Глава 28 · Вспомнить все…

В домике воцарилась гробовая тишина. Я стала осторожно отступать, понимая, правда, с опозданием, что старших надо слушаться. И тут дверь открылась, и на пороге появилась бабушка с двумя сумками.

– И-и-и! Как чувствовала! – всплеснула она руками, схватив за ухо своего внука. – Ты чего хулиганишь? А?

– Ну ба… Ну не надо! – возмутился его адское величество, морщась от боли. – Ну больно же… Ну ухо потом красное будет! И не надо позорить меня при посторонних людях! Я пошутить хотел! Это была шутка! Я все прекрасно помню! И тапки помню, и предвыборную кампанию помню! Как тут не помнить, сколько кровушки она мне стоила!

– А ну быстро извинился перед девочкой за такую шутку! Я кому говорю! Она, между прочим, для тебя старалась! – скрипучим, как телега, голосом заявила бабушка, отпуская ухо. – Я тут, значит, как узнала, сразу с гостинцами прилетела, победу праздновать, а ты вон что удумал!

– Прости, Сима, я переборщил! – тихо сказал владыка ада. – Душу я верну, обещаю. Шутка и впрямь была неудачная. Я как-то не подумал…

– Ну да… – неприятным голосом ответил Вадим, погасив пламя. – Я бы сказал, что опасно неудачная… Да с такими шутками тебе с «Аншлагом» на теплоходе плавать!

Потирая красное ухо, он хлопнул в ладоши, и прямо перед нами появился знакомый мне высококвалифицированный специалист с отпечатком ноги на попе. Он сильно продвинулся по карьерной лестнице, судя по тому, что отпечаток удвоился. По его пиджаку стекала чья-то слюна, что явно свидетельствовало об успехах на профессиональном поприще и глубоком уважении в коллективе.

– Узнаешь? – спросил король ада, указывая на меня. – Тащи договор сюда! Расторгать будем!

– Но… мм… Он у директора… – замялся демон среднего звена, оглядываясь на нас. Мой широкий круг знакомств его явно не радовал. Отпечатком ноги он уже предчувствовал проблемы, поэтому сразу же спихнул все на своего начальника.

Щелкнув пальцами, король ада, вызвал директора фирмы. Пузатый демон, пряча глаза и обливаясь потом, тут же вспомнил, что договор был передан приставам. Через пять минут в домике стало реально тесно. Здесь были и приставы со всем своим руководством, и коллекторские фирмы в полном составе, которые переуступили друг другу право взыскивать долг в виде моей душонки. Появилось даже два юриста, один адвокат дьявола и куча мелких служащих из АДминистрации.

– Где договор? Я спрашиваю, где договор? – возмущался владыка ада, глядя на притихших бюрократов.

– А может, он уже в архиве? – спросил какой-то пристав, утирая пот платочком.

– Это вы меня спрашиваете? – как-то совсем недружелюбно поинтересовался король ада. – Это не вы у меня, это я у вас спрашивать должен!

Тут же прямо перед нами появились служащие архива, усиленно вспоминая, поступал им этот договор или нет.

– Это капец какой-то… – всхлипнула я, представляя, что он попал куда-то в АДминистрацию. – В вашей бюрократии черт ногу сломит!

– Сплюнь! – отозвался владыка ада, положив мне руку на плечо. – Сима, не переживай… Я найду этот договор. Ты не проголодалась? Там на столе еще полбанки маринованных поганок осталось…

Вадим взглянул на него очень нехорошим взглядом, но промолчал. Я видела по его лицу, скольких усилий стоило ему сдержаться, поэтому решила отойти от короля ада и от греха подальше, иначе слава Елены Троянской померкнет в лучах возможных лично-политических осложнений, возникших по моей вине.

– Я вспомнил! – радостно воскликнул какой-то чиновник. – У нас документы аудиторская фирма изымала для проверки! Может быть, он у них?

