ГЛАВА 5

Энабетт

Для следующего испытания невест разделили на шесть равных групп. Я вместе с другими «белыми» оказалась в последней. В течение недели каждая группа должна была провести день в компании принцев для более близкого знакомства. В конце дня принцы имели право выгнать с Отбора хоть всю группу. Но если за девушку заступался хотя бы один из женихов, она оставалась на конкурсе дальше. Спасти девушку могли и зрители — жители страны еще сутки могли голосовать за конкурсанток на выбывание. Но конечное решение женихи подтверждали магически лишь в конце недели.

Первыми знакомиться с принцами шли гордые обладательницы красных меток из Лиора и Оерана. А фавориткам из соседних королевств и всем прочим оставалось только ждать и гулять по открывшемуся парку. Еще свободные невесты имели полное право следить за конкурсом и поведением соперниц и женихов по трансляциям и записям миллота.

Так что половину пятого сектора трясло с самого утра. Меня тоже. Но совсем по другим причинам: ночью я отправила сестру и Сератину в домик в горах и до сих пор не знала, как они. Но так как журналисты уже обвинили меня во лжи о наличии семьи, успокаивала себя тем, что раз их еще не нашли, значит и не найдут.

А еще в СМИ считали, что девушке, обманувшей систему, магию и королевскую семью, не место среди невест. Громче всех это мнение толкала выбывшая накануне баронесса. И, судя по всему, его разделяло до обидного много людей. Моё же твердое и категоричное: «я прошла первый этап по ошибке и не хотела этого» — никого не волновало. И при этом все были твердо убеждены, что в ближайшее же воскресенье принцы выгонят меня скопом с остальными «белыми». Ведь зачем женихам плохо подходящие девушки, когда полно других?

Я, если честно, была с ними согласна. Хоть и понимала, что тогда меня можно будет допросить по всей строгости закона. Так что от официального статуса заключенной меня отделяла всего неделя. И чтобы её прожить без нервных срывов, я литрами пила успокоительные отвары и как заклинание повторяла про себя, что близкие в безопасности и не все так просто с белыми метками, иначе я бы уже горела на костре.

Вот в таком состоянии в назначенный час я создала портал до портального коридора — единственного места в крыле КР, где вообще действовала такая магия, настолько много вокруг было навешано всяких защит. А затем вошла в кабинет Аттора — големы пропустили сразу же, как только услышали, кто я.

За ночь в кабинете почти ничего не изменилось, только его хозяина не было. Сперва я хотела дождаться мага в коридоре, но, подумав, решила, что раз уж деревянные истуканы считают, что мне тут быть, значит, никуда не пойду и потрачу время с пользой.

Камень Выбора, конечно, привлекал внимание. Но трогать артефакты без спроса не стоит. Кто знает, какие на них чары навешаны. По этой же причине я не стала близко подходить ни к одному из кристаллов в стене. Книги и папки, стоящие в стеллажах, имели непонятные названия и нумерацию, так что было ли в них что-то важное для меня, я не представляла. Можно было занять себя рассматриванием миниатюрного миражного Города. Но мне его и в реальности хватило. И любоваться на мини-копии недовольных красоток с высоты птичьего полета совсем не хотелось.

Но ведь на столе главы КР точно должно было быть что-то важное. Что-то из текущих проблем. А вдруг там было дело обо мне?

И оно действительно было там — лежало ровно по центру. Куда бы не ушел мой новоявленный начальник, перед уходом он точно читал это. В деле нашлась анкета и копии документов — все то, что я подавала на соискание. А еще там лежали ллоты, которые я не сразу соотнесла с собой. На них были сняты неизвестные мне люди: дети, подростки, взрослые…

Я удивленно покрутила карточки в руках. «Группа три, школа пять города Велиор, милой Аби Холл на память от подруг», — значила подпись сзади одной из них. Я приросла к полу. На этих ллотах настоящая Аби Холл! Та, под чьим именем я вышла замуж за Елека Суак.

Хлопнувшая в кабинете дверь прозвучала набатом. Сердце забилось где-то в горле, и кровь зашумела в ушах. Я не стала торопливо делать вид, что я ничего не нашла на столе и ничего не поняла. Просто бы не смогла. Я лишь подняла глаза вверх и посмотрела на вошедшего. А ледяные серо-синие глаза с интересом смотрели на меня.

