Глава 13

Зубы стучали о чашку горячего шоколада. Меня потряхивало. То ли от осознания, что в Башне порядка я провела целых две недели*, то ли от стыда за то, что бросилась на принца Элоранарра, как ребёнок. Хорошо ещё, он отнёсся к этому с пониманием и, погладив по голове, сказал: «Ничего, я первые раз пять так же вылетал отсюда, на маму или отца вешался, ещё и рыдал взахлёб. Ты неплохо держишься», и тактично не упомянул о том, что тогда он был намного младше меня.

А может виной моей дрожи был переизбыток чужих эмоций, проникающих сквозь не настроенные на их полное поглощение ментальные щиты правителей. На диване слева сидела Диора и обнимала меня сильными руками. С правой стороны грела Вейра, склонившая голову мне на плечо. Их тепло, их насыщенные цветочно-пряные ароматы, их неподдельное сочувствие ко мне и возмущение окутывали меня, проникали под кожу, будто отравляли.

— Ненавижу эту Башню порядка, — ворчала Вейра.

— Сущий-сущий кошмар! — подтвердила Диора. — Я как-то раз там два дня просидела, думала, с ума сойду, а ты там столько взаперти оставался…

— Ничего, скоро придёшь в себя, — Вейра приподнялась и погладила меня по голове. — Мы же драконы, мы самые сильные, мы со всем справляемся.

Но сильнее всего полыхала ярость принца Элоранарра, сочилась сквозь приоткрытую дверь, за которой он, перегородив лестницу, разговаривал с императрицей Ланабет. Та действительно никому не сказала о моём заточении в Башне порядка, принц узнал об этом случайно благодаря тому, что наступило время пополнить запасы еды, и сразу же меня выпустил. И этому императрица не обрадовалась. Принц Элоранарр успел меня только в свою башню завести и Вейре с Диорой передать, как она тут же явилась и потребовала вернуть меня в Башню порядка, потому что бывший заместитель принца Элоранарра — граф Мэлирак — убит, и со мной ещё не всё ясно.

От этого известия меня затрясло: вдруг меня снова вернут в эти чёрные стены и будут держать там, пока не признаюсь?

— Ты ничего не понимаешь, человек! — принц Элоранарр почти рычал. — Для драконов находиться там — пытка, и подготавливают к ней постепенно, иначе там можно сойти с ума!

— Не повышай на меня голос! В Башне порядка безопасно.

Я сжалась, ожидая, что императрица Ланабет расскажет мой секрет.

— Для того, кто к Башне привык! Для меня, для отца, для Лина и Арена, даже Вейра с Диорой там побывали и в состоянии некоторое время…

— Ты должен был сначала это объяснить, а потом выпускать…

— Это мой секретарь, как ты посмела что-то с ним делать, не предупредив меня?!

— Он не твой секретарь, он секретарь главы ИСБ, а ты таковым больше не являешься.

В башне принца стало очень тихо. Диора скорчила гримасу и одними губами произнесла:

— Опять она по больному…

Я вжалась в спинку дивана. Не знаю, что буду делать, если сейчас явятся гвардейцы меня арестовывать, но в Башне порядка я больше не выдержу. Диора забрала чашку с шоколадом из моих дрожащих рук и отставила на столик. Вейра обняла меня крепко-крепко.

— Не бойся, — прошептала Диора, тоже меня обнимая. — Элорчик своё не отдаёт.

Снова заговорил принц Элоранарр — чеканно и жёстко:

— Значит, Халэнн сейчас напишет заявление об освобождении от должности секретаря главы ИСБ и напишет заявление с просьбой принять его на службу моим личным секретарём.

— Я же говорила, — совсем тихо шепнула Диора.

— Это безответственно, — заявила императрица Ланабет. — Халэнн может быть причастен к проникновению агентов Культа в ИСБ и массовым убийствам, а ты мешаешь проверке.

— Сидение в Башне порядка — это не проверка, а издевательство. Если ты надеялась получить признание Халэнна, то ещё через неделю он подтвердил бы любой бред, лишь бы выбраться оттуда. Он остаётся здесь у меня, пусть твой ставленник занимается расследованием более тщательно и результативно, не цепляясь к моему секретарю.

— Если бы к Халэнну действительно цеплялись, он бы сидел в тюрьме. Башня порядка была выбрана как оптимальное место задержания. И он жив, в отличие от многих других свидетелей дела об убийстве Видящих. Подумай об этом, прежде чем в очередной раз обвинять меня в жестокости и неправомерных действиях.

