Глава 48. Александр

Заходим в дом.

Тихо, пространство наполняет еле слышный гул кондиционеров.

Свет не включаем, светим фонариками, и эти жёлтые лучи, что пересекают большой холл, в далёкое прошлое меня утягивают, когда я чем-то подобным вынужден был промышлять.

И сейчас я бы от этой затеи отказался.

Но назад не сдать, Микки со шрамами ждёт свою долю.

— Так, — говорю негромко и на столе возле дивана расправляю план. Маню пальцем за спину, и оттуда на карту падает свет. — Картины в специально оборудованном помещении, там температура воздуха, влажность, все такое, — ладонью разглаживаю закручивающийся план и прослеживаю путь. — Сначала направо, потом по коридору, мимо кабинета, и будет хранилище. Оно заперто, так что, — сую план подмышку и оглядываюсь. — Всем все ясно?

Помощники кивают.

— Вперёд, — шагаю первым.

Везде светлые ковры, они глушат шаги, но наша банда наверняка наследит, останутся пятна.

С другой стороны, скрываться я и не собирался, пусть Вест вернётся и сразу заметит, что картины сперли.

А потом уже мы поговорим.

И придем к компромиссу.

Надеюсь.

Ведь город я делить больше не хочу, это ему ответка за мой груз, за мои точки, за то, что он борзый такой.

Идём мимо кабинета.

И за дверью вдруг раздается негромкий девичий смех. А следом мужской голос, что-то невнятно бормочет.

Замираю и, пораженный, оглядываюсь на помощников, фонариком освещаю их лица.

Они щурятся.

Мне хочется спросить: какого черта в доме кто-то есть, за что информаторы свою зарплату получают?

— Босс, — Вовчик, большой и грузный, на цыпочках крадётся ко мне. — Дом пустой, железно, Вест свалил в театр, а…

— А там тогда кто, — шепотом кричу, вплетаясь в женский смех.

Смотрю на дверь, на пробивающуюся внизу слабую полосу света. Берусь за ручку.

И, помедлив, распахиваю створку.

Кто-то кратко взвизгивает. Взглядом сканирую помещение.

Шкаф, кожаный диван, большой стол, на нем горит лампа.

И сидит, широко раздвинув ноги, какая-то блондинистая девица с бокалом в руках. Рядом пристроился бритоголовый тип в форме охранника, он вовсю дымит толстой сигарой.

То есть уже не дымит, а кашляет, подавившись, тушит ее в пепельнице и одновременно пытается выхватить из кобуры оружие.

— Стоять, — приказывает Вовчик, сдвигает меня, защищая, держит того на прицеле.

А я смеюсь.

Охранник, пока босс в театре, пригласил в дом подружку, и зная Леху, любителя покутить, времени у них до полуночи, не меньше, а потом карета в тыкву, и золушка восвояси, коллекционное вино и сигары откладываются до следующего раза.

— Что за на… — охранник длинно матерится, подружка его сидит полуживая, судорожно натягивает задравшееся платье.

— Отлично устроились, — оцениваю обстановку. Поворачиваюсь к помощнику. — За девушкой последите пока. А этого, — киваю на охранника, — с собой, ключ от хранилища вытрясите. А я сейчас.

По коридору сдвигаюсь в сторону, достаю телефон. Выжидаю, пока охранника, заломив руку, протащат мимо.

Дело сделано почти.

Осталось забрать картины, и я освободился.

Набираю зайку, прижимаю к уху телефон. Слушаю гудки и расхаживаю в коридоре.

Вызов сменяется механическим голосом, докладывающим, что абонент недоступен. Хмурюсь и набираю снова.

И ещё раз.

Мы же договаривались. Куда она делась, не слышит, ужин готовит?

— Босс, — гаркает Вовчик. — Открыли, заходим?

— Да, — иду к нему, хлопаю по спине и за ним вхожу в помещение.

Свет неяркий, словно очень слабые лампы, в стенах ниши, завешанные короткими шторами.

Парни выгружают картины.

Охранник молча за этим наблюдает, лоб наморщен, репетирует, похоже, что скажет Весту.

— Ты на волнуйся, — советую ему миролюбиво. — Скажешь, что я в гостях был, знаешь ведь кто я?

Он косится на меня, и кивает.

— И ладушки, — слежу, как заворачивают картины, пакуют их в картонные ящики, достаю из кармана телефон и проверяю экран.

Зайка не перезванивает, я слегка тревожусь.

Может, я очень настойчив?

Давно у меня серьезных отношений не было, да, можно сказать, никогда.

— Ладно, — говорю, когда парни выходят с картинами. Глазами показываю на охранника. — Этого связать что ли надо. И забрать телефон, пусть пока не трезвонит никуда.

— А девушку? — волнуется Вовчик.

— Девушка идёт пусть, — решаю. Испугалась, когда мы завалились, вряд ли обратно побежит, если отпустить.

А мы как раз доберёмся до склада.

Выходим из дома, распахиваю куртку. Вдыхаю прохладный воздух и торможу у машины.

— Я за вами еду, — говорю помощникам и лезу в джип.

По дороге, не выдержав, опять набираю Алёну, слушаю гудки.

Десять звонков без ответа спустя оставляю парней у склада. 12440fd

— На сегодня все, отдыхайте, — сверяюсь с часами, уже половина одиннадцатого.

И, как я и обещал, к дому зайки добираюсь в одиннадцать ровно.

Паркуюсь в знакомом дворе.

Продолжаю названивать и уже не на шутку нервничаю, с ней что-то случилось, не могла же она просто передумать, не может специально меня игнорировать?

Это просто смешно, пацаном себя чувствую. И когда гудки на том конце обрываются, я выдыхаю.

— Алло, Алена, — от облегчения смеюсь. — Ты что там, пир на весь мир закатила? Я уже подъехал, какой номер квартиры?

— Алена не дома, — отвечает мне мужской голос. Машинально отрываю телефон от уха и рассеянно вчитываюсь в имя на экране — нет, я не ошибся. Слышу бормотание из динамика, вжимаю трубку в ухо… — очень красивая, люблю я рыжих, — продолжает голос, и тут я его узнаю. И морщусь, — о красоте твоей телки можем поговорить прямо сейчас, если хочешь, приезжай. Скину адрес, — развязно тянет он, будто наслаждается, понимает, что я каждое слово ловлю. — Жду, — кратко заканчивает.

И сотовый замолкает.