Глава 12

Элор не знал, почему вдруг его отец передумал, но очень спешил накачаться магией, опасаясь, что тот может снова решение поменять.

К телепортационной площадке мы шли очень быстро.

И почти шоком для меня стало то, что император ждал там, чтобы помочь Элору с телепортацией. Мне пришлось опустить взгляд и молчать.

День был прекрасным, солнечным, Элора переполняла радость от возможности вырваться из домашнего заточения, побывать на призыве оружия принца Арендара, во мне кипела только что поглощённая магия, но всё равно я нервничала. И дело было не только в некоторой опасности самого призыва и наглости Культа, нападения которого можно ожидать даже в некогда неприступной Академии.

Проблема была в том, что я не знала, как поступить. Оставаться рядом с Элором или бежать, пока его нежные взгляды не сделали его смерть для меня ещё страшнее.

— Не передумал? — спросил император подошедшего Элора.

— Нет.

Они исчезли в языках золотого пламени.

В принципе я могла телепортироваться отсюда не к Академии, а куда угодно…

Но телепортировалась я к воротам Академии драконов, окружённой дирижаблями прилетевших на призыв семей студентов.

Здесь тоже была отличная погода, ветер дышал приближением осени, из-за каменных стен доносился гомон голосов.

Я оказалась всего в двух шагах позади Элора. Проверила источник магии — её запас уменьшился несоизмеримо затратам на телепортацию. Магия покидала меня слишком быстро.

— Если что-нибудь случится — немедленно вызывай меня, — император наставлял Элора. — Не забывай, ты поклялся вести себя осторожно.

— Да, отец, я на память не жалуюсь, значение слова «осторожность» понимаю. Не волнуйся, ничего неординарного не случится. Можешь спокойно заниматься подготовкой дворца к свадьбе. В принципе, ты мог бы и призыв посетить…

— Я обещал Заран ускорить свадьбу насколько возможно. Для прибытия первых гостей мне надо готовить защиту дворца уже сейчас, я не могу потратить почти целый день на ритуальное топтание возле места призыва.

— Если вдруг будешь успевать — приходи на призыв, Арен будет рад тебя видеть.

— Не думаю, — совершенно искренне усомнился император Карит и исчез в языках золотого пламени.

Я вздохнула свободнее, сразу ощутив, как уменьшилось давление магического фона. Само присутствие императора выносить было трудно.

— Забавно, — протянул Элор и направился к воротам.

— Что именно?

— То, что на призыве Арена будешь ты. — Элор шагнул в тень каменного надвратного свода. — По-родственному так…

— Только ему в этой формулировке не скажи, а то, боюсь, он такой радости не выдержит.

Смех Элора эхом отдался в тоннеле под воротами. Искренний и лёгкий, он занозой остался в сердце.

— Кстати, пока вы там будете ритуально топтаться, можно я решу свои дела?

— Какие? — Элор резко обернулся ко мне.

— Собираюсь прояснить обстановку. Уверен, нам говорят далеко не всё. Хочу пообщаться с Эзалоном по этому вопросу. Возможно, попросить его держать нас в курсе дела по поводу последнего нападения на Валерию в Академии.

Элор удивлённо приподнял брови и всем видом требовал объяснения.

— Он менталист, я из семьи менталистов. Знаю, ты такие связи не жалуешь, но они есть, я уверен, что смогу с ним договориться.

— Тогда не твои дела, а наши, — Элор тщательно скрывал раздражение. — Не пойти ли мне с тобой…

— Твой отец вряд ли придёт, Линарэн и подавно не станет тратить время на такую ерунду. Ты должен быть с Арендаром. А я предпочту с ним не пересекаться лишний раз и решить насущные дела.

Кое-кто из гостей, разгуливающих по аллее едва отремонтированной Академии, заметили Элора и, переговариваясь друг с другом, посматривали на нас.

— Ладно, иди, — неохотно отпустил меня Элор. — И возвращайся скорее.

Но до центральной площадки мы дошли вместе. Молча. Эмоции Элора качало от радости до глухого раздражения. Словно он чувствовал, что я солгала и задумываю сбежать. А может, его раздражало любопытство студентов и посетителей.

Я поднялась на крыльцо административного корпуса и оттуда кивнула Элору, отпуская к зданию призыва, где уже должна собраться толпа родственников допущенных к призыву студентов.

Подождав немного, спустилась по ступеням и направилась к корпусу боевых магов, надеясь, что Дарион ещё там, что он… поможет мне.

Мне нужно хотя бы условно непредвзятое стороннее суждение, что-то, что помогло бы взглянуть на эту безнадёжную ситуацию как-то иначе.

