Глава 52

— Что не так? Вы ещё спрашиваете? — Вааразариз скалится отросшими клыками. — Там могила Нергала! Какой Бездны вы раскрыли её Неспящим?

— Но мы обсуждали это место с Санаду… — начинает Элор, и его рука раскаляется, он хватает меня за ладонь, держит. — Он ничего не…

— Он отказался иметь с этим дело! — перебивает Вааразариз. — Даже слушать не хотел! Он понятия не имеет, где могила Нергала!

Судорожно вдыхает Элор. Позволив нашим пальцам переплестись, я крепче сжимаю его руку. Даже не знаю, что сказать, кроме «Вперёд, остановим Неспящих!», хотя осознаю весь комический трагизм ситуации: мы с Элором взяли и нашли могилу Нергала. Которую никто не мог найти тысячелетиями. И обсудили её положение только с теми, кто её местоположения не знал…

Жаждущий заливисто смеётся: «Удачно вы подумали!»

Перевожу взгляд на мертвенно бледного Танарэса, и он объясняет:

— Мы говорили о ловушке, но не обсуждали конкретное место. Как-то к слову не пришлось. И я не думал, что всё закрутится так быстро, мы же собирались договориться сегодня… сейчас.

Таким растерянным он передо мной никогда не представал. И, будто подтверждая эту рассеянность, Танарэс проводит ладонью по лбу, сдвигает тёмные пряди дрожащими пальцами. Он не просто растерян, он испуган.

— Что ж, — обречённо вздыхает Элор, не сводя взгляда со скалящегося Вааразариза. — Раз так получилось, надо действовать.

И я полностью с ним согласна. Как и Жаждущий: «Мне кажется, или это сборище неженок не горит желанием сражаться? Может, пинка им дадим для скорости?»

Элемарр качает головой:

— Ничего иного от золотых драконов я не ожидал. Даже из простого дела вы можете устроить проблему.

— Мы проверяли место! — огрызается Элор. — Там не было никаких следов могилы, я лично озеро и землю прощупал, там не было полостей, достаточных для захоронения!

— Там всё очень плотно сложено, — поясняет Танарэс, — чтобы прощупыванием было не определить. А поверх этого — магическая защита, сбивающая ощущения.

Он переводит на меня странно рассеянный взгляд, словно хочет что-то сказать, но медлит.

— Надо действовать! — рыкаю я. — Сейчас ночь, у Неспящих нет никаких ограничений!

Опять все взгляды сосредотачиваются на мне, но на этот раз не на груди. Все смотрят мне в лицо.

Полагаю, все понимают, насколько для меня значима эта встреча с Неспящими.

Возможно, считают меня виноватой в том, что весь Эёран снова на пороге войны, а бог вампиров со своей усиленной свитой может прогуляться по нашим землям.

Увы, эмоций их я понять не могу: у всех амулеты работают не только на защиту мыслей, но и на приглушение чувств. И это опять напоминает, что от Халэнна они не скрывались, что давало мне больше возможностей.

— Я в кантоны, сообщить остальным, — Танарэс, печально глянув на меня, направляется к двери. — Моя армия будет на месте через пять минут.

— Неужели трудно было сначала всё обсудить? — ворчит пошагавший за ним Вааразариз, и тут не выдерживает Элор:

— Если бы вы желали обсуждать, мы бы обсудили! Но вы предпочитали оттягивать переговоры!

«Ри, может, мы пойдём, пока они тут болтают? Вдруг там Неспящие уже на месте… — нервирует меня Жаждущий. — Разомнёмся, пока остальные подтянутся».

Бросаться, сломя голову, без разведки и поддержки? Нет, это слишком глупо.

«Ну опять ты превращаешься в осторожную менталистку, — бубнит Жаждущий. — Мне такое не нравится! Так нам мало крови достанется!»

— Рингран! — император оглядывается на генерала. — Мобилизуй войска, пусть телепортируются и летят на место. Я открою границы.

