Глава 11

Первой парой лекция по правоведению.

Мы с Викой плюем в потолок.

Какая-то бесконечная неделя.

Но, все таки, сегодня пятница. Еху-у-у.

Препод что-то бубнит. Судя по сплетням, он сильно старший брат Марины Маратовны, той училки, у которой мать татарка-блондинка с голубыми глазами.

Алмаз Маратович.

Тут даже не комментирую. Напеваю: весь мир вокруг обидела, ведь отбила я у подруг глаза твои. Алма-а-а-аз…

Этих бесценных глаз.

Пижон, у тебя на горизонте конкурент. Но Самогон этого не видит, поскольку свой глаз-алмаз к нам и не кажет.

И старосты нашей нет.

Есть Антон, но мы с Викой отсели от него. Он, кстати, звонил вчера, когда из тренажерки вернулся, и меня не обнаружил. Заявляет: я знаю, как ты выбралась.

С таким торжеством в голосе. С таким превосходством - он меня вычислил. Америку открыл.

Я знаю, что ты сделала прошлым вечером. Да ладно.

Как?

Антон, не спешите, подумайте. Может, вашу девушку забрал вертолет? Подъемный кран? Ковер-самолет? Летающие драконы? Инопланетяне? Что скажете, Антон?

Вы меня в тупик загоняете своими сложными вопросами. Но все таки, по едва уловимым уликам, оставленным на месте преступления, которые профан и не заметит, у меня сложилась вот какая картинка.

В палисаднике возле подъезда валяются мои подушки в изумрудно-зеленых наволочках - это раз. В комнате у меня окно нараспашку - это два. Девушки моей в квартире нет, ни в шкафу, ни под кроватью, ни в бачке унитаза, ни в банках с крупами. Это три. Поэтому, рискну предположить, что она выпрыгнула из окна. Ву-а-ля. Элементарно, Ватсон.

Узри.

И бурные овации.

Примерное такое.

Но я вовсе и не пыталась замести следы, Шерлок. Вычислил он. Ха-ха, Викусь, правда ведь, это смешно?

Нет. Ее не впечатляют мои наивные приемы на отвлечение. Она смотрит в окно, на часы, в окно, все.

Ждет.

Увы и ах, не молча. Подруга блещет идеями.

Давай выльем Ирочке зеленку на голову, видела такое в “Доме2”.

Подсыпим в еду слабительное, как в “Американском пироге”.

Позвоним ее маме и скажем, что ее дочь беременна, как в “Дрянных девчонках”.

Поспорим на нее, как в … Ах, да, мы же сами девушки. Тогда переедем ее машиной, как в … Ну да, нас же тогда посадят. Похитим ее, как в…

Что-то фантазия не прет. Мама ама криминал.

Да. Надо было идти вчера в клуб.

А сегодня сидишь себе, умираешь с похмелья и не колышет, что Самогон твой, волной бьется в чьи-то скалы, изучает рельеф, щели там, и прочее, всю ночь. И всю лекцию по правоведению.

Он вместе с Ирой заявляется ко второй паре. Перед самым звонком.

Привстаю с места и выглядываю в окно, ищу знакомый автомобиль. Так и есть - на парковке красная ауди.

Круть. Он еще и возит эту Ш в маминой тачке.

Я свечку, конечно, не держала. Но мне кажется, что у них по-любому все было.

Черт, в голове мешанина полная. Он, Антон - уже оба достали. Вика еще.

Есть мечта. Изобретите кто-нибудь отраву для вредителей, как мелок от тараканов или опрыскиватели всякие. Взял, пшыкнул, и готово, вон он, еле ползет, жук колорадский, облом ему, а не похавать твои нервные клетки.

Жук плюхается на лавку. Жучиха рядом. Наклоняется к его уху и что-то стрекочет.

Ну как, может, договоримся? Ну пожалуйста. С вас отрава, с меня рэп для рекламной кампании. Ни один поэт никогда в жизни так не воспевал самое великое чувство на свете - любовь, как я спою про вашу пшикалку.

