Глава 14 · Адская работа в сплоченном коллективе

Вскоре я поняла, что либо карта безбожно врет, либо работники безвестной фирмы слукавили. Улица Уныния никак не попадалась, а терпение мое близилось к концу. Я стала приставать к прохожим, которые долго пытались мне объяснить, где находится пресловутая улица, причем каждый последующий показывал совершенно противоположное направление. В итоге я в расстроенных чувствах села на ступеньки какого-то офисного здания и тут же услышала голос Огрызка.

– Смотри! Улица Уныния, дом 13! – заверещал крыс, дергая меня за ухо. – Давай спросим там!

Это был огромный офисный центр. Прямо на входе сидела консьержка с ключами. Вид у нее был такой, что сторожевой пес Цербер по сравнению с ней кажется трясущимся чихуахуа на руках гламурной кисы.

«Убей меня… Прикончи меня… Неужели тебе меня не жалко?.. Я больше не хочу мучиться на этом свете… Прикончи меня, или я прокушу тебе силиконовую грудь!» – моя совесть сразу превратилась в маленькую собачку, которая трясется на руках пышногрудой красавицы с перекачанными частями тела. «Да не вопрос!» – радостно сказала я, протягивая к ней руки. Совесть тут же вышла из роли и обиделась.

Консьержка, вахтерша, бабушка-на-проходной, или как ее еще можно назвать, развалилась на стуле, прикрытом старым ковром, и закуталась в серый пушистый платок. Прямо к платку был прикреплен бейджик, на котором значилось: «А. П. Изергиль». На столе лежал журнал входящих и выходящих тел, а сверху валялось самописное перо или ручка. Но самой удивительной во всей этой обыденной для многих картине была якорная цепь, которая намертво приковывала ручку к столу.

«Шоб не воровали! А то ручек не напасёс-с-си-и-и!» – заорала совесть истерическим голосом тетки на почте или мадам из паспортного стола.

– Вы к кому? – недружелюбно заорала вахтерша, отложив книгу в потрепанной обложке с многообещающим названием «Похотливая блудница», которую старушка Изергиль читала с таким сосредоточенным и серьезным видом, словно это был курс лекций по геополитике. Судя по обложке, развитие сюжета предсказать несложно. И завязку. И кульминацию. И развязку. «И жили они долго и счастливо и кончили одновременно!» – вот и весь краткий пересказ.

– А здесь находится БО «Ты не АДин!»? – спросила я, стараясь не краснеть. Вид подобной литературы смущал меня.

– А здороваться тебя не учили? – крикнула вахтерша, скрипя стулом, на котором чудом помещалась ее необъятная корма.

– Здра-а-асте! – противным голосом протянула я. – А здесь находится БО «Ты не АДин!»?

– А ноги вытирать тебя не учили? – Старушка никак не успокаивалась, злясь на меня за то, что я оторвала ее от столь познавательного чтива.

«Он взял ее девичьи груди и узлом на спине завязал…» – мечтательно изрекла совесть, напоминая мне про загнутые уголки некоторых листов в некоторых романах в маминой библиотеке, которые я читала, пока никого не было дома.

Я демонстративно подошла к тряпке и с остервенением стала вытирать ноги.

– И снова здрасте-е-е! – злобно выдала я, люто ненавидя все эти никому не нужные формальности. – Не подскажете ли вы, здесь ли находится БО «Ты не АДин!»?

– Да, здесь… Третий этаж, левое крыло, вход со двора через подвал, – отрезала вахтерша, снова уткнувшись в книгу. На полочке рядом со стулом и какой-то зеленью в горшке стояли зачитанные до дыр «Мемуары работницы портового борделя», «Трое на одну» и «Шаловливые ручки императрицы».

– Крайняя – явно про тебя! – заметил Огрызок. – Как вспомню твое тушение пожара, так вздрогну…

– Ты опять за старое? – возмутилась я злопамятностью крысы. – Как только найдем моего мужа, так сразу компенсируем ремонт. Даже не сомневайся!