И пока кивнувший Рингран разворачивается, император обращается к Элемарру.

— Согласно союзническому договору я требую защиты интересов рода Аран от внешних врагов.

— Неспящие не угрожают Аранским, — холодно произносит Элемарр. — Просто избранная твоего сына одержима местью, это она гоняется за Неспящими, а не они за Ней.

— Неспящие присылали убийц в наш дворец, — заговариваю я раньше дёрнувшихся Элора, императора и Ланабет. — Так что по факту они нам угрожают, и договор надо соблюдать.

Презрительно изогнув губы, Элемарр окидывает меня взглядом и неохотно отвечает:

— Мои войска прибудут на место согласно союзническому договору. Только сначала их надо собрать. Координаты вашего Большого озера сообщите.

Элор быстро произносит нужную комбинацию букв и цифр, и Элемарр удаляется.

Последним из иностранных представителей остаётся Беарион. На его лице — безграничная растерянность. Взгляд потерянно скользит по золотому полу, документам на столе.

— Эм, — выдаёт Беарион, поняв, что все на него смотрят. — Я, пожалуй, сообщу своим о том, что пора начинать… э-э, готовиться к битве.

— Сообщите им, — чеканю я, — что вампиры собираются выпустить своего бога, и тогда они поквитаются за отнятые леса.

Беарион прижимает ладонь к символу дерева на груди, к дольке круга, обозначающей его северо-западную долю эльфийских земель.

«И рядом с кем мне придётся сражаться? — искренне огорчён Жаждущий. — Ужас, просто ужас! Они всё завалят!»

— Возможно, вы правы, — почти бормочет Беарион. — Мне стоит поторопиться.

Кивнув, он направляется к выходу, но настолько растерян, что чуть не промахивается мимо двери.

А мы остаёмся вчетвером. С Элором синхронно разворачиваемся к императору и Ланабет. Но мыслями я уже не здесь, а возле Большого озера. Планирую сражение с врагами.

Ощущение стремительно утекающего времени становится почти невыносимым, стискивает грудь.

— Броня для Ри готова? — Элор крепче сжимает мою руку.

Возможно, чтобы не убежала.

— Да, — отзывается император спокойно, а потом, сосредоточив на нём взгляд, нервно вопрошает: — Как так получилось, что вы не согласовали место с архивампирами?! Как вы эту могилу вообще нашли?

— А ты почему с Танарэсом место не обсудил? — вопросом на вопрос отвечает Элор. — Ты тоже знал, что и где мы планировали!

— Думал, ты уже обсудил.

— А я думал, что Санаду знает, где спрятан их бог, но вот как получилось.

«Да хорошо получилось! Отлично просто! — Жаждущий слишком возбуждён, нетерпеливо елозит на талии. — Прекрасно получилось, вы хоть шевелиться начали, а то я бы от старости развалился раньше, чем вы до Неспящих добрались!»

— Где моя броня? — спокойно спрашиваю уставившихся друг на друга Элора и императора с проступившими на скулах золотыми чешуйками. — Давайте уже поторопимся, я хочу оказаться на месте раньше Неспящих.

«Пусть Многоликая побудет бронёй, — Жаждущий чуть с талии не соскакивает. — Только пойдём быстрее! Там же сражение намечается!»

— Авангард наших войск уже должен быть на месте, — император позволяет чешуйкам исчезнуть со своего лица. — Если бы Неспящие были там, Рингран бы об этом сообщил. Но он не сообщил, и метка связи с ним активна, так что он жив.

— Неспящие могут появиться в любой момент! — синхронно произношу я с Элором.

Все переглядываемся, император качает головой:

— Знаю. Но мы же победить хотим, а не быстро и красиво умереть. Всем надо надеть броню. Позвать Арена с Лином. Гномье оружие прихватить, у нас там конфискат новый появился, нечего ему без дела валяться.

«Да я до места быстрее доползу, чем вы соберётесь!» — пылает негодованием Жаждущий.