Е-е-е, йоу-йоу-йоу, давайте, решайтесь.

Вика цепляется в парочку глазами. Отворачивается. Прищурившись, осматривает аудиторию. Ее гладкий лоб собирается в складки - размышляет. Что-то прикинув в уме, выдает:

- Давай на мой день рождения позовем всю группу.

- Ух ты, - хмыкаю.

На прошлый Викин день рождения она упала с эскалатора в развлекательном комплексе. Прямо в руки охраннику, который прогуливался внизу. Потеряла сознание. Меня заставили позвонить ее папе. Он забрал ее домой. И всыпал по первое число. Она отвертку пила. На лестнице запнулась на каблуках.

И дядя Вася сказал, что больше Викины дни рождения мы не отмечаем. Если только дома у них. В среду, на следующей неделе.

- Завтра, - бахает Вика. - Заранее, вообще-то, нельзя праздновать. Но мне и так нельзя. Так что разницы нет.

- Завтра мама с Ильей улетают. Надо их в аэропорт проводить, - смотрю в учебник. Отвлекаясь, по слову в минуту, переписываю определения. - Утром.

- А мы к вечеру соберемся, - Вика даже ручку не взяла. Давит острым подбородком мне в плечо и излагает план. - Выходные, сентябрь, теплынь. Всей группой, познакомиться. Еще и повод в довесок - дэ рэ. Замутить что-нибудь классное-преклассное. Сто пудов никто не откажется. Если только самые серые мыши, - громким шепотом тараторит она. - Ну и пусть в норке у себя сыр грызут. Олеся, сечешь о чем я? Это вечер и ночь в помощь, и утро воскресенья. Вечность! А не урывками между парами. Попытка лост. Если не получится - пошлю Сереженьку лесом-полем. Так! - хватает мой рюкзак, бесцеремонно вытряхивает на стол телефон. - Позвони своей тете Наташе. Узнай, может, у них база свободна?

- И как это будет выглядеть? - кручу пальцем у виска. - Мама только на самолет, а я тут же на базу намылилась в компании тридцати с лишним человек?

- А что такого? - искренне удвивляется подруга.

- Да ничего, Вика.

Здорово. Раз мама не солдафон, как ее папа Вася, значит и проблемы нет. Такая у нее логика?

- Раз ничего - звони, - торопит она. - Уломай ее, как-нибудь.

Такая.

- Девушки, я терплю вашу болтовню с начала пары. Сидите перед самым носом, а разговариваете громче меня, - вклинивается преподша. Ее зовут Венера Шафиковна. У нее короткая мужская стрижка и лицо, как у шарпея, там складка, тут складка, заслуженный педагог, в университете, видимо, с его основания. Барбоскин, теперь шарпей Шафик, у нас тут жизнь собачья начнется, если и дальше будем отсвечивать. - Неинтересно слушать про естествознание, выход там, - жестом указывает на дверь.

- Очень интересно! - Вика делает невинные глаза. - Мы про современные концепции естествознания речь и ведем. Увлеклись.

- Да что вы говорите, - усмехается Шафиковна. - Давайте тогда и нам в двух словах, до чего додумались.

- Ну-у-у, - Вика мешкает. Смотрит в пустую тетрадь.

Хочу извиниться и заткнуться. Но подруга двигает к себе учебник. Бегло смотрит внутрь.

Венера Шафиковна терпеливо ждет.

Вика расплывается в улыбке, и продолжает:

- Вот, допустим. Наука познает реальность через отдельные ее части. Результаты науки требуют чувственной проверки.