– Слушай, я тут подумал немного… – подозрительно ласковым голосом заявил крыс. – Он точно пропал? Он не… хм… сбежал под благовидным предлогом, как сделал бы я, если бы узнал, что ты становишься моей женой?

Мой глаз все еще дергался, а ноги уже несли меня по одинаковым коридорам, пытаясь найти фирму, с которой мне посчастливилось заключить договор. И я ее нашла! Прямо между офисами БО «ЗагАДка» и БО «ЗвездопАД».

– Здравствуйте! – радостно отворила я дверь. – Я к вам! Я тут недавно договор заключила с вами на желание, так вот, решила в гости к вам заглянуть. Как корпоративчик? Как отметили? И где ты, о бесценный специалист с отпечатком ноги на заднице?

– Я здесь… – грустно ответил демон, вылезая из-за стопок бумаг.

– Тебя еще не повесили? – спросила я, мельком бросая взгляд на Доску почета «Лучшие сотрудники отдела продаж души». Там в лучших традициях висели мрачные и уставшие лица его более успешных коллег.

– Еще нет, – мрачно заметил очень квалифицированный специалист, придерживая съезжающую стопку бумаги.

– А жаль, ты вполне этого заслуживаешь! Кстати, мне справочка нужна, для трудоустройства! – улыбнулась я самой милой улыбкой. И даже похлопала ресничками.

Через пятнадцать минут я радостно шла изучать местный рынок труда. На стене пестрели объявления, разбитые на две категории: «Работа за идею!» и «Работа за еду!». Если в первой категории рабочий день длится двадцать четыре часа, то во второй можно было найти много различных вариантов.

Адская работа в сплоченном коллективе! Личная и карьерная деградация, негнущийся график, зарплата едой. Вакансии ограничены!

Мечтаете умереть на работе? Вам не нужны выходные и социальный пакет? Тогда эта работа для Вас! Без перерывов, без выходных, походы в туалет строго регламентированы! Ждем Вас!

Серьезная работа для серьезных людей. 24 часа в сутки. Перерывов нет. Суровая дисциплина, дресс-код, злое начальство! Постоянные сверхурочные! Заработная плата не обсуждается!

Внимание! Работа! В связи с ужасной смертью предыдущего работника прямо на рабочем месте нам требуется сотрудник. Требования к соискателю – отсутствие естественных потребностей!

Требуется работник с отсутствующим инстинктом самосохранения на расстрельную должность! Опыт работы приветствуется!

– Ищи что-нибудь попроще… А то у нас времени не будет разыскивать твоего мужа! – пробурчал крыс, щекоча мою спину хвостом.

Идейным работником я никогда не была, а вот за еду я проработала, считай, всю свою сознательную жизнь.

– О! Требуется девушка без образования для работы по специальности! – Я радостно ткнула пальцем в объявление. – Рабочий день – три часа. Оплата почасовая. Едой. Причем далеко идти не надо. Прямо здесь!

– Ты с такими вещами поосторожнее будь… А вдруг это и впрямь хорошая работа, никак не связанная с древнейшей профессией? – язвительно заметил крыс.

– Слушай. В аду мы вдвоем, а работать почему-то придется только мне? Так что не спорь с кормилицей! – заявила я, чувствуя, как вырастаю в собственных глазах.

– Да как я, альфонс, могу спорить с тобой! – съязвил Огрызок. – О кормилица-поилица! О моя госпожа… Я, смиренный раб, замолкаю, ослепленный твоей щедростью и величием!

Я ободрала объявление и снова зашагала в сторону офисного центра. Бабушка-вахтерша снова была погружена в эротическое чтиво, приговаривая: «Вот срамота-то какая! Стыдоба! Что ж ты творишь-то, девонька! Неужто динамить будешь, вертихвостка? Потом в старости вспомнить нечего будет!»

Ха! А тебе, старушка Изергиль, есть что вспомнить, да не с кем поделиться?

Старушка осеклась, увидев меня на пороге. Я снова демонстративно поздоровалась и остервенело вытерла ноги, чуть не порвав старую тряпку.