— Прекрасно, вы уже здесь, — заметил Аттор, подходя ближе. — Вот, — он протянул бумаги, обращая на них мое внимание. — Передайте это в наш пресс-центр и пусть сразу же разошлют во все СМИ, освещающие Отбор. Пресс-центр в соседнем крыле, налево. Если заблудитесь, големы подскажут. Но я думаю, блуждать с этим приказом не в ваших интересах.

Я заставила себя сосредоточиться на задании и не обращать внимания на подкрадывающийся обморок. Признаться во всем? Я ещё не потеряла рассудок, чтобы так сделать. Соврать, что просто кардинально меняла внешность магией? Прикрыться чужим Источником? Полная чушь. Он совсем не идиот и не поверит ни одному слову. Ни один Источник не переделает человека так, насколько сильно отличалась от меня настоящая Аби. Мне оставалось только молчать.

— Эсса? — вдруг прозвучало неожиданно мягко. — Вы меня слышите?

Я встрепенулась. Оказывается, все это время мы так и стояли: я в ступоре около его кресла — он по другую сторону стола, протягивая бумаги.

— Д-да. Хорошо, — просипела я, дрожащими руками забирая листы.

— Эсса. Просто отнесите приказ в пресс-центр и как можно скорее. Иначе такие же ллоты, что у меня на столе, уже к вечеру будут у всех журналистов мира.

— Зачем? — у меня подкосились ноги. Он что? Угрожает мне?

— Не зачем. А просто потому, что они могут.

— Кто?

— Журналисты.

Ничего не понимая, я кивнула ему — и на негнущихся ногах поспешила выйти из-за стола. Обходила его, кажется, по дуге, чувствуя обеспокоенный взгляд в спину — мои маневры не остались незамеченными. Уже около двери решила хотя бы прочитать и попытаться понять, что же такое важное я несу и как это связано с теми ллотами.

Мошки перед глазами мешали сложить буквы в слова, а смысл текста упрямо ускользал. Но через несколько минут я всё-таки смогла разобрать, что приказ, под которым стояли подписи короля и главы КР, строго запрещал любым гражданским лицам в частном или не частном порядке заниматься расследованием, касающимся личности эссы Аби Суак и её участия в Отборе, так как она находится на должности в КР.

Говоря проще, он снова спас меня.

Мир шатнулся и перевернулся с ног на голову раньше, чем я поняла, что обморок всё-таки случился.

* * *

Я пришла в себя раньше, чем открыла глаза. По ощущениям сидела на чем-то кожаном и очень удобном. И раньше, чем решилась выдать пробуждение, услышала хорошо поставленный мужской голос, в интонациях которого сквозила неприкрытая насмешка:

— Ну вот, довел бедную девушку. А я так хотел поскорее познакомиться с нашей сенсацией лично.

— Познакомишься в субботу, а налюбуешься в записях, — огрызнулся Аттор, который тоже был где-то рядом. — А сейчас, будь добр, иди на съемку. Невесты ждут.

— Да какие они невесты! — фыркнул голос. — Я бы с радостью пропустил первые три дня.

— Не имеешь права.

— Знаю, — голос сразу же зазвучал очень жестко. — Я сейчас ни на что не имею права. Иначе отец обнародует причину Отбора, у Совета волосы встанут дыбом, меня дружно лишат права на трон, а три соседние страны объявят нам войну. Я ничего не забыл?

Адан?

От удивления я перестала скрываться и уставилась в тёплые шоколадные глаза кронпринца, склонившегося надо мной, — руками он упирался в подлокотники кресла, в котором как раз сидела я. Его могучая фигура, одетая в модный светло-серый костюм, скрывала от меня остальной мир. От этой неожиданной близости и услышанного мне тут же захотелось стать невидимкой. А вот принц никакой неловкости не испытывал — он довольно улыбнулся, демонстрируя ямочки на щеках.

— Нет, ничего, — грубо согласился Аттор откуда-то из-за спины Адана. — И если хочешь не допустить этого — иди на съёмку и постарайся не сделать хуже.

Его слова сопровождались мелодичным перезвоном и разноцветными вспышками света. Кажется, он что-то делал с кристаллами.