- И что вас так впечатлило? Это базовые определения, - преподша стучит карандашом по столу. - Все ясно. Девушки, если вы…

- Нет, это не все, - не сдается Вика. - Примерчик еще можно на тему? Молодежный, чтобы всем понятнее было, - она оглядывает одногрупников. - По науке отдыхающих, провести выходные на природе всей группой, считается приятным досугом. Подвижные игры, шашлыки на берегу, лес, свежий воздух. Это теория. Есть предложение проверить ее на практике, эмпирически, так сказать. Завтра, после обеда, на базе на голубом карьере. Вход бесплатный, - коварно припечатывает она.

Несколько секунд заминки, и по аудитории проносится одобрительный гул. За ним мысли вслух, в основном, мужские.

- Блонди, шикарная идея.

- Могу прям щас, куда двинем?

- Девчонки, вы за?

- Так, ну-ка тихо всем, - призывает Шафиковна. Требовательно стучит карандашом.- Вы взрослые люди. Пришли учиться-учитесь. Все личные дела после звонка.

К нам наклоняется парень, сидящий позади. Шепчет:

- Напиши еще раз свое гениальное предложение, в беседку сто седьмой группы. Вконтакте. Прям щас и обсудим.

Вика согласно кивает.

Оборачиваюсь на него. А, да. Тот чел, который в первый день на первой паре пиво хлебал. Лыбится, поднимает вверх большой палец.

Ну, еще бы.

Алканавту повод дай, милости прошу к нашему шалашу.

До конца пары гениальная Вика строчит в беседку сообщения.

Конспектирую лекцию и не вникаю, что у нее с головой. Даже если места на базе есть, тетя Наташа меня запросто послать может, когда я к ней подвалю с Викиной авантюрой. Мы с ней не очень-то близко дружим. Как-то поводов не было. Так, на праздники видимся. Как мне ее просить-то? И главное, ради кого выворачиваться? Ради пижона? Смотреть, как он там с бабами зависает?

Мерси, благодарю тебя.

На обеде беру два чая. Вика тоже чай, конфеты, а еще овощной салат и пирожки. К нам за столик подсаживается Антон с компотом, чипсами и бутербродами.

- Любимая, как дела?

- Хорошо, - буркаю.

- Антош, что ты мне подаришь на день рождения? - Вика утаскивает с его бутерика кругляшок колбасы. Жует. - Можно самой заказать?

- Ну? - Антон шуршит цветной упаковкой “Читос”.

- Хочу туфли, такие же, как ты Олесе покупал. Золотистые, помнишь? Она на своих все равно каблук сломала, и выкинула.

Антон жмет плечами:

- Как скажешь, Викусь.

- Салют дельцам, - Сергей двигает табуретку. Усаживает к нам за стол старосту.

Мы с Викой переглядываемся. У нас одинаковые кривые лица.

Сергей приносит еще два стула, для себя и Златы, Ирочкиной подружки.

- О, Лесенка, ты мне тоже чай взяла, - он забирает один стакан. Отпивает сразу половину. - М-м-м, опять мало сахара.

- На, подсластись, - кидаю в него конфетой.

- Что тут у нас? - он рассматривает фантик. - “Мини-штучка”. Ай да реклама. Пиарщик-то без комплексов.

- По размеру судишь - много не намутишь, - невольно цитирую его любимую музыку.

- Давай замажем, что размер не важен, - он щелкает пальцами.

- Когда хвастаться больше нечем, топят за физиологию.

- Мою физиологию и без слов видно за версту.

- Очнись, родной, это шарж на реальность.

- Легко проверяется чувственным путем. Естествознание в чистом виде.

- Вы на обеде или где? - Антон стреляет взглядом. Пиф-паф, ты мертв. С грохотом отодвигает тарелку. С постной миной пьет компот.

Ирочка трясет на стол рыжими волосами. На пару с подружкой манерно ковыряет гречневую кашу с курицей. Говорит:

- Сереж, передай, пожалуйста, салфетку.

- Возьми, Ириш.

- Спасибо, Сережик.

- Не за что, Иришка.

Беееее.

Вон отсюда.