– Че опять приперлась? – недовольно выкрикнула бабка, словно ее оторвали от чтива на самом интересном месте.

– Трудоустраиваться. Мне нужен… мм… – подглядела в бумажку, – шестой этаж, правое крыло, кабинет номер 66.

– Вход с подвала по лестнице на четвертый этаж, потом спускаешься на третий, идешь в левое крыло и поднимаешься на пятый. Потом идешь в правое крыло и поднимаешься на шестой! – рявкнула вахтерша.

«Ну кто так строит!» – вздохнула совесть, поднимаясь и спускаясь по длинным одинаковым коридорам.

А вот и мое новое место работы – Институт соблазнения. Внутри все было примерно как и в обычном вузе. Студенты яростно переписывали расписание лекций, кто-то писал шпаргалки прямо на подоконнике, кто-то усиленно штудировал «Камасутру».

– Прикинь, он меня на теории завалил! Говорит, мол, покажи позу номер 96. Я отворачиваюсь от экзаменатора, отползаю на свою часть кровати и лежу, дуюсь. Он мне: «Ты обиделась?» – а я возьми да брякни: «Да!» Короче, сразу неуд. Оказывается, нужно было лежать и молчать, пусть, мол, сам догадывается… – рыдала огненно-рыжая красавица на подоконнике. Рядом стояла ее подружка и всеми силами пыталась утешить бедняжку:

– Ты не переживай, как мне говорили, теория сильно отличается от практики. Одна подружка рассказывала… Она уже работает, причем по специальности, много лет… Этот алгоритм не всегда срабатывает. Один ее клиент, вместо того чтобы допытываться, мол, на что обиделась, просто взял и захрапел… Ты представляешь? Завтра пойдешь на пересдачу!

– Кто это? – обратилась я к Огрызку.

– Суккубы. Демоны, которые очаровывают простых смертных, а когда те влюбляются, то теряют свою душу… – заметил крыс. – Суккубы специализируются на мужчинах, а инкубы – на женщинах.

Я, пытаясь переварить столь ценные сведения о будущей работе, подошла к расписанию. Их было два. Для инкубов и для суккубов. Расписание для суккубов мне понравилось:

Мозговыносология

Сооблазнеджмент

Обидология

Основы ухода за собой

ЭКЗАМЕН

Чуть ниже висело объявление о факультативе: «Эротическое чтиво. Ожидание и реальность». Теперь понятно, откуда у старушки с проходной столько «учебников». Расписание для инкубов было не менее интересным:

Классификация женщин

Как правильно заставить женщину замолчать?

Чего хочет женщина?

Комплиментинг и знакомствология

Провожалогия

Поцелуеведение

Постелинг

ЭКЗАМЕН

Пока я стояла и изучала расписание столь необычного учебного заведения, дверь по соседству открылась и оттуда вылетела эффектная шатенка с длиннющими ногами. Она радостно размахивала зачеткой и дипломом, прыгая от счастья.

– Сдала? – спрашивали у нее наперебой другие девушки, жмущиеся под дверью в ожидании своей очереди.

– Да! Сдала! На тройку! Он мне такой, мол, ты последнее время не такая, а сякая… А я стою и чувствую, что колени дрожат. Думаю, вот сволочь, валит меня! И тут меня осенило! Я заявляю ему: «Ты меня не любишь! Я знаю!» И понеслась! Так что тройка! Ура! – запищала от восторга суккуб.

– А почему не пятерка? – раздался чей-то голос.

– Мозг слабо вынесла… – вздохнула полной и роскошной грудью студентка.

Пока я внимательно слушала, неподалеку от меня рядом со стендом приемной комиссии расположились три инкуба.

– Я вот буду документы на кафедру инкубата подавать… – сказал один. – Пойду по стопам отца!

– А мне женщины совсем не нравятся, но мама заставляет, мол, иди учись… Хорошая специальность… И сытый, и обутый, и чистенький, и отутюженный… – вздохнул второй.

– Подожди, они в этом году будут две новые специальности открывать. Как раз для таких, как ты! Говорят, что с каждым годом спрос на них все растет и растет, – заметил первый.