Через мгновение здесь стояла аудиторская фирма в полном составе, включая уборщицу. Они в упор не помнят, чтобы среди документов был мой договор. Разборки продолжались. Владыка ада предложил нам прогуляться, потому как сейчас сюда приземлится целый отдел по работе с должниками и яблоку негде будет упасть. Протиснувшись через всю толпу, мы вышли на свежий воздух.

– Ух ты! – обрадовался Вадим, увидев хеллоуинский лес. – Я такое впервые в жизни вижу!

– А он тебя запомнил… Навсегда… – мрачно поправила его я. Годвин хмыкнул. Лес хоть и был старым, но склерозом не страдал. При виде моего мужа деревья очень сильно занервничали. Их страх усилился, когда рядом с ним замаячила я.

– Пощадите! – проскрипело ближайшее дерево. – Мы же вам ничего плохого не сделали… Ну в самом деле!

– Они умеют разговаривать? – обрадовался Вадим. – Вот бы такой саженец на дачу!

Пока мы обсуждали вопрос размножения таких деревьев, мол, саженцами или черенками, Годвин отошел подальше, чтобы не мешать нам.

– Сима, я так понимаю, что я немножко перед тобой виноват… – произнес мой муж, поглядывая на прогуливающегося неподалеку Годвина.

– Самую малость… – ответила я, изучая свои босые ноги. – Ты меня чуть на костре не сжег… Точнее, сжег бы, если бы не Годвин… Пару раз чуть не задушил… И задушил бы, если бы не Годвин… И если бы не Годвин, то ты бы уже тут «горячие путевки в ад» продавал. Туристическую отрасль поднимал, так сказать… И расширением ада занимался бы…

– Что-то мне не очень нравится твое «если бы не Годвин»… – сузил глаза мой муж, поглядывая на спину чародея. – И как, изволь спросить, вы с ним познакомились?

– Помнишь Огрызка? – спросила я. – Но не того, кому я операцию по смене пола делала, а того, которого в качестве представителя крысиного посольства крысиный король определил к нам во дворец. Это он… Я потом узнала, что ты его заколдовал… История длинная, но именно благодаря ему я здесь. И именно благодаря ему я еще живая. И вот сейчас я смотрю на тебя и думаю…

– Позволь спросить, о чем ты думаешь, глядя на меня? – неприятным голосом поинтересовался мой законный супруг. – Начало фразы мне уже не понравилось, но ты продолжай…

– Сможешь ли ты спуститься с высоты своего самомнения и гордыни, чтобы признаться в том, что был не прав как по отношению к своему учителю, так и по отношению ко мне? Годвину тоже досталось прилично, когда он пытался встать между нами, чтобы ты ненароком меня не убил… Хватит ли у тебя смелости признать свои ошибки? Я говорю это на полном серьезе. Без шуток. От твоего ответа зависит многое… – тихо произнесла я.

– Не говори загадками! Что значит «многое»? – спросил мой муж, не сводя глаз со своего учителя. – Ты хочешь сказать, что он в буквальном смысле встал между нами? Ты это имеешь в виду?

– Если ты так думаешь, то мне очень жаль… Значит, ты обо мне слишком плохого мнения… – сказала я, вырывая руку из его руки. – Ладно, я понимаю, что зря затеяла этот разговор, что достучаться до тебя сложнее, чем до короны… С ней договориться было намного проще… Итак, я предлагаю тебе вот что. Ты отказываешь от империи, от короны, и мы возвращаемся домой. Ты будешь просто моим мужем! Без титулов, без регалий и прочей ерунды. Поиграли, и хватит! Ты согласен на такое? Либо я, либо империя. Выбирай.

– Столько сил, столько времени… Столько труда, в конце концов… Это нечестно – ставить вопрос именно так! – задумчиво произнес мой муж, потирая переносицу. – Я потратил на ее создание несколько лет своей жизни…

«А этого кота я впервые вижу!» – оклемалась моя совесть, предупреждая, чем закончился этот разговор для кота Матроскина. Я в отличие от котэ на машинке шить не умею и вышивать тоже… Так что в бытовом плане полосатик меня уделал! И даже это его не спасло от вынужденного выселения.