- Эй, народ, вы чего тут затихарились, - в стол упираются руки в белой толстовке. И сам парень весь какой-то белый, волосы высветлены, как у моделей, глаза голубые, почти прозрачные. Беляш. - Подбили группу на пати и молчок. Во сколько сбор, на какую именно базу, что дарить именнице? Геныч, - он машет пухлому брюнету. - Давай, растряси булки, двигай сюда стол.

Стол к нам сдвигают не один, а четыре даже. Одногрупники рассаживаются, с шумом, с разговорами, гремят подносами, ржут.

- Ну так что? - спрашивает Беляш. - И как добираться будем? Кто на машинах, распределите пешеходов себе. Базу уже забили?

Ясно кто тут лидер.

- Как раз хотели звонить, договариваться, - сообщает Вика. Тычет в меня локтем. - Олеся, долго будешь мух считать? Набирай тете.

Пью чай.

Она совсем без тормозов.

Щас позвоню, а тётя Наташа побреет меня тут при всех.

Что я там говорила про опозориться в универе? Подумаю ещё?

Так вот, внимание, время пришло.

Пью чай. Медленно. Почти кончился.

Спасите. Кто-нибудь.

- Олеся, давай звони, - торопит меня Таня Третий Размер.

Не спасете? Не ждать? Окей.

Даже если тетя и откажет, что мне с их одобрения? Они мне все кто? Подумаешь, ерунда какая. Мне и ехать даже в лом.

Мда, аутотрениг не действует.

Под пристальными взглядами звоню. Дождавшись ответа, торопливо говорю:

- Алло, Наташ, привет. Как жизнь?

- Привет. Да все нормально, - слегка удивленно откликается тетя. - Работаю. У вас как? Алена-то когда улетает?

- Завтра утром самолёт.

- Ясно.

Молчим.

За столом тоже тишина.

- Как учёба? - спрашивает Наташа. - Нравится?

- Нормально. Только тяжело с непривычки. Столько пар.

- Привыкнешь.

- Ну да.

Опять молчим.

Окончательно теряюсь. И с чего начать? Быстро прикидываю в уме, как наладить контакт. О чем спросить. Я только и в курсе про нее, что она мамина старшая сестра, много работает и живёт с котом. Не подружки мы с ней, нет общих интересов. Про кота её что ли спрашивать? Надо про базу. Блин, ладно бы ещё только нас с Викой и Антоном. Три человека. Ну, четыре-пять-шесть. Но тридцать? А я ведь их даже не знаю. Может, они буйные. Может, они вести себя нормально не умеют. Купаются голые, горланят песни и дерутся в грязи.

И что она мне скажет?

Ш-ш-ш, Вика. Ты коза.

- У тебя что новенького? - вожу пальцем по стакану под недоуменными взглядами одногрупников. - Как Барсик?

Беляш дергает меня за рукав блузки:

- Ты о чем вообще? Какой Барсик? Что там с базой-то?

Встречаюсь глазами с Сергеем. Смотрит на мои мучения с гаденькой ухмылочкой. В первых рядах ведь будет лошить меня.

Да ты дипломат. Дай мне урок, как ты это делаешь. Коммуникабельность всем на зависть.

Он картинно тяжело вздыхает. Потом вдруг тянется через стол и вырывает у меня из пальцев телефон. Подносит к уху:

- Наталечка, здравствуй. Узнала? Да, я. Да-да-да.

Наталечка? Это он моей пятидесятилетний тёте?

Ба-бах - трясется посуда от шлепнувшейся челюсти.

- Слушай, есть просьба маленькая. Можно нам на завтра в твоём райском местечке организовать несколько домиков? Хотим с одногрупниками собраться, - в мембране что-то быстро говорят. Слушает. Сам себе кивает. Отвечает. - Да. Ну, человек тридцать, плюс-минус. Да, - улыбается. - Разумеется, все прилично, могла и не спрашивать. Ты же меня знаешь. Да? Чудесно. Ты волшебница, - смеётся. - Какая лесть, даже не думал. Все, понял. Давай. Что? - хмыкает. - Хорошо, передам. Спасибо, Наталечка. До связи, - с невозмутимым видом кладет на стол телефон. - Народ, ориентировочно на четыре часа дня. В беседку скину адрес.