— Да, пожалуй, пойду, — Адан кивнул то ли ему, то ли мне, и выпрямился, наконец-то разорвав неприлично короткое расстояние. — У тебя прелестный секретарь, счастливчик. Только зачем она тебе, если уже есть два?

С этими словами он наконец-то отошел в сторону, и я увидела Аттора, переводящего с принца на меня хмурый взгляд. Интересно, а у него вообще бывает другое выражение лица?

— Спихну на нее Отбор. Мне есть чем заняться и без этого.

— Только не забудь дать ей в субботу выходной. А то знаю я тебя. До вечера, — с этими словами Адан кивнул Аттору, а затем повернулся ко мне и еще раз одарил новой улыбкой. — Всего доброго, эсса.

— И вам, лэстр, — еле выдавила из себя в ответ сухими губами.

И принц ушел, оставив меня наедине с человеком, к которому я уже абсолютно не знала, как относиться. И чьи мысли сейчас просто очень-очень-очень хотела бы знать.

— Мне, наверное, нужно отнести документы, — начала я, сглотнув.

— Не нужно. Их уже отнесли, ответы от СМИ получены. Все данные, которые пресса уже раздобыла сверх официальной анкеты — засекречены и изъяты, — отчеканил он, не отводя взгляда.

— А что мне тогда делать, лэстр?

Он усмехнулся. И когда я уже была готова услышать от него что-то вроде совета признаться, и даже, кажется, последовать ему, подозвал к себе:

— Подойдите сюда, эсса. Объясню, в чем будет заключаться наша с вами работа на сегодня.

И вскоре я узнала, что прямо из этой комнаты по миражу я должна наблюдать за тем, как проходит Отбор: следить за поведением невест, сличать их слова и поступки с теми, что указаны в анкетах и презентациях для зрителей. Искать ложь, истинный мотив, цель.

Одновременно со мной нечто подобное в других условиях делали еще пиарщики, психологи и безопасники. И все они оценивали невест. Решали, каких девушек лучше оставить на шоу для большей зрелищности, а каких следует убрать. Следили, чтобы не было слишком опасных и травмирующих ситуаций. Конечно, охрана присутствовала на конкурсе и лично, чтобы вмешаться в любой момент. А в конце дня мы должны были сравнивать впечатления. Данные от групп контроля должны были поступать на стол главы КР, чтобы мы их сразу же могли сличить и вынести свое решение.

Обеденных перерывов и отдыха не ожидалось.

— Но зачем тут я, если за всем и так следит столько профессионалов? — спросила, глядя, как големы, слегка поскрипывая деревянными суставами, заносят и размещают около входа небольшой стол, кресло и лавовую настольную лампу. Эта мебель выглядела не такой стильной и помпезной, как у Аттора, но тоже вполне комфортной и была сделана под общий цвет кабинета — светлой.

— Вы обманули Камень Выбора. Не знаю пока, как. Даже не представляю. Но этим вы вскрыли уязвимость в связи. Если кто-то и может увидеть в поведении невест что-то чуть больше и глубже, чем все профессионалы, то только вы.

От того, как сухо прозвучали эти слова, и как целенаправленно он выделил слово «пока», меня снова прошиб озноб. Признаваться в чем бы то ни было сразу же расхотелось окончательно.

— А вы?

— А я должен был делать эту работу в любом случае.

И легкими движениями рук и личной магии он создал в комнате непроглядный мрак, словно сотканный из теней, а затем активировал нужные кристаллы. Сразу же вокруг нас заклубился мираж, показывая происходящее в парке — знакомство женихов с первой группой девушек было решено провести в виде пикника.

На моём столе сама собой зажглась лампа, приглашая сесть поудобнее и смотреть шоу оттуда. И я, забрав себе копии анкет и презентаций невест, участвующих сегодня в конкурсе, взялась за дело.

Работа быстро захватила меня, и думать о себе стало некогда. Нужно было постоянно думать о других. Следить за тем, как принцы по очереди знакомятся с разными девушками, пока другие участницы пытаются быть милыми с соперницами. При этом даже на разговоры с Аттором у меня не было времени. Мы так почти весь день и провели — он в своем кресле, делая пометки, я в другом конце кабинета — в своем. Пару раз нам приносили перекус, но даже тогда мы почти не отвлекались друг на друга. И меня это устраивало.

