Глава 17. Открыть новую дверь

Служанка растолкала меня довольно бесцеремонно, она что-то непрерывно лопотала, одновременно извиняясь и понукая. Мол, её дело маленькое, хозяева велели барышню одеть и доставить к машине, а как она это сделает, никого не волнует. Я и сама прекрасно понимала, что тянуть с отъездом нельзя. Двигалась, как полуживая, полностью отдавшись в руки помощницы. Через четверть часа я – умытая, причёсанная и одетая – спустилась вниз, где меня ждали родители вместе с бодрым и невероятно свежим герцогом, облачённым в неизменную кожаную куртку. Сначала меня крепко обнял отец, потом мама, она и сказала, что кухарка собрала нам провизию в дорогу, так как его светлость не согласился завтракать дома. Идиан считал, что драгоценна каждая минута. Он велел мне сесть на заднее сиденье, распахнул дверь и недовольно обернулся. На крыльцо, тяжело опираясь на клюку, вышел Байони. Я тоже посмотрела на него и махнула рукой на прощание. – Ненавижу! – крикнул мне олень. – Ты будешь виновата, если Дусю казнят. Слышать это было очень обидно. Я не ответила, отвернулась и села в машину. – Когда будем подъезжать к воротам, ляг и накройся пледом. Наблюдатели снаружи не должны тебя заметить, – тихо сказал мне Идиан. – А как же Байони? Он меня видел. – Так и должно быть. Его отпустят ближе к вечеру, мы успеем далеко уехать, когда двуликие узнают, что ты покинула поместье Довери. Едва автомобиль выкатился на подъездную аллею, а дом скрылся за деревьями, я улеглась на заботливо приготовленную подушку, закуталась в пахнущий шерстью плед и почти мгновенно задремала. Было очень приятно спать под ровный рокот мотора, чувствуя плавное покачивание. У меня возникло чувство защищённости, какого, пожалуй, не было ещё никогда. А всё потому, что на моём пальце поблёскивало красивое колечко с бриллиантами – верный знак нашей крепкой любви с герцогом Сияющим. Этот сильный, умный, уверенный мужчина готов защищать меня ценой своей жизни. Я очень надеялась, что такого не потребуется, но всё-таки радовалась своей уверенности в нём. Перекусили мы ближе к обеду, остановившись на околице какого-то села. Пирожки с творожным сыром и травяной чай из термоса здорово подкрепили силы. – Как считаешь, – спросил меня герцог, – нужно останавливаться на ночлег, или попробуем доехать до Голотака? Я пожала плечами: – Ты за рулём, тебе и решать. Я могу спать и здесь. – Тогда вперёд! Не представляю, как он рулил почти сутки с двумя короткими остановками. Уже ночью мы ненадолго задержались у придорожного трактира, где Идиан попросил две большие чашки бодрящего напитка. Я-то думала, что одна из них для меня, ан нет! Оказалось, что пассажирке достаточно тёплого молока с калачом. Водитель же взбодрился так, что глаза его стали блестеть лихорадочно, и мы поехали дальше. Какое всё-таки чудесное изобретение автомобиль! Лет десять назад никто и подумать не мог, что из нашего имения можно добраться до столицы, не давая отдыха лошадям. Миновав предместья Голотака, машина свернула на проспект, ведущий к императорскому кварталу. – Как – удивилась я, – разве мы не в замок? – Спрячем тебя во дворце, – улыбнулся, обернувшись ко мне, Идиан. – Погоди! Я не могла в таком виде предстать перед их величествами! Дорожный костюм, довольно помятое от не слишком удобного сна лицо… – Не переживай, – догадался о моих мыслях герцог, – вряд ли Айсандра и Лисандр встречают непрошеных гостей лично. Нами займётся камердинер. – Хочешь сказать, что кто угодно может вот так без предупреждения завалиться в императорский дворец? – Кто угодно не может, а герцог Идиан Сияющий и его невеста могут. У меня, конечно, были возражения, но в глубине души я понимала, что действует Идиан исключительно в моих интересах. В результате о моём убежище не знали даже родители, не то что шпионы двуликих. «Привыкай, Дина, – сказала я себе, – раз согласилась идти замуж за друга императора, придётся стать великосветской особой». Ворота дворцового парка открылись загодя. Мы проехали по центральной аллее, обогнули главное здание и остановились у небольшого флигеля. Здесь нас как будто ждали. Шустрый камердинер, непрерывно кланяясь, проводил меня в