- Едем, едем в соседнее село, - напевает Беляш.

В начавшейся суете молча смахиваю айфон в рюкзак.

- Сестрен, тётя Наташа просила передать, что Барсик отлично себя чувствует. Рыбу вчера ел. Вареный минтай без костей. Исчерпывающая информация? Или ещё что-то интересует?

Двигаю табурет, встаю. Не дожидаясь Вику, иду к выходу.

Да провались ты, пижон. Когда ты успеваешь везде влезать, затычка?

Барсик кушал рыбу.

Им обоим это смешно? Надо мной? Я вот раньше не замечала, что у тети Наташи чувство юмора есть. Его и сейчас не видно.

С котом пусть своим шутки шутит.

И с Сереженькой общается.

А я, вообще, никуда завтра не поеду.

Следующие две пары, лекцию и семинар по введению в психологию все заняты обсуждением грядущего.

Учусь.

Я не все.

Хо-хо-хо.

Как понять поведение другого человека? Почему люди обладают разными способностями? Что такое душа и какова ее природа? - препод уверяет, что будет легко. Мы поймем.

Имейте ввиду, Петр Степанович, вы обещали. Мне вот щас понимание очень сильно надо.

После учёбы на парковке Сергей усаживает Ирочку в мамину машину.

Вижу, как она скребет каблуками пороги, и решительно иду к ним. Вконец оборзел.

Он замечает нас с Викой и предлагает:

- Падайте назад, довезу. Только сначала Иришку забросим домой.

- Мозгов себе забрось в черепушку, - пытаюсь вытянуть из его сжатой ладони ключи. - Я маме расскажу, что ты с кем попало раскатываешь.

- Эй, - возмущается Ира в окно. - Что за тон?

- Тон обычный. Смысл негативный.

- И с чего вдруг негатив?

- Не парься, не поймешь.

- А ты попробуй объясни.

- Забудь.

- А все таки?

- Пока.

Она стучит длинными ногтями с французским маникюром по опущенному стеклу.

А ему не хватает поп-корна. Привалился к капоту и слушает перепалку. Прикалывается - раскрывает ладонь, когда пытаюсь взять брелок, и тут же сжимает. До меня не сразу это доходит, занята злостью. А когда доходит - чувствую себя ревнивой дурой.

Хотя мне просто не нравится, что Ирка-Дырка сидит в нашей машине.

- Олесь, мы с твоим братом вообще-то…

- Он мне не брат, - бью кулаком по его руке. Разворачиваюсь к Вике. - Идёшь?

- Лесенка, не говори так. Ты же мне этим сердце рвешь, - он отлипает от капота. - Внутри теперь вот такая дырень.

- Как у Иры прям, - брякает Вика.

Ира моргает. Осмысливает.

- Чего?! - рыжуха хлопает ладонью по дверце. - Что ты сказала? У кого дырень?

- Про дырень он скзаал, - подруга тычет пальцем в Сергея. - С ним разбирайся.

- Да ты…

- Девочки, поехали, - между нами останавливается еще одна красная машина, старая хонда папы Антона.

- Ну наконец-то, - Вика первой ныряет в салон. - Антош, хоть кто-то адекватный. Терпеть не могу нашу эту старосту. Может, завтра темную ей устроим? - поворачивается ко мне.

- Измажь ей лицо зубной пастой. Пока спать будет, - предлагаю.

- Фу, детский сад. Придумай что-нибудь. Она же тебя тоже бесит.

Не хочу. Хочу с мамой и Ильей на Ибицу.

Возле дома Антон спрашивает, увидимся ли мы сегодня.

Нет, нет, нет.

Телефон отключу. Навсегда. Навечно.