И нужна его консультация как существа, более менее разбиравшегося в целительстве. Состояние моего источника магии тревожило всё больше. Не случилась ли со мной та же беда, что и с теми сотнями существ, по неизвестной причине оставшихся без магии?

Прежде я гнала от себя эту мысль, но отмахиваться от столь страшного предположения больше невозможно.

Охранявшие дверь в административный корпус стражники проводили меня немного изумлёнными взглядами. Я пересекла центральную площадь и двинулась в обход основного корпуса. В отдельности от Элора я не слишком интересовала окружающих, привлекая внимание только многочисленной охраны.

В корпусе боевых магов Дариона не было — как сказали охранники, буквально наводнившие территорию Академии в этот день почти свободного допуска посетителей, он ещё несколько часов назад ушёл готовиться к церемонии призыва.

Призыв состоял из трёх этапов: сначала призывали предметы, потом — щиты, и только третьими шли боевые маги, потому что призыв оружия был самым потенциально опасным. Поэтому церемонию шутливо и назвали топтанием — ждать приходилось долго и всё на ногах возле здания призыва. Я надеялась, Дарион догадается, что я могу заглянуть, и пропустит первый этап.

Впрочем, весточку оставить следовало. Кивнув охранникам, я направилась в сторону ворот на полигон, а сама свернула и обошла корпус боевых магов с обратной стороны. Расправила крылья и, подпрыгнув, рванула на стену вокруг стадиончика.

Охранные чары пропустили меня — значит, Дарион всё же предполагал, что я могу появиться. Я быстро прошла в его тёмный мрачный кабинет. И туда меня тоже пропустило без проблем.

Кабинет Дариона… стеллажи с книгами, огромный диван, огромный стол. В его кресле я почти утонула. И хотя столешница была высоковата, выложила на неё лист. Пришлось сильно потянуться, чтобы достать до чернильницы и пера и притянуть их к себе.

Только подготовив всё это, я поняла, что, в общем-то, не знаю, что написать.

«Не могу вырваться со службы. Загляну при первой возможности. Жаль, что разминулись».

На эти несколько слов я потратила непростительно много времени, и виновата в этом не только необходимость изменить почерк, чтобы авторство послания не мог узнать посторонний. С Дарионом мне было изумительно хорошо, нас объединяла общая тайна, но секреты… Строить тёплые отношения с секретами оказалось неожиданно сложно. Когда они касались только тайн ИСБ, это не мешало, а когда коснулись Элора…

Подумав об этом, я посмотрела на перо, которое всё ещё сжимала в пальцах. Не выдержав давления, оно хрустнуло.

***

С Эзалоном мы договорились быстро. О расследовании он почти ничего не знал — ИСБ всё держало в секрете, зато поделился впечатляющими подробностями развернувшихся тут битв, сначала — с вестниками Бездны на отборе, затем — с восставшими зомби*. Пожалуй, я впервые порадовалась тому, что мы с Элором не оказались здесь в это время — он бы точно влез в драку и умер.

Особенно я порадовалась тому, что Элора не было на отборе принца Арендара.

Вместе с вестниками Бездны в Академии появился Мэлар Никсэ — бывший придворный маг Аранских. Тот самый, который вложил в сознание Элора установку убить Линарэна и навсегда поселил в его душе ненависть к менталистам.

Теперь я понимала, почему Элору ничего не рассказывали об этом деле. Считалось, что Мэлара Никсэ в бою убил Дарион, а тот каким-то удивительным образом выжил. Вернулся из другого мира. И если бы Элор об этом знал, просто сидеть во дворце он бы не смог.

Мэлар Никсэ — самый ненавидимый Элором маг снова в Эёране: живой, здоровый, сильный. Настолько, что ранил Дариона. Мэлар Никсэ не просто нарушил вассальную клятву верности (на это любой потомственный менталист закроет глаза), он пролил кровь моего мужчины, теперь он мой враг без всяких оговорок, увижу — убью.

За пожертвование в пользу Академии Эзалон согласился в случае необходимости подтвердить, что пару часов уговаривал меня на это пожертвование, обсуждал мою семью и предавался воспоминаниям о моей учёбе в Академии.

Перед выходом я бросила взгляд на многочисленные вышивки, развешанные на стенах кабинета Эзалона. Изумительные по своему изяществу магические плетения… на одной из вышивок был знакомый мне переулок в не самом благополучном районе Столицы, неподалёку от которого я отоваривалась у своего алхимика.