Третий демон за это время молча переписывал список документов для приемной комиссии.

Кабинет № 66 был совсем рядом, и я решила заглянуть туда и уточнить по поводу работы. Стоило мне открыть дверь, как я увидела комиссию, сидящую рядком за столами, и экзаменатора, который предложил мне войти.

Я поняла, что здесь идет экзамен, и меня, скорее всего, перепутали со студенткой, поэтому попыталась как можно аккуратнее закрыть дверь, но не тут-то было. Красивый темноволосый демон в очках, чем-то смахивающий на моего мужа, подошел ко мне и затащил в кабинет. Комиссия, глядя на меня, довольно зашушукалась.

– Вот это я понимаю, девушка готовилась к экзамену! – сказала какая-то постаревшая, но при этом очень ухоженная дама из комиссии. – Молодец! Мы уже собрались кафедру лишать лицензии, как тут такая умничка появилась.

– Да… – промямлил экзаменатор. – Это наша лучшая студентка!

– Сразу в свадебном платье! Это же надо было так придумать-то! Очень эффектно! – закивали члены комиссии. – Ну же… Тяните билет!

Я посмотрела на экзаменатора, который уже понял, что ошибся. Он подошел ко мне и тихо прошептал:

– Я вас умоляю! Иначе нашу кафедру прикроют!

Я кивнула, подошла к столику и вытащила первый попавшийся билет. В нем был один вопрос: «Ваш мужчина собрался уйти к другой женщине! Вы должны удержать его любой ценой!» Слушайте, а везение и вправду работает!

– Вы готовы? – дрожащим голосом спросил экзаменатор. – Или вам нужно время все обдумать?

– Конечно, готова! – голосом отличницы, спортсменки и комсомолки заявила я, предвкушая генеральную репетицию грандиозного семейного скандала.

Комиссия умилительно посмотрела на меня и приготовилась слушать.

– Я все знаю! – безапелляционно заявила я и отвернулась.

– Что именно? – недоуменно спросил экзаменатор.

– Все! – обиженно заявила я. – И про тебя, и про нее! Можешь мне ничего не рассказывать!

– Я давно хотел тебе сказать… – с воодушевлением начал экзаменатор, понимая, что я в теме.

– Я тоже тебе хотела кое-что сказать… Но сейчас это уже не имеет смысла… – с горечью в голосе выдала я. – Конечно, я тут ради тебя стираю, готовлю, убираю за тобой… Конечно, у меня не всегда есть возможность выглядеть как девушка с картинки… Тем более что ранний токсикоз…

– Чего? – спросил экзаменатор, подозрительно глядя на меня.

– Что слышал. Я не хочу, чтобы наш ребенок смотрел на такого отца! Собирай вещи и проваливай отсюда! – Я вошла в роль и меня уже несло. Все, мужик, я тебя сейчас уделаю так, что комиссия ахнет!

Экзаменатор снял очки и протер их о пиджак.

– Так ты … – сглотнув, спросил он.

– Да. Неужели ты не догадался! И знаешь, мой дорогой, все это к лучшему! Такой муж мне не нужен! А ребенку я найду отца получше! Если ты думаешь, что я позволю видеться с ним, то ты ошибаешься! А когда он подрастет и спросит меня, мол, кто мой папа… – я сглотнула, чувствуя, что от столь трагичной и проникновенной сцены у меня в горле стоит комок, а на глаза невольно наворачиваются слезы, – я скажу ему… папа твой… родной… ушел… Ушел к какой-то тете… Променял нас… тебя променял, сыночек… Мы папе оказались не нужны… Видите ли, та тетя красивее мамы… Сыночек обнимет меня маленькими ручками и скажет: «Я никогда не хочу быть таким, как папа! Я никогда не променяю тебя на какую-то красивую тетю!» А когда ты придешь к нам, он сам подойдет к тебе и скажет, мол, ты – не мой папа… Я не хочу иметь такого папу, как ты… Иди к своей тете и больше не приходи…

Я вошла в раж и даже краем глаза заметила, как рыдала комиссия. Тетя из комиссии, которая восхищалась моей изобретательностью по поводу свадебного платья, рыдала в голос, утирая слезы. Экзаменатор стоял и смотрел на меня так, что мне показалось, будто он сейчас сам разрыдается. Но он тут же взял себя в руки.

