Глава 30
Зверев Андрей
Если кто и удивился, что пилотом вертолёта оказался миллиардер — Зверев Дмитрий Леонидович, то только про себя. Наша пятёрка вообще не отличалась болтливостью. Напряжение витало в воздухе, и нам было не до того, чтобы делиться впечатлениями от происходящего… без того понятно, что оно — дерьмовое!
Посёлок, который находился примерно на полпути между Питером и Москвой, настолько занесло снегом, что садиться нам пришлось прямо на дороге, как в грёбаном американском боевике.
Дядя Рома бросился в сторону не так давно купленного поместья самым первым. За ним — Антон и Александр Михайлович.
— Андрей, — строго произнёс отец, в прошлом боксёр, быстро устремляясь вперёд, — смотри в оба… — папа нахмурился, да и я тоже, удивляясь звукам пианино, постепенно нарастающим с нашим приближением. — Что за чёрт?
Только наша группа свернула за поворот, минуя хвойную растительность участка, все вросли в снег, в шоке уставившись на… на Вику.
Блондинка сидела в куртке за фортепиано и играла что-то траурное.
— Что за…
— Как тут оказался рояль?
— Это точно он… только настоящий псих способен на такое…
Медленно приблизившись к Ташкевич, опасливо озираясь по сторонам, Роман Иванович тронул девушку за плечо.
— Милая…
Девушка резко дёрнула голову, не переставая играть. В её голубых глазищах стояли слёзы.
— Папа… наконец-то! Спаси их! Найди… они где-то тут… — яростный шёпот был способен мужика со стальными нервами повергнуть в ужас, не то что отца, сына которого украл какой-то ублюдок!
Я кинулся в ветхий особняк, который чета Ташкевич планировала ремонтировать будущей весной, но отец дёрнул меня обратно.
— Ты больной? Так сразу нельзя! Сначала проверим окрестности. Если Яна с детьми на улице, то…
— Мы внутрь! — с готовностью кивнул напарник дяди Ромы, со страхом продолжавшего смотреть на свою дочь, пальцы которой посинели на холоде.
«Им холодно… холодно…»
— Идём! — мы с отцом бросились к сараям, Антон, дядя Рома и Александр Михайлович — в дом.
Хозпостройки были пусты. Пролазив по сараям, плотни, осмотрев сад, мы никого не нашли.
— Идём в дом.
Вика заиграла что-то тоскливое. В груди без того сжималось от страха… впрочем, упрямая девушка наотрез отказалась вставать, объяснив своё нежелание жутким приказом: «Если перестану играть — они умрут. Так сказал Он. Пока вы не покажете Киру, Яну и Диму, я буду играть!»
— Сын! Ничего. Идём в дом. Видел? Наверху горел свет? Уверен, оперативники-идиоты именно там…
— Отец! Нашёл время! — презрение Зверева к правоохранительным органам знали все.
— Я тебе точно говорю! Надо идти в подвал!
Войдя в холл огромного особняка, услышал движение на втором этаже.
— Да. Они там. Идём в подвал…
Когда я ногой выбил дверь, в нос ударил затхлый запах погреба. Слева в наступающей темноте кто-то пискнул.
— Дима? Яна?
— Папа!!!
Из-за стеллажа на меня выбежал мой родной ребёнок, которого подхватил на руки и прижал к себе, боясь отпускать.
— Сыночек… Ты живой…
— Андрей… — из темноты послышался жалобный голос Яны.
— Андрей, некогда разводить нюни! — рявкнул отец, хватая за шиворот перепуганную Киру. — Бери детей! Выводи их на хрен из этой… о, Господи! Тут всё заминировано!
Я дёрнулся к двери, ведущей к ступенькам из подвала.6dfffc
— Эй! — оказавшись в холле, чувствуя спиной, как отец идёт за мной, поднял голову около лестницы на второй-третий этаж. — Мы их нашли! Быстрее выходим!
Топот ног, и появился Антон, за ним ещё кто-то, я поспешил на выход.
Увидев нас, Вика облегчённо выдохнула, замирая пальцами на клавишах.
— НЕТ! ИГРАЙ!
Девушка непонимающе поднялась, видимо, не разобрав мой крик.
Бахнул взрыв, срывая полы дома столбом огня.
Ударная волна, и я полетел в сугроб с кричащими детьми.
Спину обожгло болью.
Резко сев на задницу, стал лихорадочно проверять целостность двух маленьких драгоценностей, чья жизнь была бесценна.
— Дима, ты цел?
— Да, папа. Кира, не плачь, — девочка прижалась к куртке Димки, дрожа и поскуливая, как щенок. — Нас спасли.
— Хочу к маме…
— Скоро. Скоро… — у меня внутри всё переворачивалось от страха. Сил не было, чтобы повернуть голову назад. Меня хватило только на то, чтобы смотреть на Вику.
Маленькая хрупкая блондинка упала на колени… и смеялась истерическим нездоровым смехом.
Издалека послышался вой серен.
— Суки, — прокомментировал сзади мой отец, позволяя тугому кому в моей груди немного ослабить узел, — как всегда — вовремя!
Обернувшись, увидел валяющегося на снегу отца с Яной в руках. Лицо Дементьевой, ноги и грудь были залиты кровью. Рядом лежал Антоха… по-моему, без сознания. Чуть левее, так же не подавая признаков жизни, на очищенной от снега брусчатке, распластался Александр Михайлович.
— А где дядя Рома?
Ночное небо полыхало красным маревом, идущим от горящего особняка, из которого выбраться удалось не всем…