— Всегда хотел попробовать пройти через портал магического плетения, сравнить впечатления с обычной телепортацией. Будете ли вы столь любезны?.. — я вопросительно посмотрела на Эзалона. Он приподнял бровь. И я обречённо добавила: — За дополнительное пожертвование.

Эзалон кивнул и жестом предложил мне войти в натянутое на раму полотно с вышивкой.

Мне показалось, что меня всю переломали. Я вывалилась в переулок и привалилась к стене, сдерживая тошноту. Меня всю трясло, перед глазами плясали цветные пятна.

Потребовалось минут десять, чтобы прийти в себя.

Ещё через десять я лезла в окно второго этажа, чтобы раздобыть менее приметную одежду.

***

Не думала, что когда-нибудь обращусь за помощью к подпольному целителю, но… пришлось. Мастер Вольден был талантливым магом, но неудачная любовная связь, явившийся не вовремя муж, драка, смерть этого самого мужа… сопутствующее расследование, выявившее и нелегальную практику, и изготовление нелегальных препаратов. Попасть бы Вольдену под суровое наказание, но он сбежал, а его целительские навыки и авантюрный характер весьма понравились преступникам, и Кривой Лок взял его под своё крыло, так что ИСБ в рамках взаимовыгодного сотрудничества пришлось закрыть глаза на беглого преступника, проживающего прямо в Столице.

Я сильно рисковала, даже инкогнито приходя к нему, но… он — целитель. И в болезнях и прочих недугах понимал намного больше, чем Дарион, проходивший лишь курс первой помощи.

Пришлось изображать драконессу, переодевшуюся в мужскую одежду. Естественные формы, рост на ладонь выше, немного вихляющая походка, каштановые волосы с рыжим отливом, более острый подбородок и широкие скулы, перепуганный взгляд зелёных глаз и дрожащие губы — всё это делало меня достаточно непохожей на Халэнна Сирина, чтобы попробовать эту авантюру.

Неожиданной проблемой оказалась… очередь к нелегальному целителю. В пахнущем свежестью и кровью холле дома, где он вёл свою практику, было восемь существ, в том числе и один числившийся в розыске грабитель, прижимающий к груди обмотанную кровавым полотенцем руку. Простуженный и жутко кашляющий маг из свиты Кривого Лока. Пара уличных девиц. Какая-то бабка, трое мутных типов… Я даже остолбенела, оглядывая эту разношёрстную компанию. Они на меня не смотрели. И друг на друга тоже. Похоже, здесь было принято не пялиться на соседей по очереди.

Я подошла ближе к крайнему пациенту.

— Плачу за проход вперёд, — предупредила грубовато-ломким голосом и пошла вдоль клиентов, бросая каждому по серебряной монете. В лицо мне никто не смотрел, один из мутных типов попытался возмутиться, но тут дверь к целителю открылась, выпуская матерящегося старика, и я юркнула в пропахшее целебными зельями помещение, чуть не снеся по пути самого мастера Вольдена.

Его такое поведение ничуть не удивило, он закрыл дверь и направился к своему столу. Мастер даже вёл записи: на полках его книжного шкафа плотными рядами располагались папки с цифровыми шифрами на корешках.

Обстановка в кабинете была не из дешёвых, один резной стол и серебряный письменный набор чего стоили. В целом чувствовалось, что мастер ощущает себя вполне спокойно и не ждёт облав.

— На что жалуетесь? — равнодушно поинтересовался он, даже не пытаясь прощупать меня магией.

Защитными амулетами, кстати, Вольден был хорошо защищён, в том числе и ментальными.

Запрокинув голову, я посмотрела в его скуластое лицо, в тёмные глаза. В принципе, можно было понять, почему он оказался в постели чужой жены: он из красавчиков, холёный, высок и широк в плечах, от него утончённо пахло дорогими духами.

— У меня проблемы с источником, — пояснила я. — Магия… медленнее восстанавливается и словно куда-то исчезает.

Вольден пристально меня рассматривал. Мы с ним никогда не пересекались, но всё равно было мерзкое ощущение, словно он выискивал в моём изменённом лице знакомые черты.

— Вы позволите проверить вас диагностирующим заклинанием? — спросил Вольден без каких либо эмоций.

— Да.

Инстинктивно хотелось защититься, отступить, но я позволила чужой магии проникнуть в моё тело, старательно удерживая свою магию от ответной агрессивной реакции. Впрочем, магии у меня было не так много, чтобы она могла действительно хорошо защитить меня от постороннего вторжения.

Равнодушное лицо Вольдена внезапно стало заинтересованным.

_____

* Подробности этих эпичных событий можно прочитать в романе «Попаданка в Академии драконов 3».