Принцы вели себя одинаково ровно со всеми: мило, любезно, воспитанно. Адан больше шутил, Ронар в меру остро язвил, Эйтан веселился и своё появление начал с розыгрыша — пришел, наряженный в какой-то жуткий костюм, прикидываясь больным. Так или иначе, казалось, что общение с невестами доставляло им удовольствие. По крайней мере, первые несколько часов. Потом наступил легкий общий обед, во время которого невесты слали женихам улыбки, а соперницам — многообещающие презрительные взгляды. А затем знакомство продолжили.

Но вот тут началось то, от чего я почувствовала себя остро лишней на этом празднике жизни. Расслабившиеся девушки стали показывать женихам свой интерес слишком активно. Кто-то постоянно лез вперед, пытаясь стать центром вечеринки. Кто-то откровенно провоцировал соперниц на скандал. Пара девушек под шумок завуалировано намекнули принцам на то, что роль не-жены, но приближенной к венценосному телу особы их тоже вполне устроит.

Одна для этого использовала вдруг порвавшееся платье, из-за чего ей срочно пришлось переодеваться в шелковый халат неприлично короткого размера. И в нем она вышагивала перед отводящим в сторону взгляд Ронаром остаток дня, оставаясь на высоченных каблуках. Эйтану, кстати, это понравилось, и он без зазрения пялился на её ноги. Другая невеста в разговоре с Аданом бросила замечание, что никогда не носит нижнее белье. Кронпринц на это отшутился, заметив, что маленькие дети ползунки тоже не любят.

Несколько девушек выбрали совсем иную тактику. Про себя я назвала их «недотрогами». Они высоко задирали нос, снисходили до общения с женихами и всем видом вопили «ты будешь ползать у моих ног!». Принцы на таких смотрели по-разному: Ронар с раздражением, Адан и Эйтан — с интересом, но очень уж язвительным. Мужчины точно знали, какую именно цену нужно заплатить, чтобы эти крепости сами выкинули белый флаг.

Но, были, конечно, и невесты, которые держали себя в рамках приличий, очаровательно поддерживали любую беседу и оставляли только приятное впечатление. Вот именно они, как я думала, и должны были пройти дальше в конкурсе. Но как сильно, оказывается, я ошибалась!

За некоторое время до часа «икс» нам принесли доклады от других наблюдателей. И тогда Аттор предложил сравнить впечатления.

— Эсса, вы первая. Не хочу, чтобы на ваши выводы что-то влияло, — любезно махнул он рукой, разогнав тени и убрав мираж.

Я согласилась с ним.

— Ну что же. Из этой группы девушек семнадцать пришли на Отбор не для того, чтобы стать женой принца. Их цель — потешить самолюбие. Эсса Тейрон не скрывает, что хочет стать дорогой содержанкой. В её анкете и презентации есть подтверждение этого. Эсса Кайта, наоборот, в анкете и презентации лжет. На них она — скромная и милая. Но здесь, даже зная о постоянной съемке, порвала платье и откровенно завлекала жениха. А вот лэсты Лэ Тио и Лэс Эйста в презентациях смелые и активные. Но при знакомстве равнодушно просидели в стороне почти весь вечер, — начала я.

Аттор слушал внимательно, не перебивая, иногда заглядывал в свои записи. Его решение удивило меня.

— Сколько из них, по вашему мнению, лжет? — уточнил он, когда я закончила делиться впечатлениями.

— Пятнадцать.

— Выпишите их имена, обязательно уточните — в чем.

— За это их выгонят?

— Эти девушки остаются.

— Лгуньи?

— Именно. Остальные уходят.

Я сперва не поверила ему. Но когда оказалось, что пиарщики настаивают на том, чтобы обязательно остались те, кто открыто предлагал себя принцам или кто позволил себе напиться и даже почти ввязаться в драку, поняла, что ничего не понимаю в этом Отборе.

— Разве они не ищут себе жен? — не выдержала я, убедившись, что и сами принцы под тем или иным предлогом убрали с Отбора самых спокойных, умных и милых девушек из первых двадцати пяти. Всего они выгнали четырнадцать конкурсанток, и до конца недели пятый сектор должен был «обеднеть» уже на шесть девушек.