Вадим посмотрел на меня и пошел прочь. Значит, так? Ну ладно! Он сделал несколько шагов от меня и замер. Если он рассчитывает, что я брошусь за ним, как Скарлетт за Рэттом, то он глубоко ошибается. Муж стоял ко мне спиной, а я чувствовала себя еще хуже, чем на дебатах. Либо сейчас его унесет ветром, как Мэри Поппинс, либо…

– Нет. Я так не могу! – произнес Вадим, а потом повернулся, подошел и обнял меня. – Я подумал и решил. Если ты так хочешь, то к черту! К черту эту корону! К черту эту империю, будь она неладна! Мы вернемся в наш мир вместе и будем жить, как обычная семья! Будем каждый день ходить на работу, ездить в гипермаркет за покупками, подрываться в шесть утра под будильник и ждать выходных.

– Ты точно согласен? – спросила я с сомнением. – Ты готов вот так просто положить корону на полочку и жить, как все нормальные люди?

– Да, согласен… – грустно ответил Вадим. Судя по выражению его лица, решение далось ему очень непросто.

Я выждала паузу, давая ему возможность передумать. Мало ли?

– Вот и отлично! Правда, тут есть одна загвоздка… Я не хочу, чтобы ты бросал империю… – осторожно начала я, давая понять, что не все так просто.

– Черт, а я уже мысленно смирился, – вздохнул мой муж. – Если ты не хочешь этого, то к чему такие ультиматумы?

– Просто мне нужно было знать, – отозвалась я задумчиво, – не продешевила ли я, продавая душу…

Кстати, о купле-продаже души. Из дома доносились крики, и разговор явно шел на повышенных тонах.

– Я вас там не сильно отвлекаю от столь трогательной сцены? – раздался голос чародея. – А что мне будет, если я найду твой договор?

– Мм… А что ты хочешь? – опасливо поинтересовалась я.

– Хочу, чтобы вы помирились, а кое-кто спустился с небес на землю и извинился за то, что обрек меня бегать по канализации и воевать с блохами. Как-то так, – улыбнулся Годвин. – А ты, Сима, не бери пример со своего мужа! Если я и буду дальше учить тебя магии, то помни, что превращать своего учителя во всякую живность в магической среде не принято!

– Стоп! – перебил его Вадим. – А теперь вопрос. Ты учишь Симу магии? И как далеко зашли ваши занятия?

– О! Мы делаем успехи! Сима умеет зажигать огонек на кончике пальца… – выдохнул Годвин. – Сима, не стесняйся! Покажи мужу, чему ты научилась!

Я сосредоточилась и показала маленький огонечек на конце пальца. Деревья зашумели.

– Фух! Я уже подумал, что ты научил ее повелевать стихиями! – засмеялся мой любимый с явным облегчением. – Слава богу, это всего лишь маленький огонек… Ты меня так не пугай…

– Посмотрим, как ты повторишь это на пепелище моей башни… Сима, держи… Приставов сожрали, а папочкой подавились! – улыбнулся Годвин, протягивая мне мятую папку. В ней лежал мой договор с круглым отпечатком чьей-то кружки на первой странице. На нем была куча резолюций, подписей, печатей, но это был он! Ура! Нашелся!

Через пару мгновений я уже протискивалась к владыке ада, чтобы отдать ему документ.

– Нашелся! – орала я, чувствуя, что даже у бюрократической сказки бывает счастливый конец.

– Ну слава… – Владыка ада осекся. – Отлично. Разрываю договор. Твоя душа остается при тебе.

Все присутствующие мигом испарились по рабочим местам, а я наконец-то вздохнула полной грудью.

– Эх ты! Такую девушку упустил! Невестами разбрасывается! – вздохнула бабка. – А я-то думаю, почему правнуков у меня нет?

– Это из-за короны… – отмахнулся король ада от надоевшего за сотни лет разговора.

– Ты ошибаешься… – шепнул ему Годвин. – Все дело не в короне, а в варежке… Информация достоверная…

– Мы, наверное, пойдем! – тихо сказала я, вымученно улыбаясь. – Нам домой пора… А вы тут не скучайте! Кстати, приглашаем вас на нашу свадьбу!