– А если вы не беременны? – спросил он строго.

Я тут же схватилась за живот, чуть не уронив крысу на землю, и простонала:

– Мне нельзя нервничать…

Кто-то из комиссии захлопал, но на него тут же шикнули, и хлопки прекратились. Я выпрямилась и гордо сказала:

– Это поправимо… У меня для этого есть еще девять месяцев и знакомый врач, который отпишет любую справку.

– Это пятерка… – сказал экзаменатор. – Твердая, безоговорочная пятерка. Сразу видно глубокое знание предмета… Вы занимались на факультативе?

– Нет, – соврала я, – самостоятельно.

Комиссия одобрительно закивала, обсуждая столь высокий, как им показалось, уровень подготовки.

– Я всегда говорила, – выдохнула тетя, – самостоятельные занятия – самый эффективный способ усвоения предмета! Но у меня есть допвопросик, можно?

– Конечно, – улыбнулась я, чувствуя себя просто превосходно. Не каждый день тебя хвалят за то, как ты умеешь выносить мужчинам мозг!

– Я прошу прощения, но не могли бы вы показать, как будете действовать в ситуации, если ваш мужчина забыл про ваш день рождения и вам нужно осторожно намекнуть ему об этом. Без скандала… – сказала тетя из комиссии. – Я понимаю, что вопрос очень сложный, но вы постарайтесь на него ответить…

– Я пойду, куплю цветы. Роскошный букет и маленькую открытку. Открытку подпишу от имени какого-нибудь знакомого или просто напишу произвольное мужское имя. Поставлю букетик в вазу на видное место, положу открытку в цветы, а когда придет муж, я поцелую его в щечку и скажу: «Какой ты молодец! И ведь помнишь, не забыл! Букет просто чудесный! Когда мне его принесли, я сразу подумала, что это от тебя!» Если он скажет, что букет не от него, то я сделаю загадочное лицо, мол, не может быть! Значит, он все-таки не забыл! Я так рада! И достану открытку. А если начнет утверждать, что это его подарок, я наклонюсь, чтобы понюхать букет, и «случайно» обнаружу открытку, которую тут же зачитаю вслух, – сообщила я, глядя на лица комиссии. – Будьте уверены, если мужчина окажется нормальным, то мы уже будем ехать выбирать мне очень дорогой подарок!

– Браво! – воскликнула дама из комиссии. – И главное, что ни в одном учебнике такого нет! Вы просто гордость своей кафедры!

Я даже покраснела.

– Выпишите ей диплом, а мы с удовольствием его ей вручим! – дама из комиссии тут же обратилась к экзаменатору. Тот достал пачку дипломов и тихо поинтересовался моими именем и фамилией. Я тут же их сообщила.

Через две минуты вся комиссия пожимала мне руку, а я держала в руках диплом об окончании Института соблазнения по специальности «Суккубат».

– Нужно обязательно повесить ее портрет на Доску почета кафедры! – сказала дама из комиссии. – Пока здесь учатся такие талантливые студенты, мы гордимся уровнем подготовки будущих специалистов.

Дверь за комиссией закрылась, а экзаменатор сел на стул и выдохнул. Я хотела отдать ему диплом, мол, я тут по поводу работы пришла, а не ради корочки, но он отрицательно замахал руками. Заслужила. Повешу на стеночку над супружеским ложем.

– Что это было? – спросил изумленный Огрызок, щекоча усами мое ухо.

– Жизненный опыт подружек и немного смекалки… – вздохнула я.

Экзаменатор встал и произнес:

– Спасибо вам огромное. Я даже не знаю, как вас благодарить… Может быть, я могу вам чем-то помочь? Не стесняйтесь, говорите…

Ну, мужик, никто тебя за язык не тянул.