— Среди тех, кто с красными метками — нет, — странно ответил Аттор, не вдаваясь в детали.

Отпустил он меня, только когда за окном была уже ночь, и все, о чем я мечтала, — это скорее отдохнуть.

Так закончился мой первый рабочий день в новой должности. Но уже перед сном я узнала, что ко мне приставлены два голема. Причем таких истуканов любящие и обеспеченные родители заказывают для дочерей в качестве компаньонок-телохранителей за огромные деньги: деревянные «девушки» ручной работы — на шарнирах, с искусно сделанными телами, лицами и натуральными волосами. Различались они между собой только цветом волос. Одна была блондинкой, другая брюнеткой.

И пока одна из «кукол» должна была охранять домик, в котором я поселилась, другая — постоянно сопровождать меня. И как я не сопротивлялась, отделаться от этой компании мне не дали. Личный приказ главы КР, чтоб его рырецки затоптали!

Вторник был очень похожим на понедельник. Утром — завтрак среди ненавидящих меня людей, днем — небольшая беготня по поручениям и долгое утомительное наблюдение за новой «порцией» невест. В этот раз разница была лишь в том, что пикник для девушек устроили в лесу, а сами невесты были из соседних королевств. Женихи снова выгнали тех, кто не лгал. И я опять не рискнула задать вопрос — почему?

Среда была точно такой же, как вторник. Только что невест теперь повели на аттракционы. А вот в четверг женихи знакомились уже с «серебряными» эссами и лэстами. И для этого выбрали пикник у бассейна. Возможно, принцы просто захотели увидеть красивых девушек в купальниках. Но, начиная с этого дня, Отбор пошел совсем по-другому.

Фраза Адана о том, что он бы с радостью пропустил первые три дня, мне вспомнилась, только когда я увидела принцев в четверг. Они нервничали.

За эти дни, когда я буквально не сводила с них глаз, я так хорошо изучила женихов, что ни капли не сомневалась в этом. И, кажется, они впервые действительно выбирали.

— Значит, это всё-таки не фарс? — не выдержала я где-то в середине дня, смотря, как Ронар буквально пытал лэсту Ориину Лэ Фийе, младшую принцессу одного небольшого соседнего королевства, на тему драконов — хрупкая рыжеволосая девушка была признанной художницей, и последняя её выставка была посвящена этим прекрасным чудовищам. — Они действительно собираются жениться?

А то, признаться, я уже стала сильно сомневаться в этом.

— Да, — подтвердил Аттор, сидя в кресле и почему-то не сводя задумчивого взгляда с меня — я чувствовала это сквозь клубящийся между нами мираж и обволакивающую его по краю тьму. — Им придется это сделать.

— Насовсем? — на всякий случай уточнила, глядя теперь уже на Эйтана, который рассекал в бассейне, красуясь перед невестами и то и дело бросая пытливые взгляды на их полуголые фигурки, сидящие на плетеных лежаках на берегу.

— Нет. Но на развод понадобится веская причина.

Я кивнула, пытаясь осознать услышанное. А потом всё-таки не выдержала и спросила:

— И что не так с красными метками?

Посмотреть на него при этом в упор было несложно: маг все еще не сводил с меня взгляда. Как будто я сейчас была не с ним в кабинете, а с принцами в крытом бассейне, и он изучал меня на лживость, как других.

— Хотите знать государственную тайну, эсса? — он едва дернул кончиками губ. — Вот так просто? Скрывая свои?

Я замерла. Ну вот, кажется, дождалась разговора. А ведь за эти дни я невольно расслабилась! Хейли и Сератина давно связались со мной, и я знала, что у них все хорошо, невест вживую видела редко, и настроение испортить они не могли, а с Аттором мы успешно игнорировали друг друга, сведя общение до вежливых фраз. И вот — сама же спровоцировала.

Но неизвестность всё-таки убивала меня. Засыпая от усталости или просыпаясь от боли из-за метки на ауре, я каждый раз спрашивала себя, а что будет потом? После того, как принцы официально-ритуально вычеркнут меня из списка невест? Насколько тогда Аттор станет жестоким? Даже несмотря на то, что он сам почему-то внес меня в этот список. Так неужели мне еще есть, что терять?

— Да, хочу. Ведь от этого зависит моя жизнь.

