.

На лбу выступил холодный пот.

Обволакивавший ноги туман зазмеился, ожил, почувствовав жертву. Сумеречный мир не прощал слабости, нужно поспешить.

Только бы не потерять сознание! Тогда смерть. Что бы ни шептали люди, граф Слышащим не был, к Видящим тоже не относился и выжить в обители духов, демонов и снов не мог.

Каждый раз Сумеречный мир представал разным. К примеру, теперь перед Лукашем распростерлась тонущая в молочной дымке долина. Где-то журчала вода. Над землей будто парили деревья — очередные видения изменчивого края. Без корней и без верхушек крон, то проявляясь, то исчезая, иногда целиком, иногда являя только часть ствола или веток.

Лукаш сосредоточился и прислушался к себе. Время есть, снадобье подействовало. Раз так, можно звать духов. Он должен найти Ноэми. Сердце защемило при воспоминании о ее стыдливом признании. Захотелось вновь ощутить вкус дыхания, мягкость губ.

Где-то глубоко шевельнулась ревность. Не герцог де Вен, граф де Сард владелец ее невинности, соперник обокрал и не удосужился оценить сокровище. Но ничего, у Лукаша много времени. Ноэми оттает, поймет, нельзя судить по одному мужчине о всех, позволит слиться с собой и встретит последний толчок улыбкой, а не криком боли.

Лукаш найдет ее.

Тело повело в сторону, пришлось ухватиться рукой за воздух. Пальцы, разумеется, прошли сквозь пустоту. Де Сард засомневался: стоит ли рисковать? Вряд ли девушке поможет мертвый защитник. Раз так, хватит дара медиума, оставим другим возможность любоваться природой Сумеречного мира.

Во-первых, Лукаш хотел знать, жива ли Ноэми. После мучительных минут ожидания он получил утвердительный ответ от призрака некой старухи. Та оказалась нелюбезна, но с магом не поспоришь. Теперь надлежало выяснить, где девушка, на это требовалось время. Де Сард не слишком доверял духам и намеревался подстраховаться, задействовать своих людей. Он сейчас же свяжется с ними и по цепочке передаст описание Ноэми Вард. Если она жива, не могла исчезнуть бесследно. Даже узники попадаются на глаза случайным свидетелям.

Созданная за годы жизни при дворе сеть пригодилась. Духи разводили руками: не знаем, не ведаем, пеленой глаза застилает, стоит попытаться искать. Значит, блокировали по ауре. Раз так, Ноэми похитил маг.

Лукаш вернулся с порога Сумеречного мира измученным и не сразу понял, что кто-то стучит в дверь. Ах да, завтрак, он успел забыть. Сил снять чары и отпереть не осталось. Де Сард обмяк в кресле, захлебываясь дыханием. Подтянулся, вцепившись в подлокотники, выпрямился и хрипло отозвался: "Потом!"

— С вами все хорошо, милорд? — Слуга оказался прозорливым.

— Нет. — Лукаш тоже не стал изображать героя. — Лекаря позови. Скажи, за пару часов на ноги поставить нужно.

Именно так, в постель граф не ляжет. Хватит, опостылела спальня! Ничего, выдержит как-нибудь. Не сложнее, чем хранить ледяное спокойствие посреди зверинца, именуемого двором его величества. И на заседание кабинета министров придет, не позволит решать дела за своей спиной.

— Хорошо, милорд. Для вас записка.

— Давай. Под дверь подсунь.

Краешек сложенного осьмушкой листа возник в поле зрения Лукаша. Тот, преодолев головокружение, поднялся, поднял. В мозгу промелькнуло: "Ведьму позову, надоело!"

Недешево средство, еще дороже последствия, если поймают, докажут, зато на ноги ставит за пару дней. Поговаривали, будто ведьмы варили его из крови нерожденных младенцев, но де Сард в россказни не верил, зато доподлинно знал: сегодня же в руках окажется заветный пузырек.

Записка оказалась от коменданта старого дворца. Тот решил-таки написать первому министру, опасаясь наказания. Бывший служивый коротко сообщил о событиях прошедшей ночи: мол, принял леди Вард, устроил, затем приехал Мэй де Асан ловить преступника, забрал девушку. Та уехала добровольно, решила переночевать у королевского секретаря. А ночью, часа через два после отъезда Ноэми, нагрянула стража, выспрашивала о ней, вот комендант и решил поставить Лукаша в известность.

Мэй де Асан?

Граф смял записку и предал огню.

Внутри заворочалось глухое беспокойство. Не тот человек королевский секретарь, чтобы пожалеть Ноэми. Гостеприимством он тоже не отличался, не устраивал пышных приемов, хотя каждую осень приглашал на загонную охоту в загородное имение. Там пили и гуляли целую неделю. Только вот веселил гостей де Асан по необходимости, а вовсе не по доброте души. И тут вдруг столь щедрое предложение. Не иначе, увез к королю. Поиск преступника — только повод, чтобы забрать Ноэми. Раз так, Лукаш едет во дворец. Как — неважно, но он станет первым, кто сегодня добьется аудиенции Виллема.