Владыка ада взял нашу предвыборную листовку, уколол себе палец и стал что-то рисовать на обороте. После того как закончил, он протянул листок нам.

– Мой личный круг вызова, – пояснил он, протягивая мне бумажку. – Не забывайте! Если какие-то проблемы, то рисуйте, встретимся! Душу закладывать не надо… Рисуйте в любое время!

– А что, корона на тебя не действует? – поинтересовалась я, вспоминая недавний опыт неудачной коронации.

– Ты никогда не была знакома с моей бывшей женой! Корона по сравнению с ней – просто ангел! – горько усмехнулся король ада, протягивая руку моему мужу.

Вадим пристально посмотрел на него и после недолгих колебаний все-таки пожал ее.

– Знаешь, – улыбнулся король ада, – а ведь ты был прав… Тут безделушкой не отделаешься! Впредь задумайся перед тем, как выбирать ей подарок. Корона ей все-таки не понравилась… Я бы на твоем месте спросил, чего бы она хотела, а уже потом дарил. Так будет проще… И спокойнее. По крайней мере, мне…

– Кстати, Сима, что бы ты хотела, получить в подарок в честь свадьбы? Не стесняйся… Проси что угодно… В честь свадьбы и за то, что ты для меня сделала, я готов подарить тебе все, что захочешь! – сказал Вадим, беря меня за руку.

Я посмотрела в глаза моего мужа… В носу противно защипало, а на глаза навернулись слезы.

– Лучший мой подарочек – это ты! – произнесла я, смущаясь. Эх! Легко я его простила…

– Нет, ну я-то само собой. Но что бы ты хотела лично для себя? – настаивал Вадим, не отпуская меня.

– Сима! – с улыбкой возмутился король ада. – Мне самому любопытно! Нам всем любопытно! Если твой муж не сможет выполнить, я попробую это сделать! Не стесняйся!

– Мы все попробуем это сделать! – улыбнулся Годвин. – Только корону ада не проси. Она тебе не идет!

Я смутилась… А потом тихо-тихо произнесла:

– Есть у меня мечта всей жизни… Я бы хотела… Вы будете смеяться… Ладно, проехали…

– Мы не автобус, чтобы «проехали»! – возмутился супруг.

Годвин вздрогнул при воспоминании об автобусе. Я смутилась окончательно:

– Неубиваемые наушники… Беленькие… И чтобы не запутывались в кармане… Вакуумные…

* * *

Обратный путь занял считаные мгновения. Мы очутились в холле, неподалеку от огромной баррикады. Красивая мебель была свалена в кучу, перекрывая массивные двери. Окна были загорожены столешницами, шторы содраны и брошены на пол. На обоях виднелись следы огня.

– Только не говори, что ты решила сделать ремонт… И судя по тому, что я вижу, своими руками… – начал Вадим, глядя на масштабы разрушений. Подковырнув обгоревшие обои, взглянув на меня, а потом на Годвина, вторую догадку мой муж озвучить побоялся.

– Ваше величество! – раздался голос за нашей спиной. Мы обернулись, чтобы узнать, кто подкрался к нам незаметно. А незаметно к нам подкрался не толстенький полярный лис, а солист хора Эльфийской филармонии. В руках у него был меч, а на щеке красовалась живописная царапина. – У нас тут аншлаг. Зрители собрались под дворцом. Поначалу всем была охота попасть на наш концерт, но после нашего первого выступления они в раздумьях. Наверное, цена за билеты кусается…

– А кто у нас тут такой ценитель музыки? – поинтересовался Вадим.

– Гаэль. Он всегда мечтал попасть на наш концерт. Он у нас самый преданный фанат, но я уже поставил ему свой автограф. И родственников своих пригласил, и знакомых, и друзей… Он даже убедил короля гномов, чтобы тот тоже сходил на концерт. Договорились встретиться у дворца. Встретились. Но наш репертуар пришелся им явно не по вкусу. Они хотели услышать симфонию «Свято место пусто не бывает» в фа-мажоре, но мы вместо нее сыграли «Кишка тонка» в ля-миноре, – улыбнулся эльф, протирая меч. – Мы столько автографов раздали, что чувствуем себя настоящими знаменитостями. Жаль, что наш руководитель не с нами. Но мы – профессионалы своего дела, поэтому поем и играем даже без чуткого руководства.