покои, заверил, что скоро подадут обед. Идиан, передав меня в заботливые руки служанок, удалился. Сказал, что намерен доложить его величеству добытую нами информацию. Какую? Я не совсем поняла, да и не очень-то соображала после долгого пути. Мне было немного не по себе, после того как мой любимый ушёл, однако доброжелательная и очень уютная атмосфера довольно скоро примирила меня с возникшей ситуацией. В конце концов, я не в плену у двуликих, и это уже чудесно. Вспомнив Дусю, загрустила. Оленихе оставалось жить четыре дня, если мы ничего не придумаем. Может быть, всё-таки придумаем? ***Герцог Идиан Сияющий Убедившись, что его невесту разместили со всеми возможными удобствами и обращаются с ней уважительно, а также тщательно проверив надёжность охраны, Идиан на скорую руку привёл себя в порядок и отправился в главное здание. Нужно было как можно скорее обсудить с императором судьбу двуликих. Надо же – мысленно удивлялся он – знакомство его с юной графиней Довери состоялось на праздновании Ночи оборотня, и с тех пор представители этой расы без конца вмешиваются в их отношения. Можно подумать, что высшие силы выбрали их пару, чтобы разрешить давно назревшее противоречие между анклавом и остальной частью империи. Так это или нет, но герцог Сияющий со всей присущей ему страстью намеревался убедить друга срочно принять меры по спасению Дуси, а также начать переговоры с представителями двуликих. Немного разобравшись в психологии оборотней, Идиан не сомневался, что в противном случае Дианита никогда не сможет чувствовать себя в безопасности. Ей будут мстить либо за гибель оленихи, либо за пленение предводителей бунтовщиков, а скорее всего, и за то, и за другое. Какова будет их семейная жизнь при постоянной угрозе свободе Дианиты? Невозможно десятилетия напролёт прятаться в императорском дворце. Чем это лучше плена? Объявив камердинеру императора о своём желании пообщаться с его величеством, Идиан с непроницаемым выражением лица выслушал доклад об утверждённом распорядке дня Лисандра, где не было ни одной лишней минутки для встречи с приятелем, понимающе кивнул и твёрдо сказал: – Тем не менее прошу доложить, что разговор чрезвычайно важен, я буду ожидать в кабинете столько, сколько потребуется. Камердинер нервно дёрнулся, но Идиан, больше не обращая на него внимания, направился по коридору в сторону тайной арки, ведущий в комнату, где они с другом имели обыкновение встречаться без лишних свидетелей. Нисколько не сомневался, что Лисандр явится незамедлительно. Кончено, услышав, что Сияющий чуть не силой добивается аудиенции, правитель сообразит, что дело не терпит отлагательств и с лёгкостью перенесёт другие намеченные встречи. Так и случилось, и всё же выглядел император недовольным, а начал с упрёков: – Что ты себе позволяешь, Иди? Бедняга Кооли чуть не поседел от страха, передавая мне твои слова. – Это срочно, – с поклоном ответил Идиан. – Если требуется моё разрешение на пребывание во дворце, ты знаешь, что ты всегда желанный гость, как и твоя ассистентка… – Дианита – моя невеста. Я просил её руки у графа и графини Довери, счастлив, что получил согласие. – Вот как? – просиял император. – Мой стойкий друг всё-таки поддался обаянию юной чаровницы! Рад! Искренне рад. Поздравляю. Когда свадьба? Герцог покачал головой: – Графине угрожают. Именно поэтому я привёз её сюда, надеясь на защиту. – Кто же посмел? – Двуликие не смирились с потерей талантливой менталистки и по-прежнему хотят заполучить её. Выдвинули условия. – Какие могут быть условия? – фыркнул Лисандр. – Они совсем ничего не соображают? – Ты помнишь, как нам удалось спастись? – Маркиз рассказал во всех подробностях, – кивнул его величество. – Так вот, сородичи судили олениху, которая защитила Дианиту от ножа, а потом привела жандармов на поляну, где нас всех едва не прикончили. Приговорили нашу отважную спасительницу, как ты можешь догадаться, к смерти. – Что ж, – пожал плечами Лисандр, – это как раз неудивительно, но при чём тут Дианита? – Оборотни сообщили, что спасти Дусю она может, лишь сдавшись им добровольно. Сроку – четыре дня. Вообще неделя, но три дня уже миновало. – Какая глупость! Неужели они