Но он ошибается, потому что у нас просто не остаётся времени на размеренные сборы.

Приготовленная для меня броня хранится в сокровищнице. Мы вместе по винтовой лестнице тайного хода спускаемся под землю.

«Ну же, быстрее, быстрее!» — торопит Жаждущий.

Элор, Ланабет и император, перескакивая ступени, почти беспрерывно общаются через родовые метки. А мне и поговорить не с кем, приказать некому: свои деньги, ещё не полностью освобождённые из собственности, я так и не вложила в личные войска, а то, что вложила, надо оставить в Новом Дрэнте: Неспящие вполне могут устроить отвлекающий удар, чтобы оттянуть наши силы от Большого озера. Ланабет, наверное, приказывает ИСБ усилить меры безопасности. Элор дёргает те из наших военных сил, на которые можно относительно положиться. Императору вовсе хорошо: ему поступает самая свежая информация с места событий.

Поэтому я согласна с Жаждущим, мне тоже хочется всех поторапливать: «Быстрее, быстрее!»

Но даже почти сбегая по ступеням я поддерживаю внешнюю невозмутимость.

Возможно, этой ночью случится битва, которую я ждала шестнадцать лет, и в моей душе нет покоя. Нет прежнего непоколебимого стремления идти до конца.

Мне страшно. Не столько за себя, сколько за близких мне существ.

Спуск заканчивается быстро, Элор и император сворачивают в ответвление коридора. Открывается одна из ближайших дверей. В небольшой комнате на манекенах сверкают чешуйчатые доспехи: три мужских золотых, женский золотой и женский серебряный. Два манекена — женский и мужской — пустуют.

Из всех присутствующих эти доспехи по-настоящему нужны только Ланабет и мне, потому что мы не превращаемся в драконов.

Я на ходу расстёгиваю и стягиваю длиннополый сюрко, закидываю на свободный манекен, туда же забрасываю рубашку с широкими рукавами и принимаюсь за броню: снимаю её, чтобы освободить нижнюю рубашку из магически уплотнённой ткани.

— Не смотри! — рыкает Элор.

— Даже не думаю, — уверяет переодевающийся император. — Но и ты тоже не смотри!

Несколько мгновений слышен только шелест одежды и позвякивание магически усиленной чешуи.

— Есть изменения в обстановке? — спрашиваю я.

— Нет, — почти сразу отзывается император.

— А я вот думаю, — произношу я, перестёгивая Многоликую с негодующим из-за медлительности Жаждущим. — Среди Неспящих должны быть высшие вампиры. Как минимум один. Они не вполне материальны. Могут они пройти сквозь землю прямо к могиле?

Зловещая тишина опускается на комнату, пока все думают. А стоит только императору сказать «Не знаю», мы отмираем и с нервной стремительностью заканчиваем переодевание.

Конфискат гномьего оружия хранится в соседней комнате, там мы быстро запасаемся гранатами, пистолетами, уже снабжёнными удобными техногенными перевязями.

— И взрывчатку возьмём, — император указывает на два ящика в углу. — Вдруг пригодится.

— Думаешь, таким можно убить бога? — интересуется Элор вполне серьёзно. — Нергал же был человеком, наверное, он слабее других богов…

Император оглядывается на Элора тревожно, будто цыкнуть хочет. А меня впечатляет столь смелое высказывание. Замахнуться на бога мог, наверное, только Элор.

— Арен уже на месте, — предупреждает Ланабет, поводя руками в воздухе. — Валерия в их сокровищнице под охраной гвардейцев. Открываю канал телепортации прямо отсюда. После нашего ухода защитные чары запечатают территорию, и дворец перейдёт в режим цитадели.

Разумная предосторожность на случай, если Неспящие попробуют ударить сюда.

Надеюсь, остальные правители догадаются прикрыть тылы.