Вадим улыбнулся и сказал:

– От имени империи я выражаю вам свою искреннюю благодарность! Я перед вами в долгу. Обещаю вернуть его в ближайшее время!

А потом в мгновение ока превратился в Андоримэля.

– Отличная работа! Другого я не ожидал! Я попрошу у императора, чтобы он выписал вам премию!

– Не вопрос! Отметим премию на всю премию! – Солист хора рассмеялся и повел нас в зал. – Только не надо потом назначать репетицию в шесть утра! Будьте милосердны!

– Жертвы искусства с нашей стороны есть? – поинтересовался мой муж. Я и не знала, что хор в курсе тайны.

– Есть… – грустно ответил солист, – Джио…

Нет! Неужели Джио убили! Не может быть!

– Он потерял левое ухо! Оно отклеилось, и его затоптали. Ухо затоптали. Оно уже не подлежит реставрации… Только вы ему не говорите про ухо и не намекайте, а то он опять попытается покончить жизнь самоубийством… – сказал эльф, открывая перед нами дверь.

Прямо перед нами на полу, обняв колени, сидел несчастный орк. Парик его съехал набок, а костюм выглядел так, словно его пропустили через мясорубку, а потом за ним гнались и все-таки догнали голодные бультерьеры.

– Джио! – воскликнула я, с ужасом глядя на рваный камзол желтого цвета. – С тобой все в порядке? Тебе сильно досталось? Они тебя пытали?

– Далось вам это слово «пытали»! Никто меня не пытал! Этот костюм – последний писк моды! Я его недавно заказал у Че Занаха, – обиделся орк, отворачиваясь. А потом как повернется, как вскочит на ноги и заорет: – Друг мой! – вопил Джио, бросаясь к моему мужу. – Я так за тебя переживал, так беспокоился… Куда ты пропал? Я весь извелся! Сима! Ты тоже здесь! С тобой все в порядке?!

– Джио, все хорошо… Успокойся, я тебя умоляю! – обнял его Андоримэль, разглядывая всех присутствующих.

– Джио у нас молодец! – похвалил гламурного орка солист. – Он у нас поймал и обезвредил шпиона! Бедняга пролез во дворец, но тут же увидел Джио в процессе накладывания макияжа и самообезвредился падением в обморок. Зато когда он пришел в себя, то сразу стал источником ценной информации.

– Это все из-за меня! Все из-за меня! – плакал Джио, размазывая слезы вместе с тушью. – Я ужасный организатор! Его величество меня убьет! Я все испортил! Я хотел добавить некоторую изюминку… И тут пришел Гаэль и попросил меня дать ему слово. Он сказал, что невесте нужно будет пройти ма-а-аленькое испытание перед тем, как она скажет «да»… Я думал, что это будет прыганье в мешке, ловля и целование лягушек, обмазывание медом и танец в перьях, но он меня обманул…

– Ад – это не такая уж плохая альтернатива. Я бы даже сказала, что это меньшее зло… – заметила я, представляя себе полет неуемной фантазии тамады.

– А где оркестр? – поинтересовался Вадим.

– Они дают концерт в саду. Надо сказать, что сейчас у них антракт… – улыбнулся солист. – Пойдемте, я провожу вас к остальным.

В кабинете за огромным столом сидел учитель музыки, а по совместительству Призрак оперного балета, с которым однажды свела меня судьба на одной из репетиций. Он сидел над планом дворца и что-то усиленно чертил. Подняв голову, он с гордостью заявил, что его полосу препятствий не пройдет даже он сам. В кресле сидела… брюнетка, при виде которой мое настроение сразу же испортилось. Запах «Красной Москвы» моментально навеял мне воспоминания об измене…

– Роза Исааковна! С вами все в порядке? – спросил мой муж, принимая свой истинный облик.