всерьёз рассчитывают, что мы позволим графине совершить предательство, пусть и с благородной целью? Идиан поднялся с кресла и прошёлся по кабинету, ритмично ударяя ладонью по кулаку другой руки. Остановился он напротив императора, в последний раз особенно звонко стукнул кулаком по ладони и снова заговорил: – Не без оснований полагаю, что несчастную олениху убьют в любом случае. И ещё, если Дианита не согласится на их условия, двуликие будут искать другой способ, как её заполучить. Кроме того, в опасности не только она. Стоит кому-то другому проявить магические способности, он рискует оказаться в круге интересов повстанцев. После того как охранка арестовала почти всю их верхушку, оборотни просто озверели. После этих слов император поднял руки, переплетя пальцы и обхватив ладонями затылок, и уставился в потолок с таким видом, будто впервые увидел росписи на нём. Лисандр молчал довольно долго. Идиан не тревожил друга, прекрасно понимая, что ему требуется время на осмысление новой информации. Наконец правитель разомкнул губы и, не меняя позы, поинтересовался: – И что же ты предлагаешь? – Думаю, твой указ о выделении двуликим земель за Вельерским хребтом решит многие проблемы. – Указы не делаются в один день. – Уверен, что ты уже обдумывал этот вопрос и советовался… – Да. Советовался. Сторонников и противников пятьдесят на пятьдесят. – Ограничив срок на переселение, например, полугодом и предупредив, что оставшиеся в империи двуликие должны будут получать разрешение на проживание здесь, ты займёшь их более насущными проблемами, что возня со студентами в университетах и рабочими на заводах и фабриках. – А также отловом симпатичных менталисток, – хмыкнул император и посмотрел наконец на Идиана. – У меня есть условие. – Условие чего? – не понял герцог. – Я займусь проработкой твоего предложения прямо сегодня. Однако полагаю, что нам следует обсудить предстоящие перемены с теми, ради кого всё, собственно, затевается. – С двуликими? Ты собираешься отправлять советников к ним в леса? – Зачем же в леса? Ты сам сказал, что всё руководство оборотней у нас. – Не думаю, что Вульф, сидя в башне Стонов, настроен на конструктивное сотрудничество. – Согласись, что убедив его в наших добрых намерениях, мы легче убедим и остальных. – Соглашусь, но вряд ли у тебя получится… – Вот ты и догадался, каким будет моё условие. – Ни о чём я не догадался, – хмуро возразил герцог. – Вы с Дианитой побеседуете с Вульфом, вернее, подготовите его к общению со мной. Очень хотелось ответить категорическим отказом. Идиан выдержал длительную паузу, переживая за невесту, которой готовили новое испытание, но всё же кивнул и сказал: – Только если она сама согласится. – Понятно, что заставлять никто не будет, – печально улыбнулся Лисандр. На этом и расстались, у обоих друзей не было желания продолжать беседу. ***Дианита Довери Я очень волновалась. Время тянулось, точно свежая смола. Я успела принять душ, одеться в чистое, даже немного порисовать в прихваченном из дома блокноте, а герцог всё не возвращался. Попетляв по довольно просторной гостиной, я остановилась у окна и замерла, наблюдая за медленно падающими редкими снежинками. Голые ветви деревьев были недвижимы, небо заволокло серой пеленой, даже в натопленном помещении чувствовалось, какая стылая атмосфера там, за стеклом. Услышав торопливые шаги, я бросилась навстречу Идиану: – Как? Что сказал император? Любимый обнял меня, крепко прижав к своей груди, зарылся носом в ещё влажных волосах и прошептал: – Обещал подумать. Как ты устроилась, Дина? – Всё хорошо. Отказалась ужинать без тебя. – Да, ты права, давай сначала поедим. Я уловила тревогу в его голосе, отстранилась, затеребила: – Что-то не так? Говори! Нам не разрешили здесь оставаться надолго? Нужно возвращаться домой? Или в твой замок? Лисандру не понравилась твоя идея об автономии для двуликих? – Сколько вопросов! – улыбнулся Идиан. – Я обязательно отвечу на все. Не волнуйся. Здесь мы можем оставаться столько, сколько пожелаем, но ты права: нужно решить с оборотнями, иначе покоя не будет никогда. Он повёл меня к небольшому круглому столу, где служанка успела разложить приборы и теперь