– Я по поводу работы, – скромно сказала я, протягивая помятое объявление.

– А! Там уже, кажется, нашли кандидатку… Но ввиду огромной услуги, которую вы оказали нашей кафедре и нашему институту, думаю, что кандидатуру пересмотрят в кратчайшие сроки! – улыбнулся экзаменатор. – Если какие-то проблемы – найдите меня, я вам помогу!

Знаете, когда он улыбается, он еще больше напоминает мне моего пропавшего супруга. Но я точно уверена, что это не он.

– Пройдите в кабинет шестьдесят шесть. Там как раз нужна девушка для проведения экзамена у инкубов, – сказал преподаватель.

– Мм… так это ж вроде кабинет № 66? – удивилась я.

– Опять это хулиганье цифру перевернуло! Это кабинет № 99! – возмутился преподаватель. – Будете выходить, скажите, чтобы следующая заходила.

Я бочком вышла из кабинета, и на меня тут же налетели студентки, мол, сдала? Мне пришлось показать им диплом с отличием, чтобы они от меня отвязались.

– Еще бы… Заплатила небось… – противным голосом сказала какая-то заучка, штудирующая конспект на подоконнике.

– Да по-любому блатная! – фыркнули девчонки возле расписания, пряча шпаргалки в декольте.

Пройдя по коридору, я увидела кабинет № 66. Я осторожно открыла дверь и увидела лектора, стоящего рядом с огромной кроватью. В аудитории сидели демоны и усиленно строчили.

– Итак, девушку нужно как следует разогреть! – сделал вывод лектор. – Вы должны убедить ее в том, что вы – мужчина ее мечты!

– Паяльник подойдет? – противным голосом «ботаника» спросил какой-то прыщавый очкарик с первой парты. Лектор смерил его взглядом, а потом изрек:

– В твоем случае это последняя надежда!

Кровать, тема лекции и количество мужиков мне явно не понравились. Я уже хотела закрыть дверь, как меня заметили и затащили в аудиторию.

– Вы, я так понимаю, по объявлению? – сказал довольный лектор, потирая ручки.

– Да, но я… – замялась я, снова бросая взгляд на кровать. – Я пойду, наверное… Мне из дома добираться сюда неудобно… Да и график работы меня не устраивает… И условия труда слишком напряженные… До свида…

– Нет! Никуда ты не пойдешь! – заорал лектор, хватая меня за руку. – У нас сегодня выпускной экзамен! По традиции на нем будет присутствовать его темнейшество!

– Да, – заметил Огрызок. – Если тебе удастся поговорить с королем ада, то, возможно, он поможет тебе в поисках! К тому же тебя тут не убивать собрались, а соблазнять!

– Да, но я замужем! – возразила я, пытаясь вырваться из цепких рук демона.

– А что? Кто-то скажет об этом твоему мужу? – хмыкнул крыс. – Найдутся смертники, которые захотят ему об этом сообщить? Я тебя умоляю! Расслабься и получай удовольствие! До постели, я думаю, дело не дойдет, но комплиментов наслушаешься лет на десять вперед!

Если только ради мужа… Я готова! Я отстрадаю!

– Хорошо, я согласна побыть экспонатом или учебным пособием. Вот только раздеваться не буду! – категорично заявила я неуверенным голосом начинающей модели, которая отказывается сниматься топлес, но при этом понимает, что после этих слов ее карьера может закончиться так же быстро, как и началась.

Аудитория зашуршала и занервничала. Раздались голоса, мол, так нечестно, вы нас валите, уважаемый преподаватель постельных дел. Мы на замужнюю не договаривались!

– А вы что хотели? Чтобы я вам представительницу древнейшей профессии привел? – возмутился доктор снимательных наук, почетный мачо и заслуженный донжуан. – Если кто-то узнает, что вы собираетесь заплатить за экзамен, нашу кафедру лишат лицензии!

– А почему у прошлой группы была старуха Изергиль? – заявил какой-то студент с галерки.

– Потому что у них не было комиссии! – отрезал лектор.