Глава 39. Мышка

Я не ожидала. Я правда не ожидала такого всплеска эмоций со стороны Вики. Я просто подошла спросить все ли у нее хорошо, а она кинула пару «комплиментов» моей груди и назвала проституткой. Я не стала с ней общаться, хотела уйти, но она оказалась быстрее.

Я дралась только однажды. Со своей сестрой и уже не помню почему, так давно это было. Милка — вот да, могла задать жару. А мне проще уйти и избежать прямой конфронтации. Вопрос в том, как мне теперь работать с Маратом. Не скажет ли эта Вика меня уволить, ведь у нее наверняка есть рычаги давления. Как и у каждой красивой женщины. Вот бы и мне такой заиметь на Камиля. Но, увы, он ветер вольный, и я могу только наслаждаться тем, как на короткое время он обдувает мое тело, даруя удовольствие.

И мне потом останется только вспоминать, как это было замечательно.

— За твое чудесное спасение, — произносит Камиль, и мы чокаемся, а потом пьем на брудершафт, смотря друг другу в глаза. Да, я плыву, чувствую, что границы морали, стены собственной обиды все тоньше. Их стирает ластик с зелеными глазами, которому все сложнее противиться, ведь я знаю, что ждет меня за этой гранью порока. Чистое, незамутненное комплексами удовольствие. Мне хочется сказать что-то остроумное, сбить с него спесь, ведь он уверен, что я готова на него прыгнуть, но слов не находится. А через минуту приезжает такси, и Камиль сам несет меня на выход. Усаживает на заднее сидение и плюхается рядом. Так близко, что с ума сойти от запаха. Так близко, что удержаться, и не понюхать цитрусовый одеколон просто невозможно.

Но в какой-то момент появляется страх, что, если я прикоснусь к нему так интимно, поцелую губами шею, пока он говорит адрес, Камиль сморщится, как делал это Антон.

Наверное, поэтому уже готова отстраниться, но Камиль быстрее. Хватает меня за шею и тянет к себе, другой рукой поглаживает ткань платья. Ниже. Ниже. К порванным колготкам, которые рвет еще больше, подбираясь к бедру. И я сдаюсь. Целую его в шею, слизываю вкус, другой рукой сама накрываю внушительны бугор.

— Соскучилась?

— Очень.

— Я думал о тебе. Представлял, что буду с тобой делать, — шепчет он мне на ухо, прикусывая мочку, рукой лаская внутреннюю сторону бедра. В машине темно и Камиль никого не стесняется. Нащупывает влажную полоску трусиков и легонько по ней проводит...

— Что же?

— Не люблю рассказывать, давай я лучше покажу, — выдыхает он мне в губы и скользит по ним языком. Рот открывается, впуская его внутрь, давая власть, давая себя в полное его подчинение. И он этим пользуется. Трахает языком рот, буквально пожирая меня, и скользит пальцами между ног, уже готовый заглянуть под полоску ткани, уже готовый взять меня прямо здесь. В такси.

— Приехали!

Голос немного рассеивает туман, но Камиль не дает этому полностью случиться. Помогает выйти из машины, помогает дойти, все время поддерживая за талию, пока мы не оказываемся в лифте.

Я тут же прижата к стене, мои ноги тут же широко разводятся, в лобок упирается настоящий монстр. И я хочу, хочу его всего, хочу ощутить тот щемящий восторг, когда член распирает меня изнутри, а грудь алеет от жалящих поцелуев.

Я обнимаю его, тяну на себя, отдаюсь, уже не соображая. Разве что о том, чтобы в этот раз все было еще лучше, а Камиль на следующий день не исчез. Он думал обо мне. Думал. Одна мысль об этом делает меня пластилином в его руках, игрушкой. Сейчас, в этот момент мне так хорошо и свободно, что хочется поиграть… Просто наслаждаться жизнью.

Камиль выносит меня из лифта, прижимает к своей двери, не прекращая истязать мой рот. Одно рукой придерживает, другой достает ключи. Мне на глаза собственная дверь попадается, и я шепчу Камилю на ухо.

— Мне надо домой.

— Нет.

— Но мне надо, — отталкиваю я его со смехом и достаю свои ключи из сумочки. Сразу нашлись. И я, пошатываясь, иду к своей двери, пока Камиль задыхается от гнева.

— Сучка.

— Кобель, — хочу вставить ключ, но Камиль его отбирает. – Отдай.

— А ты забери, — поднимает он руку, упираясь лопатками в дверь. – Давай, Мышка. Подойди ближе, забери и уходи.

Я не пытаюсь вилять, но меня как будто качает. Я пытаюсь допрыгнуть, но лодыжка не позволяет, и я стекаю по Камилю вниз. Он тут же поднимает меня и заводит к себе в квартиру. Кидает две пары ключей в вазочку, и я хихикаю.

— Они теперь тоже будут заниматься сексом, — расстегиваю пару пуговиц на Камиле, чувствуя себя буквально всемогущей. – Как мы.

— О, Лида, — тянет он меня на диван и вынуждает оседлать его. Рвет остатки колготок и вдруг связывает мне руки за спиной.

— Ты… Зачем это?

— Слышала новый закон Ньютона. Связанное тело не способно уйти. Сейчас я на таком взводе, что уйти тебе не позволю.

— Оо, большой и злой Камиль. Я ведь боюсь. А вдруг, — танцую на его коленях, ощущая член. – Ты меня изнасилуешь.

— Я планирую тебя выебать так, что ты даже думать не сможешь… — обещает он и скидывает меня с себя на диван. Тут же переворачивает и под писк прижимается губами к трусикам. Проводит несколько раз сверху вниз и резко снимает их.

— Камиль, я там…

— Сейчас нужно просто заткнуться, — требует он и пальцами трогает самую суть. Надавливает, пробирается пальцами, и я зажимаю губу зубами. Так сладко. Порочно. Тело словно наэлектризовано, и вот-вот произойдет взрыв. Особенно он близко, когда Камиль целует меня там и языком скользит по клитору, пальцами проникает внутрь. И лижет. Лижет. Смачные звуки вынуждают окончательно потерять ориентиры, чувствовать, как приближается наслаждение. И тут все обрывается.

— Нет, нет, не смей останавливаться, — умоляю я, чувствуя, как быстро гаснет огонь и загорается вновь, когда Камиль подходит спереди и вынуждает посмотреть ему в лицо. Целует, давая мне ощутить свой же вкус. А потом поднимается во весь свой рост. Расстегивает на себе остатки пуговиц, оголяя свои проклятые кубики. Эти кубики происки дьявола. Они внушают женщинам самые порочные мысли. Но даже они не сравнятся с тем, что предстает передо мной спустя мгновение. Брюки Камиля падают, а к моему лицу вплотную находится член. Прямой, как палка, увитый венами, увенчанный розовой головкой. Камиль проводит по нему пару раз и касается большим пальцем моих губ.

— Ты связанная такая нежная, не пытаешься играть, сбежать, оскорбить меня. Но этого недостаточно. Нужно прикрыть твой ротик. Пухлый. Маленький. Открой его…

— Камиль, я никогда… — облизываю губы, чувствуя солоноватый запах его пальца.

— А я знаю, — шепчет он мне, поглаживая, а я продолжаю смотреть на головку, на которой образуется прозрачная капелька, и я просто с ума схожу от желания ее попробовать на вкус. Чертово адамово яблоко. Наверняка, именно оно соблазнило Еву в раю. Именно так она стала грешницей. – Просто открытой рот и достань язык.