— Халэнн появился в ИСБ накануне Ночи слепоты, это слишком поздно, чтобы быть наводчиком, и слишком глупо для шпиона, ведь после такого преступления следовало ожидать массовых проверок. Это просто совпадение! А ты без подготовки заперла его в Башню порядка!

Ночь слепоты… значит, так они назвали этот кошмар с убийством Видящих.

— До Ночи слепоты мне казалось, что идея убить всех Видящих глупая и бессмысленная, — устало отозвалась императрица Ланабет, — но Культ это провернул, он мог и агента своего заслать с расчётом на то, что мы тоже посчитаем его появление непосредственно перед бойней случайным совпадением.

— Повторюсь: пошевели своего ставленника. Понимаю, покойников поднимать и зомби командовать это не то же самое, что управлять ИСБ, но пора бы ему представить толковые результаты своей деятельности.

— Если бы ты лучше исполнял свои обязанности, мне бы не пришлось просить Астелиса занять твою должность.

— Судя по расторопности и результативности этого якобы во всех отношениях превосходящего меня молодого человека, он бы тоже не смог предотвратить Ночь слепоты.

— Ну почему же. Сейчас хранением всех стратегических сведений занимаются его зомби, если бы зомби и раньше хранили информацию о личностях Видящих, убийцы смогли бы достать только тех из них, кто совсем не скрывался. Но это бессмысленный разговор. Получилось так, как получилось, нам остаётся только разбираться с последствиями.

— Но это не повод хватать всех подряд и запихивать в Башню порядка!

— Элор, не преувеличивай. Халэнн сам пошёл со мной, сам согласился остаться в Башне порядка на время следствия.

Мне захотелось крикнуть, что я не знала, на что соглашаюсь. Удивительно, но это же самое сказал и принц Элоранарр:

— Он не понимал, на что соглашался. Это было достаточное наказание, теперь оставь его в покое.

— Следствие не завершено. Я могу приказать, и Халэнна выведут из твоей башни силой.

— Только попробуй.

— Но я не хочу очередной ссоры между тобой и Каритом, поэтому я оставляю Халэнна на твоё попечение и под твою полную ответственность. Если он преступник и сбежит, причинит кому-нибудь вред или передаст информацию нашим врагам — это будет целиком и полностью твоя вина. Поэтому следи за ним тщательно. Если ошибёшься и в этом, сам понимаешь, как это будет выглядеть и как к этому отнесётся Карит.

Стало так тихо… Казалось, все звуки просто заморозило. А потом внизу щёлкнула дверь. Похоже, императрица Ланабет ушла.

Мороз пробежал по моей коже. В следующий миг башню пронзил гневный рык. Стена треснула от удара, шёлковые обои вздыбились из-за выперших осколков. Драконицы мигом отсели от меня к подлокотникам дивана. Обе боялись. А вот от принца Элоранарра эмоций не исходило, похоже, он перевёл щит правителей на полную изоляцию, но мне от этого стало только страшнее.

Судя по шорохам крыльев и звукам ударов по стенам, принц Элоранарр поднялся на самый верх башни. Там громыхнула дверь. Принц Элоранарр спикировал до нашего третьего этажа и ворвался в гостиную. Швырнул на столик возле дивана листы бумаги и протянул мне перо с самовосполняющимися чернилами.

— Пиши заявление об уходе со службы в ИСБ, — прорычал он. — А потом заявление с просьбой принять тебя моим личным секретарём.

Вообще-то мне нужна была служба именно в ИСБ, и я не теряла надежду, что меня оправдают и возьмут туда, но принц Элоранарр нависал надо мной, его золотистые глаза казались чёрными, по рыжим волосам проскальзывали разряды статического электричества, а на кончиках пальцев тлели искры.

Он был в бешенстве.

Поспешно схватив перо, я стала писать заявление об уходе со службы в ИСБ, хотя всё внутри протестовало против такого варианта. Принц Элоранарр стоял рядом, следя за каждым движением, не позволяя помедлить ни секунды. Высказывать сомнения было страшно.

— Ланабет никогда не отступает от своего, — мрачно сказал он. — Пока поживёшь в моей башне. Без меня никуда не выходить. Вейру с Диорой не трогать, на их провокации не реагировать. В мою комнату не входить. Можешь занять любую гостиную.

Принц Элоранарр так и стоял надо мной, пока я не закончила. Тогда он забрал перо, подписал заявление о принятии меня на должность своего личного секретаря, взял оба листа и вышел.

Вейра и Диора облегчённо выдохнули. А я не могла: всё шло совсем не так, как я планировала.

_____________

* Две недели по местному календарю — это двадцать дней.