Весь вечер помогаю маме собирать и укладывать вещи. Вот такое я люблю - продумывать новые луки , толкаясь, кривляться перед зеркалом, вместе танцевать под “Европу-плюс” и пить шампанское с вишневым соком.

И ещё я теперь знаю, где начинается любовь.

На базе у тети Наташи.

Бац. Начало с нулевой романтикой ввиду сегодняшнего всего.

В этот Новый Год Викин папа подарил нам путевки в классный загородный санаторий, Вика упрашивала его ещё с лета. Мы там провели все праздники.

А мама с подругами поехали к тете Наташе.

Так-то, признать, зимой там ещё лучше.

Уютные заснеженные домики, лес вокруг, елочки зелёные. Когда вечером метет метель, и полосы света из окон тянутся по снегу сквозь пургу, а внутри дома огонь в камине, интересная книга и бокал “Джентльмен Джек” - вот тут ты и сдаешься.

Коньки, лыжи, снегоходы, ресторан, баня, сауна, бассейн, бильярд, дискотека под объединением праздничной программы - стандартные развлечения, в нашем санатории было тоже самое. Только мы были с Викой, а мама познакомилась с Ильей. Они с Сергеем встречали там Новый Год.

С января и начали общаться. Пару месяцев присматривались. В начале марта отношения официально закрепились. В июле подали заяву. В августе расписались.

Сентябрь - летят гулять.

Та-дам. Вот тебе новогодняя сказка на ночь. Сладких снов, дорогая.

На этой ноте собираюсь спать.

Валяюсь под одеялом. Включаю телефон, полазить в сетях. Открываю непрочитанное сообщение от пижона.

Смотрю на свою фотку.

Скриншот с того видео.

Как раз встаю с постели, одна нога на полу, вторая согнута в колене на смятых простынях. Заячьи уши сползли на бок. Черные волосы разбросаны по плечам. Поправляю их руками-веточками, в красноватом свете бра они кажутся такими тонкими. Прозрачная сорочка влажная, облепила грудь - Антон долго целовал.

Мне нравится моя фигура, да и фотка неплохая. Но вот приписка после:

Зайка, все думаю, что подарить вам с Антоном на свадьбу. Увеличим фото до формата А2 и в раму? Повесите в супружеской спальне. Иль не заморачиваться и сразу презентацией пустить в проектор? В универе. Видеоприглашение на торжество.

Барабаню пальцем по экрану. Кусаю губу. Печатаю:

Самогона перепил? Такое даже для тебя беспонтово.

Его не было в сети, но тут же загорается зеленый значок-телефончик внизу. Прочитал. Пишет:

Почему? А как бы обрадовались поклонники “Ну, погоди”. Лиса лишняя, конечно. Можем переснять со мной. Буду волком.

Будешь павлином.

Согласен. Мне приходить? Я тут, рядом. За стеной.

К Ирочке сходи. И еще говорил, что ты не приз, - напоминаю его слова. - Что девушки, которые трофеи сравнивают, это не к тебе.

Так я же не собираюсь с ней всерьез встречаться, - повторяет мои слова. - Быстро, качественно, гарантия одна ночь.

Хоть один час. К Вике только больше не лезь.

Она сама лезет.

Я ей щас скину переписку.

Давай. Скинь вот это тоже: Вика, ничего не получается. Ни с тобой, ни с Ирочкой. Я не импотент, просто мне не хочется. С другими. Лесенка меня продинамила, а я ее почему-то предать не могу. Не хочу смотреть видео, где она с этим уродом, а все равно смотрю. Готов даже вырядиться в кретинский костюм лисы, если так смогу взять то, что хочу. А я очень хочу. Посоветуй, как быть, ты же ее подружка.

Слушай, павлин, но если так - приходи и бери! Только справку сначала принеси от психиатра. А то вчера навешивал, как тебе на меня плевать.

И ты поверила? Не прикидывайся.

Ничего не отвечаю.

Он тоже больше не пишет.