Лэстр привычно нахмурился. Кажется, он не ожидал такой откровенности от меня.

— Почему вы думаете, что вашей жизни что-то угрожает? Вам есть, что скрывать до такой степени? — движением пальцев обрисовав в воздухе нужную руну, он приглушил мираж — изображение стало едва видимым, а голоса и смех словно стали доноситься из другой комнаты. Но это уплотнило тени вокруг мужчины. И теперь я видела лишь блеск глаз и обнаженных в улыбке зубов, но больше почти не видела его лица. Стало жутко. Но и отступать было поздно.

— А разве нет? Что будет со мной после этого воскресенья?

— Боитесь, что вас выгонят?

— Боюсь.

— Но вы же не хотели быть невестой?

— И сейчас не хочу. Но это, кажется, единственное, что меня защищает сейчас.

— От чего?

— От вас, — ляпнула раньше, чем осознала, что все это время сидящий напротив мужчина и был тем, кто почему-то защищал меня. С непонятными мотивами, в странной манере, но защищал.

Завершение ритуала, работа в КР, запрет для СМИ, големы… Возможно, было что-то еще, о чем я даже не подозревала. Но то ли Аттор считал, что мне действительно стоит его бояться, то ли не считал свои действия защитой. Потому что он замолчал, как делал всегда, когда разговор подходил к острой грани и требовал принятия какого-то решения. Молчание длилось недолго, но для меня и это было пыткой. Его взгляд стал еще пристальнее, красивые длинные пальцы сцепились в замок… Я задержала дыхание, не шевелясь.

— Вас не выгонят ни в это воскресенье, ни в другое, — от тихого властного голоса во мне что-то оборвалось, и я, как пловец, резко вынырнувший из воды, рвано вздохнула.

— Почему?

— Есть причины, — он улыбнулся, что в таком полумраке больше походило на оскал. — Но вы можете попытаться их узнать. Помню, вас очень интересовало что-то в библиотеке в первый же день. Вот на следующей неделе у вас, думаю, будет на нее время. Заодно найдете кое-что для меня.

— И что же? — удивилась я, чувствуя, как где-то в груди тает лед, а вместо него поднимается тёплая ласковая волна чего-то приятного. Благодарности?

— Скажу, когда придет время, — туманно отозвался маг, возвращая миражу трансляции яркость и показывая этим, что разговор окончен. 1439f7c

Комната снова наполнилась уже привычным приглушенным многоголосьем — конкурсантки как раз о чем-то шутливо спорили с женихами, и я вернулась к работе, стараясь выкинуть из головы странные слова, а из груди — неуместное солнце.

Впрочем, уже скоро это все стало неважно: на Отборе случилось первое серьезное происшествие. Ну, если не считать историю со мной. Две девушки-иностранки зажали в углу ту самую Лэ Фийе и пригрозили, ничуть не стесняясь порхающих вокруг ирвиров, что если принцесса будет столько времени уделять принцу Ронару, они расскажу всему миру об её прошлом романе. Ориина, понявшая, что весь мир и так только что слышал вот эти слова, побледнела, а после — бросилась на обидчиц, стараясь разодрать их ногтями.

Женскую драку тут же разняли безопасники. Но к тому времени невесты успели обзавестись пугающими царапинами на лицах, синяками по телу и несколькими выдранными клоками волос.

— Как я и думал, — заметил Аттор, вставая из-за стола и подходя к миражу ближе — теперь чуть уменьшенные копии подравшихся девушек, которых сейчас за недостойное поведение отчитывали организаторы, словно стояли рядом с ним. — Серебряные метки не обещают, что будет легко.

— То есть? — тихо спросила я, также выходя из-за стола и подходя к нему ближе. Кажется, я могла прямо сейчас урвать еще кусочек от этой государственной тайны.

— А это значит, что Совет ошибся и Отбор будет кровавым. Вредить друг другу невесты могут, несмотря ни на что.

Затем он повернулся ко мне всем телом, оказываясь так близко, что до меня долетел легкий запах шиповника — почему-то он постоянно витал рядом с ним, хотя я не заметила, чтобы мужчина пользовался духами.

— В субботу не забудьте взять с собой на конкурс голема, — серьезно посоветовал он. — Это разрешено правилами. Я уточнял.