– Вадим, я так перенервничала… Так перенервничала… Думала, что сердце таки не выдержит… Сначала Симочка пропала, а потом ты запропастился… А тут такое началось… Да я с того момента, как в восемьдесят девятом мужа похоронила, так не плакала! – ответила Роза Исааковна, утирая слезы платочком.

– Сима, познакомься. Это мой бухгалтер, Роза Исааковна. Опыт работы – сорок лет. Бесценный специалист! – улыбнулся мой муж, обнимая бесценного специалиста.

Я подозрительно взглянула на бухгалтера, а потом вопросительно посмотрела на мужа. Мои знания арифметики, конечно, прихрамывали, но не настолько. На вид ей было двадцать пять. Неужели у нас, как в американских фильмах лучший специалист по ядерной физике, великий ученый с мировым именем и десятилетним опытом работы – девушка лет двадцати с четвертым размером груди?

– Розе Исааковне семьдесят пять. А то, что ты видишь, – это ее желание. Где я еще найду специалиста по бухгалтерии, которому не нужен компьютер и 1-С? Только Роза Исааковна умеет сводить дебет с кредитом на бумаге, так что такого ценного специалиста нужно еще поискать! – улыбнулся Вадим, понимая причину моего испепеляющего взгляда. – Я хотел вас познакомить сразу, но Роза Исааковна очень переживает из-за своей внешности. Она подумала, что ты будешь ревновать, поэтому попросила меня сделать это как-нибудь поаккуратнее. Роза Исааковна из Одессы. Семьи у нее нет, с любимой работы отправили на пенсию девять лет назад. Нырнула она на городском пляже, а вынырнула здесь, как, собственно и все. Так что она тоже попаданец, как и мы с тобой…

– «Красная Москва»? – спросила я, принюхиваясь.

– Да, деточка… «Красная Москва»… Мой любимый запах. Мне мой муж всегда их дарил… – Роза Исааковна снова расплакалась. Мне стало стыдно.

На улице что-то громыхнуло, и с потолка посыпалась штукатурка.

– Не переживайте, – сказал Вадим, криво улыбаясь. – Сейчас все закончится.

Снова громыхнуло. До нас донесся крик: «Сдавайтесь! И мы пощадим вас!» Штурм Зимнего дворца в нашем случае закончился катанием на огромных воротах. Дальше нападающих просто не пустили.

– Прикажите всем отступать! Пусть отступают во дворец! – сказал Вадим, направляясь в тронный зал. Годвин схватил меня за руку, чтобы я не бросилась вслед за мужем, но я покачала головой, мол, пойду, и точка.

Через пять минут мы все собрались в тронном зале. Мой муж сел на трон, закинув ногу на ногу, и скомандовал хористам:

– Откройте двери. Сейчас у нас будет заключительная часть нашего концерта. Только боюсь, что она не очень понравится зрителям и им придется сдать билеты.

Как только дверь открылась, в зал ввалился авангард вместе с главными зачинщиками. Завидев нас, «билеты» со звоном упали на землю. Король гномов сделал морду кирпичом, стараясь всем видом показать, что он случайно ошибся дверью. Зато, судя по выражению лица эльфийского короля, роды прошли успешно. Ежик родился здоровым.

– Мы возместим убытки… И все отремонтируем… За свой счет, разумеется… – сказал эльфийский король, пытаясь сохранить остатки достоинства.

– И своими руками… – улыбнулся Вадим. – А то я как раз ремонт планировал, но все руки не доходили…

– А мы за это угостим вас тортиком! – улыбнулась я.

Все посмотрели на меня с недоумением.

– За свежесть не ручаемся, но мало не покажется! – подытожила я, наслаждаясь нашим с эльфом маленьким секретом. – Я как раз хотела научиться готовить торты… Так что вам выпадет честь первыми продегустировать мой кулинарный шедевр!

Годвина аж передернуло, но остальные с удивлением смотрели на бледнеющего эльфа. Его лицо свидетельствовало о том, что вслед за старшим братиком на свет появился еще один ежик. И тоже здоровый. Минимум три пятьсот…