— Ри, мы только за глефой моей телепортируемся сначала, а потом на Большое озеро, — Элор берёт ящик взрывчатки, император прихватывает второй.

И Элор ставит свой ящик на ящик в руках отца, подходит ко мне, кладёт горячую ладонь на плечо.

— Готовы? — Ланабет смотрит на каждого, ожидая подтверждающего кивка.

Когда её механические глаза сосредотачиваются на мне, она едва заметно улыбается. Я киваю.

— Можно телепортироваться, — сообщает Ланабет.

Золотое пламя окутывает наши фигуры. Я бы не стала телепортироваться в Новый Дрэнт, если бы не уловила в голосе Элора искренность: он правда хочет взять глефу.

Это настолько необычно, что я соглашаюсь потратить пару минут на дополнительный рывок.

Наше появление в спальне заставляет магические сферы вспыхнуть, озаряя постель, кресла, двери, видимую в проём часть ванной комнаты.

— Секундочку, — Элор падает перед кроватью на колени и вытаскивает оттуда длинный лакированный ящик.

Спина Элора выглядит немного напряжённой, топорщатся клапаны на броне. Рассматривая его, оценивая стать и любуясь, я замечаю:

— Обычно ты не пользуешься глефой

«Да сколько можно? — чуть не воет Жаждущий. — Ты меня на битву нести должна, а не об участии его глефы беспокоиться!»

Элор грустно усмехается.

— Мне всегда казалось неправильным брать в бой женщину, чтобы ставить её между собой и врагом, — он с щелчком раскрывает замки большого чехла.

В сиянии сфер глефа вспыхивает золотом. Прекрасная, совершенная… женщина.

Элор проводит по ней своими красивыми пальцами:

— Но раз в этот бой идёт моя самая дорогая женщина, справедливо взять и её.

Ухватив изящное древко, Элор поднимается и разворачивается ко мне. Он печален. И смертельно серьёзен. А то, что я не ощущаю его чувства, снова тревожит: я же знаю, что словами можно манипулировать так, что и ложь покажется правдой. Возможно, сообщая о крюке за глефой, Элор подразумевал, что дальше он отправится один.

Возможно, мне стоит немедленно телепортироваться, пока он не мешает, но…

Я ему доверяюсь.

Позволяю приблизиться.

Остановиться, согревая меня жаром окружающего его воздуха.

Смотреть в глаза так печально.

Его лицо с золотыми отсветами лезвия на скуле и кончике носа так близко. Его рыжие снова растрепавшиеся кудри, будто умоляющие ухватиться за них. Дёргающийся уголок губ.

— Ри… Я знаю, что между нами всё довольно сложно. И у меня проблемы с доверием. Но даже так, хотя я опасаюсь, я всё же не представляю жизни без тебя. Ты… пожалуйста, выживи, потому что я, правда, без тебя не смогу. Пожалуйста.

Элор шагает ещё ближе, опаляя жаром и запахом раскалённого металла со сладостью корицы.

— Пожалуйста! — с надрывом умоляет он. — Будь осторожна, побереги себя в бою.

Слишком много эмоций, от них немеет язык и сковывает грудь.

Обняв свободной рукой, Элор притягивает меня, целует лоб, глаза, нос, губы. Не чувственно, а лихорадочно-жадно, словно тонущий в попытке надышаться воздухом.

— Пообещай мне, — просит Элор. — Пообещай мне, что будешь осторожна.

«Если бы я не был уруми, меня бы стошнило», — сообщает Жаждущий.

— Ри… — ждёт обещания Элор. — Ри… ты последняя драконесса с ментальными способностями, таких больше нет. Не умирай хотя бы ради возможности продолжить свой род. Пожалуйста, пообещай не рисковать слишком сильно.

— Элор, — наконец получается выдавить. — Я постараюсь выжить и даже остаться целой. Обещаю.

Судорожно выдохнув, Элор, наконец, активирует заклинание телепортации, и нас уносит к Большому озеру, скрывающему под собой могилу Нергала.