расставляла блюда. Я немного отвлеклась от сумбурных мыслей и с удовольствием потянула носом приятный аромат жаркого с пряными травами. Мы сели, герцог пожелал приятного аппетита и повторил, что всё-всё мне расскажет, но сначала нужно подкрепить силы. Пришлось послушаться. Мы вполне в духе светских норм беседовали о погоде и строили планы на будущее. Идиан обещал привезти сюда краски, холсты и мольберты, сообщил, что в гостевом флигеле имеется шикарная библиотека, высказал предположение, что меня будет навещать её величество Айсандра, так что скучать мне не придётся. – А ты… – встрепенулась я, – разве ты не останешься здесь со мной? – Разумеется, останусь, – улыбнулся герцог, – однако вынужден буду отлучаться по делам. – А если оборотни устроят охоту на тебя? Им известно, что и ты сильный менталист. – Не волнуйся, любимая. Со мной им не справиться. Кроме того, император поручил маркизу Дешенье страховать меня, хоть я и считаю это излишней предосторожностью. – Совсем не лишней! – страстно воскликнула я, мысленно благодаря его величество за предусмотрительность. – Если с тобой что-то случится… Идиан поймал руку, которой я размахивала, поцеловал и посмотрел на меня влюблёнными глазами. – Заклинаю тебя, голубка, не нужно так переживать. Всё обязательно изменится к лучшему. Я кивнула, потому что верила любимому мужчине безоговорочно. После ужина мы оделись потеплей и вышли прогуляться в парк. Снег ещё не покрыл землю полностью, но не таял, а приятно хрустел, тревожимый нашими шагами. Мы с герцогом шли под руку, постепенно удаляясь от флигеля. Я с удовольствием вдыхала бодрящий воздух и невольно вспоминала, как детвора в моих родных местах любила это время. Граф Довери, чтобы порадовать дочерей, устраивал праздник встречи зимы, куда можно было приходить деревенским ребятишкам. Те помогали родителям и весной, и летом, и осенью, и только тогда могли вдоволь повеселиться. В поместье устраивали шуточные бои, жгли костры, водили хороводы, пели… Обо всём этом я бы с удовольствием рассказала жениху, однако чувствовала, что увёл меня из флигеля он не просто так. Хотел поговорить без случайных свидетелей. Внимательно выслушав его рассказ о встрече с императором, я порадовалась известию о появившихся перспективах для двуликих, едва сдержалась, чтобы не запрыгать от радости. Всё же чувствовала напряжение в голосе Идиана. – Ты что-то недоговариваешь. Что тебя тревожит? Герцог протяжно вздохнул, остановился и развернул меня лицом к себе, взяв обе руки в свои ладони. – Дина… Лисандр просит нас помочь ему в общении с Вульфом. – С кем? – не поверила я. – Его величество вполне справедливо полагает, что без предводителя двуликие не способны принимать ответственные решения. Мы должны убедить их, что хотим добра, иначе переговоры бессмысленны. – Бессмысленны… – задумчиво повторила я. – Разве не очевидно, что решение территориального вопроса – насущная и важная проблема? Зачем двуликим Вульф, они и без него могут… – Не могут. Мы же видим, что даже после того, как руководство повстанцев обезврежено, оборотни продолжают исполнять намеченное ими. Ты не единичный пример. – Неужели там нет других авторитетов? – Понадобится время, чтобы они набрали сторонников и получили поддержку большинства. Это не происходит в одночасье. Нам повезло, и вместе с тем не повезло, полностью обезглавить движение. Оставшиеся на свободе способны только на месть. – Я поняла, – натянуто улыбнулась я любимому человеку. – Не сомневайся, я действительно поняла, зачем его величество собирается нас привлечь. Он хочет быть уверен, что Вульф не притворяется, а на самом деле готов сотрудничать. – Хм… – удивлённо вскинул брови Идиан, – я не смотрел на просьбу Лисандра с этой стороны. Так ты согласна? – Разумеется, – кивнула я, – не могу сказать, что беседа с оборотнем, собиравшимся лишить меня свободы и заставить работать против своей родины, доставит мне удовольствие, но я действительно хочу помочь двуликим. Надеюсь, что император не ведёт двойную игру. – Я тоже на это надеюсь. – Жених обнял меня и повёл по аллее обратно. – Не замёрзла? Нет? Всё равно, пора возвращаться. Отдохни как следует, завтра трудный день.